Куда зовет тебя сердце. "Сны в лавандовом поле"

Оттирая краем фартука пот со лба, Рэвен передала хозяйке общипанного цыпленка и принялась подметать с пола перья. Пальцы немного немели от усталости, но девушка уже и сама прониклась общей атмосферой волнения и старалась оказать посильную помощь приютившему ее семейству. Пока волшебник ушел отдохнуть в свою комнату, хозяева готовили для него ужин, стараясь превзойти себя. Рэвен удивляло то, как этот маг мог так сильно запугать местных жителей или же иным способом внушить к себе столь сильное уважение, что люди трепетали лишь об одном упоминании о нем. - Чем этот волшебник так напугал вас, Барбара? – девушка все-таки задала волновавший ее вопрос. Хозяйка на мгновенье оторвала взгляд от работы, ее густые темные брови удивленно поднялись. - Ничем он нас не пугал. Он нашему городу с драконом помог, не последний он в этом деле был. А то, какие же времена-то страшные были до того. Вспомнить страшно! – женщина покачала головой , вернувшись к работе, и что-то пробормотала себе под нос. Рэвен лишь пожала плечами и, отставив метлу в сторону, направилась к выходу. - Уже уходишь? – раздался позади голос хозяйки. - Да, здесь я закончила. Мне надо привести себя в порядок, и я пойду на рынок, некоторых продуктов нам не хватает. – Стоя уже в дверях, отозвалась девушка. - Может, отдохнешь лучше? Чаю выпей или иди поспи. Уж очень ты рано сегодня встала. Нельзя же столько трудиться, как после хвори своей встала, так тебя без дела и не видела ни разу, уж не работаешь ли ты еще и во сне, как знать. – обеспокоенно приговаривала женщина, оглядывая помощницу придирчивым взглядом, - Посмотри, какие круги под глазами. Ты у нас постояльцев самых поздних провожаешь, а самых ранних привечаешь, нельзя же так, право слово! Устало вздохнув, Рэвен с грустной улыбкой ответила: - Я не привыкла сидеть на месте, мне надо чем-то заниматься, иначе я просто зачахну, - слова ее звучали необычно твердо, словно убедить девушка ими пыталась и себя. - Ну, хорошо-хорошо, иди, милая, вернешься, не поможешь мне тогда посетителей накормить? – примирительным тоном проговорила Барбара. Рэвен кивнула и скрылась за дверью. *** Барбара сидела в углу кухни и клевала носом. Ноги гудели, усталость и возраст давали о себе знать. С тоской женщина думала, как будет накрывать постояльцам столы, одна, когда в доме нет ни одного помощника, ждать Рэвен оставалось возможно лишь четверть часа, после начнут спускаться голодные гости. Тут дверь открылась и в кухню вошли Рэвен и Орубе, неся по корзине доверху заполненной снедью. Дочь трактирщика, пританцовывая, водрузила свой груз на стол и весело пропев о друге, ждущем ее на улице убежала, оставив на кухне раздраженную мать, которая с укором глядела в след дочери, и грустно улыбающуюся Рэвен, в глазах которой на мгновенье мелькнула тоска. Не спеша сняв плащ, и набросив его на спинку стула в углу, где совсем недавно отдыхала Барбара, зеленоглазая девушка принялась разбирать принесенные корзины. Тут на плечо ей легла сухая ручка трактирщицы, заставив Рэвен на мгновенье замереть, едва слышно вскрикнув. Это не укрылось от Барбары. - Детка, что случилось? – обеспокоенно спросила она. Девушке быстро удалось вернуть себе прежний безмятежный вид. Теперь она ругала себя за несдержанность. - Прости, Барбара, я просто испугалась, ты так внезапно подошла, я не привыкла, чтобы ко мне так прикасались, - проговорила Рэвен, стараясь улыбнуться женщине, однако судя по усмешке, которую она получила в ответ, вышло плохо. - Я просто хотела сказать тебе спасибо. Мне без тебя с этой ветреной девчонкой трудно бы пришлось. Эх, совсем она дела забросила, как этот ухажер появился, - покачала головой Барбара. Глубоко вздохнув, Рэвен отогнала собственные воспоминания, тихо заметив: - Это так чудесно, когда ты кого-то любишь. Думать о чем-то другом совсем не хочется. Барбара лишь промолчала, почувствовав, как тяжела эта тема для собеседницы. Она была на редкость тактичным человеком, никогда не пыталась разузнать больше, чем знала о прошлом своей гостьи, лишь жадно внимая тому, что поведает сама девушка. Рэвен была рада этому. Чтобы отвлечься молодая помощница начала подготавливать все для обеда. Барбара принялась активно ей помогать, одновременно не забывая поделиться тем, что успела услышать от посетителей за утро. Рэвен не вникала в дела и жизнь этого места, оно не было для нее домом, не волновало ее, как и люди, что жили здесь. Однако она исправно отвечала, удивлялась и сетовала на рассказы своей добродетельницы, чтобы не обидеть ее. Так продолжалось до тех пор, пока взволнованный трактирщик не ворвался на кухню, объявляя о том, что волшебник спустился из комнаты и желает отобедать. Ему хозяева желали угодить в первую очередь и потому, подавать пищу было велено сначала магу-кудеснику, а уж затем другим постояльцам-путешественникам. Барбара с мужем подхватили по несколько сосудов и плошек и засеменили в зал. Рэвен осталась на кухне, ей еще предстояло накормить других гостей. Заканчивая с последним блюдом, Рэвен так и не дождалась запыхавшихся супругов, которые для своих лет уж слишком резво бегали по залу, разнося угощения постояльцам. Девушка расположила ужин для последнего гостя на подносе и, стараясь ничего не уронить и не пролить, поспешила из кухни, по дороге открывая себе ногой дверь. Грязный усталый мужчина сидел в дальнем углу зала, ожидая своей еды, видно, то был путешественник, решивший отдохнуть с дороги да поесть горячего, после походной пищи. Рэвен поспешила к его столу. Оставив все яства перед гостем, девушка пожелала человеку приятного аппетита и уже спешила удалиться. В голову настойчиво лезли мысли об отдыхе, о долгом сне до полудня, ноги гудели, однако Рэвен быстро тряхнула головой, стараясь прогнать их, ибо стоило лишь на мгновенье расслабиться, потерять над собой контроль и к сердцу сразу подступали боль и страх, которые переживать было слишком тяжело. В задумчивости Рэвен прошла мимо галдящих посетителей, уже собираясь уйти на кухню: слишком уж сильно болела голова от этого шума. Однако этой затее не суждено было сбыться: чья-то сильная жесткая рука, покрытая шершавыми мозолями, схватила ее под локоть и потянула назад. В испуге Рэвен вскрикнула, желая вырваться из хватки, но тут голова закружилась еще сильнее, ноги потеряли почву, и девушка упала бы, если бы схвативший ее человек, не поддержал ее. - Так вас еще и ноги не держат, барышня, – раздался прямо над ухом знакомый суховатый голос. Рэвен за эти секунды пережила так много: от неверия и непонимания до холодеющего душу ужаса. В глазах ее потемнело, но она не оставила попыток освободиться, не смея взглянуть в лицо старому знакомому. - Отпустите, отпустите, - приговаривала девушка сквозь слезы, щиплясь и пинаясь, она чувствовала, как все тело сотрясает дрожь. Видимо, это ее состояние не укрылось и от гостя, он аккуратно разжал руку, и убедившись, что девушка может стоять на ногах отошел на шаг. Словно больней ничего быть не могло, медленно до крови кусая губу, Рэвен повернулась в сторону постояльца. От вида его девушку затрясло еще сильней. Перед ней стоял оживший призрак ее прошлого: седой бородатый старец с пронзительными голубыми глазами, прожигающими насквозь, все в тех же серых одеяниях, с тем же посохом в руках. - Ты меня узнаешь, - тихо проговорил маг, утверждая очевидное. - Что случилось? Господин? Рэвен? – в какофонию неясных звуков, среди которых выделялся лишь голос серого волшебника, вмешался еще один – Барбара. Она заметила неладное и поспешила на помощь, однако пока сама не знала кому. Маг взглянул на женщину и успокаивающе улыбнулся, пояснив: - Девице стало дурно, Барбара. Не заболела ли она? Не окажись я подле нее, она бы непременно потеряла сознание. Серый странник солгал, однако обличать его ложь у девушки не было сил. У нее не было сил даже сказать что-либо, она сама была напугана своей реакцией. Рэвен покорно позволила коснуться своего лба. Она слышала, как Барбара ужасается температуре. Как волшебник советует отвести девочку наверх, обещаясь лично проверить ее самочувствие. Так Рэвен и оказалась в своей небольшой комнатушке. Она сидела на кровати, судорожно вдыхая и выдыхая воздух, заставляя себя мыслить ясно. Ей еще не ведомо было к добру ли или ко злу появился здесь этот волшебник. Однако последняя их встреча была для Рэвен началом страшного времени.