Гарри Снейп и Игрушечный Хогвартс- экспресс

Незаметно пришел февраль. Неугомонная четверка в тот вечер в очередной раз отправилась к Хагриду. Рону и Гермионе у него понравилось, а Драко пошел затем, чтобы не писать эссе по Травологии, да к тому же Гарри и этот визит обосновал необходимостью получить информацию. А в том, что Хагрид снова не сумеет держать язык за зубами, они и не сомневались. Гарри шел к избушке чуть ли не вприпрыжку. Что бы он ни говорил Малфою о своих мотивах, Хагрид тоже был его другом. Уже давно. Добродушный полувеликан когда-то познакомился с крошечным шестилеткой, которого Снейп привез в Хогвартс на две недели. Маленький Гарри тогда сбежал от отца и собирал гусениц на огроде лесничего. Он ничуть не испугался грозного человека внушительных размеров, в чьи владения случайно вломился, а мило захлопал глазками и сказал: «Здравствуйте. Папа о вас рассказывал. Он говорил, вы человек с большим сердцем». Вообще-то Северус во время очередного приступа пессимизма ворчливо припоминал «некоторых громил, у которых размер мозгов обратно пропорционален размеру тела», но об этом Гарри говорить не стал. Зато Хагрид, польщенный комплиментом, не стал его ругать, напоил чаем, отвел в замок и разрешил приходить в любое время, чем Снейп-младший вот уже пять лет успешно пользовался. Он любил сидеть, пить чай и слушать простонародный говор лесничего. Не нужно держать спину прямо, думать над каждым жестом и постоянно быть готовым держать удар. Залог успеха Гарри был в том, что он с каждым был разным — с Хагридом можно было быть почти собой. Просто Гарри. Лучше было только с отцом, от которого до недавнего времени почти не было секретов, не считая всяких мелких проступков, за которые очень не хотелось получить наказание. Однако, рядом с папой мальчик всегда сильно боялся ошибиться, показаться глупым. В тот вечер Хагрид их не ждал. Он с неохотой пропустил ребят внутрь, что у Гарри сразу вызвало подозрения. Такой скрытности за лесничим не водилось. Полувеликан налил им чаю, вскипятив чайник заклинанием. Место над очагом было занято, там висел котел, но это Снейпа-младшего не заинтересовало. Он собирался вести переговоры. Уж в этом он кое-что понимал. Не только его отец умел выводить людей на чистую воду. — Хагрид, мы знаем, что скрыто на третьем этаже, — прямо сказал Гарри.- Мы понимаем, почему ты не хотел говорить об этом. Дамблдор… он великий человек, раз решился на такое! Исключительный. Это очень большое дело. Однако, мы думаем, что он мог не все предусмотреть. Пушок — хороший охранник, но тот, кто охотится за этой вещью проник в Гринготтс, обвел вокруг пальца даже гоблинов. — Ох, Гарри-Гарри, — лесничий тяжело вздохнул.- Дамблдор-то не дурак. Там ить не только Пушок… ой, зря я это сказал, зря. Снейп-младший под столом сжал руку Драко. Тот вообще сидел тихо и не мешал другу, очень надеясь, что и Грейнджер с Уизли не встрянут в разговор. Благо гриффиндорцы догадались, что Гарри лучше не мешать. — О, ну Дамблдор, наверное, звал самых сильных и умных волшебников, чтобы защитить эту вещь, — сказал мальчик.- Как же он смог сохранить такое в тайне? — Да не, там все свои, профессора, значит, — Хагрид махнул рукой. Он не видел, что у Гермионы глаза от удивления уже стали размером с галлеон. — Ой, и папа тоже? Он мне ничего не говорил, — слизеринец шмыгнул носом и сделал обиженное лицо. — Ты, Гарри, на него не дуйся. Он ить это… не мог он тебе сказать, дело-то важное. Дамблдор просил все в секрете держать. Это я вам только рассказываю, но вы-то ребята умные, не разболтаете. — Конечно, — Драко улыбнулся.- Мы не болтливы. Дамблдор очень вам доверяет, да? Вам и профессору Снейпу. Это здорово. Но хватит ли этого для охраны такой важной вещи? — Не, ну там еще МакГонагалл и Флитвик работали, вот. Эта… Спраут тоже, — задумчиво пробормотал лесничий. — А, деканы, значит, — Гарри хмыкнул. — Ну и Квиррел еще, — добавил Хагрид. Снейп-младший забыл сделать вдох. Квиррел тоже был в этом замешан. Значит, это он, это он главный враг. В таком случае папе надо помочь и мягко убрать с дороги гриффиндорцев, путающихся под ногами. — Интересно, что они там придумали. Хотя, это же все только для подстраховки, так? Ну, ведь никто не догадается, как пройти мимо твоего Пушка? — спросил Гарри. — Да, ни одна живая душа! — Хагрид горделиво выпятил грудь. — Эм, Хагрид, по-моему у тебя в котле что-то дергается, — сказал Рон, до этого молчаливо следивший за ходом расспросов. А котел и в самом деле ходил ходуном, будто в нем было что-то живое. Полувеликан засуетился. Он надел перчатки из драконьей кожи, снял горячий котел с огня и поставил на стол. Хагрид извлек из котла нечто, опознанное Гарри как драконье яйцо, готовое вот-вот треснуть. Ребята все среагировали по-разному. Гермиона смотрела на яйцо широко распахнутыми глазами. Гарри подался вперед, чтобы лучше разглядеть, да и Рон явно заинтересовался. Драко вскочил со стула и отошел на шаг от стола. Он ни разу в жизни не видел новорожденных драконов, но подозревал, что они умеют доставлять проблемы не хуже их взрослых сородичей. — Где ты его достал? — восхищенно прошептал Гарри. Яйцо треснуло, развалилось на две части и показался маленький дракончик — не дракончик даже, так, ящерка. Драко, правда, сразу подумал о том, какой эта ящерка станет через месяц и куда они ее денут. А вот Хагрид, судя по всему, о таких мелочах не волновался. — Уф… красавец, да? — с нежностью сказал он.- Смотрите, он узнает свою мамочку. Малфой закусил губу, чтобы не расхохотаться. Мамочка-Хагрид, подумать только! Нет, определенно, Гарри тянулся к самым ненормальным представителям рода человеческого. Непонятно, что он в Драко-то нашел, тот себя всю жизнь считал абсолютно обычным и не склонным к странностям. — А яйцо это я выиграл, — сказал Хагрид.- В Хогсмиде, значит, сидел там, в «Кабаньей голове»… ну, выпил слегка. Тут незнакомец какой-то подошел, в карты сыграть хотел. Ну, мне масть шла, так что вот оно, яйцо. Мне так показалось, он даже не жалел. Ну и хорошо, я всяко лучше с драконом управлюсь, так? Тут ведь как… к каждому зверю свой подход нужен. Тот чудак, ясно, этим делом интересуется, только опыта ему не хватает. — Интересуется, говоришь, — Гарри прищурился.- Вы, должно быть, приятно побеседовали, да? О редких особях там всяких… — Да. Я ему о Пушке рассказывал. Не всякий день ведь про трехголового пса слушаешь, — Хагрид усмехнулся.- Он пока не услышал, как я своего щеночка успокаивал, отказывался яйцо ставить… Там ведь ничего сложного, цербер же это… как ребенок, в общем. Под музыку или пение засыпает. К любой животине, как к человеку, надо относиться, она шелковой будет. Рон и Гермиона с сомнением засопели, глядя, как дракончик пытается прогрызть перчатку своей «мамочки». Драко за спиной Хагрида корчил Гарри рожи, всеми силами пытаясь выразить одну мысль. «Он идиот?!» — по губам прочитал Снейп-младший и вздохнул. Да, судя по всему, Хагрид не вполне осознавал, что творит. Это и напрягло Гарри. Кто, кто в здравом уме доверит секрет настоящего философского камня и его охраны человеку, который думает через минуту после того, как скажет? Собачка у него под колыбели засыпает, надо же. Гарри это очень хорошо запомнил. Правда, теперь философский камень не был их главной проблемой. Камень, в отличие от норвежского горбатого, никуда не убежит и ничего не подожжет. *** — Ладно, теперь скажи мне, что происходит, — потребовал Драко, как только они с Гарри оказались в спальне. — Я только что понял, что совершенно ничего не понимаю, — сказал Снейп-младший. Он старался не делать преждевременных выводов, однако… папа говорил быть осторожным с Дамблдором. А Дамблдор доверил важный секрет Хагриду, который тут же его выболтал, да и комната была заперта так себе. Будто всем плевать, украдет кто-то камень или нет. Может, это ловушка для вора? В таком случае Квиррел скоро попадется. А их четверке лучше избегать этого места, чтобы не влипнуть в неприятности. Да еще и история с зеркалом… Вслух свои подозрения Гарри озвучивать не стал. — Ты не собираешься говорить об этом со своим отцом, так? — спросил Драко. — Я уже знаю, чем это закончится. Сначала по шее получу я — за то, что влез туда, куда не следовало, и втянул в это других. А потом он выскажет Хагриду все, что думает о нем и его длинном языке. К той комнате мы после этого и близко подойти не сможем. Нет, я не могу с ним об этом поговорить. — Полагаю, об этом мне тоже не стоит писать домой? — Малфой фыркнул.- Прекрасно. Впрочем, какое нам дело до того, украдут камень или нет? Он же не наш, а Дамблдора. — Может, ты и прав… — пробормотал Гарри. В самом деле, пусть директор сам ломает голову над охраной своего сокровища. Кто знает, на что способны профессора Хогвартса, если один Северус может наложить такие сильные темномагические чары, что пройти их сможет разве что сам Темный Лорд? Может, в воре нет ничего особенного, он просто хочет денег. Если бы Гарри не понимал, насколько сильным оружием в умелых руках может стать философский камень, он бы так и решил, но в его глазах камень был сравним разве что со сказочными Дарами Смерти. Это значило, что в Хогвартсе затевается нечто очень и очень серьезное. Однако, Драко был прав, информации пока не хватало. — Ладно. Что мы имеем? Сокровище, спрятанное в школе и защищенное препятствиями, о которых любой дурак может узнать от Хагрида. — Ну, не все так просто. Мы знаем, как пройти Пушка, но мы не представляем себе, что там могли придумать профессора. Спраут, насколько я знаю, не сильна в чарах и колдовстве, ее конек — растения. Возможно, там находится что-то хищное. Таких растений в мире как минимум семьдесят разновидностей, не стоит даже гадать. Дальше МакГонагалл… опасная женщина. Помимо Трансфигурации неплохо владеет многими видами чар, да и воображение у нее есть. То же самое можно сказать о Флитвике. Но все они — светлые волшебники, а вот папа… — Гарри вздохнул. — Тут можно ждать чего угодно, он у меня находчивый. К тому же папины заклинания можно снять лишь с помощью им же изобретенных контрзаклинаний. Наконец, сам директор Дамблдор. Величайший светлый волшебник, который знает больше, чем кто-либо — недаром его печатают на карточках от шоколадных лягушек. — Снейп, — Драко сделал паузу.- Скажи, ты же не хочешь сам завладеть этой штукой? — Вот еще, — Гарри фыркнул.- Во-первых, как сделать из камня эликсир жизни, я не знаю. Во-вторых, владеть таким артефактом опасно — никто не может гарантировать, что меня не убьют из-за него. В-третьих, в Азкабан я пока не хочу. — Умница, — Малфой потрепал его по волосам.- А что будем делать с драконом? Тоже промолчим? — Видимо, да. Надо будет хорошо над этим подумать, — Снейп-младший нахмурился. — У нас есть месяц. Может, два. Мы с Гермионой что-нибудь почитаем о драконах. Драко оставалось только согласиться. Ну не мог его друг усидеть на месте, что уж тут сделаешь. Пусть лучше делом занимается, чем ходит и бесится со скуки. Малфой вздохнул с облегчением, поняв, что о философском камне Гарри временно забыл. *** Дверь в пустой класс тихо открылась. Гарри прошмыгнул в класс и снял мантию-невидимку. Он вытащил из своих воистину бездонных карманов огарок свечи и поставил его на парту, после чего медленно размял кисти рук. — Люмос, — тихо сказал Гарри. Отец был прав, это заклинание у него всегда получалось хорошо. Во время всех своих ночных вылазок он отточил Люмос до автоматизма. А вот с другими чарами была просто беда. Гарри и не задумывался над тем, что всегда слишком громко произносит заклинания, но после последней дуэли стал все чаще замечать за собой такие ошибки. Он взял палочку так, как учили. Конец касается нижнего края ладони, четыре пальца удерживают рукоять, указательный направлен точно параллельно самой палочке, так что кажется, она является лишь продолжением пальца — так проще контролировать ее движения. Хватка крепкая, уверенная. Все как у отца. — Инсендио, — прошептал он. Не сработало. Гарри терпеть не мог, когда у него не работали заклинания. Вот с Люмосом все было так легко и просто, а банальное Инсендио дало осечку. Тогда он решил попробовать сначала просто произнести заклинание тише обычного. Это оказалось труднее, чем Гарри предполагал. Видимо, для того, чтобы все сделать правильно, ему нужно было сосредоточиться не на самом заклинании, а на чем-то постороннем. Он отрабатывал это раз за разом и все равно никак не мог заставит себя перестать выкрикивать заклинания. Это было глупо. Однако, Гарри понимал, что отец был прав. Лишний шум ни к чему не приведет, только помешает, поэтому научиться сдерживаться было в его интересах. Где-то после десятой попытки он отложил палочку и решил отдохнуть. Потом снова взялся за тренировки. Через полчаса должен был наступить отбой, но мальчик не собирался останавливаться, пока не добьется хоть чего-нибудь. Он так всегда делал. Сколько раз Северус заходил в его комнату после полуночи и обнаруживал, что он все еще не спит и бьется над особо запутанным параграфом учебника или сложным заклинанием. Следующим, что решил попробовать Гарри, было Секо. Короткое заклинание с весьма неприятными последствиями, если использовать его против человека. Обычно Снейп-младший отрабатывал это на фруктах. Вот и в этот раз он трансфигурировал какую-то ветошь в дыню, которой предстояло стать жертвой его опытов. Секо было самым подходящим заклинанием. В нем все звуки были тихими, его можно было прошипеть, прошептать, но очень сложно проорать в полный голос. С Секо все пошло совершенно иначе. Примерно к одиннадцати Гарри все же достиг некоторых успехов. Ему хотелось поэкспериментировать с Экспеллиармусом, но обезоруживать было некого. Зато неплохо получилось использовать Акцио. Выкрикивать заклинания он почти перестал, ограничившись простым проговариванием вслух. Это все еще было достаточно громко, но ничего, он будет учиться, учиться и учиться. — Где тебя опять носило? — сонно спросил Драко, когда Гарри возвратился в их спальню. — Проветрился, — коротко ответил Снейп-младший, после чего лег спать. После тренировок он всегда очень быстро засыпал. *** Тем временем дракончик Хагрида все рос и рос. Лесничий все меньше выходил из дома, потому что его «чадо» все время пыталось что-то подпалить. Страшно подумать, что случилось бы, выберись дракон наружу. — Нет, так больше продолжаться не может, — сказал Рон, когда в очередной раз едва не остался без бровей. — Хагрид, дракону здесь не место. — Он же еще ребенок… он не понимает, что творит. Вот вы же на уроках то и дело что-то взрываете, вас ведь за это никуда не отсылают, — пробурчал лесничий. — Минстерские его со свету сживут. — Да, но дракону нужна свобода. Ему скоро на крыло становиться, — возразил Гарри, который успел уже почитать об этих милых существах. — Ведь это у тебя норвежский горбатый, так? Он вырастет просто огромным. Он уже сейчас крупный. Он должен учиться управлять своим телом, а как он может это сделать, если рядом нет ни одного взрослого дракона? — И что делать? — спросил Хагрид. — Мой брат Чарли работает с драконами. Я напишу ему и спрошу, хорошо? — предложил Рон. — Он свой, он никому не скажет. — Ты не расстраивайся, — Гарри положил ладонь на огромную руку Хагрида. — Ему нужна свобода. Ты же знаешь, дракон может натворить дел, и его даже могут наказать за это. Лучше постараться этого избежать. — Да, но он уже так ко мне привык! — великан шмыгнул носом. Гарри порадовался, что Драко вместе с Гермионой остался в библиотеке дописывать эссе по Зельям. Он бы обязательно начал зубоскалить по этому поводу. Хагрид во многих вопросах был бóльшим ребенком, чем ученики Хогвартса. *** Чарли Уизли прислал ответ примерно через неделю. Он написал, что дракона нужно немедленно отправить в заповедник, пока это еще можно сделать незаметно, и сказал, что его друзья могут с этим помочь. Ребятам нужно было только доставить Норберта на одну из башен Хогвартса и передать драконологам. Легко сказать! Гарри все же показал друзьям мантию-невидимку, предупредив, что это строжайший секрет. Под мантией, к сожалению, помещались лишь три человека, а их было четверо, да еще дракон. В итоге было решено, что Гарри и Рон, как самые сильные, потащат Норберта, а Драко и Гермиона будут дежурить в обоих концах коридора и предупреждать, если завидят профессоров или Филча. Они специально выбрали день, когда патрулировать коридор должен был Квиррел. Дракон был тяжелым, а еще он очень не хотел никуда идти, так что Гарри и Рону пришлось попыхтеть. Драко и Гермиона, слава Мерлину, ни на кого не наткнулись. Все бы хорошо, но никто не мог ожидать, что в ту ночь профессор ЗОТИ пожалуется на плохое самочувствие и замещать его будет декан Слизерина. Провернувшие столь сложное дело первокурсники вчетвером уже возвращались в свои спальни, когда совершенно неожиданно из-за угла вышел Северус. На миг оба Снейпа застыли, ошарашенно глядя друг на друга. — Мамочка, — выпалил Гарри. — Я наивно полагал, что являюсь отцом, — парировал Северус.- Может, потрудитесь объяснить, почему ваш квартет вечно переступает школьные правила? Снейп-младший лихорадочно соображал, как в этот раз будет объяснять произошедшее. О драконе теперь, пожалуй, можно было и рассказать, он уже был далеко. Правда, Хагриду тогда влетит. Гермиона хотела что-то сказать, но язык не повиновался. Рон просто спрятался за ней и смотрел на преподавателя. — Профессор, мы предотвращали ужасную опасность, угрожающую школе, — выпалил Драко. И ни капельки он не приврал, что может быть опаснее дракона? Северус одарил тяжелым взглядом каждого из ребят, но ничего не сказал. У слизеринцев появилась надежда на то, что все обошлось, вот только… в этот момент в коридор вошла Минерва МакГонагалл. Посреди ночи ее поднял Невилл Лонгботтом, не обнаруживший в спальне Рона, поэтому декан Гриффиндора отправилась на поиски, искренне надеясь, что Уизли не устраивает какую-нибудь шалость. — Что здесь происходит? — спросила она, глядя на нарушителей и Северуса поверх очков — в ее глазах, кажется, они все были неразумными детьми. Гарри мысленно умолял отца сказать, что он уже наказал их за нарушение режима или придумать что-то еще, но не случилось. — Сто баллов с Гриффиндора. И сто баллов со Слизерина, — со всем возможным презрением сказал Снейп. — За то, что бродят по замку по ночам и лгут преподавателям. — Но… — Гарри сделал шаг вперед и замолчал, посмотрев отцу в глаза. — И взыскание. У мистера Филча, — добавил Северус. Он резко развернулся и пошел прочь. Гарри очень хотелось броситься следом, извиняться, сделать что угодно, но он понимал, что это будет бесполезно. — Мисс Грейнджер, мистер Уизли, отправляйтесь в свои спальни утром зайдите в мой кабинет, — сказала МакГонагалл, поджав губы. Она тоже ушла. Гарри побледнел и закусил губу. — Ти-ише, — протянул Драко, взяв его плечи. — Это не конец света. — Ты понимаешь, что нас завтра четвертуют?! Сто баллов… — О, Мерлин, не только вас! — Гермиона закрыла лицо руками. — Гарри, почему твой отец такой… строгий? — Это я виноват. Ему просто надоело, что я постоянно во что-то вляпываюсь, — убито сказал Снейп-младший. — Вот что… пойдемте в спальню. Думаю, завтра придется честно признаться всем, кто это сделал. И мы должны постараться вернуть эти баллы хотя бы учебой. Если успеем сделать это до тех пор, пока нас не размажут по стенке. На этом они и разошлись. Драко осторожно вел своего друга в их спальню, потому что тот спотыкался на каждом шагу. — Это все из-за гриффиндорцев. Поймал бы он только нас, снял бы баллов двадцать, — убежденно сказал Малфой. — Сто баллов со своего факультета. Он их не вернет, я знаю. Он даже разговаривать со мной не станет, потому что я такой дура-а-ак, — Гарри уткнулся лбом в его плечо. — Не волнуйся ты так. Баллы — это не главное. Кубок по квиддичу ты точно возьмешь, а все остальное наверстаем как-нибудь. — Да не в этом дело. Он же знает, что все это я затеял и других втянул, — Снейп-младший застонал. — Мне конец. *** — Мой отец узнает об этом, — дрожащим голосом сказал Драко, кутаясь в мантию. На улице было холодно. Грейнджер тоже стучала зубами, а Уизли и Снейпу все было нипочем. Они вчетвером шагали вслед за Филчем, тащившим их к избушке Хагрида. — Я тебя огорчу, мой уже должен был узнать. И толку, как видишь, от этого немного, — сказал Гарри. Когда они пришли к Филчу, четверо нарушителей ждали, что их заставят что-то чистить и мыть. Как бы не так! Школьный смотритель отправил их в спальни за уличными мантиями. Уже тогда они задались вопросом: что можно делать на улице после заката? Гарри хотел забежать к папе и уточнить, в чем заключается наказание, но тот все еще злился, так что мальчик просто побоялся сунуться в его покои и отвлечь от дел. — У тебя, Малфой, чуть что «мой отец узнает об этом», — проворчал Рон. — А почему я не могу воспользоваться его помощью, если мне так удобнее? — удивился Драко. — Скучаю по тем временам, когда нарушителей можно было сечь розгами и подвешивать за большой палец ноги, — проскрипел Филч и злорадно ухмыльнулся. Гермиону передернуло. — Хм, значит ли это, что нам повезло? — спросила она. — Муффлиато. Теперь он не будет нас слушать. И нет, я не считаю, что нам повезло, — Гарри помотал головой. — Определенно. И сколько ему лет, если телесные наказания были еще при директоре Диппете? — прошептал Драко. — Его даже наши родители помнят, — Рон фыркнул. — Иногда мне кажется, что он вообще не человек. Спустя несколько минут они добрались до избушки. Гарри предположил, что лесничий мог узнать о наказании и нарочно придумать им какую-нибудь задачу, чтобы вместо протирания кубков они просто попили чаю и поболтали. Это было бы мило с его стороны, если учесть, что именно из-за Хагрида они во все это влипли. — Здравствуйте, Аргус, — пробасил горе-драконовод. — Вот, привел нарушителей, — Филч ухмыльнулся. — Забирайте. — Да… спасибо. Вы это… можете идти, я их сам потом провожу, — сказал Хагрид. Смотритель, который до этого казался медлительным, уже через минуту исчез из поля зрения. — Хагрид, как у тебя дела? — спросил Гарри. — Я… — лесничий всхлипнул. — Так скучаю! — Ничего. Норберт уже наверняка на месте. Я думаю, у него масса новых впечатлений, — успокоил его Снейп-младший. — Это все прекрасно, но в чем заключается наше наказание? — поинтересовался Драко. — Ну, надо бы того, в лес прогуляться… Я сейчас Клыка приведу, а вы здесь обождите, — сказал Хагрид и ушел. А ребята остались стоять с открытыми ртами. — Так. Стоп. Нас сейчас в качестве наказания ведут в место, за поход в которое наказывают? — спросила Гермиона. — Что?! — Говорил же, логика — это не про нас, — Гарри вздохнул. — А вот об этом папа, наверное, не знает. — Но узнает! — воскликнул Драко. — Об этом я точно напишу отцу! Там же оборотни водятся! — Да ладно вам, Хагрид же знает лес, с ним мы будем в безопасности, — неуверенно сказал Рон. — Клык, здоровая псина, в случае чего любого порвет. К тому же сейчас не полнолуние. — Да-да, — Снейп-младший закивал. Он, в отличие от остальных, знал, что в Запретном лесу водятся не только оборотни. Отец рассказывал о Запретном лесе, даже воспоминания показывал, но строго-настрого запретил входить туда. И дело было даже не в опасности, тут у Гарри еще был шанс выпутаться. Дело было совсем в другом. Что ж, он знал, как себя вести. Можно прийти в лес, можно взять что-то, но нужно соблюдать осторожность. И уважать. Магическая природа на удивление своенравна, к ней нельзя относиться с пренебрежением. Хагрид вернулся вместе с Клыком. В руках у лесничего был арбалет, что явно не добавило спокойствия ребятам. — Так, слушайте внимательно, — сказал полувеликан. — С тропинки не сходите, держитесь меня, и все будет хорошо. Гарри взял Драко за рукав. Так, на всякий случай. Гриффиндорцы и те были напряжены, что уж тут говорить о Малфое, который явно нервничал. — Видите… пятна на земле? А знаете, что это? — спросил Хагрид, указав на лужицу какого-то вещества, похожего на ртуть. — Нет, — ответил Гарри. Не признаваться же, что он видел кровь единорога и даже знает, что с ней можно сделать. Хм, интересно, а получится ли тайком собрать немножко?.. Может, тогда и папа его простит. — Это кровь единорога. Уже второй раз. Первого я мертвым нашел, а этот, вишь, бродит еще где-то, бедолага. Будем искать, а там уже как карта ляжет — или помочь ему надо, или добить, чтобы не мучился. Драко закашлялся. Серьезно? Они должны ходить и выслеживать раненого единорога? И это во время того, как по лесу, возможно, еще шатается та тварь, которая поранила это животное? — Тшш, все будет хорошо, — прошептал Гарри, склонившись к его уху. Малфой почему-то ему поверил и уверенно зашагал вперед. — Ну вы просто влюбленная парочка, — Рон фыркнул. Драко нервно усмехнулся. Пусть рыжий говорит, что хочет, а руку Гарри он не отпустит, пока не выйдет из этого страшного-страшного места. Инстинкт приказывал крепко держаться за самого надежного человека. Вообще-то, самым надежным был Хагрид, который знал эти места, но вцепляться в него было бы глупо, да к тому же в его умственные способности Драко с некоторых пор не верил. Правда, он тут же передумал и захотел присоединиться к лесничему, когда тот надумал разделиться. — Следов тут много, всем скопом будем до утра ходить, — сказал Хагрид. — Рон, Гермиона, вы со мной? — А мы возьмем собаку! — тут же выпалил Малфой. — Да берите. Только учтите, он очень боится, — ответил Хагрид. Драко глубоко вдохнул и выдохнул. Прогулка обещала быть крайне увлекательной. Около десяти минут они с Гарри шли по кровавым следам. Однажды Снейп-младший наклонился над небольшой лужицей, Драко одобрительно хмыкнул, заметив, что его друг собрал немного крови в пробирку. — Ты всегда носишь с собой посуду? — поинтересовался Малфой. — Чистый фиал, мешочек, ножик для ингредиентов, свечка, моток бечевки, блокнот и карандаш, — перечислил Гарри. — Это в левом кармане. В правом у меня безоар, Заживляющее и Кроветворное зелья. А вот этот кулон на шее — портключ. Так что мы сможем перенестись в безопасное место. Если успеем, конечно. — Ты умеешь обнадежить, Снейп, — Драко фыркнул. — Смотрю, папа тебя без шапки гулять не отпускает. — Сказал тот, у кого в каждую мантию вшит амулет от сглаза. — Слышал это? — спросил Драко, уловив какое-то шевеление впереди, и испуганно замер. — Там что-то есть, давай позовем Хагрида. — Хм. Я пойду, посмотрю, - Гарри нахмурился. — Если не вернусь через минуту, посылай сигнал. Не волнуйся, я думаю, это просто какие-нибудь зайцы в кустах. Вот, — он расстегнул цепочку и протянул Малфою свой порт-ключ. — Если что, откроешь медальон, он перенесет тебя к нам домой, сработают сигнальные чары, папа тебя найдет. Не сходи с места! Он ушел вперед. Драко не считал себя трусом, но вот теперь ему почему-то захотелось орать. Почему, ну почему этот дурак вечно ищет себе неприятностей! Малфой даже не стал выжидать минуту, он сразу послал сигнальные искры в воздух. И почувствовал себя очень одиноким, так что горло сдавило. Наследник древнего рода едва не разревелся, как девчонка, потому что ему стало действительно страшно. А Гарри тем временем вышел на небольшую поляну. У него перехватило дыхание, когда он увидел тело единорога и фигуру в черной мантии, склонившуюся над ним. Он знал, знал ведь, что эта кровь дает силу и может спасти от смерти, правда, за очень большую цену. Тот, кто находился перед ним, был самым настоящим чудовищем. И чудовище его заметило. Гарри крепко стиснул палочку и сделал шаг назад, прикидывая, сумеет ли справиться с незнакомцем или хотя бы сбежать. Оно подняло голову. Капюшон почти полностью скрывал лицо, но Снейп-младший знал, что оно смотрит. Он должен был заорать или убежать, но просто оцепенел и не шевелился. — Это ты-ы-ы… — прошипело чудовище и заскользило по земле ему навстречу. Внезапно Гарри ощутил сильную боль в шраме. Она была просто нестерпимой, так что в ушах звенело и не было сил пошевелиться. Это был конец. В таком состоянии он уж точно не сумел бы отбиться. — Секо, — словно сами по себе прошептали его губы, а рука совершила отработанное движение. Чудовище отшатнулось от него. Внезапно промелькнуло что-то большое и очень яростное, оно встало между Гарри и чудовищем. Боль начала утихать. Когда Снейп-младший наконец-то смог встать на ноги, его врага и след простыл. На поляне остался лишь истерзанный единорог и кентавр. Вообще-то, кентавров стоило опасаться, потому что они не всегда были благосклонны к людям, но этот внушал доверие. — Приветствую, — вежливо сказал кентавр. — Меня зовут Флоренц. Вы в порядке? — Я полумертв от страха, но в целом ничего, — пробормотал Гарри. Ему не нравился взгляд кентавра. Эти существа всегда смотрят так, будто знают все секреты. — Вы храбры… я так и думал, — Флоренц уставился в небо. — Полагаю, вам лучше сесть мне на спину, чтобы быстрее выбраться из леса. — Нет, — Гарри помотал головой. — Я знаю, так нельзя. Вы лучше скажите… кто эта тварь? — Вы уже встречались с ним. — Это не ответ на вопрос «кто». Я много с кем встречался, — Снейп-младший напрягся. — О ком вы? — Я не могу его назвать. Вы знаете, что спрятано в школе? Тот, кто ищет это, готов на все, чтобы выжить. Он знаком вам, сын двух отцов. Можете быть спокойны, я не выдам ваш секрет. Кентавры не болтливы. Мальчик побледнел и отшатнулся. Они знали. Кентавры все знали, и та тварь тоже. — Гарри, Гарри, где ты? — послышался встревоженный голос Хагрида. Тут же кто-то подбежал и крепко обнял застывшего в ступоре Снейпа-младшего, уткнувшись носом в его волосы. Малфой. — Идиот, я думал, тебя сожрали, — прошептал он. Гарри с удивлением понял, что по его шее стекает горячая капля. — Все хорошо. Когда я пришел, здесь уже никого не было, — сказал он. — Я никого не видел. — Привет, Флоренц, — сказал Хагрид. — Что тут? — Ужасное преступление, — кентавр вздохнул и посмотрел в небо. Лесничий наклонился над единорогом и начал его осматривать, а Флоренц ушел. Драко все же отошел от Гарри и стоял чуть поодаль, всем своим видом показывая, что он никакого отношения к Снейпу-младшему не имеет. Рон о чем-то перешептывался с Гермионой, а сам Гарри лихорадочно соображал. Речи кентавров всегда трудно толковать, слова Флоренца исключением не стали. Тот, кто стремится выжить любой ценой, охотится на единорогов и хочет похитить философский камень. Это ясно и понятно. Осталось только вычислить, кто этот таинственный вор, и вот тут все было туманно и неясно. Это все как-то касалось истории Гарри Поттера, опять же Флоренц сказал, что не может назвать чудовище, а не называли в Магическом мире только одного человека… — К папе. Срочно, — тихо сказал Гарри, когда Хагрид наконец-то отвел их в Хогвартс. Драко согласно кивнул. *** Северус весь вечер сидел за проверкой эссе, наивно полагая, будто его подопечные в это время чистят кубки в Зале славы, или убираются, или сортируют какие-нибудь документы. Меньше всего он ожидал, что в одиннадцатом часу вечера к нему явятся Драко и Гарри. Оба почему-то были одеты в уличную одежду и выглядели пугающе. У Малфоя были красные глаза, сам он нервно скручивал в жгут широкий рукав мантии. Гарри был бледен так, словно увидел самого Темного Лорда. — Успокоительного. Полуторную дозу, — сказал он. Снейп не стал задавать вопросов. Он понял, что произошло что-то очень важное, поэтому следовало пустить мальчиков погреться к огню и пойти за зельем. Раз Гарри говорил, что следует увеличить дозировку, значит, потрясение было очень сильным. Когда Северус вернулся, друзья сидели на диване. Гарри бережно перебирал волосы Драко и шептал что-то успокаивающее, хотя Малфоя все равно трясло. — Что случилось? — спросил Северус после того, как ребята более-менее пришли в себя. — Отработка, — Гарри сердито мотнул головой. — Они отправили нас в Запретный лес. Там кто-то убивает единорогов, Хагрид его выслеживал, а мы ходили с ним. Потом… мы разделились. Гермиона и Рон пошли с Хагридом, мы с Драко взяли с собой Клыка. Мы услышали шум, я пошел вперед, чтобы поверить. Вот и все. Там лежал труп единорога, больше ничего не было. — Так. Прекрасно, — выдохнул Снейп и скрестил руки на груди. — И конечно, Хагрид не мог обойтись без четырех первокурсников? Естественно, как же искать убийцу единорогов без великих следопытов и воинов. Драко, скажи, ты сейчас в порядке? — Да, — Малфой кивнул, но Северус ему не поверил. — Хорошо. Хочешь, я вызову Люциуса через камин? — Да. Спасибо. Не думаю, что он сможет чем-то помочь, но мне хотелось бы с ним поговорить. Я понимаю, что ничего страшного не произошло, и все же… это было ужасно, — выдавил Драко. Вообще-то, он не любил вслух признавать свою слабость перед Снейпом-младшим, тот вот вообще ничего не боялся. Впрочем, Гарри его и не таким видел, чего уж там. Да и Северус тоже. Снейп оставил Драко у камина в гостиной Слизерина, а Гарри отвел в свои покои. — Что там на самом деле случилось? — требовательно спросил он. — И не говори, что всего лишь прогулка в Запретный лес. Малфой мог запаниковать, но ты — никогда. — Посмотри, — неестественно спокойно ответил Гарри. — Я не смогу рассказать. — Уверен? — уточнил Северус. — Хорошо. Посмотри мне в глаза и расслабься. Меня интересует только сегодняшний вечер, я больше ничего не узнаю. Просто покажи мне то, что случилось. — Я тебя люблю, — мальчик уткнулся лицом в его мантию. Он вообще никогда не плакал, но теперь был близок к этому. Слишком сильным оказалось потрясение. — Все хорошо, — Северус погладил его по голове. — Сейчас ты в безопасности. — Смотри. Только тебе лучше принести еще успокоительного, — Гарри дернул уголками губ в неудачной попытке улыбнуться и посмотрел ему в глаза. — Легиллименс, — сказал Снейп. Он просмотрел все, начиная с того момента, когда Гарри вошел в лес, и заканчивая тем, когда он оттуда вышел. В конце у Северуса тряслись руки. Видимо, насчет успокоительного Гарри был прав. — Я думаю, Флоренц говорил правду и кентавры никому ничего не скажут, — сказал Северус. Он не знал, что еще сказать. Произошедшее просто не укладывалось в голове. Он, взрослый и ответственный человек, понятия не имел, что делать. — Да, — Гарри вздохнул.- Он так смешно меня называл — «сын двух отцов». Только это… это неважно. Меня беспокоит то чудовище. Я мог неверно истолковать намеки, но очень похоже, что Флоренц имел в виду Темного Лорда. Мне страшно, я не гриффиндорец, черт возьми! — он сорвался на крик.- Как, как такое могло произойти? — Возможно, это не он…- Северус задумался.- Дай мне пару дней, я попробую разобраться. Ты же веришь мне? Мы потом обязательно об этом поговорим. — Да. Но ты лучше дай мне зелье Сна без сновидений. Боюсь, кошмары меня будут мучить еще долго, — Гарри грустно улыбнулся. — Боюсь, не тебя одного, — Северус вздохнул. — Пошли, проверим, как там твой друг. Когда они вошли в гостиную, Люциус Малфой сидел на диване и рассеянно гладил по голове уснувшего Драко, глядя в одну точку. Судя по всему, разговор по камину плавно перешел в личную встречу. Люциус посмотрел на Северуса и приложил палец к губам. Гарри еще никогда не видел, чтобы Малфой выглядел настолько страшно. Даже не знай он, кто это, наверняка решил бы, что перед ним хладнокровный и жестокий убийца. Убийца, который бесшумно ступает по ковру и держит трость на весу, чтобы не разбудить своего ребенка. — Гарри, присмотри за ним. Северус, надо поговорить, — тихо-тихо прошептал Люциус. Снейп-младший кивнул и пошел за пледом, чтобы укрыть спящего друга, а Северус развернулся и повел Малфоя к себе. *** Люциус выглядел слегка потерянным. Тот, кто когда-то без дрожи в руках разбрасывал Непростительные, хладнокровно расправлялся с врагами и строил интриги, теперь будто бы резко постарел и осунулся. — Я усыпил Драко, потому что он слишком нервничал. Надеюсь, сон ему поможет, — сказал Малфой. — Гарри тоже в шоке, — Северус вздохнул. — Твари. Прогулка в Запретный лес. — Я убью этого старого маразматика, а потом сожгу великанье отродье на костре, — прошипел Люциус. — Они не смеют трогать моего сына! — А мы ничего не сможем сделать, мой друг, — с горькой усмешкой ответил Северус. — Мы же Пожира-атели. Ты — член Попечительского совета, а я — профессор, но будь уверен, как только мы раскроем рты, нас снова ткнут лицом в грязь. Они нарушили правила и должны были быть наказаны. А это даже не порка и не подвешивание за руки. Прогулка по лесу, какая мелочь! Эти гриффиндорцы сейчас пришли, спокойно легли спать и видят десятый сон, а завтра ни о чем даже не вспомнят. Хогвартс — самое безопасное место, директор заботится об учениках. Так было всегда. Оборотень чуть не сожрал пятикурсника? Ну так не сожрал же, подумаешь, большое дело! Ты знаешь, сколько таких историй я видел? Их объединяет одно. Слизерин. Мы априори не можем быть жертвами, потому что мы слизеринцы. И я понятия не имею, что сейчас делать. — Сколько мы еще будем за это платить?! — вскинулся Малфой.- Сколько еще судов и обысков я должен перенести, чтобы меня и моего ребенка оставили в покое? Ненавижу Гриффиндор, ненавижу все это, ненавижу! — Я тоже много чего ненавижу, но не в моих силах это изменить. Ты успокойся. Когда Драко проснется, я осмотрю его и дам зелья, если понадобится, — сказал Снейп. — Спасибо. Мой-то все время под деревом простоял, только страху натерпелся. Это по твоему Гарри Гриффиндор плачет. Драко мне рассказал, как он ему свой портключ отдал. Говорит: «А я там стою и никак не могу заставить себя поверить, что он вернется», — Люциус грустно улыбнулся. — Ты знай, я этого не забуду. Конечно, забудет. Северус знал, что как только на горизонте замаячит Темный Лорд, Малфой все забудет. Метка ему не позволит поступить иначе. А самому Снейпу пути обратно не будет. Не после того, как Темный Лорд — если это только был он — узнал Гарри, узнал о том, кто все эти годы растил мальчишку. — Снейп, я очень тебя прошу, — сказал Люциус, вырвав профессора из размышлений. — Я заботился о твоем сыне, когда он был у нас, ты и сам знаешь это. Я прошу тебя, позаботься о моем. Не допусти этого больше. Северус не знал, что ответить. Он просто кивнул, чтобы не давать бессмысленных клятв. Конечно, Драко этого тоже не заслужил, но что Снейп мог сделать? Даже Гарри лучше заботился о Малфое-младшем, хоть и был всего лишь ребенком. — Сделай ему порт-ключ, — тихо сказал Северус. — Чтобы больше не пришлось ждать. — Завтра же. То есть уже сегодня, — Малфой задумчиво посмотрел на свою трость. — Мне сейчас лучше вернуться домой. Нарси наверняка уже заметила, что меня нет. Я даже не уверен, что ей стоит знать. У нее всегда ребенок на первом месте, а тут он в школе, и она… — Люциус сбился. — Она будет не в себе, если узнает. Это нечестно — скрывать от нее, но ведь ничего страшного не произошло, если так посмотреть. — Так, все, иди отсюда. Чем быстрее ты явишься пред светлые очи своей супруги, тем лучше. И да, если тебе станет легче, я тоже считаю, что Нарциссе лучше избегать стрессов, — ответил Северус, стараясь не коситься на часы. Семейные дела Малфоев в третьем часу ночи его не интересовали. Благо Люциус был занят своей женой и не стал требовать от Снейпа активных действий — благодарить за это, видимо, стоило очередной медовый месяц супругов Малфоев, которые для поженившихся по расчету были просто неприлично влюблены друг в друга. Спровадив Люциуса домой, Северус без сил упал в кресло. Ему нужно было выспаться, чтобы утром вовремя спуститься на завтрак. Надо же, мальчишка не растерялся, приложил эту тварь. Это Северусу напомнило одну из его сказок. Именно с помощью сказок, зачастую им самим же и сочиненных, он вводил ребенка в мир магии, объяснял простейшие истины. Одним из таких повествований была история об анимагах. И там злой волшебник, обернувшийся зверем, столкнулся с магом, который атаковал его, оставив огромный порез на плече, а впоследствии узнал анимага в человечьем обличье по шраму… Что ж, если Гарри достиг успеха, Темный Лорд или его слуга теперь должен иметь особую примету. Шрамы от Секо залечить не так-то легко, стандартными зельями из Больничного крыла тут не обойтись. Северус даже почти не сомневался в том, кого завтра не досчитаются в учительской.