Цветы
14 февраля 2016 г., 17:51
— А ты раньше уже бывала на Земле, или тебе провести экскурсию?
Стражницы засмеялись. После уроков они собрались в парке, чтобы поболтать, когда к ним присоединились Калеб, Бланк и, с отвращением косившаяся на последнего, Титания. Повстанец сообщил об удачной диверсии и об еще одной, спланированной на вечер. Бланк похвастался выгодной сделкой купли(вернее кражи)-продажи «волшебной коробочки» жвачки. Все от души повеселились. Вскоре Калеб отправился на Меридиан, чтобы проверить, как идет подготовка мятежников. И тогда настал черед Титании, которая с отстраненным видом изучала начавший увядать куст с алыми розами.
Она повернулась к вопрошающей Ирме, ее скулы мягко блеснули в лучиках послеобеденного солнца, а глаза вдруг заиграли странным огнем, устремившись куда-то в пространство.
— Да, кажется, бывала. Только не здесь и очень давно. Тогда переход на Землю открывали совсем не порталы, через какие приходится проходить теперь. Тогда между мирами существовали двери, открывать которые было во власти правителей своих народов. В каждом мире до сих пор есть места, где грань (не завеса) так тонка, что если бы кто-то из правителей еще помнил, как это делать, двери могли бы быть открыты. Такие места всегда означены особыми символами. На Земле, например, цветами, о которых люди слагают легенды. Колокольчики, бузина, лаванда, асфодели. Цветы — лишь символы, ключи же запрятаны глубоко в закоулках мироздания и хорошо охраняются своими хранителями. Но даже если и будет найдено место и подобран ключ, открыть дверь — не значит пройти сквозь завесу… О те дивные леса, люди в былых одеждах. Они верили в иные миры и их обитателей, а те, в свою очередь, приходили на Землю ради своего удовольствия. Есть история…о любви и гневе двух правителей из другого мира, навлекших по глупости своей на целый земной город бедствия от подвластных им стихий, а на четверых влюбленных — несчастье, едва не ставшее роковым. История о непокорной госпоже, о мальчике-игрушке, о ревности и о любви. Глупая история, — неожиданно резко прервалась она, с хрустом сжав в руке цветок розы.
Слушатели, сами того не заметив затаившие дыхание, перевели дух и переглянулись. Титания моргнула, и блеск наваждения погас в ее глазах.
Ирма несколько смущенно улыбнулась.
— Могла просто ответить: да, бывала.
— Простите меня, — отозвалась девушка, с грустью расправляя безнадежно смятые лепестки.
Тарани с задумчивым подозрением посмотрела на нее и вдруг осторожно спросила:
— В этой истории нет случайно осла?
— Разве упомнишь все небылицы, — пожала плечами Титания.
Воцарилось молчание. Корнелия красноречиво подняла брови, в десятый раз за день презрительно покосившись на мешковатую рубашку Титании. Тонкие лучики осеннего солнца, проникая сквозь листву, казались навязчиво звенящими посреди тишины. Титания посмотрела на небо.
— Я тоже хочу задать вам вопрос. Почему вы сражаетесь против Фобоса? Нет, постой, — взмахнула она рукой, заметив возмущение, зародившееся в глазах Хай Лин, — это неправильный вопрос. Я хотела спросить, почему вы так ненавидите того, кого никогда не видели?
Вилл и Тарани снова переглянулись.
— Потому что народ Меридиана живет в страхе под его тиранией, тебе ли этого не знать, — ответила Вилл.
— Но кто мешает народу подчиниться своему правителю и жить без страха? — Искренне возразила она.
— Но он не настоящий правитель, — заметила Хай Лин, — бабушка говорит, есть законный наследник.
— Не может быть правитель плох лишь потому, что власть не вложили ему в руки, как не может быть и хорош лишь оттого, что он законный наследник, — почти пропела девушка.
— А она в чем-то права, — заключила Тарани.
Корнелия набрала было воздуха в легкие, чтобы возразить, но тут со стороны пустыря послышался жуткий утробный рык. К девушкам, вытаращив глаза, со всех ног несся Бланк, что-то вереща на ходу.
— Что это?! — Вилл вскочила со скамьи, схватившись за кристалл под курткой.
— Девчонки, девчонки, аааааа, — Бланк добежал до них, кубарем скатившись под ноги хранительницы Сердца, — Калеб в беде! Мятежники попасть засада! Большой змей найти портал!
— Мы едины! — Не теряя ни секунды воскликнула Вилл, выхватывая из-за пазухи кристалл, будто с самого утра только и ждала этого момента. Кристалл ослепительно вспыхнул и воспарил над стражницами, окутав каждую лучом жидкого света.
Титания отступила на шаг, с интересом наблюдая за превращением. В голове у нее мелькнуло: «Угадала», когда вырезанные из пространства символы стихий распределились среди девочек. Ирма-вода, Тарани-огонь, Корнелия-земля, Хай Лин-воздух. Перед ней опустились пятеро стражниц в боевой готовности.
— Скорей к порталу!
И действительно, за мусорными баками на пустыре Калеб пытался загнать обратно в портал Седрика в истинном обличии.
— Стражницссы… — Обрадовался тот, хлестнув хвостом и самостоятельно ныряя в портал. Калеб и девушки растерянно переглянулись.
— Что это значит?
— Не знаю, — ответил Калеб, и взгляд его упал на Титанию. Та только стиснула зубы и первой бросилась в портал.
Огромный змей, недовольно прищурившись, сделал вид, что не заметил приземлившуюся по эту сторону портала Титанию. Та усмехнулась, бросившись вправо по топкой болотной жиже, но ее за локоть перехватила чья-то сильная рука.
— Титания?! Сюда! — Окликнул знакомый голос.
Она обернулась. Олдерн уже тащил ее прочь от портала, раздвигая широкой грудью болотные кусты. Титании открылась не очень глубокая яма с резким обрывом, в которой затаились повстанцы. Буквально втолкнув ее в грязную яму, Олдерн внимательно изучил ее лицо. Она украдкой посмотрела на свои руки, но по ним уже расползлись угольные узоры.
— Что ты делаешь, ведь это очень опасно — лезть прямо к Седрику!
Титания мягко улыбнулась, успокоительно положив правую ладонь на гладкое зеленое лицо повстанца.
— Олдерн, но ведь мне ничего не грозит. Ты разве забыл?
Олдерн сначала растерялся, а через пару секунд помрачнел и отвернулся.
— Да, конечно. Я забыл, — бросил он и неожиданно рванул прочь из окопа.
Титания пожала плечами и вылезла следом, направившись в сторону замка, прочь от вопящих повстанцев и воющих орков. Жижа под ногами противно хлюпала, и через некоторое время, воровато оглянувшись по сторонам, Титания решилась. Вытащив из нагрудного кармана прекрасный перстень с крупным камнем, переливавшимся как расплавленное золото, она надела его на безымянный палец левой руки. Откуда-то изнутри камня на поверхность поползли пронзительно-черные узоры, смешиваясь с золотом и образуя красивые разводы.
Титания вздохнула и…поднялась над землей, окруженная тонким серебристым пузырем воздуха. А когда пузырь растаял, рыжеволосая девушка с удовольствием расправила большие, но тонкие, почти прозрачные, то ли серебристые, то ли золотистые крылья, и, несколько раз обернувшись в воздухе, полетела прочь от болот.
***
— Со Стражницами? Ты была на Земле и общалась со Стражницами? — Фобос раздраженно мерил шагами свои покои. Титания спокойно устроилась у окна и погладила на коленях серебристое атласное платье. — А Седрик быстр, ничего не скажешь. Кажется, у него и дел других нет, кроме как докладывать тебе о моих передвижениях. — Не отходи от темы. Отвечай на вопрос. Так это правда? — Принц остановился, развернулся к окну и строго посмотрел на девушку. — Допустим, — моргнула она. Вместо ожидаемого гнева, Фобос протяжно вздохнул и опустился на роскошную, застеленную вышитым покрывалом, кровать. Он снял корону и положил ее на столик, устало массируя виски. — Они действительно так сильны? — Не знаю. Но они действительно тебя не любят, — тихо ответила Титания, подойдя к ложу и присев рядом, — Говорят, что есть законный наследник. — Они знают, кто он? — Они даже не знают, кажется, что это она. Фобос задумчиво уставился в темноту комнаты, превратившись вдруг из властного могущественного принца Меридиана в совсем молодого человека, которому на плечи свалился слишком тяжелый груз. Титания молча посмотрела на светлое лицо с тонкими чертами и положила ладонь на его плечо. Принц встрепенулся и мгновенно собрался. — Где ты была до самой ночи? — Его голос снова стал твердым. — В саду. Беседовала с розами. В глазах принца заблестели озорные искорки. Он взмахнул рукой, произвел ей сложное движение, и из воздуха возникла эфирная черная роза на длинном стебле. А следом еще одна. А после еще и еще. Около десятка крупных роз вдруг переплелись упругими стеблями и образовали черный венок, который Фобос возложил на пышные волосы Титании. Девушка встала, подняла с прикроватного столика зеркало в резной серебряной оправе и, засмеявшись, закружила по комнате. В обманчивой темноте за каждым ее движением струился серебристый свет платья и облетающие черные лепестки венка.
