Метка огня

Бедуин был её отцом, но Игнис старалась об этом не вспоминать. И не признавалась себе, что надеялась надавить на его чувства, какими бы они ни были. Встретив Микки, она вдруг подумала, что может что-то изменить. Она стояла перед столом, выпуская дым через рот, и не могла поверить, что всего двое суток назад не знала маленького бездомного мальчика, чья судьба теперь стала для неё значима. — Признайся, Анна, ты просто искала повод со мной увидеться. — Не льсти себе, — повторила Игнис. Она помнила, каково это — чувствовать, как тебя уничтожает собственный дар. Ей помогли, но к тому моменту маленькую Анну уже замучили кошмары, а от метки на спине расползлись уродливые трещины. Она в прямом смысле распадалась на части и не могла пожелать кому-то такого же. — Спаси его, — попросила она. — Нет. — Чёрт возьми, Бедуин! — вспылила Игнис. — Ты мне должен! Именно ты затащил меня в клан, спас, а потом сказал Совету, что я неуправляема! По твоей вине меня вышвырнули, ты предал меня, и ты мне должен! Помнишь? Ты сказал, что я бесконтрольный монстр, у которого нет надежды стать нормальным драконом! Игнис трясло. Она будто бы снова переживала тот позор. Она будто бы снова стояла перед Советом, смотрела в родные глаза и слышала жестокие слова собственного отца. Игнис была ребёнком, чей мир крутился вокруг единственного родителя и чей мир только что разбился у его ног. — По-твоему, это неправда? — холодно поинтересовался Бедуин. — Правда ничего не стоит, когда речь идёт о любви к дочери, — устало отозвалась Игнис, в один момент перегорев. — А ты никогда меня не любил. — Это ложь. — Тогда докажи это и спаси мальчишку, — тут же предложила она. — Я сделаю всё, что угодно. Я вернусь в клан, хочешь? Бедуин вдруг усмехнулся. — Ты знаешь этого мальчика всего несколько дней, — напомнил он. — Ты так к нему привязалась или ищешь повод вернуться? Предлагаю сделку. Игнис нахмурилась и кивком головы попросила продолжать. — Бросай эту игру. Оставь мальчишку, и я верну тебя в клан. Игнис непонимающе смотрела на Бедуина, а он продолжал. Она с удивлением поняла, что ещё никогда не видела отца таким возбуждённым, даже радостным. Холод испарился, и Бедуин говорил уверенно и воодушевлённо. — Теперь ты готова, Анна, стать настоящей частью клана, моей наследницей. Помнишь, ты на дух не переносила детей, не хотела быть наставником? Та девочка, которую я поручил под твою опеку, ещё долго не могла оправиться от твоих нотаций, но посмотри на себя сейчас! Ты привела ко мне мальчика, чтобы помочь. Ты готова стать наставников, а потом и главой клана. Ты наконец-то готова к командной работе. Понимаешь, что это значит? — Это ты его ко мне подослал? — возмутилась Игнис. — Нет, я не имею к этому никакого отношения, но это определённо судьба, Анна, — отозвался Бедуин, и в чёрной бороде промелькнула улыбка. — Тебе суждено вернуться к нам. — Что будет с мальчиком? — Я найду тебе десяток потерянных душ, которые ты будешь направлять, — махнул рукой он. — Признайся, что тебе понравилось вести за собой юного дракона, быть его опорой. Он не единственный, кому нужен пример. Игнис знала, что Бедуин прав. Опять. Ей действительно понравилось поучать Микки, ловить его над землёй и чувствовать его восхищение… На мгновение она вспомнила время, которое провела в клане. Было не так уж плохо… Но вопрос остался без ответа. — Что будет с Микки? — повторила она. — Кто знает, — пожал плечами Бедуин. — Может быть, сила разорвёт его, а, может, сделает сильнейшим из драконов. — Почему ты не можешь спасти его? — Я уже стар, Анна, мои силы на исходе, — признался он. — Такое вмешательство может сократить оставшиеся мне дни… — Эгоистичный сукин сын… Игнис тряхнула головой, отгоняя наваждение слов отца. Она снова вспомнила унижение перед Советом, его выходки, направленные якобы на её благо. — Я никогда не вернусь, Бедуин, — проговорила она и теперь была уверена, как никогда до этого. — И я найду способ спасти Микки без твоей помощи, ты меня слышал? — Он всё равно умрёт. — Да, и тогда ты заплатишь за это, — зло пообещала она. — Анна… Игнис не слушала. Она захлопнула за собой дверь, глубоко дыша и чувствуя, как в руке дотлевает сигарета. Церта встретила её удивлённым и чуть торжествующим взглядом, но Игнис не обратила на это внимание. Бегло осмотрев коридор, она выпалила: — Где Микки? — Кто? — притворилась секретарша. — Церта, чёрт возьми… — Убежал оборванец, — лениво отозвалась она. — Пулей вылетел из кабинета. Что-то там пробубнил про полёты и про то, что обязательно станет настоящим драконом… Не разобрала. — Почему ты его не остановила? — процедила сквозь зубы Игнис. — Твой Угасающий — ты и разбирайся, — пожала плечами Церта. Игнис сломя голову бросилась из офиса. Она понимала, о чём говорил Микки и куда отправился после. Она перебирала бесконечные ступени ногами и надеялась, что не опоздает. Игнис выбежала из здания и свернула за угол. Молясь, чтобы мальчик не отправился в другое место, она бежала к тому самому зданию, с которого недавно столкнула Микки. Сердце бешено колотилось в груди, кровь стучала в висках, а лёгкие раздирал холодный осенний воздух. Знакомая дыра в заборе обнаружилась там же. Игнис зацепилась волосами за тонкий прут и со всей злости рванулась вперёд. От боли слезились глаза, но она всё равно смогла увидеть, как маленькая фигурка оторвалась от крыши и стремительно приближалась к земле. — Микки! Нет! Игнис не услышала собственный голос, горло перехватило от боли и слёз. Но крик не мог ничего изменить, Микки падал, не издавая ни единого звука. Оставались считанные секунды до его фатального столкновения с реальностью. Ещё никогда для Игнис время не неслось галопом, как в этот момент. Ей казалось, что смертельно медленно стягивает куртку, а за ним и свитер, чтобы дать крыльям спокойно расправиться. Оттолкнувшись, она сделала рывок. Взлетать с земли было непривычно, но ей это удалось. До самого последнего момента ей казалось, что ничего не получится, что она промахнётся, не успеет, и Микки с противным хрустом столкнётся с землёй. До боли в крыльях сделав очередной рывок, Игнис схватила мальчика и камнем рухнула на землю. Прижимая к себе хрупкое тело ребёнка уже когтями, а не руками, она кувыркнулась через голову, приземлившись на мёрзлую поверхность. Боль расколола сознание, но Игнис была жива. Как и мальчик, который содрогался от рыданий и болезненных спазмов. Она чувствовала его тепло, и это успокаивало. Через силу отпустив Микки, Игнис поднялась. Сердце всё ещё испуганно колотилось, в голову ударил адреналин, но паника и ужас отступили. На негнущихся ногах перед ней покачивался мальчик, упрямо сжимая кулаки, со следами слёз на щеках. Игнис увидела на его груди кровавые раны от её когтей, но жалости не было. Она чертовски злилась на сорванца, который плакал и шептал: — Я хочу быть драконом… Я буду драконом… — Не будешь, если вдребезги разобьёшься! — вспылила Игнис. — Кто вообще так делает?! Никогда больше так не пугай меня, ясно? Никогда! Она сильно тряхнула Микки за плечи, и тот вдруг с силой выкрикнул: — Я буду драконом! Игнис услышала, как воздух разрезало что-то сильное и упрямое, как и мальчик, стоящий перед ней. Она облегчённо рассмеялась и прижала Микки к себе, глядя на упругие крылья за его спиной. — Конечно, будешь. Игнис знала, почему отказалась от клана, почему именно этот мальчик заставил её изменить своё мнение по поводу детей и наставничества. Он был таким же упрямым, как она. — Я буду для тебя кланом, обещаю. Обещаю, я тебя не подведу… Морьенс.