Странная жизнь Узумаки Наруко

Наруко. Очнулась я в своем подсознании, что меня насторожило. Встав, я огляделась и пошла к клетке Кураме. Странно, что я оказалась в коридоре, а не возле клетки. Глубоко вздохнув, я свернула и вышла к моему месту назначения. Только сейчас само место было не таким. Что-то было не так. Это место всегда было жутко темным, даже Кураму было сложновато разглядеть. Сейчас будто невидимые огоньки освещали здесь все. Вода на удивление была теплой. Оглядевшись еще раз, я негромко позвала. - Курама! Ничего не произошло. Большой морды лиса не появилось и это меня насторожило очень сильно. Я подошла ближе к прутьям и заглянула внутрь. Минут десять я смотрела в сущую темноту. Может, он спит? Секунда-другая и меня сносит громким: «АПЧХИ!!!» Ну вот, намокла вся! Встав, я крикнула: - Курама, блин! Из-за тебя я вся мокрая! И вот, наконец, его наглая морда вылезла из темноты, являя два заспанных глаза. Не сдержавшись, я засмеялась. Он был таким смешным, что я смеялась, пока лис сам не спросил: - Ты чего ржешь как лошадь? - Я не лошадь! Ха-ха-ха! Блин! - Да хватит уже! И я понемногу начала успокаиваться. Когда приступ истерического смеха полностью прошел, я встала и спросила: - Ты что, спал? - Я спал? - Ну, знаешь ли, я узнала об этом только когда очнулась здесь. Курама задумался, и я в придачу. Вот уж точно, интересно. Курама спал, хотя сам об этом не знал. И этот свет меня смущает. Что-то тут точно не так! Вздохнув, я подошла и села возле прутьев. Лис ткнулся мне в руку своим большим мокрым носом. Улыбнувшись, я сказала: - Знаешь, что-то мне кажется не так. - Тебе тоже? - Угу. Ты ничего странного не видел до моего появления? - Нет. Да и не смог бы. Когда ты подбежала к барьеру, меня что-то отключило. И, как ты говоришь, я проспал до этого момента. Я все это время смотрела на друга и все никак понять не могла. Что заставило его заснуть? Что с этим местом? И почему здесь так тепло и светло? Ответ не заставил меня и Кураму ждать. Где-то вдалеке появился огонек. Маленький, но такой яркий, что хотелось к нему подойти и быть всегда рядом. Вскоре этот огонек стал приближаться, и чем ближе он приближался, тем отчётливее мы видели странную фигуру. Не человек, но и не обычное животное. Когда огонек приблизился достаточно близко мы, наконец, смогли разглядеть это существо. Большой и красивый белый дракон! Я, конечно, не верю в чудеса и сказки, но прямо сейчас передо мной стоит дракон. Весь белоснежный, гордо выпятив грудь, но глаза были полны радости и тепла. Курама встал и неуверенным голосом произнес: - Эрагог?.. Дракон улыбнулся и кивнул. Я же не могла поверить в это. Тот самый друг Курамы оказывается во мне? Но дальше было еще интереснее. Тело дракона засветилось и стало меняться, и вскоре возле меня стоял красивый парень лет 18 с длинными белыми волосами, двумя пылающими глазами и белоснежной кожей. Сзади появились два перепончатых белых крыла, а у ног лежал длинный белый хвост. Улыбка на лице Эрагога была теплой, дружественной. Повернувшись к клетке, я увидела не лиса, а такого же парня лет 18 с длинными рыжими волосами, тремя полосками на щеках, два алых глаза со зрачками-полосочками. На макушке было два длинных рыжих уха, а за спиной маячил пушистый рыжий хвост. Я была настолько удивлена, что отошла на три шага назад. Курама вышел из клетки и обнял своего друга. Правда, за ним велись пару цепей и сковывали его в движениях. Улыбка появилась на моем лице, и я действительно порадовалась за моего друга, который смог, наконец, повидаться с единственным в те времена лучшим другом. Они долго еще стояли и обнимались, но вскоре Эрагог отстранился и, улыбаясь, спросил: - Ну как ты, друг? - Да забудь обо мне! Эрагог, как?! Я был уверен, что… убил тебя! И тут до меня дошло. Курама вроде как убил Эрагога, тогда как он здесь оказался? Свою догадку я произнесла вслух. - Это значит, что во мне запечатано два демона? Молчание со стороны Эрагога подстегнуло меня думать, что так оно и есть, и тогда я упала в глубины отчаяния. Пока я стояла на коленях и думала о том, что жизнь моя жестянка, сам дракон подошел ко мне и, положив руку мне на плечо, сказал: - Если бы это была правда, я был бы счастлив. Но это не так. Я взглянула на Эрагога и почему-то погрустнела. Демон встал и, повернувшись к Кураме, сказал: - Мое тело уже давно сгнило, а кости все еще лежат под Конохой. Но малая часть моей чакры я отдал тебе, Курама. Именно благодаря ей я могу здесь появляться. Именно благодаря ей я помог тебе, Наруко-тян. Я встала, сказала: - Спасибо тебе, Эрагог. Значит, ты можешь появляться здесь когда угодно? - Да. И еще, извини за то, что потеснил тебя в твоем сознании. Я не мог смотреть, как Орочимару убивает Третьего. Я тут же вспомнила о реальности и спросила: - Если я тут, значит я в отключке, так? Демоны кивнули и тогда я спросила: - И возможно ли мне сейчас проснуться? Они еще раз кивнули, и я, наконец, смогла расслабиться и улыбнуться. Дальше Курама просто разговаривал с Эрагогом, иногда громко смеясь, и в этот момент я задалась вопросом: как можно было бояться их? Эрагог - тихий и скромный, Курама - веселый и забавный. Они оба воплощение настоящей дружбы. Вздохнув, я решила все-таки попросить вернуть меня в реальность. Пусть они общаются. Пускай вспоминают прошлое. Пусть хоть здесь Курама будет счастлив. Когда теплые пальцы коснулись моего лба, все вокруг стало темнеть, но перед тем как покинуть счастливых демонов, я крикнула им, махая рукой: - До встречи Курама, Эрагог! *** Сакура сидела возле койки Наруко и грустным взглядом смотрела на её бледноватое лицо. За прошедшие сутки состояние той не изменилось, и девушка понадеялась на лучший исход. Она сидела возле неё весь день, даже к Саске редко заходила. И ведь странная штука: та самая непоседа и хулиганка вдруг сама защитила Третьего и пыталась как-то помочь! АНБУ были в шоке, Хокаге тоже, но и рад одновременно. Какаши гордился своей ученицей, но и волновался сильно. А сама Наруко безмятежно спала и не подозревала, что все волнуются за неё. И вот, когда Сакура уже почти засыпала, Узумаки открыла свои глаза и посмотрела на куноичи. Сакура так и не увидела пробуждения, но зато девочка была счастлива видеть розоволосую. Ничуть не заботясь о себе, блондинка села и тут же захотела встать. И у неё бы все получилось, если бы не голос человека ставшим ей родным. - Тебе еще рано вставать! Та подняла свое личико и, улыбнувшись, произнесла: - Джирайя! Давно ты здесь? - Ну, уже пятый день здесь нахожусь. - Я долго спала? - Нет. Всего день и двое суток. - Долго. Только та хотела встать как села на койку, чем разбудила Сакуру. Увидев блондинку сидящей и выглядящей чуть лучше, она улыбнулась и кинулась обнимать ту. От «ужасной» участи Узумаки спас незваный гость, который вошел в палату. Это оказался сам Учиха, а сзади стоял их учитель. Увидев их, Наруко тут же улыбнулась счастливой улыбкой. После вся команда мирно болтала, а Какаши ушел вместе с Джирайей. Когда время было уже позднее, Сакура ушла, так как родители очень беспокоятся, когда та задерживается где-то. В момент, когда дверь закрылась, Наруко искренне позавидовала девушке. Негромко та произнесла: - Повезло ей. Родители есть, любимый есть. - Завидуешь? - Немного. Девочка опустила свою голову вниз. Все было сказано в этом коротком, но емком слове. Да что уж там скрывать! Учиха сам немного завидовал розоволосой. Хоть он и рос в любви и достатке, но он потерял все, что у него было, а вот что чувствует сама Узумаки, становилось для него маленькой загадкой. Она с самого начала росла одна в злости и ненависти. Когда блондинка подняла свою голову, то в её взгляде читалась грусть. Саске очень захотелось сделать что-то, что бы та улыбнулась или хотя бы не выглядела такой убитой. То, что произошло после, никто не смог объяснить. Ни Саске, ни Наруко. Узумаки просто не могла поверить в происходящее. Учиха Саске, парень, который скептически смотрит на любую девушку, вдруг неожиданно поцеловал Узумаки Наруко. Сама блондинка была шокирована. И когда парень отстранился, то прошептала: - Уходи… Сначала тот не понял, но девочка чуть настойчиво сказала: - Пожалуйста, уходи. Понял, не дурак. Встал, развернулся и ушел. Узумаки же сидела и не могла понять. Зачем? Вот зачем он это сделал? Всё больше и больше она привязывается к нему. Любой другой скажет: «Это любовь!» Но не Наруко. Она не хочет любить. Не хочет быть к кому-то привязанной. Обычно за любовью идет боль? Если да, то она сразу откажется от этого. Пусть будет одиноко, но зато не больно. Так она просидела двадцать минут, понимая, что её поцеловал Саске. В который раз. Вздохнув тяжко, девочка легла на подушку и попыталась уснуть. *** Какаши и Джирайя шли по людным улицам, о чем-то разговаривая, но когда на улицах начало темнеть, они быстро появились в палате Наруко. Та уже давно спала, сложив руки на груди. Джирайя улыбнулся, увидев умиротворенное лицо своей крестницы и тут же начал свой серьезный разговор: - Акацуки зашевелились. Какаши нахмурился. Книжка, которую он держал в руках, отправилась на тумбочку, и мужчина спросил: - Вы думаете, они придут за Наруко? - Думаю да. За эти пять дней я оставлял жабу следить за ней, но пока никто не приходил. - Значит, они придут за девятихвостым? Но зачем он им? - Не знаю. Будет лучше если Наруко завтра же уйдет из деревни. Третий жив благодаря ей, думаю, он прикроет нас от старейшин. - Я все устрою. - Надеюсь на тебя. Мужчины кивнули друг другу и вышли из больницы. Но могли бы они хотя бы проверить, спит ли девочка или нет. Ведь не смотря на то, что пыталась уснуть, она все слышала. И это ей не понравилось. Совсем. Всю ночь думала кто такие Акацуки и зачем им Курама. В итоге она не смогла заснуть и утром ждала Какаши, дабы расспросить его обо всем.