Метка огня

Игнис взбежала по ступеням обшарпанного трёхэтажного дома. Знакомая облезлая дверь глухо отозвалась на уверенный стук. Микки чуть отстал и нагнал дракона, когда хозяин квартиры в одних семейных трусах в полоску показался на пороге. Обросший блондин с воспалёнными маленькими глазками и болезненно-жёлтой кожей прищурился, вглядываясь в нежданных гостей. — Игнис? — неуверенно и удивлённо протянул он. — Руди, нужно перекантоваться пару дней. Пустишь? Они с Руди Питерсом познакомились в одной из многочисленных школ, которые Игнис успела сменить. Не доучившись до выпуска два года, он бросил учёбу и стал скромным барыгой с тягой к собственному товару. Игнис с лёгкостью рассказала ему о своей истинной сущности, даже пару раз превращалась на его глазах. Она знала, что под утро Руди списывал эти видения на наркотические галлюцинации. В любом случае, он был единственным, кому Игнис доверилась и не пожалела об этом. — Да, заходи, — протянул Руди, подслеповато щурясь и не до конца осознавая реальность. — Под кайфом? — догадалась она. — Всегда, — отозвался он и зачем-то козырнул, приложив ладонь к светлым патлам. Смерил взглядом Микки, который осторожно шагнул вслед за Игнис в квартиру. — Это что, твой сын? — Сколько мне, по-твоему, лет? — усмехнулась она, стягивая кожаную куртку и приоткрывая ставни, чтобы было чем дышать в пропахшей травкой квартире. Обстановка была скромной, жилище старого друга состояло из двух комнат — гостиной и спальни, а также совмещённого санузла и кухни. Игнис иногда ночевала у Руди, когда было некуда пойти. Да, она могла привести мальчишку к себе на съёмную квартиру, но арендодатель уже дышал ей в затылок, желая выселить курящую любительницу не платить по счетам. Игнис стабильно была на мели, так как характер не позволял ей задерживаться на одной работе надолго. — Тридцать… два? — неуверенно предположил Руди. — Мы учились в одном классе, Руди, — напомнила девушка. — Сколько тебе лет? — Похоже, столько же, сколько и тебе, — после некоторого раздумья отозвался он. Игнис усмехнулась. Питерс под кайфом — медлительное и странное существо в семейных трусах перед телевизором. Она поймала растерянный взгляд Микки и, придирчиво рассмотрев его одежду, заявила: — Тебе нужно помыться. Закинув вещи мальчишки в стиральную машину, которая гудела так, будто собиралась выйти на орбиту, Игнис вручила ему полотенце и указала на ванную. Естественно, всё это ей пришлось делать с закрытыми глазами, чтобы не смущать Микки. Ситуация была комичной, но Игнис внезапно понравилось строить из себя мамочку. Она постелила чистое бельё в спальне на кровати Руди — парень под кайфом всё равно не собирался ложиться спать в ближайшие сутки. Чистый и счастливый Микки вышел из душа через полчаса, завернувшись в полотенце, пропахшее марихуаной. — Забирайся, — махнула рукой она, указывая на кровать. Тот торопливо нырнул под одеяло, и Игнис невольно улыбнулась, глядя в сияющие счастьем глаза. К счастью, полумрак скрыл от сироты это редкое явление. — Спокойной ночи, — пожелала она, собираясь свернуться клубком в одном из кресел в гостиной перед ворчащим телевизором. — Стой! — выпалил Микки. Он замялся и бросил боязливый взгляд в сторону макушки Руди, которая была видна через приоткрытую дверь. Игнис усмехнулась. — Не бойся, он будет кайфовать всю ночь под мультфильмы о Спанч Бобе. Честно говоря, они и без травки кажутся мне странными. — Расскажи о клане, — попросил Микки с надеждой. Он лежал на животе, и она видела тускло мерцающую метку между его лопаток. Это напомнило, что ответственность за Микки временно лежала на ней, поэтому Игнис опустилась на пол рядом с кроватью и вздохнула. — В клане тебе помогут, найдут наставника. Там драконы, которые тебя понимают и принимают. Долгое время я была частью этого, но потом всё изменилось. — Почему? — Мой наставник посчитал, что я не могу сосуществовать с другими мирно, — пожала плечами Игнис. — Я поссорилась с одной девушкой, Цертой, потом запорола беседу с новенькой, а дальше покатилось по наклонной… — Церта — это та, с которой ты разговаривала? — подал голос Микки. — Она не хотела, чтобы я пришёл. В его глазах было столько грусти, что Игнис снова вздохнула и задалась вопросом: что она делает? Этот бездомный сирота не нуждался в её помощи, никому не нужна была её помощь. Это она усвоила ещё со времён клана, но отозвалась: — Её имя переводится как «высокомерная сука», забудь о ней. Микки прыснул. — А как переводится твоё имя? — Огненная, — после небольшой паузы призналась Игнис. — Я бы хотел себе какое-нибудь другое имя, — со вздохом отозвался Микки. — Тебе дадут новое имя. Меня крестили в клане. — Как тебя звали до этого? Он от любопытства даже приподнялся. Игнис усмехнулась. Она никогда не общалась с детьми и ничего о них не знала. Собственные воспоминания стёрлись с годами, и она не хотела их возвращать. Почему-то ей казалось, что это было незначительно. — Анна. Когда-то меня звали Анна. Игнис произнесла это и сама не поверила своим словам. Нет, этого не было. Её всегда звали Игнис, Огненная и одна из самых сильных драконов своего клана. Никто и никогда не называл её Анной, не придумывал уменьшительно-ласкательные вариации, не пытался подтрунивать или мерзко сокращать, коверкать это имя. Она Игнис. Дракон. Точка. Игнис не желала, чтобы Микки запомнил это имя, но по сомнению в его взгляде поняла, что ничего не изменилось. Ему явно нравилось её второе, правильное, драконье имя. Это вселяло уверенность и позволяло облегчённо выдохнуть. Сама того не желая, Игнис сидела на прохладном полу, пока Микки не сморил сон. Она поняла, что здесь не нужна, когда раздалось мерное и тихое сопение. Осторожно поднялась, но замешкалась, не сделав шаг в сторону двери. Поддела пальцами край сползшего одеяла и накрыла оголённую спину мальчика. В темноте что-то вспыхнуло ярко-голубым пламенем, заставив Игнис испуганно вздрогнуть и отдёрнуть руки. Микки спокойно спал, словно ничего и не произошло. Только метка между лопаток засияла бледно-голубыми всполохами. Ей показалось, что от ровного клейма дракона расползлись предательские линии, похожие на трещины. Это могло быть игрой воображения, но в горле пересохло, а в груди похолодело. В душу закралось подозрение, безумная догадка, которая внезапно давала ответы на все вопросы. Почему этот мальчик остался без клана? Почему Водные драконы не захотели его принять? И почему его аура то гасла, то вспыхивала ярким светом? Игнис не хотела об этом думать. Она предпочла уснуть под мультфильм про Спанч Боба и не забивать себе голову лишним. Она надеялась, что уже завтра Микки станет не её проблемой. *** Утром Игнис проснулась раньше всех. Микки блаженно спал в кровати Руди, а сам Руди медитировал на кухне в состоянии, в котором ему не была интересна реальность. Ещё только рассвело, а у Игнис уже созрел план. И первым пунктом было: сходить на квартиру и переодеться. У квартиры её ждал пузатый плотный мусорный мешок. Игнис попыталась открыть дверь и поняла, что замки уже сменили. Как следует стукнув ни в чём не повинную стену и с чувством ругнувшись, Игнис взяла мешок с вещами и вышла на крыльцо. Села, закурила. Решив, что Руди не будет против её компании ещё на недельку, она докурила, закинула мешок на спину и пошагала обратно. У первого же автомата притормозила, чтобы позвонить. — Офис мистера Кларенса. Ингрид слушает. — Свяжи меня с Бедуином. Игнис словно наяву увидела, как лицо Церты скривилось так, будто ей в рот затолкали лимон. — Он не хочет тебя видеть. — Церта, хватит уже быть такой сукой и выполняй свои прямые обязанности. Игнис тут же пожалела об этих словах, думая, что теперь-то Церта точно бросит трубку, но она неожиданно покладисто пропела: — Мистер Кларенс вернётся завтра. Я записала вас на два часа. Не опаздывайте! Слушать короткие гудки Игнис не стала и повесила трубку. Они с Цертой провели в одном клане без малого шесть лет, но так и не смогли ужиться. Похоже, они были заклятыми врагами, но вот Церта пошла навстречу, и теперь Игнис чувствовала, что их отношения дали крен. Что на неё нашло? Она знает что-то, чего не знает Игнис? Неожиданная сговорчивость Церты настораживала, но встреча с Бедуином была назначена, правда, не так скоро, как хотелось. Лучше, чем ничего. Руди всё ещё пребывал в прострации, но смог заварить кофе. Игнис заглянула в спальню: мирный бугорок под одеялом не показывал признаков пробуждения. Она вернулась на кухню и понадеялась, что наркоманы хоть иногда запасаются едой, а не съедают всё за один раз. — Кофе? — Руди плеснул щедрую порцию в пузатую кружку и добавил: — У меня есть наггетсы. — Пойдёт, — согласилась Игнис и достала из морозилки упаковку. Готовка отвлекла её от мыслей о Бедуине и Церте, но ненадолго: наггетсы жарились быстро. Тем временем Руди сидел за столом и пустым взглядом наблюдал за Игнис. Она никак не реагировала на него, потому что была уверена — Руди не здесь. Но, когда перед ним оказалась тарелка с едой, он встрепенулся и спросил: — Зачем тебе плита? — Это твоя плита, — спокойно напомнила Игнис. — Мы у тебя дома, Руди. — Да я… Ты же дракон. — И? — не поняла она. — Зачем тебе плита? — повторил Руди. — У тебя же этот… огонь. Игнис фыркнула. С такой стороны она на это не смотрела. В клане выбивали из головы идею применять способности в бытовых целях, но этого она, разумеется, Руди не рассказала. — У меня заряд закончился, — совершенно серьёзно ответила Игнис. — Надо подождать. Руди удовлетворённо кивнул и вернулся к кофе. Игнис думала, что делать с Микки. Она и не надеялась, что Бедуин возьмёт на себя ответственность за него, но рассчитывала на договор с каким-нибудь Водным кланом. Среди Огненных Микки делать было нечего, а в её компании — тем более. Нельзя было придумать наставника хуже, чем Игнис. Она была одиночкой и не переживала из-за этого, но появление Микки всколыхнуло старые мечты о клане, о семье. Может, их встреча — это знак, что ещё не всё потеряно? — Каково быть драконом? — вдруг протянул Руди. — Это как вечный переходный возраст, — подумав, ответила Игнис. — Ощущение, будто в тебе живёт кто-то чужой и непредсказуемый. И у тебя два варианта — либо позволить ему тебя уничтожить, либо научиться с ним уживаться. — Мальчишка — тоже дракон? — Да, Водный. Ему нужно в клан, иначе он пропадёт. Ему нужна помощь и поддержка своих… В его случае это просто необходимо. — А покажи что-нибудь… драконье? Игнис усмехнулась. Похоже, теперь она стала бюджетным развлечением для наркомана. Так как Руди всё равно сочтёт это галлюцинацией, она сверкнула красными глазами, а потом пустила искрящийся дым через рот. Он забавно щипал и горчил на языке. Руди дождался, когда дым иссякнет, и кивнул: — Круто. Допив кофе, Игнис отложила немного наггетсов для Микки и взглянула на часы. Не хотелось его будить, может, он впервые за долгое время спал в кровати, но Игнис не могла усидеть на месте. Умом она понимала, что Микки был вполне взрослым, чтобы отвечать за себя, но тревога за него не утихала даже теперь, когда он блаженно спал в соседней комнате. Поддавшись иррациональному порыву, она снова заглянула в спальню. Микки не двигался. Обойдя кровать, Игнис грязно выругалась: — Я придушу этого дракона! Под одеялом вместо Микки лежали подушки.