Хучи Кучи мэн

В пятницу вечером Лесь стоял в подворотне старого Сталинского дома. На стене переливалась красочная вывеска «Чеширский кот», на которой белозубо улыбался известный всем персонаж сказки. Сам клуб находился в подвале, спрятанный от любопытных глаз натуралов и гомофобов. Вокруг ступеней, ведущих вниз, стояла разношерстная толпа. Тут были вполне солидного вида мужики, походившие то ли на рокеров, то ли на байкеров. Чуть поодаль громко хохотала кучка молодняка с разноцветными хохолками, напоминающая стайку глупых маленьких попугаев. У стены яростно сосалась пара девушек, одна из которых была одета в классический мужской костюм. – Привет! – Лесь вздрогнул и шарахнулся в сторону. – Ты что такой пугливый, котенок? – рядом с ним стоял высокий мужчина. Лесю стало не по себе, потому что в темноте подворотни и в ярких вспышках вывески мужчина показался ему похожим на отрицательного героя анимэ. Худой, с широкими плечами. Длинные волосы были забраны в высокий хвост. Достаточно узкие джинсы и длинный, чуть растянутый кардиган. Черные очки на глазах. И эта улыбка… от нее у Леся свело живот. Она была безумно красивой, но какой-то недоброй. – Я друга жду, – ответил Лесь и попытался отойти от мужчины подальше. – Ну, если с другом ничего не выгорит, можешь найти меня в клубе. Я Мияки. Если что, спросишь барменов. Меня тут все знают. – Зачем мне? – Лесь нахмурился. От этого Мияки у него по спине бегали мурашки, да и вообще, он не планировал тут кого-то цеплять. – Ну, если надумаешь… Я заплачу, и неплохо, – и снова эта пугающе-завораживающая улыбка. – Леська, привет, – Макс переходил дорогу и издали махал Лесю рукой. – Слава богу! Чего так долго? – недовольно пробурчал Лесь. – Так это ты пришел раньше. Мы ж договаривались на девять? А сейчас без трех минут. А что? – Да тут клеятся всякие пидоры, – Лесь насупил брови и мотнул головой в сторону Мияки, который успел отойти к кучке «рокеров-байкеров». – Познакомился с Мияки? – Макс улыбнулся и махнул мужчине рукой. Тот ответил тем же. – Чего ты его так испугался-то? Вообще, Мияки у нас звезда. О нем мечтают все, даже дядя Слава, наш охранник. Хотя он натурал и хороший семьянин, – Макс улыбался, не скрывая своего хорошего настроения. От его улыбки Лесю стало тепло. И эти ямочки на щеках… и глаза… У него такие глаза… голубые… – Эй, Лесь! Чего у тебя с лицом-то? – одернул его Макс. – В смысле? – смутился Лесь. – Как у дебила. Гы-ы-ы!!! – сморщил смешную мордочку Макс. – Сам дурак, – Лесь ткнул его кулаком в грудь, и они пошли к заветной лесенке. – Ты действительно считаешь себя натуралом? – Макс и Лесь сидели за столиком возле бара и не спеша потягивали пиво. Музыка на танцполе была громкая, но здесь она не мешала им болтать. Кружка пива была уже не первая и даже не вторая, поэтому разговор стал достаточно откровенным и доверительный. – Знаешь, я уже не уверен. Мне нравятся члены. – Серьезно? – засмеялся Макс. – Ну не ржи, – Лесь сам засмеялся от своих слов, – да, нравятся. Мне приятно прикасаться к мужскому члену. Тьфу ты, черт! Телу. Не члену. И еще сказать секрет один? – Давай, – Макс сделал большой глоток из кружки. – Мне очень нравится один мужчина. Мы с ним уже… сколько… три или четыре месяца общаемся. – Тогда зачем ты за деньги на стороне, если у тебя есть мужчина? – Да как есть… Я даже лица его никогда не видел. Только тело и член. И еще голос. Ты не представляешь, какой у него голос… Ах… – Лесь пьяно закатил глаза и вздохнул. – Я тебя что-то не понимаю. Почему не видел его лица? – Мы с ним в интернете общаемся. А я его хочу в реале. Сильно хочу. – А почему ты проститутишь? Ты мне так и не ответил. – Ну, если тебе это интересно… И Лесь рассказал Максу все от начала и до конца. Рассказал про маму, которая, заткнув свою гордость куда подальше, пошла на поклон к брату отца. Про друзей, у которых в жизни было все готовое, принесенное на блюдечке родителями. Для которых такие, как Лесь, низший сорт. Рассказал про свое вранье. Про то, как просил у матери денег на клубы и шмотки. Про разбитый гаджет. Про то, как не смог найти работу. Про «Богатого друга». – Так я оказался на «Охоте», – завершил свой рассказ Лесь. – Слушай… Я не могу тебе много дать, но… На, возьми, – и Макс положил в руку Лесю пятитысячную бумажку, – у меня больше нет. – Давай это посчитаем как аванс, – кивнул ему Лесь. – Нет, Леська. Знаешь… Считай, что я тебе в долг дал. Я… мне бы очень хотелось с тобой… ну… ты понимаешь… но не так, – Макс смутился и, чтобы как-то развеять неловкую ситуацию, предложил: – а пойдем танцевать? Лесь не особо умел и любил танцевать, но общий настрой и выпитое пиво завели его, как игрушку с пружинкой внутри. Ему было легко и весело. Макс дурашливо заигрывал с ним и пару раз так возбуждающе потерся попой о пах Леся, что у последнего подскочило не только настроение. – Макс! Пошли! – он схватил друга за руку и потянул в сторону туалета. Кабинка оказалась свободной, и Лесь втолкнул слабо упирающегося Макса в пахнущую хвойным освежителем голубую кафельную клетку. Он всем телом прижал Макса к стенке и стал жадно целовать губы и шею. – Леська! – Макс попытался его остановить. – Да подожди ты, ненормальный! – он попытался задержать Леся в тот момент, когда тот уже хотел сесть перед ним на корточки. – Чего ждать? – Лесь жал в руке возбужденный член друга. – Посмотри, – Макс ткнул на картинку, висевшую на стене. На ней можно было разглядеть двух черных человечков, занимающихся как раз тем, что задумал Лесь. Человечки были перечеркнуты красной линией, а внизу была надпись: «Приветствую тебя, идущий отлить! Для оных штраф!» – К черта всех! – Лесь опустился на колени и с жадностью втянул в рот напряженный член. – М-м-м… Леська! Прекрати! – Макс еле заметно покачивал бедрами в такт движениям головы Леся. – Ты сегодня платишь! Поэтому я должен тебе, – ответил Лесь, поднимаясь и снова целуя Макса. – Стоп! – Макс отстранил его рукой. – Так ты это делаешь потому, что я… Дурак ты, Лесь. Не все в жизни покупается. Я просто хотел тебя немного развеселить, чтоб ты не кис дома. Хотел помочь как другу, а ты… – Макс… – Лесь растерянно смотрел на парня, – я не хотел обидеть. Просто… Прости меня. – Давай так, – Макс застегнул ширинку и строго посмотрел на Леся, – сделаем вид, что этого не было. – Ага… – Деньги отдашь, когда сможешь. И знаешь что… Если захочешь просто поговорить с кем-нибудь, позвони, ладно? Не за деньги, а просто как другу. Договорились? – Договорились, – ответил Лесь и последовал вслед за Максом в бар. Лесю все еще было не по себе. Он поддерживал разговор о новом классном ужастике, который недавно вышел и на который неплохо было бы сходить вместе. Ему стыдно было смотреть Максу в глаза. Он чувствовал себя последней шлюхой. Макс понимал его настроение и как мог подбадривал, давая понять, что не сердится. – Комплимент от хозяина заведения, – с этими словами официант поставил на стол дорогой коктейль с красивой изогнутой трубочкой и кусочком лайма на краешке бокала. – Ты сильно понравился Мияки, – похлопал Леся по плечу Макс. – А Мияки – это хозяин клуба? – Ага. А ты не знал? – Не-а… А кто этот Мияки? – Я точно не знаю. Все говорят, что он японец. Хотя на самом деле то ли бурят, то ли якут. Говорят, ему досталась в наследство нефтяная вышка. Говорят, что он жутко богат. Говорят, что кроме нефти он еще и наркотой промышляет. Никто толком не знает, откуда он взялся и на какие шиши содержит этот клуб. В общем, он красив и загадочен. Немногие попадают к нему в постель, но говорят, что он там творит чудеса. – Принц на белом коне? – грустно улыбнулся Лесь и украдкой бросил взгляд на барную стойку, где на высоком стуле сидел Мияки. – Ну, принц не принц, а мечта всего гейского бомонда. – Как думаешь, поблагодарить за комплимент стоит? – Думаю, стоит. Только… будь осторожным, Лесь, – вздохнул Макс, – и как приедешь домой, позвони мне. Лесь подошел к барной стойке и взгромоздился на высокий стул, рядом с Мияки. Мужчина снял кардиган и распустил длинные волосы. Под кардиганом оказалась кипенно-белая рубашка. Верхние пуговицы ее были расстегнуты и обнажали длинную шею и часть красивой ключицы. Теперь, без черных очков на лице, Мияки напоминал японца с обложки модного журнала. Острые скулы обрамляли длинные черные волосы, а в узких азиатских глазах плясали огоньки от гирлянды над барной стойкой. – Я хотел сказать спасибо, – наконец выдавил из себя Лесь, пытаясь привлечь Мияки к себе. – Не за что, котенок. Просто ты такой милый и такой невинный. Ты выделяешься из общей массы местных обитателей. – А почему ты назвал клуб «Чеширский кот»? – спросил смутившийся Лесь. – А ты сам как думаешь? – и Мияки улыбнулся… Его улыбка перестала быть пугающей, но осталась яркая и соблазнительная. Это была улыбка Чеширского кота с вывески над входом. Немного сумасшедшая, немного насмешливая и мудрая. – Как думаешь, ты сможешь освободить для меня сегодняшний вечер? – Мияки провел тонким пальцем по краешку бокала с коньяком. – И ночь… – его палец бабочкой соскользнул с бокала и словно крылом коснулся губ Леся. – Да… – только и смог сказать завороженный Лесь. Лесь пришел в себя в крутом, обшитом кожей салоне машины. Мияки, словно почувствовав, что жертва пришла в себя, взял Леся за подбородок и коснулся его губ своими губами, мягкими и теплыми, пахнувшими коньяком и лаймом. Он улыбнулся своей загадочной улыбкой, и все сомнения Леся улетучились. Квартира оказалась недалеко от клуба. Она походила на своего хозяина, такая же изящная и утонченная. Тут не было ничего лишнего. Огромный телевизор, удобный диван, стеклянный журнальный столик, шкаф, встроенный в стенку. Мияки был аскетом с чувством меры и вкуса. – Располагайся. Что-нибудь выпьешь? Лесь снова напрягся. Он впервые был у «клиента» дома, и его это немного пугало. – Мне бы что-нибудь, чтоб расслабиться, – вспомнил он про рассказ Макса. – Хм… сейчас. Присядь пока, – кивнул Мияки и вышел в другую комнату, – вот. Выпей это, – вернувшись, он протянул Лесю голубую таблетку, – это поможет расслабиться. Лесь, не задумываясь, выпил ее. Несколько минут они с Мияки сидели на удобном мягком диване и жадно целовались. – Ну как? – поинтересовался Мияки, когда Лесь неожиданно для себя томно застонал ему в губы. – Так странно. Такое ощущение, что я лечу, – выдохнул Лесь. – Отлично. Тогда ты готов к приключению. Пойдем. Я покажу тебе спальню. Спальня тоже была эталоном аскетизма. Огромная кровать, ночник и прикроватная тумбочка. – Раздевайся, я сейчас, – сказал Мияки, и снова исчез за дверью. Лесь послушно разделся и растерянно оглянулся по сторонам. Он не знал, что ему делать: оставаться стоять посреди комнаты было глупо, а ложиться в кровать и ждать – еще глупее. Пока он соображал, что ему делать, дверь открылась и вошел Мияки… Его стройное мускулистое тело было обтянуто в латексный черный костюм. Волосы были подняты в высокий хвост, а сквозь прорези черной маски блестели темные азиатские глаза. – Ну что, котенок? Поиграем? Лесю не было страшно. Вид этого красавца в обтягивающей коже возбуждал фантазию. Мужчина достал из тумбочки длинную веревку и стал выводить ей вокруг худой тушки Леся диковинные узоры. Каждый раз, когда Мияки делал узел, его прохладные руки касались горячей кожи Леся, отчего по всему телу пробегали тонкие иголочки возбуждения. В какой момент Леся накрыла таблетка, он не знал. Все, что делал с ним красавец в черном костюме, заставляло его вздрагивать и изгибаться. Тело Леся тянулось к сладким ударам плети. Он ждал этой тягучей, обжигающей боли больше, чем поцелуев и ласк. Горячие капли воска на пояснице заставляли его член напрягаться, от укусов длинных кожаных змей яйца подпрыгивали и поджимались. Лесь исполнял все приказания своего восхитительного хозяина. Его голос шептал их нежно и вкрадчиво, в самое ухо. Лесю казалось, что от этого голоса шевелятся дреды на его голове. – А теперь, котенок, встань так, чтобы мне было удобно в тебя войти. Впервые Лесь наслаждался сексом. Было ли виной этому волшебная синяя таблетка или действительно Мияки был мастером своего дела, Лесю было все равно. Мияки оказался выносливым или сам выпил какую-нибудь розовую или белую таблетку, но тот темп, который он задал изначально, ни разу не сбился. Оргазмы накрывали Леся один за другим. Они заставляли его складываться пополам. Они были мощными и долгими. После очередного точка спермы Лесь еще минут пять бился в судорогах, чувствуя на плечах и шее нежные прикосновения губ Мияки. И новые толчки члена внутри заставляли Леся подниматься и выть от страсти. После третьего или четвертого оргазма Лесь упал лицом в подушку и отключился.