Гарри Снейп и Игрушечный Хогвартс- экспресс

Был поздний вечер. Гарри и Гермиона сидели в библиотеке за уже давно облюбованном столом, который был отгорожен стеллажом. — Так ты уверен, что твой отец не заинтересован в философском камне? — спросила Гермиона. Она весь вечер собиралась с духом, чтобы начать этот разговор. — Уверен, — слизеринец нахмурился. — Послушай, совершенно точно ясно, что он не пытался меня сбросить с метлы. Это сделал кто-то другой. И я не думаю, что этот случай вообще имеет что-то общее с камнем. Я же с ним никак не связан, верно? — Ты можешь об этом не знать, — заметила Гермиона. — Ну, разве что этот «добрый человек» каким-то образом выяснил, что мы знаем о камне и планирующемся похищении, и решил убирать нас по одному, начиная с самого умного и красивого, — Гарри усмехнулся. — Знаешь, зря мы в это лезем. Надо просто сказать взрослым. Если ты не доверяешь моему отцу, можешь пойти к профессору МакГонагалл или Дамблдору. — Но у нас даже нет доказательств, одни домыслы. И Хагриду точно влетит, потому что мы не сможем скрыть, откуда узнали о камне, — Гермиона закусила губу. — Нет, ты был прав, когда говорил, что мы должны в этом разобраться. — Эй, Гриффиндор, но мы же не боевая группа аврората, — вяло возразил Гарри. — И все же… — Гермиона нервно накручивала прядь волос на палец. — Как вы с Драко можете быть уверены в своих родителях, зная, кем они были? — Как бы тебе объяснить, — Снейп-младший вздохнул. — Слизеринцы, они как лисы. Они очень проницательны и хитры. А еще лисы верны своим парам и очень заботятся о своих детях, иногда и чужих подбирают. Это о наших отцах. Я знаю, что папа всегда постарается меня защитить, даже если это будет не в его силах. Вот так вот. Поэтому я совершенно точно уверен, что он ничего плохого не делал и не собирается. — Каждый родитель таков, — Гермиона пожала плечами. — Однако, то, что твой отец хорошо относится к тебе, не значит, что он будет таким со всеми. Ты же сам видишь, каким он иногда бывает. Кстати, я как-то говорила с Хагридом… оказывается, он много интересного знает. Он даже знал родителей Гарри Поттера, которые отдали жизнь за своего сына. Они были героями. Зря вы так относитесь к Мальчику, который выжил. — Разве героизм его родителей означает, что он заслужил эту славу? — Гарри опустил голову. - Я не знаю, может, гриффиндорцы иначе мыслят, но я этому вашему сироте не завидую. По мне так живой отец-Пожиратель лучше мертвого отца-героя. Чем думали эти герои, чьи дети сейчас живут у бабушек или теть? Чем они думали?! Да, они всеми силами старались уберечь своих детей от будущего, где Темный Лорд правил бы миром, но… я понимаю, что чувствует ребенок, когда видит, как чужие матери гладят своих детей по голове и дуют им на раны, и знает, что у него никогда этого не будет. Каждый из них отдал бы все, чтобы быть любимым, чтобы получить немного тепла. Мне очень-очень повезло с отцом, потому что он не бросил меня, не сломался, когда было тяжело, не был жестоким и сумел выкарабкаться и остаться со мной. Мне повезло — другим нет. Все. Тема закрыта, — жестко отрезал он. — И вообще, что это ты часто Поттера всуе поминаешь? — Он такой загадочный, — сказала Гермиона. — Никто и ничего о нем не знает. Это странно… ты хватаешься за любую загадку, кроме самой очевидной. Разве тебе не интересно? — Трансфигурация живых организмов — вот что интересно, — проворчал Гарри, потянувшись за учебником. Оставшуюся часть вечера он провел за изучением Трансфигурации. Гермиона же что-то черкала в одном из своих блокнотов и напряженно молчала. Ссориться со Снейпом-младшим второй раз она не собиралась, но и отказываться от своих подозрений тоже. Гриффиндорка верила своему другу. Ей казалось, что она сразу поймет, если он солжет, и что такой человек просто не может быть неискренним. Ей еще многое предстояло узнать о слизеринцах. *** Матч с Рейвенкло прошел в последнюю неделю января. Гермиона и Рон вместе с Драко сели на трибуну Хаффлпаффа, решив, что это нейтральная территория, к тому же там места было больше. В этот раз гриффиндорцы с чистой совестью могли болеть за Гарри, раз уж он играл не против их команды, поэтому они и объединились с Малфоем. — Нет, все же здорово летает, — с завистью сказал Рон. — Еще бы. Он с детства мечтал играть, — Драко улыбнулся. — Еще с того раза, когда впервые посмотрел квиддичный матч. — Он хочет после школы в профессиональную команду? — Ну, пока еще рано об этом говорить, — Малфой пожал плечами. — Хотя, с такими способностями он может выбрать что угодно. Если, конечно, до седьмого курса не поглупеет, что вряд ли. Правда, я не думаю, что Гарри выберет Аврорат или место в Министерстве, это для него слишком скучно. — А ты куда хотел бы? — поинтересовалась Гермиона. — Я, если честно, плохо себе представляю, чем можно заниматься в магическом мире. — Да тем же, чем и в маггловском, — ответил Рон. — Мой отец, например, в Министерстве работает. Учителем вот тоже можно быть. Целителем. За магическими зверями присматривать, или продавать что-нибудь, или зелья варить, или… — Короче, вариантов масса, — подвел итог Малфой и обратил все внимание на поле. — Все, конец рейвенкловцам. Совсем мышей не ловят. Рейвенкловцы, видимо, тоже это понимали, потому что боролись все отчаянней и отчаянней. Гарри уже в пятый раз медленно облетал поле, высматривая снитч и стараясь не обращать внимания на отца, до судорог в пальцах вцепившегося в метлу. Внезапно краем глаза Снейп-младший заметил, что сбоку к нему пристроился загонщик Рейвенкло. Рейвенкловцы никогда не позволяли себе грубых приемов, так что вряд ли этот парень пошел бы на таран или стукнул бы ловца битой, как это сделал бы Флинт, но это преследование Гарри очень не нравилось. Он резко свернул вправо, уходя от загонщика, и тут же наткнулся на невесть откуда взявшегося охотника. — Нарушение, — тут же вскинулся Северус, заметив происходящее. — Касания не было, — возразил капитан команды. Пришлось с ним согласиться. Гарри отвернулся, так что его отец не смог вовремя оценить масштаб произошедшего действия. — Драный книззл, ты только посмотри на это! — взволнованный Драко вскочил. — Эти летающие обезьяны смахнули с него очки. — Без них совсем никак? — спросила Гермиона. — Никак! Без стекол Гарри видит не лучше крота, а всякие чары на нем дольше пяти минут не держатся. Дай Мерлин, чтобы этих пяти минут хватило. Гарри снизил скорость и выхватил палочку. Лучше всего, конечно, было бы призвать очки с помощью «Акцио», но Снейп-младший еще не очень уверенно владел этими чарами. До земли, где покоились его многострадальные окуляры, было не меньше тридцати метров, не стоило даже надеяться, что получится. Оставалось только примитивное заклинание, которое вернет зрению остроту не более чем на шесть минут — Гарри специально засекал. Через шесть минут картинка перед глазами начнет расплываться, через восемь он вновь увидит перед собой лишь цветные пятна. «Давай же, давай», — мысленно умолял Гарри, оглядываясь по сторонам и считая секунды. Он должен был поймать снитч и все сильнее паниковал. — Снейп, — к нему подлетел Флинт. — Разрыв в тридцать очков. Ты справишься? — Слушай, можешь призвать мои очки с помощью Акцио? Я скоро совсем ослепну, — ответил Гарри, лихорадочно осматриваясь. — Ты же знаешь, я в чарах пень пнем. Попроси профессора, пусть тайм-аут объявит, — сказал Флинт и тут же улетел, погнавшись за квоффлом. Гарри вздохнул. Меньше всего он хотел бы говорить с папой посреди квиддичного поля, да еще прерывать игру, но шесть минут подходили к концу. Снейп-младший развернулся и направил метлу к отцу. Лицо Северуса он уже еле различал. Однако, на полпути планы поменялись. Гарри с удивлением понял, что золотой снитч маячит прямо за спиной отца. Мальчик махнул рукой, привлекая внимание Северуса, но тот не понял, чего от него хотят. Гарри глубоко вдохнул и решительно бросился вперед, взяв чуть левее, чтобы потоком воздуха не покачнуть метлу папы. Со стороны это было очень похоже на таран, хотя Снейп-младший старался пройти как можно дальше от метлы. Снитч все еще виднелся впереди крошечным золотым пятнышком, но Гарри знал, что вскоре не увидит и этого. Он протянул руку и схватил золотое пятно, до последнего боясь, что ошибется и пальцы только скользнут по металлу. Но нет, все получилось. — Гарри Снейп поймал снитч! — воскликнул Ли Джордан. — Ладно, прекрасно, а теперь верните мне очки, — пробормотал Гарри, облетая круг над полем. Снижаться с таким зрением он не рискнул бы, так и ноги переломать недолго. — Эй, Снейп, вот твои стекляшки, — сказал Флинт. В протянутую руку легли очки, Гарри быстро надел их и выдохнул. Он не отдавал себе отчета в том, насколько на самом деле нервничал, оставшись без возможности видеть. Он наконец оказался на земле и бросился догонять уходящего отца. Судя по неестественно ровной спине, тот чувствовал себя не очень хорошо. — Пап, ты в порядке? — тихо спросил Гарри, поравнявшись с ним. — В полном, — ответил Северус. Благо он уже успел вытереть пот, выступивший на висках от напряжения. Все же усидеть целых сорок минут на тонкой палке, висящей на высоте нескольких десятков метров над землей, не так-то просто. Надо было все же поупрямиться и выторговать себе право сидеть на трибуне. Пусть, не все так хорошо видно, но зато меньше нервов. — Я… — Гарри смутился, не зная, что еще сказать. — Спасибо, что защищал меня. — Я даже не успел отыскать твои очки. — Ну и ладно. Я же справился, — Гарри пожал плечами. — Дурацкая была идея, — пробормотал Северус. - Ладно, у меня еще есть дела. Иди, празднуй победу. Уверен, Маркус вне себя от счастья. — Но я… да, хорошо, — мальчик грустно опустил голову. Снова его отсылали куда подальше. — Что? — Снейп остановился. — Нет, все прекрасно. Просто немного устал, — Гарри улыбнулся. — Ты же знаешь, что мне не нужно применять легиллименцию, чтобы догадаться, когда человек что-то скрывает? — Ничего не скрываю, — Снейп-младший помотал головой. — Ни-че-го. И да, завтра ты будешь учить меня нормально применять Акцио. Больше я так не опозорюсь. — Гарри, ты же знаешь, что некоторые вещи невозможны просто в силу твоего возраста, — со вздохом сказал Северус. — Акцио получается не у всех четверокурсников. Для одиннадцати лет ты умеешь даже слишком много. — Пап, — Гарри упрямо сдвинул брови, — я прошу всего пару часов занятий. С основами я уже разобрался, нужно только немного скорректировать. — Сила тоже имеет значение, ты это прекрасно знаешь. Глупо требовать, чтобы первокурсник умел то же, что и взрослый волшебник. Перенапряжение ни к чему хорошему не приведет, твоя магия все еще нестабильна. — Ну пожа-а-алуйста, — мальчик молитвенно сложил руки. — Если не получится, мы подождем. Я же не Патронуса прошу. — Ладно, приходи часов в одиннадцать, когда выспишься, — Снейп махнул рукой. — Но все же я не надеялся бы… — Спасибо, — Гарри крепко обнял его. — Это просто замечательно. Ладно, я побежал, а то все веселье пропущу. Он тут же скрылся из виду. Северус покачал головой. Он и сам не заметил, как этот ребенок сумел перевести стрелки, чтобы не отвечать на вопрос. Зато матч прошел удачно. Правда, в этом скорее была заслуга Дамблдора, который все же соизволил присутствовать. Каким бы неадекватным ни был этот Квиррел, директора он боялся. Снейп не очень-то верил, что его угрозы сработают. Он догадывался, что причина всех проблем в том случае, который произошел с профессором Защиты в Албании, и хотел узнать подробности. Северус потребовал, чтобы Квиррел пришел и сам рассказал, что с ним произошло, но Квиринус не спешил. Что ж, Снейп мог повторить урок еще раз, вот только его терпение тоже было не безгранично. *** — Ну вот, уже унесся куда-то, — проворчал Драко, не обнаружив друга в раздевалке. Рон и Гермиона тоже были тут. — Слушай, а чего профессор Снейп ему глаза не вылечит? — спросил Уизли. — Маги мы или кто? Среди наших очкариков почти нет. Разве что МакГонагалл и Дамблдор, и то ходят байки о том, что очки у них для серьезности. — Тут не все так просто, — Драко вздохнул, поняв, что Гарри он теперь точно не отыщет. — Это лечится, если зрение испортилось из-за чтения или, например, был какой-то врожденный дефект. Дамблдор и МакГонагалл оба дальнозорки, скорее всего, из-за возраста. Они обычно смотрят поверх очков, только читают через них, если ты заметил. У Гарри другой случай, — Малфой понизил голос. — Кажется, то ли его, то ли его мать прокляли, поэтому у него с младенчества такие глаза. — Серьезно? — Рон округлил глаза. — И кто мог проклясть ребенка? — Не знаю, может, кто-то хотел отомстить его отцу. В любом случае мне кажется, этот человек уже давно на том свете, Снейп такого никому не спустил бы. А глаза Гарри поправить невозможно, вот так вот. — А его мать, она… — Гермиона опустила взгляд. — Она была Пожирательницей? — Ну ты нашла место для таких разговоров, — осуждающе сказал Малфой, после чего отвел гриффиндорцев в сторону. — Он не любит об этом говорить, сами знаете, но я думаю, что не была. Снейп не позволил бы такого. Среди Пожирателей были женщины, только они, как правило, были бездетны. Знаете, почему? Темная Метка — это поводок, за который в любой момент можно дернуть. Наши отцы не были идиотами, они прекрасно знали, что в один день все может пойти наперекосяк. Если бы мой папа однажды не вернулся домой, мама смогла бы скрыться со мной и никто нас не нашел бы — вот так это работает. А Снейп эту женщину очень любил. Когда Темный Лорд пал, Гарри, как и всем нам, был один год. И за все это время ни одна живая душа так и не узнала, что у Снейпа есть семья, вот так он ее оберегал. Так что на вашем месте я бы прекратил обвинять его черт знает в чем, он не пойдет на риск, потому что у него есть Гарри. — Да я же ничего такого и не говорил, — Рон поднял руки. — Ну что, будем его искать или сам придет? — Да куда он денется-то. Только вот что, — Драко прищурился. — Этого разговора не было и я ничего вам не говорил, идет?.. *** Утром Гарри зашел к отцу и они вместе направились к выходу из замка. Мальчик явно заинтересовался, Северус только головой покачал. Гарри как щенок — только намекни на игру, сразу начинает радостно скакать. Разве что хвостом не виляет. — А куда мы? В Запретный лес? — спросил ребенок, не очень-то и пытаясь скрыть надежду в голосе. — Говорил же, тебе лучше держаться подальше от леса. Нет, мы просто отойдем от замка, чтобы было больше места и меньше свидетелей. Они обогнули озеро и остановились у опушки леса. Благо, в это время года никто лишний раз не выходил из замка, а если и выходил, так далеко не забредал. — Каков твой предел? — спросил Северус. — Метров пять — шесть, — Гарри вздохнул. — Но это был рекорд. В основном мне удается приманивать предметы с четырех метров. — Хорошо. Начнем с четырех. Я хочу посмотреть, как ты это делаешь. Вот, видишь? — Снейп вытащил из кармана деревянную фигурку собаки. — Это ты и будешь призывать. Тебе нужно видеть предмет, или уже можешь обойтись без этого? — Нет, мне достаточно просто знать, что он есть. С моими глазами, знаешь ли, вообще лишний раз на зрение полагаться не стоит, — Гарри поморщился. — Давай. Я готов. Северус отлевитировал фигурку подальше и приготовился наблюдать. Он с горечью осознал, что все чаще удивляется, когда Гарри показывает свои навыки. Все чаще не может понять, когда же мальчишка успел этому научиться. Стоило бы больше времени проводить вместе, а то все работа да учеба. Они даже говорят только об учебе. — Акцио фигурка, — сказал Гарри и деревянная собака тут же прилетела к нему в руку. — Хорошо. Только ты слишком напрягаешься — это твоя самая частая ошибка. Скажи, ведь на метле же ты стараешься лишний раз не напрягать мышцы, чтобы не устать слишком быстро, так? — Да. Учту. Давай еще раз. К десятой попытке Гарри все же побил свой рекорд и смог призвать фигурку аж с семи метров. Он старался как никогда, потому что в этот раз отец был рядом и смотрел. — Отдохни, — сказал Северус. — Ты еще успеешь напрактиковаться. Скажи, а у тебя получается находить предметы с помощью этих чар? — Ага. Я тренировался. Бросал монетку через плечо и искал ее. Это несложно, если предмет близко, а вот если бы, скажем, монетка валялась где-то в большом поле, пришлось бы долго ходить, — Гарри вздохнул. — Семь метров — это мало. — Это невероятно много для первокурсника, — Северус посмотрел ему в глаза. — Я даже не надеялся, что ты будешь столько знать и уметь в этом возрасте. — Спасибо, — мальчик смутился. Что ж, напрасно он волновался. Отец был им доволен. Кстати об этом… — Пап, тут случилось кое-что странное, — сказал Гарри. — Ты только не волнуйся. — Уже начал, — Северус напрягся. — Продолжай. — В общем, я гулял по замку вечером… у меня после учебы в голове сплошной кавардак был, хотелось развеяться. Гулял я, гулял и нашел одну комнату. Там стояло зеркало. Эиналеж. Ты же знаешь, что это такое? — Допустим. Что ты увидел? — напряженно спросил Снейп. — Ничего особенного. Да и смотрел я туда недолго, Дамблдор меня там застукал. Вот так вот, — Гарри скользнул взглядом по деревьям, собираясь с духом. — Пап, а что бы ты увидел, если бы был там? — Послушного ребенка, который не лезет не в свое дело, например. Гарри тут же возмутился, но сделал это скорее для вида. Глаза весело блестели, правда, блеск этот тут же пропал. — Что еще? — спросил Северус. Пока ребенок начал говорить, нужно было пользоваться моментом. — Зачем он это сделал? Это все ведь не просто так, да? — Гарри… — Снейп мимолетно коснулся его волос, поправляя их. — Я думаю, он хотел проверить тебя. Проверить нас обоих, если уж на то пошло. Это не повод для беспокойства, скорее еще один аспект твоей жизни. — Думаешь, мы прошли проверку? — Думаю, я бы уже узнал, если бы не прошли, — ответил Северус. — Ну что, еще пару попыток или пойдем в замок? — Пап, а можно… ну, сам знаешь что, — Гарри с надеждой посмотрел на него. — Не устал? — Северус удивленно вскинул брови. — Ладно. Десять шагов. Я сам посчитаю. — Да, — мальчик радостно кивнул. Не так-то часто удавалось уговорить отца на магическую дуэль. Правда, обычно это безобразие было похоже не на красивый ритуал, а на то, как волчонок кусает взрослого волка за уши, пока тот не зарычит. Гарри всегда чувствовал себя ужасно неловким в сравнении с папой, который двигался плавно и красиво. Правда, в большинстве случаев Северусу не надо было даже с места сходить, чтобы блокировать заклинания. Конечно, он никогда всерьез не атаковал ребенка, только бросал какое-нибудь безобидное заклинание вроде Риктумсемпры, чтобы поставить точку. Гарри, впрочем, тоже не позволял себе заходить слишком далеко, хотя уже успел выучить парочку действительно болезненных заклинаний. — Петрификус То… папа, ты мне даже договорить не дал! — возмутился ребенок, когда очередное его заклинание было блокировано. — Сколько раз говорил, заклинания больше пяти слогов не для дуэлей, — возразил Северус. — Редукто! — выпалил мальчик и не успев сделать вдох произнес следующее. — Инкарцеро! — Дышать ровно, Гарри. Если ты начнешь задыхаться, потеряешь… Протего! Потеряешь лишнее время. — Аргх, ну все… — Гарри упрямо сдвинул брови и почти прошипел какое-то заклинание. Слогов в нем было больше пяти, но проговорил он его так быстро, что Северус не успел даже понять, что это было. А в следующую секунду ему пришлось обороняться от целого роя каких-то мелких насекомых. — Фините Инкантатем. Левикорпус, — быстро произнес Снейп и неспешно направился к мальчишке, повисшему вниз головой, но гордо скрестившему руки на груди. — Ну и ладно, — буркнул Гарри. — Ничего, через пару лет я еще покажу. — Тогда я, пожалуй, не буду тебя снимать, — ехидно ответил Северус. — Больно надо. Финита! Э-э-э… Фините Инкантатем? — Гарри дернулся, понимая, что стандартные отменяющие заклинания не сработали. — Отлично. Опять одна из этих твоих штук. Хорошо, сдаюсь, говори контрзаклинание. — После того как расскажешь, что это было за последнее заклинание. Мне любопытно. — Упоминалось в одной древней книжке. Потом покажу. Ты знаешь, я же обожаю заклинания на букву «с», да и эффект мне понравился. Теперь опусти меня, — потребовал Гарри и уже через минуту твердо стоял на ногах. — Ты опять напрягаешь мышцы. Уже не так сильно, но все еще заметно. И кричишь. Гарри, заклинания не обязательно выкрикивать во весь голос, чтобы они сработали, даже если ты весь поглощен эмоциями, — заметил Северус, когда они уже шли к замку. — Вот скажи, когда ты ночью куда-то идешь и не хочешь всех перебудить, ты же не кричишь «Люмос» во все горло, так? Нет, ты произносишь его шепотом, и все прекрасно работает. — И никуда я ночью не хожу, — ответил мальчик. — Мне же запрещено. — Вообще-то я о твоих набегах на холодильник дома, — Северус внимательно посмотрел на смутившегося ребенка. — Но речь сейчас не об этом. Тебе нужно поработать над дыханием. Твои крики и торопливость приводят к тому, что ты начинаешь задыхаться, а в бою каждая потерянная секунда может стать роковой. Опять же, опытному магу хватит первого слога произносимого тобой заклинания, чтобы разгадать твой замысел. Расстояние между тобой и противником достаточно велико, чтобы он не слышал тебя, когда ты говоришь очень тихо, раз уж пока невербальная магия тебе недоступна. Вот последнее заклинание было произнесено правильно. Что ж… несмотря на эти ошибки, твои результаты меня впечатляют. У тебя хороший запас приемов, ты умеешь ими пользоваться и быстро принимать решения. Хорошо управляешь кистью, уже перестал постоянно дергать ею из стороны в сторону. Шаги тоже делаешь правильно, не спотыкаешься. В целом стало лучше, чем было в прошлый раз. — Просто прошлый раз был слишком давно, — Гарри улыбнулся. Он всегда забывал о своем смущении, когда отец его хвалил. Снейп украдкой вздохнул. Улыбка была до боли знакомой, как и блеск в зеленых глазах. — Попроси у домовиков еды, тебе надо восстанавливать силы. В следующее воскресенье еще поработаем над этим. И ни о чем не беспокойся, ты все делаешь правильно, — сказал Северус. Сам он далеко не был уверен, что поступает правильно. Снейп уже давно не боялся Дамблдора и его претензий к воспитанию Гарри Поттера, но зато очень сильно боялся ошибиться. Все чаще сомневался. Может, зря столько заставлял ребенка заниматься? Это, конечно, хорошо, что Гарри в одиннадцать лет столько умеет, но Северус иногда чувствовал себя виноватым, будто отнял у ребенка детство. С другой стороны, если бы мальчик ничему не учился, лучше уж точно не стало бы. Снейп прекрасно знал, как мало дети усваивают в Хогвартсе. Их даже палочку правильно держать не учат, каждый машет ею как попало, что уж тут говорить о всех прочих тонкостях искусства мага. Дамблдор, судя по всему, подбирал ключик к Гарри. Они не так часто встречались до поступления Снейпа-младшего в школу, но Альбус уже должен был понять, что из себя представляет этот ребенок. Северус молился, чтобы Гарри как можно дольше скрывал свои способности и особенности характера, и все же понимал, что это невозможно. Впервые Дамблдор вошел в их дом, когда Гарри уже исполнилось пять лет. Случилось это сразу после того, как Северус признался директору в том, что… похитил Золотого Мальчика. Иначе это и назвать было нельзя — пришел, забрал ребенка из семьи, да еще и следы старательно замел. Снейп скрывал бы сей факт как можно дольше, но ему становилось все труднее одновременно управляться и с мальчишкой, и с работой в Хогвартсе. Ему было страшно. Северус прекрасно представлял себе, каков может быть Альбус Дамблдор в гневе, но отступать не собирался ни на шаг. Он спокойно все рассказал, ни разу не изменившись в лице, даже когда воздух в кабинете ощутимо начал накаляться. Конечно, это вылилось в жаркий спор, Дамблдор меньше всего желал, чтобы Гарри Поттера растил бывший Пожиратель, да и то, что Северус отошел от первоначального плана, явно не пришлось ему по вкусу. — Ты же клялся! — воскликнул директор, когда рассказ закончился. — Я клялся защищать его, — ровным тоном ответил Снейп. — Именно это я и делаю. — Северус, мальчик мой, я понимаю, прожив четверть века, начинаешь считать себя умнее других. Однако, то, что ты сделал, было ошибкой. — А то, что сделали вы? Мальчик спал в чулане! Разве… разве можно так? — в этот момент грозный декан Слизерина сам был похож на мальчишку. — Альбус, не отдавайте его этим магглам, я вас прошу! Кому угодно, только не им. Вы поймите, он очень умный ребенок, он вырастет и наверняка задастся вопросом, как это его, такого важного человека, заперли в чулане. Он будет очень сильным магом. Альбус, вы получите еще одного Темного Лорда. Пусть его Минерва воспитывает, если мне не доверяете, но только не эти… Видимо, он тогда и в самом деле вышел за рамки того, что от него ждал Альбус, потому что Дамблдор на какое-то время замолчал. А потом предупредил, что зайдет в гости, и еще попросил расписать поподробнее, как именно Северус защитил свой дом. Что ж, здесь Снейпа попрекнуть было не чем, он возвел вокруг их жилища такие барьеры, что у попадавших в радиус действия маггловских приборов начинались перебои в работе, а мимо проезжавшие машины иногда глохли от переизбытка магии. И все же Северус до одури боялся, что Дамблдору что-то не понравится. Альбус явился к ним на следующий же день. Снейп успел проинструктировать ребенка, но все же не был на сто процентов уверен, что тот что-нибудь не устроит. Гарри ждал гостя, играя на пушистом белом ковре. Дамблдор явно был удивлен тем, что дом Северуса оказался светлым и уютным, но ничего не сказал. — Здрасьте, — мальчик подскочил к директору, вошедшему в комнату, и протянул ему ладошку. — Я — Гарри. Он еще немного картавил, но говорил уже намного понятнее, чем в первые дни их с Северусом знакомства, да и словарный запас значительно расширил. — Здравствуй, Гарри. Меня зовут Альбус Дамблдор, — директор улыбнулся. — Я так и подумал, — Гарри кивнул. — Папа мне говорил о вас. У него уже тогда было много секретов, которые отец строго-настрого велел держать при себе. А еще он уже тогда кое-что понимал в волшебниках и мог отличить слабого от сильного. Гарри был осторожен, насколько может быть осторожен четырехлетний мальчишка. — Северус, у тебя есть чай? — добродушно спросил Дамблдор. Снейп все понял и ретировался на кухню, оставив директора с ребенком. Он дико нервничал и боялся, что уже завтра снова останется один. Снова потеряет все. Тогда-то он и осознал, что больше этого не выдержит. — Итак, Гарри, что ты скажешь, если я предложу тебе переехать? — спросил Дамблдор, присев на диван. — Что? — мальчик перестал улыбаться, в его глазах появились слезы. — А как же мои друзья? Почему?.. Это из-за меня, да? Папа говорил, что колдовать на улице нельзя, что мы уедем, если кто-то увидит… но оно само! И никто не видел, правда-правда! Если… если так надо, — он шмыгнул носом и вытер слезы, резко посерьезнев. — Ла-адно. Только там, где мы будем жить, должна быть хорошая лаборатория, чтобы папа мог варить зелья. У него и мысли не возникло о том, что Дамблдор предлагал ему уехать одному, без отца. — Тише, тише, — Альбус успокаивающе погладил повесившего нос ребенка по голове. — Никто тебя не заставляет. Я просто подумал, что тебе может быть непросто жить здесь, среди магглов. — Я всегда жил с магглами, — Гарри улыбнулся сквозь слезы. — Только у меня никогда не было друзей, а теперь есть. Я хочу познакомиться с другими детьми-волшебниками, но… — он встал в полный рост и строго посмотрел на Дамблдора, — магглы ничем не хуже! — Конечно, Гарри. Я просто предложил, — Альбус сдался. — Ну, ты уже большой мальчик, справишься. — Конечно, — Гарри вроде бы забыл о том, что его расстроили. — Кстати, это правда, что в Хогвартсе так здорово, как папа описывает? — Тебе судить. Рано или поздно ты будешь там учиться, — Дамблдор улыбнулся. — Гарри, а что ты уже умеешь? — Ну… — мальчик смутился. — Читать умею. Считать немного. Хорошо катаюсь на велосипеде и быстро бегаю. А колдовать я еще почти совсем не умею, но когда-нибудь у меня получится. Я буду знать все на свете, как папа. Вы знаете, — Гарри понизил голос до шепота, — он самый-самый-самый лучший папа на свете. Только я никому не говорю, чтобы они не завидовали. — Северус много работает, он, наверное, редко бывает с тобой? — Неправда! — возразил мальчик. — Никто так часто со мной не играл, и сказки никто не рассказывал. У некоторых моих друзей родители тоже вечно на работе, так что ничего особенного. Вот. Северус, конечно, подслушивал и втайне был просто счастлив. Уж это-то должно было убедить Дамблдора в том, что все идет так, как должно идти. В итоге Альбус сдался. Это легко было понять: Гарри уверенно звал Снейпа папой, посягнуть на их маленькую семью означало бы навсегда испортить отношения с обоими. — Северус, а он хоть знает, что ты не его отец? — настороженно спросил Дамблдор, когда Гарри ушел в другую комнату. Снейп чуть сжался, ожидая взрыва. — Все я знаю! — послышался детский голос. Гарри даже не подумал обижаться. — И все слышит, — пробормотал Северус. — Муффлиато. Альбус, прошу вас, не говорите ему о… о том, что произошло. Петунья никогда не говорила ему о Поттерах и лучше ему пока этого не знать. Я все объясню ему потом, когда придет время. Пожалейте мальчика, он еще слишком мал. — Хорошо, — Дамблдор кивнул. — Северус, я поработаю над твоим расписанием, чтобы у тебя было больше свободного времени. Занимайся ребенком. — Спасибо, — Снейп посмотрел на него с искренней благодарностью. — Может, мальчик на тебя повлияет и ты станешь добрее к другим детям, — с легкомысленной мечтательностью сказал Альбус. Северус поморщился. По его мнению, сравнивать Гарри и этих неотесанных оболтусов было просто глупо. — И да, Северус, напомни мне, какие ритуалы ты проводил над мальчиком? — спросил Альбус, постукивая пальцами по столу. — Я провел обряд очищения, чтобы снять все чары, наложенные до этого… — Северус чуть побледнел. — Там было что-то важное? — Нет, Северус, не то чтобы… я ограничил его магию, чтобы выбросы случались как можно реже и слабее. Сам понимаешь, магглам такие потрясения ни к чему. — Это уж точно, — процедил Снейп, вспоминая первый раз, когда Гарри устроил переполох со своей неуемной магией. — Я не думаю, что стоит возвращать ограничитель. Ребенок должен учиться управлять своей силой. Я понимаю, что нам всем будет непросто, но оно того стоит. — Согласен, — Дамблдор кивнул. — А можно? … — Северус сам не знал, как у него это вырвалось, но раз начал, пришлось договаривать. — Можно имя ему сменить? У него слишком много врагов, лучше не рисковать. Я хотел бы… дать ему свою фамилию. Временно, конечно, пока он не вырастет. Пусть все думают, что это мой ребенок, так никто не посягнет на его безопасность. Он и не думал, что после всего увиденного Альбус еще сможет удивляться. Однако, старик сидел и изумленно смотрел на него. Ну да, а на что Северус надеялся? Конечно, кто позволит записать самого Гарри Поттера, как какого-то там Снейпа. — Звучит разумно. Тебе лучше воспользоваться ритуалом, — пробормотал директор. — Да. Нужно, чтобы любые магические реестры, в том числе и списки учеников Хогвартса, не признавали в нем Гарри Поттера, иначе секрет быстро раскроется. Полагаю, когда он поступит в школу, можно будет раскрыть его личность. Он не знал, что Снейп уже провел ритуал, а спросил чисто для проформы. Северус тогда согласился на все условия, но вот, прошло семь лет, а личность героя все еще оставалась тайной. Они с Гарри приложили все усилия, чтобы убедить директора: Магический мир без Мальчика, который выжил, пока еще простоит. Теперь, когда начали происходить странные события, стало ясно, что они были правы. У Гарри Поттера хватает врагов. Раз так, пусть на сцене лучше побудет великолепный, но отнюдь не необычный Гарри Снейп, который никому не причинил зла. Вот только Квиррел каким-то образом догадался, узнал в рядовом первокурснике победителя Волдеморта. Северус готов был молиться всем богам, чтобы мальчику как можно дольше не пришлось применять свои знания на практике. Гарри превзошел своих однокурсников и, возможно, сумел бы справиться даже со старшими ребятами, но против взрослого волшебника он будет бессилен. И все же было у Снейпа нехорошее предчувствие.