Гарри Снейп и Игрушечный Хогвартс- экспресс

На платформе 9 и 3\4 собралась очень разношерстная толпа народу. Аристократического вида мужчина с тростью недовольно косился на большое и суетливое рыжее семейство. Впрочем, он был слишком занят тем, чтобы посадить на поезд двух крайне беспокойных детей, ему некогда было обращать внимание на всяких плебеев и их возню. — Драко, Гарри, вот вам несколько галеонов на сладкое, — сказал Люциус Малфой и протянул деньги в пустоту. То, что монеты тут же не выхватили из руки, его насторожило. И точно — мальчишки, еще минуту назад стоявшие рядом, уже успели исчезнуть, чему лорд Малфой ничуть не удивился, благо он слишком хорошо знал своего сына и его друга. Честно говоря, заводилой в этой парочке был Гарри, но и Драко от него почти не отставал. За последние две недели, в течении которых Гарри гостил у Малфоев, мальчишки успели довести всех обитателей поместья до того состояния, когда они только и мечтали побыстрее отправить эти «цветы жизни» в школу. Люциус мысленно потирал руки, думая, что теперь очередь профессоров помучиться, недаром он денежки платил. — Ну и куда ты меня тащишь? — поинтересовался Малфой-младший. Его товарищ крепко держал мальчика за руку и целеустремленно вел вперёд по перрону. — Я, кажется, видел Забини. Мы познакомились на Конгрессе Зельеваров во Флоренции, он писал, что поступил в Хогвартс, — важно ответил Гарри. — Его мама помимо ядов умеет готовить просто невероятную смесь для не лопающихся мыльных пузырей. В этот момент он лоб в лоб столкнулся с рыжим мальчишкой, державшим крысу в руках. Тот потер ушибленную голову и поморщился. — Прости, — искренне сказал Гарри. — Тебя как зовут? — Я тебе и так скажу, — Драко фыркнул. - Рыжий и в обносках — точно Уизли. Малфой почувствовал, как рука друга предупреждающе сжала его запястье, и опустил взгляд. Настроения Гарри он понимал как никто другой — в этот раз тот явно был недоволен недружелюбным тоном Драко. — Эй, кто так говорит с нашим Ронни? — к ним подошли двое совершенно одинаковых мальчиков, которых различить было решительно невозможно. — Мы Фред и Джордж Уизли и обижать нашего маленького братишку никому не разрешаем. Он целиком и полностью наша жертва. — Спасибо, братья, тоже мне, — пробурчал Рон. Гарри жизнерадостно улыбнулся Фреду и Джорджу. — Близнецы Уизли! Летающий стол в классе Зелий, поющий котел и фальшивое привидение на Хэллоуин — это же ваши дела? Мерлин, да вы мои кумиры! Кстати, это Драко Малфой, а я Гарри. Гаррет Северус Снейп. — Фред, помнишь, ты спрашивал, что может быть хуже Снейпа? — спросил Джордж, повернувшись к брату. — Только два Снейпа! — подхватил Фред. — Гарри, пошли отсюда, — процедил Драко. Не хватало им еще выслушивать тупые замечания от рыжих нищих магглолюбцев. — Ладно, ещё поболтаем, обязательно расскажете историю о том котле, мне интересно, как вы это сделали, — сказал Гарри, ничуть не обидевшись на слова близнецов. Он прекрасно знал, какое впечатление его папа может производить на детей, да и на взрослых тоже. Драко за руку увел своего друга от Уизли. У них всегда были разные взгляды на людей, в чем-то они всегда не соглашались, но одно маленький сноб усвоил навсегда: нельзя оскорблять друзей Снейпа-младшего, если не хочешь вконец с ним рассориться. Постепенно он втянулся и перестал коситься на каждого нового знакомого Гарри — так и косоглазым остаться недолго — но некоторых из них просто терпеть не мог. И Гарри было об этом известно, хотя он все равно старался подружить Драко с более простыми детьми. Юный мистер Снейп был не дурак, он уже давно понял, что с последним оборванцем может быть веселее, чем со многими лордами, и не позволил бы Малфою зарубить на корню его отношения с Уизли, ведь Гарри так ждал этой встречи! Папа рассказывал ему о некоторых шалостях Фреда и Джорджа, и мальчик восхищался при одной мысли, что это лишь те проделки, о которых удалось узнать профессорам. — Драко, Гарри, — Люциус без тени гнева посмотрел на детей, которые не без труда отыскали его в толпе. — Я желаю вам удачной поездки. — Спасибо за гостеприимство, лорд Малфой, — вежливо сказал Гарри, потупив взор. Мальчик умел говорить красиво, благо отец потратил достаточно времени на обучение его манерам. — С нетерпением будем ждать вашего следующего визита, — ответил Люциус. Это была правда, Снейп-младший ему нравился. Лорд Малфой не контактировал с Северусом Снейпом три года после падения Темного Лорда — они оба слишком хорошо знали все подробности темного прошлого друг друга. Но потом как-то случайно встретились на Косой Аллее, и с удивлением обнаружили, что имеют сыновей-одногодок. Пока отцы с холодной вежливостью говорили о погоде, Драко и Гарри, естественно, умудрились сбежать, и следующие полчаса были посвящены их поискам, а когда мальчики обнаружились в магазине метел, стало ясно, что они просто созданы друг для друга. Пришлось договориться об еще одной встрече. Люциус к этой идее относился скептически, хотя понимал, что Драко нужен друг, а не десяток домовиков-нянек. Мальчишки вот уже семь лет были лучшими друзьями. Может, Снейпы не жили в огромном особняке и не имели родового гобелена, но оба были чертовски умны. Малфой заметил, что его сын всеми силами старается не выглядеть глупее своего одаренного друга и тянется к знаниям, так что Гарри влиял на него уж точно лучше, чем маленькие Винс Крэбб и Грег Гойл, подобострастно смотревшие Драко в рот. Да и Люциус неплохо поладил с Северусом, обретя в его лице интересного собеседника. К тому же им вдвоем уже не раз приходилось вытаскивать мальчишек из неприятностей, а совместно пережитый страх сближает. В общем, и младший, и старший Снейпы действительно были желанными гостями в Малфой-мэноре. Люциус проводил мальчишек взглядом и улыбнулся. Все, теперь черед Северуса с ними возиться. *** Гарри и Драко нашли себе свободное купе, где расположились с удобством. Ни Крэбба с Гойлом, ни Забини они искать не стали, им пока никто не был нужен. — Так страшно, — пробормотал Гарри, глядя в окно. — Ты опять? — Драко тяжело вздохнул и приобнял его за плечи. — Все будет хорошо, мы же сто раз об этом говорили. — Ты же знаешь, пока длится учебный год, он дома появляется только по вечерам, а еще я неделями живу у вас. Мы очень мало общаемся. Достаточно для того, чтобы он успел научить меня всему, что нужно, но недостаточно для того, чтобы он меня узнал. А теперь я постоянно буду у него на глазах… что если я не справлюсь? Окажусь тупицей? — Поверь, твой отец прекрасно знает, что ты из себя представляешь. И ты просто не можешь оказаться тупицей. Ну вот скажи, сколько заклинаний ты выучил с тех пор, как получил палочку? — Около двухсот. У меня правило, я каждую неделю должен выучивать что-нибудь новое, — сказал Гарри и жалобно шмыгнул носом, явно прибедняясь. Палочку ему отец купил еще в прошлом году, так что он успел попрактиковаться в магии. Благо, и в Малфой-мэноре, и в их с отцом доме, и в Хогвартсе можно было делать это, не рискуя попасться. — Почти четыре сотни заклинаний! Никто на первом курсе столько не знает, Гарри. Успокойся уже, параноик, у тебя просто заниженная самооценка, я уверен, ты будешь самым лучшим учеником Хогвартса. В этот момент дверь в купе открылась и показался круглолицый мальчик, явно чем-то сильно расстроенный. Драко поморщился. Очередной убогий. Впрочем, это даже хорошо, Гарри не может волноваться и терзать себя размышлениями, пока жалеет убогих. — Вы не видели мою жабу? — спросил мальчик, едва не плача. — Я — Невилл Лонгботтом. «Лонгботтом, — щелкнуло в голове у Снейпа-младшего. — Тот, второй мальчик.» — Не видели, — с сожалением ответил он. — Ты уже все обошел? Обратись к старостам в конце вагона. — Я там был. Никто Тревора не видел, — Невилл всхлипнул. — Ну, тише, найдется твоя жаба, — Гарри протянул ему чистый платок — он, как приличный мальчик, всегда носил их с собой. — Вот что, я читал про «метод маяка». Думаю, это может помочь. Смотри, мы берем пуговицу, подвешиваем ее… Как у всякого предусмотрительного человека в кармане у Гарри были не только платки, но и катушка ниток с иголкой и пуговицей. Отец приучил его к аккуратности, а соблюдать ее было не так-то просто для ребенка, который успевает за день по десять раз испачкаться или порвать мантию и не всегда имеет возможность починить ее с помощью магии. — Да не сработает, — возразил Драко. Про этот антинаучный метод ему тоже было известно, но он считал его таким же действенным, как гадание на кофейной гуще. Гарри шикнул на друга. Он вышел в коридор, вытянул вперед руку с ниткой и закрыл глаза. — Ой, а что вы делаете? Колдуете? Я тоже пробовала. А что это за заклинание? — спросил девичий голосок. Малфой заметил вышедшую из другого купе девчонку и поморщился. Судя по всему, это была грязнокровка, а он их терпеть не мог, даже несмотря на то, что Гарри магглорожденные, кажется, нравились. Ему вообще все нравились. Даже девчонки, у которых волосы были похожи на воронье гнездо. — О, Гарри. Вы чего тут толпитесь? А можно к вам, меня Фред и Джордж из купе выставили, секреты у них там какие-то. А еще братьями называются, — сказал прибежавший откуда-то Рон. Драко мысленно застонал. Такое скопление людей, тем более такого сброда, действовало ему на нервы, а вот его лучший друг всего лишь махнул рукой. — Тише, дайте сосредоточиться, — нетерпеливо сказал Гарри. — Крутись-крутись, жаба Тревор, найдись. Рон посмотрел на него с легким сомнением. Драко слова заговора показались смешными, но он забыл об этом, как только маятник в руке Снейпа-младшего дрогнул и начал раскачиваться из стороны в сторону, после чего повис в положении, противоречащем всем законам физики, словно кто-то держал за другой конец нитки. Девчонка шепотом что-то начала говорить, но Малфой шикнул на нее и приложил палец к губам. Он уже понял, что перед ним редкостная зануда. Видимо, тоже постоянно читает книжки, как Гарри, вот только тот никогда не выливал на собеседника тонны лишней теории, вместо этого просто брал и делал. Теперь мальчик пошел за маятником. В тамбуре он резко присел на пол и что-то накрыл ладонью, после чего повернулся к Невиллу и с улыбкой протянул ему жабу. — Это он? — спросил Гарри. — Ага, спасибо! — радостно воскликнул Лонгботтом и взял своего Тревора. — Постоянно убегает. — Да, он у тебя любитель приключений, — весело сказал Снейп-младший. — Вон, глаза какие хулиганские. Гриффиндорская жаба. Следи за ним внимательно, чтобы по дороге опять не потерялся. Тебе лучше потом попросить кого-то из учителей наложить на него следящие чары или что-то вроде того. — Ого, а ты разбираешься в магии, — похвалила Гарри девочка, которая все это время следовала за ними. — Кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер. — О, здорово. Я — Гарри Снейп, это Рон Уизли, Невилл Лонгботтом и Драко Малфой, — представил всех Гарри и протянул ей руку. — Пошли к нам. — Ты это сделал так легко и просто, — продолжала восхищаться новая знакомая. Драко фыркнул. — Сразу видно, дочь магглов, — сказал он, не решившись произнести при Гарри слово «грязнокровка». Ему не хотелось всю оставшуюся дорогу мариноваться в купе с этими людьми, но ради друга стоило потерпеть. Благо хотя бы Лонгботтом отправился в другой вагон, бережно прижимая свою царевну-лягушку к груди. — Ерунда, — Гарри проигнорировал замечание Драко. — Я кое-что знаю о следящих и поисковых чарах, потому что папа перепробовал на мне все. Он, кстати, Зелья преподает. — Ого! Так твой отец — профессор? Это же здорово! — воскликнула Гермиона. — Ты, должно быть, столько всего знаешь. — Я выучил только свод школьных правил, — проворчал Снейп-младший. — «Не ходить в Запретный лес. Не бродить по школе после отбоя. Не лезть в озеро. И упаси тебя Мерлин летать на метле по Большому Залу и читать опасные книги.» Кстати, в Хогвартсе просто огромная библиотека, там есть все на свете. Любишь читать? Драко напрягся, заметив выражение лица Рона. Он знал, как подобные ему дураки относятся к «книжным червям», и готов был поставить рыжего на место, если бы тот посмел что-то ляпнуть. Сам Малфой, впрочем, иногда подтрунивал над другом, потому что в самом деле, как один человек может столько читать? — Ага, люблю. Кстати, — Гермиона понизила голос. — Я много читала о магическом мире. Меня кое-что заинтересовало. Самое важное событие предыдущего десятилетия, падение того, кого не называют. Я посчитала, получается, Гарри Поттеру сейчас одиннадцать лет. Возможно, он едет в этом самом поезде и будет учиться с нами. — Может быть, — Гарри пожал плечами. - В любом случае на распределении по факультетам будут зачитывать все имена новичков, там и узнаем. — Эх, здорово было бы учиться с ним на одном факультете, — Рон мечтательно вздохнул. — Я так точно окажусь на Гриффиндоре. Все Уизли туда попадают. — Туда вашему Поттеру и дорога, — процедил Драко. — Нам с ним вместе не учиться, я на Слизерин поступлю. А если нет, к черту этот ваш Хогвартс. Посылать к черту его научил лучший друг. Благо, Люциус Малфой не знал, что его наследник от Снейпа-младшего научился не только полезным, с точки зрения заботливого отца, вещам, но и всяким прочим тоже. — А ты, Гарри, уже догадываешься, куда поступишь? — спросила Гермиона, покосившись на Малфоя. — Я без понятия, — мальчик вздохнул. Он до дрожи боялся попасть на Гриффиндор, зная, как папа не любит этот факультет. Лучшим вариантом был бы Слизерин, но Гарри подозревал, что тяга к знаниям заведет его на Рейвенкло. Да он и на Хаффлпафф отправился бы с радостью, лишь бы не оказаться под красно-желтым знаменем. — Конечно, Слизерин! — Драко положил руку на плечо друга. Что-что, а причину волнения Гарри он знал. Они летом успели множество раз это обговорить. — Если окажусь на Гриффиндоре и папа выгонит меня из дома, прошу политического убежища в Малфой-мэноре, — прошептал Снейп-младший, благодарно сжав руку Малфоя. — Не поняла, — Гермиона тряхнула лохматой головой. — Получается, факультеты враждуют? В книге было сказано, что все четыре одинаково достойны. — Это Слизерин и Гриффиндор враждуют, остальные между молотом и наковальней не лезут, — Гарри вздохнул. — О факультетских соревнованиях тебе наверняка известно. Так вот, это больше, чем просто подсчет очков. У каждого факультета свой менталитет. Между собой его представители могут ссориться сколько угодно, но как только они находят «против кого дружить», так сразу становятся едины. На самом деле, я думаю, если бы все жили в одном месте и чаще общались, то конфликтов было бы намного меньше. — То есть, получается, мы тут сидим, спокойно разговариваем, а потом Рона, например, распределят на Гриффиндор, а тебя на Слизерин, и вы станете врагами? Глупость какая! — возмутилась девочка. — Мы и так не друзья, — заметил Драко. Гарри только поразился его упрямству. Он искренне надеялся, что рано или поздно его друг сможет преодолеть все предрассудки, навязанные родителями, но все же тот упорно утверждал, что между Уизли и, например, Гойлами есть огромная разница. А какая разница, кроме фамилии? Все же волшебники, хотя с Уизли общаться все же интереснее. — Я считаю, это ни в коем случае не должно нам мешать общаться. Я буду дружить с вами, если вы, конечно, захотите, — сказал Гарри. — Факультет не делает тебя хорошим или плохим. — Да, но все сильнейшие Темные волшебники учились на Слизерине, это факт, — заметил Рон. — И Сами-Знаете-Кто тоже. — Но не все Темные волшебники так уж плохи, — возразил Снейп-младший. За разговорами они и не заметили, как наступил вечер и старосты начали ходить по вагонам, предупреждая о том, что пора уже облачиться в школьные мантии. Гарри уже множество раз был в Хогвартсе, хотя отец старался по мере возможности не таскать его в школу, чтобы, не дай Мерлин, ребенок не упал с лестницы, не стал жертвой глупых проделок Пивза и еще много чего «не». Юный мистер Снейп был знаком со всеми профессорами и, конечно, с Хагридом. Он им всем нравился, многие за спиной профессора Зелий шептались о том, что уж больно сын не похож на отца — такой приветливый и открытый мальчик. Старейшим преподавателям он напоминал кого-то другого, но никто не мог вспомнить, кого. В общем, для Гарри переправа на лодках сюрпризом не стала, как и многие другие вещи, но даже так все это вызвало у него восторг. Немного охладел он лишь в момент приветственной речи профессора МакГоннагал, которая говорила о факультетах и о том, что они должны стать второй семьей. Гарри снова побледнел и вздрогнул, но Драко сжал его руку, словно желая передать свое спокойствие. Северус Снейп сидел за преподавательским столом и смотрел на толпу первокурсников, вошедших в зал. Он немного волновался, конечно, и искал в толпе одного человека. Одного из многих одиннадцатилетних мальчишек в форме. Худенького, невысокого, черноволосого, так непохожего на Снейпа. Гарри был одет в мантию и выглядел очень опрятно, хотя Северус подозревал, что это ненадолго — в глазах мальчика плясали черти, как и всегда. Он то и дело оглядывался по сторонам, часто поправлял очки в прямоугольной оправе. Нервничал. Северус еле заметно кивнул ему. Гарри чуть дернул уголком губ, пытаясь скрыть улыбку. Впрочем, он быстро отвлекся от наблюдения за хмурым отцом и с чисто щенячьим восторгом начал изучать взглядом все остальное. — Северус, мне кажется, ты слишком строг с мальчиком… — начал было Дамблдор, шедший мимо Снейпа к своему месту. — Альбус, а мне кажется, я уже сто раз вам говорил, что это не ваше дело, — холодно ответил Северус. — Северус, ты только сильно не расстраивайся, если он поступит на Гриффиндор. — Альбус, вы только не удивляйтесь, когда он поступит на Слизерин, — парировал Северус, особенно подчеркнув интонацией слово «когда». На самом деле он до последнего не был уверен, что это правда. Как декан факультета, Снейп считал, что этому ребенку там не место, хотя в некоторых вопросах он был настоящим слизеринцем, а как близкий Гарри человек, он не желал мальчику попасть на другой факультет. Все же Слизерин есть Слизерин. — Гаррет Снейп, — громко сказала МакГоннагал. Гарри нетвердым шагом направился к Шляпе, которая только что отправила Драко, Крэбба и Гойла на Слизерин, а Гермиону и Рона на Гриффиндор. Мальчик сел на табуретку, жалея, что не догадался заранее попросить у отца Умиротворяющего бальзама. Ему хотелось вскочить и убежать из зала. — Хм, трудный выбор. Много храбрости, неплохой ум, есть талант и желание показать себя. Куда же тебя отправить? — сказала Шляпа. — Э-э-э, многоуважаемая Шляпа, а может, договоримся? Только не Гриффиндор! — мысленно прошептал Гарри зажмурившись. — Уверен? Отваги тебе не занимать… — Пожалуйста. Только не Гриффиндор, — повторил мальчик. Ему казалось, что его сердце остановилось от страха. — Слизерин! Гарри резко выдохнул и чуть не упал в обморок. Он кое-как заставил себя встать и отправился к столу слизеринцев, где бессильно упал на скамью. — Я же говорил, — прошептал ему Драко. — Это твое место. Гарри повернулся к преподавательскому столу и встретился взглядом с отцом. Тот, впрочем, о чем-то говорил с мадам Хуч, сидевшей рядом, и не заметил этого. Внезапно внимание новоиспеченного слизеринца привлек преподаватель слева от Снейпа, скорее всего, это был профессор ЗОТИ — они менялись каждый год. Квиррел, кажется. Он был странным, Гарри сильно сомневался, что этот профессор знает Защиту. Уж точно не так хорошо, как его отец. Квиррел, кажется, что-то уронил и полез это поднимать, повернувшись спиной к детям. Вдруг Гарри ощутил сильную боль в голове. Он коснулся лба и поморщился. — Что-то не так? — встревоженно спросил Драко. — Я просто устал. Голова разболелась, — сказал Гарри, тепло улыбнувшись другу. Потом ужин закончился. Старосты повели первокурсников в общежития их факультетов. Тот парень, который вел мальчиков-слизеринцев к их спальням, перед входом остановил Гарри и сказал, что декан хочет его видеть. Мальчик вежливо отказался от сопровождения, он и так неплохо помнил Подземелья, хоть отец и запрещал ему ходить по некоторым местам, опасаясь, что ребенок заблудится. Гарри быстро добрался до кабинета декана факультета и вошел, ожидая чего угодно от привычных напутствий и предупреждений до очередного серьезного разговора. Снейп сидел за столом, сложив пальцы домиком, и задумчиво смотрел вперед. — Здравствуй. Поздравляю с удачным распределением, — сказал он, оторвавшись от созерцания стены. — Спасибо, — Гарри просиял. — Ты прочитал книги из списка, который я тебе дал? — Да, почти все. Мне осталась пара глав из «Закономерностей комбинации веществ». Там очень головоломный язык, читается медленно. Думаю, за сегодняшний вечер я ее закончу. Если завтра у тебя будет время, я хотел бы задать пару вопросов по книгам, у меня уже и список составлен. Кстати, — Гарри замялся. — Я не хотел тебя беспокоить по этому поводу, но у меня сегодня болела голова. Вот здесь, — он дотронулся до лба. Северус нахмурился. — Когда? — спросил он. — В Большом зале. Я посмотрел на того профессора в тюрбане, и у меня тут кольнуло. Возможно, дело в том, что я просто устал. Я думаю, волноваться не о чем, — мальчик тут же пожалел о том, что вообще сказал об этом случае. Он не любил расстраивать отца. — Возможно, ты и правда утомлен, — протянул Снейп. — Если такое повторится, сообщи мне немедленно. Ладно, я тебя позвал не за этим, по случаю начала учебного года у меня есть для тебя подарок. Он поднял с пола и поставил на стол клетку с белоснежной совой. Гарри закрыл рот руками. Он мечтал о сове уже года два, но все как-то не получалось затащить отца в зоомагазин, а тут такой подарок, да еще и почти без повода. Вообще Северус сына не баловал. У мальчика были необходимые вещи и книги, приличная одежда, но без излишеств. Если Люциус покупал Драко все, что тот хотел, то Снейп искал для подарков какой-нибудь повод — День Рождения или просто какие-нибудь заслуги. — Спасибо! Ее наверное надо в совятню отправить, да? А имя у нее уже есть? Можно я назову ее Хедвиг? — Можно, — Северус улыбнулся краешком губ, наблюдая, как мальчишка кружит вокруг клетки, рассматривая свою сову. Ему было неспокойно, да и рассказанное Гарри добавляло тревоги, но все же то, что ребенок теперь будет рядом, не могло не радовать. — Тебе не стоит здесь задерживаться. Отправляйся в свою спальню, — ровным тоном сказал Снейп. — Думаю, ты будешь рад узнать, что Драко живет с тобой. — Мерлин, правда? Ты лучший отец на свете! — Гарри крепко обнял его, после чего подхватил клетку с совой и быстро вышел. Северус покачал головой. К чудачествам мальчишки он уже давно привык, равно как и к его эмоциональным всплескам. Помнится, первое время Гарри боялся прикасаться к людям и смотреть им в глаза, а когда понял, что никто его не ударит и не наорет, стал становиться все смелее и смелее. Он любил обниматься, как девчонка, но окружающие никогда это не высмеивали — Снейп бы лично убил того, кто посмел бы смеяться над его ребенком. Он не хотел, чтобы Гарри был таким же пугливым, как он сам когда-то. Конечно, боялся открытости мальчика, боялся, что рано или поздно кто-то сделает ему больно, и сам слишком часто задевал его резкими замечаниями, но Гарри был непрошибаем. Все прощал, обо всем забывал. Душа нараспашку. Это-то и беспокоило Северуса. Он очень не хотел, чтобы однажды мальчик в ком-то очень сильно ошибся, и знал, что это неизбежно. И что с ним сделаешь? Оставалось только любить и понимать. Северус знал лишь одно: второй раз он не допустит ту же ошибку, что однажды перевернула всю его жизнь. Не причинит боль такому человеку. Никогда. В тот день в их жизни начался новый период. Снейп уже тогда чувствовал, что это грозит им большим, чем обычные переделки, в которые Гарри влипал на каждом шагу. Не даром в первый же день мальчик ощутил боль в шраме, надежно скрытом от любопытных глаз чарами.