Ты мой

***

Драко — Драко, завязывай с этим тёмным делом, — услышал я голос любимого сквозь пелену азарта. У меня тут только-только начала вырисовываться картинка, довольно интересная и необычная для подобного артефакта, по сути являющегося обычной магической бомбой. Вещь явно была благословлённой на смерть, но что-то у меня не состыковывалось… Обожаю сложные задачи! — Ещё минуточку, Рон.       Вместо уговоров он схватил меня в охапку, забросил на плечо и понёс к выходу, совершенно не слушая мои просьбы. Мы не дошли до недоумевающе на нас глядящей толпы каких-то три шага, когда в ресторане прогремел довольно мощный взрыв, выбивший стёкла из "Магии Вкуса". Дом, равно как и соседние постройки, устоял, да и сам ущерб был явно меньший, чем ожидалось. Рон поставил меня на землю и, насмешливо усмехаясь, заглянул мне в глаза: — Минуточку, Драко? — Увлёкся, бывает. — С тобой постоянно, — согласился он.       Тут раздались щелчки колдокамеры, ослепляя нас вспышками и, прежде чем на переднем плане появилась ненавидимая мною до колик Рита Скиттер со словами: «мистер Малфой, как вы считаете», Рон обнял и аппарировал нас к какому-то незнакомому, довольно ветхому двухэтажному дому на окраине магического поселения. Я удивленно разглядывал старые узловатые яблони, небольшой домик на высоких брёвнах, построенный явно для детей, и заросший буйной травой сад. Совсем не безупречный Малфой-мэнор, зато тут на удивление веяло уютом и теплом. Это было какое-то совершенно "его" место. Даже не верится, что он здесь живёт какие-то полгода, может, и того меньше. — Твой дом? — Первое, что пришло в голову, когда бежал от этой стервы. Ты… — Я останусь, если ты не против. Ты обещал мне разговор. И у меня, кажется, начинается течка. — Пошли в дом, — вздохнул он, принимая мои слова. Поговорить нам и в самом деле необходимо, но сейчас мне гораздо больше необходимо уединиться. Мы вошли, и он сразу, без лишних просьб и напоминаний, проводил меня в туалет. Я грустно усмехнулся, признаваясь себе в том, что единственное, что осталось в моей жизни неизменным — это течки, начинающиеся только рядом с ним, и за эти полгода я пропустил целых два цикла из-за того, что его не было рядом. Я, наверное, один такой омега в целом мире, который превращается в бету в отсутствии своего Истинного.       Когда я вышел, из кухни доносились голоса. Женский и мужской. Женщина скандалила, а мой бывший муж иногда подавал реплики, пытаясь её успокоить. Нет, я знал, что у него непременно кто-то появится после нашего развода, я и сам не без греха — пытался устроить свою жизнь, ходил на свидания с альфами. Но одно дело - подозревать, а уже совсем другое — столкнуться с реальностью вот так, лицом к лицу. Ревность, обида на жизнь и несбывшиеся надежды больно стегнули меня по израненному самолюбию, и я, сам не помня как, оказался на пороге кухни.       Маленькая жгучая брюнетка с необычными, почти жёлтыми глазами оказалась красива, являясь полной моей противоположностью, что неожиданно подарило мне надежду, что у нас ещё не всё потеряно; что у нас есть, пусть даже минимальный, но шанс начать всё заново. Тебе тоже больно, Рон? До сих пор больно? — Твой бывший? Значит, на меня у тебя времени нет никогда, а на него находится?! Знаешь, что? А не пошёл бы ты, Рональд Уизли, в бездну! На тебе свет клином не сошёлся! — выкрикнула она, развернулась и ушла, громко обижено стуча каблуками, и напоследок просто оглушительно хлопнула дверью. Я подошёл к нему, сидящему на стуле, и обнял со спины, положив подбородок на плечо. Мой. — Сожалеешь? — Только о том, что забыть тебя не могу. — А может, и не надо забывать? Давай попробуем снова? Мне плохо без тебя, Рон. — Мне тоже, Драко, мне тоже. Но будет невероятно сложно начать всё сначала, сделать вид, будто ничего не было.       Горько улыбнувшись его словам, я потёрся носом о шероховатую щеку, чувствуя себя на удивление спокойно и уютно, будто вернулся домой из долгого и трудного путешествия. Если бы знать всё заранее! Я бы в тот проклятый самими небесами вечер ни капли спиртного бы не взял! Ни за какие коврижки! — Может, тогда не будем начинать заново? Просто продолжим. Дай нам шанс, прошу тебя.       Он развернулся на табурете спиной к столу, усадил меня к себе на колени и уткнулся носом мне в шею, щекоча дыханием. — Знаешь, Драко, до этого случая, так резко изменившего наши жизни, я как-то не задумывался над тем, что ты именно омега. Ты сам своим поведением никогда не давал мне повода задуматься над этим, над тем, как у нас с тобой всё неправильно. Нет, погоди! Дай я выскажусь, — попросил он меня, открывшего было рот для возражения. Я молча кивнул, соглашаясь выслушать. Так, за пределом откровенности, раскрывая свою душу, мы разговаривали крайне редко, только когда наболит. — Нет, конечно, я знаю, что ты омега — наш сын и твои родители не дадут мне об этом забыть. Но если Скорпи — это наше маленькое, бесконечно любимое чудо, которое есть продолжение нас обоих; то, что абсолютно невозможно в союзе двух бет-мужчин; он, как напоминание о твоей омежьей сути, которое приносит радость, то твои родители — уже совсем другая песня. Они всегда тщательно подчёркивали, что я тебе не пара — так… Временное неудобство, которое необходимо переждать, пока мальчик не нарезвится и не одумается. Пока не поймёт, что именно для него лучше. Мои, особенно мама, тоже не сахар, поэтому мы с тобой вместе и перестали посещать Нору. Но всё это мне представлялось преодолимыми временными трудностями, через которые проходят многие молодые пары, тем более, что ты никогда не давал мне понять, что тебе чего-то не хватает. Возможно, это тебе покажется глупым и даже возмутительным, но я как бы уравнял нас в своём сознании: знал, что ты омега, однако воспринимал тебя скорее как бету или просто как любимого мужчину, с которым мне невероятно хорошо и уютно рядом; с которым хочется прожить вместе всю жизнь. Я такой эгоист, Драко! У меня за все эти годы даже мысли не возникало, что тебе от жизни надо что-то другое, чего я тебе дать при всём желании не смогу; что наша счастливая семья на самом деле является чем-то противоестественным, по сути, невозможным. Знаешь, за эти три года, что мы были вместе, я ни разу не пожалел, что не являюсь альфой, а теперь жалею. До меня наконец-то дошло, что ты омега. Глупо, правда? — Невероятно, — согласился я, запуская пальцы в его волосы. — Знаешь, Рон, а я готов благословлять небеса и силы за то, что ты не родился альфой. С твоим уровнем вспыльчивости и агрессии тебе никак нельзя быть альфой: ты сел бы в Азкабан прежде, чем мы даже закончили Хогвартс и нам не пришлось бы узнать друг друга. Моё тело не хочет альф от слова совсем — у меня было полгода, чтобы в этом убедиться. Не усмехайся. Тогда я был слишком пьян и… Слишком много совпадений, тебе не кажется? — Постановочная сцена? — искривил губы Рон. Я кивнул, соглашаясь. Почему я раньше об этом не подумал, предпочитая вместо того, чтобы разбираться в том, что именно привело к измене — молча страдать? Идиот! — Кажется. Только это для нас с тобой почти ничего не меняет. Пойдём в спальню? Или ты предпочитаешь заняться сексом на кухне?       Не меняет, значит? Силы, как же больно! Впервые за эти полгода больно. Я заставил себя улыбнуться. Это мы ещё посмотрим! — Откуда мне знать, если я не пробовал? Не в Малфой-мэноре же!.. Стол крепкий? — Обкатаем?

***

 — Давай поженимся, Рон? — попросил я, лёжа в его объятиях в, оказавшейся до ужаса скрипучей, кровати и с надеждой глядя на него, уже зная, что он не согласится опять связать нас узами брака. Так и есть — Рон отрицательно покачал головой. Ну, это мы ещё посмотрим! Я-то знаю, какой ты собственник и вряд ли кому-нибудь меня отдашь. Впрочем, в этом мы с тобой одинаковые, и я не далеко от тебя ушёл. Ты — только мой! Никакой беты в твоей жизни больше не будет. Никого, кроме меня. — Нет, Драко. Второй раз пройти через этот кошмар я не смогу — просто не выдержу. Сломаюсь. — А так? — Так проще, — пожал плечами он, перебирая мои волосы. — Никаких обязательств, никаких обещаний, а значит, в случае чего, никакого предательства. — То есть, ты предлагаешь нам стать любовниками по принципу — никто никому ничего не должен? А как же наш сын? А я? Рон, я совсем не уверен, что меня устроят подобные свободные отношения на длительный срок. К тому же отец планирует расширение бизнеса совместно с французской стороной, а ты сам знаешь, как именно стремятся обезопасить риски богатые семьи. Ты согласен мной делиться?       Он волком посмотрел на меня, отстранился, сел на краю постели в попытке отдалиться, закрыться. Прости за то, что снова заставил тебя выбирать, но это необходимо нам обоим, что, впрочем, ты и сам знаешь. Я обнял его со спины, оплетая руками. Мой! Прошу тебя, выбери меня! Выбери нас. — Будь проклят тот день, когда я влюбился в Малфоя! Видит Мерлин, я хотел как лучше, но ты как всегда всё вывернул так, как удобнее тебе. Я согласен только на полный магический брак, и никак иначе.       Я поцеловал его в шею и потянул обратно на кровать, садясь на его бёдра. — Можно подумать, будто я против! Насколько успел тебя узнать за это время — ты выберешь ритуал «Слияние двух солнц». Так не желаешь входить в мой род? — Так не хочу становиться зависимым от воли твоего отца. Может, всё-таки передумаешь, Драко? Обратной дороги не будет, ибо это даже не магический, а космический брак.       Я с улыбкой опёрся о его плечо, приподнимая бёдра, направил его член в себя и медленно опустился до конца. Его руки неторопливо скользили по моему телу, оглаживая бока, грудь, шею, пощипывая соски. — Хоть одна хорошая новость. Я люблю тебя. — Я тебя тоже, — шепнул он, стягивая ленту со сбившегося хвоста и рассыпая волосы по спине. Я покрутил бёдрами, приподнимаясь и опускаясь снова. Меня разрывало от противоречивых желаний. Мне хотелось неторопливого секса, нежности, но в то же время омега во мне требовала быстрого жёсткого траха. Рон фыркнул, поняв мои сомнения, подхватил под ягодицы, приподнял и, зафиксировав в таком положении, начал вколачиваться. — Рон… — Уверен? — Да, драккл тебя дери! Я уверен! Читай…

В слиянии двух звёзд на небосводе — Слияние двух душ в одну мечту. В извечном, невозможном хороводе Стремиться и увидеть красоту. В душе, на сердце нет у нас сомнений: Обвенчанные Солнцем и Луной Мы сдвинем мир на несколько делений, И ты отныне вечно будешь мой. Я твой. Неразделимы. Перед нами Раскрылся Космос, нас приняв в Семью. Судьба и Вечность древними словами Своё благословение прольют.