Куда зовет тебя сердце. "Сны в лавандовом поле"

В молчании Элиэ проводила девушку в жилое крыло дворца и провела к самой двери приготовленных для нее комнат. Не входя во внутрь, дева остановилась и одарила спутницу своей теплой улыбкой, которая удивительно ей шла, несмотря на всю надменность и неприступность ее облика. Она произнесла: - Я Элиэ, дочь Эльхила, сестра Эрестора. Ты можешь задавать мне любые вопросы и обращаться с любыми проблемами, я всегда буду поблизости. Сейчас я тебя оставляю, отдыхай. Все готово к твоему приходу. - Благодарю, госпожа, - почтительно произнесла Рэвен. Тень грусти появилась на лице эльфийской девы, она покачала головой, сказав: - Не называй меня так, пожалуйста, я Элиэ. - Хорошо, Элиэ, - растерянно произнесла девушка, не совсем понимая, что именно расстроило ее собеседницу. - Приятного отдыха, - дева легко склонилась и легкой летящей походкой направилась вглубь по коридору, оставив Рэвен в задумчивости стоять перед входом. Девушка тяжело вздохнула, понимая, что никогда не научится понимать, как же надо себя вести с эльфами. Она толкнула тяжелую двойную дверь и вошла в отведенные ей комнаты. На пороге девушка остановилась, на мгновенье подумав, что привели ее не туда. Она очутилась в просторной зале, главным украшением, которой был огромный мраморный камин, барельефы которого в тонких деталях изображали какие-то сцены далекого прошлого. Сейчас в нем огня не было, потому что яркое солнце, лившее свет из огромного окна, прикрытого легкой занавесью, достаточно согревало комнату. Вся мебель здесь, как впрочем и во всем дворце, имела замысловатую плавно изогнутую форму, причудливо смешивающую в себе мотивы растений и сложных геометрических узоров. Все сиденья от стульев до кушеток и соф были украшены богатой золотой обивкой, повторяющей бежевый тон стен. Однако эта комната с большим количеством стеллажей и кресел на спальню походила мало, девушка неуверенно оглянулась и действительно увидела еще одну пару дверей. Эти были уже входных, однако сейчас Рэвен казалось, что в них может проехать и телега, наполненная сеном. Из распахнутого настежь проема виднелась еще одна комната, размерами предыдущей не уступающая. Все те же золотистые тона, в сочетании с сероватым деревом мебели давали удивительную радующую глаз атмосферу. Войдя, Рэвен удивленно охнула, размеры кровати ее поразили, такой большой она не располагала даже когда гостила у короля Лихолесья, ее искренне удивляло, зачем одному человеку столько места. Однако, несмотря на большие размеры, кровать не выглядела массивной, все те же серые тона какой-то редкой породы дерева и золотые полупрозрачные занавеси балдахина с легким шитьем на них, делали ее воздушной. До Рэвен донесся легкий аромат трав, происходивший из небольшой комнатки, наличие которой можно было, при желании, скрыть портьерами. Здесь девушка обнаружила банную комнату, о каких в ее далекой деревне даже и не слышали. Что-то подобное было в Эсгароте, туда ходили самые богатые горожане, однако девушка никогда не могла представить, что что-то подобное будет в ее распоряжении. Посреди комнаты полностью выложенной зеленым мрамором стоял небольшой бассейн, который кто-то уже успел наполнить горячей ароматной водой. Это полностью завладело вниманием девушки, она сбросила с себя грязную поношенную одежду и опустилась в горячую воду. Когда Рэвен почувствовала, что засыпает, пришлось заставить себя закончить водные процедуры, даже для нее сейчас утонуть в ванной, казалось очень глупой смертью. Завернувшись в предусмотрительно оставленную кем-то накрахмаленную простыню, девушка попыталась выжать волосы, которые за последнее время сильно отрасли и порой очень раздражали хозяйку, от воды и пара локоны стали еще более буйными и непослушными. Сейчас под рукой у нее не было ни одного острого предмета, которым можно было бы укоротить эти кудри. Досадливо вздохнув, Рэвен подошла к большому зеркалу, запотевшему от влаги. Она коснулась холодной поверхности рукой, протирая его. Ничего нового девушка не увидела, все тот же пустой тоскливый взгляд, все те же мешки под глазами, бледное исхудалое лицо. Очистив от пара всю поверхность зеркала, она опустила взгляд на ногу. Именно это сейчас ее интересовало: во время утомительного долгого путешествия, времени на разглядывания собственных увечий у нее не было, собственно, как и желания. Она внимательно изучала левую ногу, по-разному поворачиваясь у зеркала. Результат ее не обнадежил: помимо пересекающих всю икру безобразных рубцов, от лодыжки до голени ногу оплетали синевато-лиловые сеточки сосудов. От вида собственной конечности девушке стало дурно, она отвернулась и старалась более не опускать взгляд. На растланной постели Рэвен нашла аккуратно сложенную ночную рубашку, в которою немедленно облачилась. Уставшая, она легла под мягкое воздушное одеяло, отметив про себя, что уже несколько недель не видела даже обыкновенной постели. Девушка чувствовала, как тело наливается свинцом от усталости, веки закрываются. Она заснула. *** Открывать глаза совсем не хотелось, не было желания двигаться. Мысли текли вяло. Усталости, возможно, не было, однако слабость холодила тело, не давая сил встать. Яркий свет окрашивал веки красным, девушка раздраженно приоткрыла глаза, стараясь в складках подушки спрятать лицо от несносных лучей, проходящих сквозь легкую полупрозрачную ткань… Рэвен нахмурилась, на мгновенье она оказалась в растерянности, обстановка комнаты была ей незнакома. Потребовалось время, чтобы девушка вспомнила все, что произошло за последнее время. Рэвен вновь зажмурилась, сжимая в кулаках белоснежную простыню. Ее нынешнее положение ее не радовало, хотя вряд ли в нынешнее время случалось что-то для нее приятное. Единственным хорошим обстоятельством было то, что теперь ей не приходилось терпеть общество мага, поступок которого она не забудет, да и ночевать на мягких перинах было куда удобнее, нежели на твердой холодной земле. Ныне помимо обычно мучивших ее унылых мыслей, сознание девушки занимало новое волнение: как долго ей придется здесь находиться? Она приехала сюда лишь для того, чтобы получить знание о себе самой, но никак не собиралась здесь оставаться. Из слов же хозяина она уяснила, что он настоятельно рекомендует ей как можно дольше пользоваться гостеприимством эльфов. Причем, судя по поведению самого волшебника, который едва ли руководствовался мнением Рэвен, когда привез ее сюда, можно не рассчитывать на то, что ей позволят пренебречь этой «рекомендацией». Тяжело вздохнув, Рэвен, игнорируя сильное головокружение, встала с кровати. Пошатываясь, она подошла к окну и потянулась, тело затекло, ясность мыслей так и не вернулась, а боль в ноге не утихла. За окном багряный закат уже окрасил в алое стены замка, горы и листья деревьев, стекла – необычайная роскошь и редкость для людей – преломляли лучи заходящего солнца, сияя своим светом. Рэвен некоторое время стояла неподвижно, вглядываясь в удивительной красоты пейзаж. Однако мысли ее были далеки от веселых журчащих речушек, башенок высеченных, словно в самой скале, бессчетного множества фонтанов, статуй и бессмертных существ у них. Сейчас она размышляла над тем, что стоит ей делать дальше, как себя вести, чтобы скорее оказаться на воле, но не обращать такой долгий и трудный путь через горы в бесполезные мучения. Первым делом ей было необходимо поговорить с хозяином Обители, каким бы не показался странным их прошедший разговор, именно его слово здесь решает все, а бездействие Рэвен было не нужно. Девушка в задумчивости огляделась, ища глазами свою одежду, мурашки отвращения пробежали по телу, когда она представила, что придется снова натягивать на себя грязное изношенное мужское платье. Однако в комнате его не оказалось, как и в банной, где она его оставила. Внимание ее привлек платяной шкаф в спальни, стоящий у широкой расписной ширмы, открыв дверцу, девушка охнула от удивления: она оказалась в маленькой комнатке, полностью завешенной пестрыми нарядами, здесь же удалось уместиться мощному широкому зеркалу в рост и небольшому пуфу. Первая мысль девушки была о том, что все эти бессчетные наряды остались здесь после предыдущей хозяйки, и стоит сообщить об этом Элиэ. Но рассудив здраво, Рэвен решила, что ей еще не приходилось слышать об эльфах, имеющих проблемы с памятью. Однако прикасаться к удивительным нарядам было как-то неловко, девушка неуверенно провела рукой по ряду легких воздушных платьев, по-видимому, предназначенных для лета. Она перебывала в смятении до тех пор, пока взгляд ее не наткнулся на аккуратно сложенные в стопку белые рубашки, сначала ей показалось, что это обыкновенные ночные сорочки. Однако развернув одну, она поняла, что украшенное кружевами, сшитое точно по фигуре изделие, отнюдь не предназначено для отдыха, а скорее повторяет подобие мужского наряда, однако более изящное. Отыскав глазами поблизости, остальные составляющие этого наряда, Рэвен не задумываясь, взяла их, посчитав, что берет не самое ценное из всей этой грандиозной коллекции. Через некоторое время девушка уже крутилась у зеркала, чувствуя себя крайне нелепо в обтягивающих ноги бриджах. Единственное, что радовало – это мягкие кожаные сапожки, которые были настолько легкими, что почти не чувствовались на ноге после тяжелых походных. Выйдя из комнат, Рэвен неуверенно прошла вдоль коридора, постоянно оглядываясь по сторонам. Никто не проходил мимо, это одновременно и успокаивало и пугало, быть может, она зашла в запрещенное место. Бессчетное количество раз девушка поворачивала, переходила галереи, но выйти в знакомый коридор ей не удавалось. Спустившись с широкой лестницы, она вышла в сад-колодец, находящийся прямо внутри дворца. Чтобы дать отдохнуть больной ноге, Рэвен присела на скамью у небольшого фонтана, и тяжело вздохнула. В замке, казалось, на каждом шагу обитал эльф, но за все время своих блужданий девушке так никто и не встретился. - Миледи? От чего вы здесь, что не ужинаете со всеми? – раздался неподалеку знакомый голос. Рэвен подняла голову и встретилась взглядом с темными карими глазами старшего советника. - Мне нужно поговорить с владыкой, господин, вы не могли бы сказать мне, где он, и как мне туда пройти? Эльф медленно подошел к девушке и присел рядом на скамью, едва заметно он сдвинул брови, словно думая о чем-то мрачном. Эрестор обратился к Рэвен: - Как вы отдохнули? Вы спали очень долго, мы даже немного забеспокоились… - Со мной все хорошо. Так могу я поговорить с владыкой? – с долей раздражения ответила девушка. - Конечно, можете, я вас непременно отведу туда, как только боль немного утихнет, - пояснил он, указывая на больную ногу девушки. - Откуда вы… - Разве что слепой не заметит очевидного, - ответил Эрестор, не дав договорить Рэвен. - Мы уже можем идти, - заявила девушка, вставая, от боли по телу прошла дрожь, но она не подала виду, бодро ступая ко входу в галерею. - Нам в другую сторону, миледи. Подавив вздох, девушка развернулась и пошла следом за угрюмым советником.