Сыграй с огнем

      Мужчина мучительно корчился в языках огня, но не издавал ни звука. Огонь лизал его кожу, оставляя красные и черные полосы, но до костей не слизывал - все-таки жалел своего давнего друга. Ему тоже не хотелось убивать Больнорука. Цепь стражников растянулась в десятке шагов от костра. В толпе медленно, но все-таки двигалось странное, красное пятно. Девушка в алых одеждах. Да мы видели ее! это же Огневка! Это ее цирк раскинулся на площади! Что делает она тут? Наслаждается тем, как ее ручной зверек пожирает чужую плоть?       Девушка подбиралась все ближе и ближе к костру. Словно кошка, крадущаяся к мыши, которая не замечает ее. Вот она в двух шагах от одного из стражников. Голова мужчины уже упала на грудь, он не шевелится. Сознание потерял. Теперь конец придет быстрее. Огневка же медлить больше не могла. Резкий рывок, толчок, и она, с ловкостью воздушной гимнастки, которой она в цирке и была, взвилась в воздух, перемахнула через голову одного из стражников. Двое дернулись за ней, но она взлетела на гору хвороста (огонь и не подумал причинять ей вред), резко обняла убийцу, пламя взвилось в воздух, обнимая обе фигуры, на миг скрывая целиком, потом опал, что бы никогда больше не подняться на это месте. Только пустые цепи, удерживающие руки жертвы, звякнули по крестовине...

***

      Больнорук пришел в себя оттого, что боль неожиданно кончилась. "Я уже умер?". Но в этот момент ветерок лизнул опаленную, чувствительную кожу на боках, и все тело свело мучительной судорогой. Он понял, что лежит на чем-то довольно мягком, укрытый чужим плащом. Лишь тихое шипение вырвалось из губ игрока с огнем. Насколько мог, он тут же начал крутить головой. В поле зрения никого не было.       Однако на несколько секунд Огненный забыл о мучительной боли в слизанной огнем плоти. Такая перед его глазами раскинулась красота. Это было похоже на какое-то высокогорное плато, но на мягкой, плодородной земле росла густая зеленая трава, поднимались фантастической красоты цветы... И мирно соседствовало со всей этой красотой озеро из лавы! Жидкий огонь вязко бурлил, иногда на его поверхности надувались переливчатые алые пузыри, лопались золотыми брызгами и так же неторопливо, как поднимались, опадали. Тут же был и горячий источник, от которого поднимался густой пар. В воздух из двух трещин били гейзеры, расцвечивая светло-голубое небо радугой. А еще неподалеку было озерцо, наполненное плавающим в воде льдом, прозрачным настолько, что казалось, лишь воздух налит в ту впадину. Да, в природе такого дикого, но органичного сочетания найти невозможно! Лед и огонь, вода и пламень, плодородие там, где должна быть выжженная пустыня...       Но неожиданно горячая ладонь коснулась лба Больнорука, отвлекая того от фантастического зрелища, что раскинулось перед ним. Мужчина запрокинул голову, что бы увидеть того, кто спас его.       - Это мой дом... Нравится? - на мягкую траву рядом с лежаком, на котором и был устроен Больнорук, опустилась медленно, но грациозно Огневка.       - Такой силы Огня я не видел больше нигде... - завороженно откликнулся игрок с Огнем, - стоп! Как мы оказались... Здесь? Готов поспорить - тут больше двухсот лиг до Столицы, иначе бы я почувствовал это место.       - Какой ты любопытный, - хмыкнула негромко Огневка, - спи, маленький, благородный убийца. Сначала тебя нужно вылечить...       И сонная пелена опустилась на глаза Больнорука. Он пытался сопротивляться, но не смог. Заснул, как ему велела Огневка...

***

       Огневка устроилась рядом с обожженным мужчиной, стала негромко напевать. Слов в ее песне не было, или просто разобрать их было невозможно. Ведь она пела Песнь Огня. Она пела о том, как все, кто принадлежат Огню, обязательно вернутся, возвратятся, как возрождается феникс из пепла... И Огненный, что лежал подле нее сквозь сон слышал эту песню, и раны его затягивались, заживали так быстро, как только это было возможно... Пусть он никогда не вспомнит слов этой песни или не вспомнит, кто и когда ему ее пел, но он навеки запомнит Огненную колыбельную...