Mickey's First Christmas
30 декабря 2015 г., 18:32
Summary: Милковичи никогда не праздновали Рождество, но потом появился Йен, а праздник стал большим делом.
Взрослея, Микки и его братья с сестрой не праздновали Рождество. У них никогда не было елки, а Терри скорее отгрыз бы собственную ногу, чем потратил деньги на подарки своим детям. Рождественские ужины вообще состояли только из того, что его братья смогли украсть из Kash n` Grab. Затем появился Йен, а Рождество стало большим делом.
***
One Оно начинается с дерева. Микки поздно возвращается домой из Алиби, от него за версту несет пивом (тем вечером он пролил на себя полкружки). Единственное его желание - упасть лицом на кровать и отрубиться, но эти планы умирают, когда он находит Мэнди, Йена, Светлану и полуразвалившуюся елку. Большинство веток отсутствует, ствол стоит криво, а запах напоминает дохлую собаку. Он потирает уставшие глаза и спрашивает: — Какого черта вы делаете? — А на что это похоже, мудак? — ответила Мэнди, копаясь в коробке со старыми украшениями. — Тебе нравится? Я нашла её в переулке, — сказала Светлана, показывая на дерево. — Мой отец научил меня брать все, что дают. — Тот отец, который тебя продал? Светлана заворчала на русском, а Йен покачал головой прежде чем сказать: — Будет круто. Поверь мне. Микки слишком устал, чтобы спорить, поэтому махнул рукой и направился к своей комнате, бормоча: — Ладно, развлекайтесь как хотите. Плевать. Но он должен был признать, только для себя, что когда утром увидел дерево, оно выглядело не так уж и плохо. Хотя пахнет елка все еще как сдохнувшая собака.***
Two Дальше были блядские стремные свитера. Выходя из своей комнаты однажды утром, запустив руки в грязные волосы и нуждаясь в кружке кофе, Микки буквально споткнулся на ровном месте. Светлана сидит за кухонным столом с чашкой кофе, которая стоит перед ней, и кормит Евгения яблочным пюре из зеленой миски. В ней нет ничего нового, она такая же как и каждое утро, но сегодня на ней уродливый красный свитер с головой оленя. — Это еще что? — спрашивает он, указывая на свитер. - Это? — показывает на эту мерзость Светлана и Микки кивает. — Это подарок от Морковкина. Мне нравится. — Его нужно сжечь, — говорит Милкович, пересекая комнату и подходя к кофейнику, почему-то опять пустому. — Неужели нельзя было сварить свежий кофе? Она не отвечает, но брюнет знает, что Светлана ухмыльнулась. Микки закатывает глаза, очищая кофемашину и засыпая новую порцию кофе. Он падает на стул рядом с Евом, замечая крошечный синий свитер со снеговиком, в который одет малыш. — Серьезно? — Он ему тоже купил, — Светлана кидает удивленный взгляд, громко глотая кофе. — Там еще есть, на котором нарисован Санта. Женщина встает из-за стола, взяв Ева на руки и шепча ему что-то на русском, и уходит. У выхода она останавливается, поворачиваясь к Микки, чтобы сказать: — Рыжик расстроится. Перед тем, как выйти из комнаты, Светлана ухмыляется.***
Three Рождественское тематическое сахарное печенье, украшенное глазурью и посыпкой, появилось на следующий день. Желтые звезды, зеленые елочки и голубые ангелы; когда печенье появилось на их кухне, в центре всего этого находились Йен, Мэнди и Дебби. Сестра Микки сидит на прилавке, помешивая ингредиенты в большой металлической миске, улыбаясь тому, что говорит Дебби, в то время как Йен кладет очередную порцию печенья в духовку. Микки даже не был в курсе, что их печь все еще работает, думая что его братья взорвали ту или вроде того. Он попытается украсть выпечку из тарелки рядом с Мэнди, но она отбрасывает его руку, все еще сфокусировав все внимание на Дебби. Милкович вырывает свою руку и бормочет: «Блять». — Если хочешь печенье, — начинает его сестра, наконец, посмотрев на него, — сделай сам. — Как скажешь. Микки направляется к двери, схватив упаковку сигарет из её куртки. Он выходит и садится на ступеньки, вытаскивая сигарету из полупустой пачки. Брюнет зажигает её, поворачивая голову, когда слышит, что сзади открывается дверь. Дебби подходит к нему, садится рядом и предлагает ему небольшую пластиковую тарелку, наполненную печеньем. — Не говори Мэнди, — шепчет она, подмигнув и поднявшись, возвращается внутрь, в то время как Микки тихонько фыркает. Печенье было не таким уж и плохим.***
Four Когда позже в тот день Микки возвращается из Kash n` Grab, он замирает, увидев, как Лип держит лестницу, в то время как Йен вешает рождественские огни. Микки качает головой, проходя мимо братьев, направляясь внутрь, и фыркает на венок, который весит на двери их дома. Милкович закрывает дверь, бросив пачку сигарет Светлане, и идет на кухню, чтобы открыть «Доктор Пеппер» и громко поставить его рядом с Мэнди. — Он собрался украсить весь наш дом? — спрашивает Милкович, доставая пиво. — В чем проблема? — девушка хватает банку, крутя крышку от содовой в руках. — Мы празднуем Рождество в этом году. Это беспокоит тебя только потому, что на этот раз у нас все нормально? Микки лишь пожимает плечами, прислонившись к столешнице, делая глоток своего пива. Он не уверен, что рад внезапному стремлению Йена перетащить в дом Милковичей свои традиции, но все могло быть и хуже. По крайней мере, этот праздник проходит с печеньем.***
Five Подарки появляются под елкой за неделю до Рождества. Они все завернуты в старые газеты, некоторые с его и Мэнди именем, другие же для Йена и даже для Светланы. Имелись подарки с именем Евгения, их было большинство, и многие от сестры рыжего. Поскольку Милковичи и Галлагеры переплетались между собой, Фиона все чаще стала приносить старые вещи Лиама. За день до Рождества Микки до сих пор не знал, что подарить Йену. Он не знал, ждет ли Йен чего-то от него, но это ведь было их первое рождество вместе. Он не хотел дарить ерунду из магазина, поэтому придумал кое-что намного лучше. Фиона поднимает телефон на втором звонке. — Алло? — Что ты делаешь завтра? — спрашивает Микки после секундного замешательства, кусая нижнюю губу. — А что? Даже после всех этих месяцев, Фиона по-прежнему осторожна с Микки. — Хотел спросить у тебя кое-что, — бормочет он, попутно заглядывая в гостиную, чтобы убедиться, что Йен все еще занят, помогая Мэнди развесить мишуру по всей комнате. После вопроса Микки, Фиона очень тиха долгое время, но, в конце концов, отвечает: «хорошо».***
Six Микки встает около четырех, осторожно вылезая из объятий Йена, и быстро одевается. Он выползает из своей комнаты, тихо закрыв за собой дверь, и направляется на кухню. Схватив ключи от машины, засовывает ноги в сапоги и хватает куртку, выходя на улицу. Воздух прохладный, кружит легкий снег на дороге, но он игнорирует погоду, направляясь к машине Игги и Джоуи. Милкович подъезжает к дому Галлагеров, паркуясь рядом с подъездной дорожкой. Он быстро идет, напугав бездомную собаку, которая бегала рядом с забором, и негромко стучит в дверь. Фиона открывает ту через минуту, с мукой в волосах и соусом на футболке, и шагает в сторону, чтобы впустить его внутрь. Она закрывает дверь, ведет его на кухню и рукой показывает в сторону грязного стола. — Я просто хочу быть честной и сказать, что я не Марта Стюарт, — шутит она, смахивая несколько прядей волос со своего лица. — И я точно не Гордон Рамзи, — ответил Микки, пожав плечами. Он бросает куртку на стиральную машину, закатывает рукава и спрашивает: — С чем тебе помочь? Фиона изучает его долгим любопытным взглядом, и, наконец-то поворачиваясь к нему спиной, говорит: — Со всем. Микки снова пожимает плечами, двигаясь в сторону стола. — Не могу гарантировать того, что что-то не сгорит. — Просто не подожги дом. — Я не даю никаких обещаний. Это должно быть странно, помогать Фионе с готовкой рождественского ужина, но Микки уверен, что он учится довольно быстро. По сути, все это почти нормально, словно Йен ходит вокруг. Эта мысль заставляет его на секунду замереть. Блядские Галлагеры.***
Seven Йен, мягко говоря, удивился, когда в дом Милковичей вернулись Микки и Фи. Но еще больше он был удивлен увидеть, что они принесли рождественский ужин. Он вопросительно смотрит на Микки, а тот в ответ лишь пожимает плечами. Йен улыбается, качая головой, и выходит на улицу, чтобы помочь Карлу и Липу с остальными вещами. Кухонный стол был слишком мал, так что в конечном итоге, они едят в гостиной. Дебби, Мэнди, Лиам и Игги сидят на полу перед телевизором, в то время как Фиона и Джоуи сидят между Липом и Карлом на диване. Светлана села в кресло и кормит Ева кусочками еды из своей тарелки, а Ника (которая показалась где-то за тридцать минут до того, как они поели) опирается на её ноги. Йен стоит в прихожей между кухней и гостиной, наблюдая за своей семьей. Год назад было бы абсурдно увидеть Галлагеров и Милковичей вместе, но сейчас это кажется таким естественным. Не было только двух людей, Вероники и Кевина (и близнецов, конечно), но они ужинали с миссис Фишер. Йен сделал мысленную заметку пригласить их в следующем году (все-таки, что-то не так без них). Он направился на кухню, найдя Микки, прислонившегося к столешнице. Парень перестал щипать кусочки еды в тарелке, когда увидел, как Йен входит в комнату. Он поднял брови, спрашивая без слов, что хотел рыжий, когда тот пересекает комнату, подходя ближе к Милковичу. — Ты сделал это. Это не вопрос, он знает, что Микки понял, но это не останавливает того от пожимания плечами. — Спасибо за все. — Заткнись, — Микки опускает голову, его лицо вспыхивает, а Йен усмехается. — Я имею в виду… Чем сильнее Милкович боролся со своей улыбкой, по-прежнему отказываясь смотреть на рыжего, тем сильнее ухмылялся Йен. Он может подождать Микки, это не проблема. Наконец брюнет смотрит на него, их глаза встречаются, и он продолжает: — Не за что. — Ты такой дурак, — дразнит Йен, а его улыбка растет, когда Микки хмурит брови. — Пошел ты, Йен. Рыжий наклоняется, даря Милковичу легкий поцелуй в щеку, и шепчет: — С Рождеством тебя, Мик.
