Через несколько лет...

- Молодой человек... Мистер Айеро, не так ли? Вынужден сообщить вам прискорбные новости. У вас рак легких, мистер Айеро. *** Так бывает: сама болезнь не так страшна как тот факт, что о ней нужно рассказать любимому человеку. Это не объяснить, это просто бывает. *** Фрэнк решил, что скажет Джерарду. Что это будет гораздо правильнее, чем сделать все так же, как в фильмах: расстаться, исчезнуть из жизни, чтобы потом тихо умереть. Чтобы через несколько лет твой возлюбленный узнал об этом, и начал винить себя за то, что не понял, не узнал, приложил слишком мало усилий для поисков, что приложил слишком мало усилий, когда любил тебя. Все родные уже знают, но он не может выбрать момент, чтобы признаться. Так просто. Но Фрэнки улыбается, отвечает на поцелуи, смеется над шутками, извиняется за то, что наступил на ногу, по привычке жмурится от света, который на кухне всегда почему-то ярче. Ничего не меняется. Он и раньше задыхался от любви к Джерарду, от растущего чувства в груди, когда художник, задумчиво покусывая кончик карандаша, гладил Фрэнка по волосам. Уэй в свою очередь незаметно бросает взгляды в его сторону, пошловато улыбается своим мыслям. Джерард откладывает карандаш и заваливается рядом с Фрэнком, проводит пальцами по его губам, притягивает к себе и целует. Нежно, сквозь улыбку, без намеков, вкладывая лишь чувства. - Я люблю тебя, Фрэнки, - он крепко прижимает его к себе, понимая в эту секунду, что в его руках весь мир. Больше и не нужно. Но он даже не подозревает, как хрупок сейчас этот мир... - Джер, знаешь... мне нужно кое-что тебе сказать. - О, в фильмах это обычно предвещает крупные проблемы. Ну что, беременный? - он улыбается и поправляет прядь каштановых волос. - Нет... Просто... как сказать? - Фрэнк тяжело и устало выдыхает, глядя Джерарду в глаза. А потом просто рассказывает. Все, начиная с первых болей и заканчивая вчерашним визитом ко врачу, не упуская деталей.