Пока жива надежда

Я свяжу тебе жизнь из пушистых мохеровых ниток, Я свяжу тебе жизнь – не солгу ни единой петли, Я свяжу тебе жизнь, где узором по полю молитвы Пожелания счастья в лучах настоящей любви, Я свяжу тебе жизнь из веселой меланжевой пряжи, Я свяжу тебе жизнь и потом от души подарю. Где я нитки беру?.. никому никогда не признаюсь. Чтоб связать тебе жизнь, я тайком распускаю свою... Валентина Беляева

Пролог

      Мир на моих собственных глазах переворачивался с ног на голову, и я ничего не могла с этим поделать. Все, что я чувствовала, все, что ощущала, так это полнейшую безнадежность. Осознание собственной беспомощности тяжким грузом ложилось на мои плечи. Уже слишком поздно надеяться, пора действовать, действовать решительно. Мы уже ничего не сможем сделать с тем, что происходит вокруг, мы не сможем остановить или хотя бы уменьшить масштабы разрушений, охвативших наш мир. Сейчас мы снова всего лишь дети.       Как отличить сон от реальности? Когда-то давно я сама задала себе этот вопрос. Это правда, иногда сны могут казаться реальнее самой жизни, но каким бы ужасным ни был мой сон, он заканчивался. Рано или поздно. Казалось, этот кошмар не закончится никогда.       Сколько прошло времени с тех пор, как что-то переменилось? День? Месяц? Мне больше не хотелось звать на помощь – более того, мне больше не на кого рассчитывать. Они считают меня слабой. Жертвой. Они больше меня не понимают. Они больше не верят в меня, потому что я больше не являюсь их надеждой, той, кто всегда сможет поднять настроение. Я даже себя не могу обнадежить, я не могу ничего обещать даже себе!       Мир рухнул, разбиваясь вдребезги и попутно царапая всех нас тысячами крошечных осколков. Что-то пошло не так. Мне больше не страшно, я не чувствую ни боли, ни отчаяния, ни злости. Все, что переполняет меня – это гнетущее чувство бессилия, равнодушия, отрешенности. Где-то глубоко внутри я еще осознаю, как страшно то, что начало происходить со мной, потому что, как я сама говорила, главное – верить. Я больше не верила, мне не на что было надеяться. Еще недавно кошмары мучили меня, а теперь я сама стала своим кошмаром.       Деревья раскачивались от порывистого апрельского ветра, и мгла ночи медленно опускалась на спящий парк. Я стояла одна посреди широкой аллеи, вглядываясь в темноту и еще толком не понимая, что именно собираюсь сделать. Прежняя Марлин МакКиннон никогда бы так не поступила, прежняя я всегда просчитывала несколько вариантов последующих событий, но все что я теперь могла, это молча следовать за собственным внутренним голосом.       Пальцы сжимали клочок газетной бумаги, нервно перебирая, прокручивая, переворачивая его… Я закусила губу, невольно оглядываясь назад. Нет, никого. Ни единой живой души. Казалось, город просто-напросто вымер, но сейчас это уже практически норма. Мы ничего не сможем сделать. Мы никого не сможем спасти.       Я медленно шагнула вперед – мне даже себя спасать не хотелось. Я лишь хотела знать правду.       И я узнаю.