Глава 1
26 декабря 2015 г., 22:24
День тридцать четвертый.
Я все еще взаперти, этакая добровольная пленница. «Добровольная» – потому что не мешаю им делать то, что запланировано, потому что делаю вид, что понимаю всю важность, правильность. «Так и должно быть, Марлин» – говорят они, и, наверное, я им верю. Это важно. Правильно. Главное – верить.
Из неотправленных писем Марлин МакКиннон
Июль 1978 г.
POV Северус Снейп
Душераздирающий крик разорвал тишину, не нарушаемую уже несколько часов, и пришлось ступать осторожнее, чтобы его ненароком не обнаружили раньше времени. Воздух вокруг – густой и тяжелый – ощущался почти материально, все говорило о приближающейся грозе, но не только она была причиной сгустившейся тьмы. Мгновение – и яркая вспышка молнии расчертила черное небо на десятки неровных фигур, заставив зельевара невольно вздрогнуть. Раздраженно передернув плечами, Снейп сделал еще один шаг и привычно замер, оглядываясь по сторонам в поисках хоть одной живой души. Вдалеке повторился пронзительный визг, и зельевар невольно вскинул голову к небу, в котором жутким туманом клубилась Черная метка. Дальше начинался пустырь, где росли лишь колючие кустарники без листьев. О яде в этих колючках знали не много не мало – его иногда использовали в зельях, но те зелья, естественно, не представляли собой ничего хорошего. Это были настоящие темные искусства, о которых ему теперь так много стало известно.
Молния сверкнула снова, и где-то вблизи под чьими-то ногами зашуршали сухие листья. Быстро вскинув голову и насторожившись, Снейп лишь успел заметить черную тень, скользнувшую за сухое дерево и исчезнувшую во тьме. Здесь всегда было много лишних ушей, и все время казалось, что за ним сквозь стены наблюдает пара красных внимательных глаз Повелителя.
Через непроходимый пустырь вела лишь одна дорога – каменная тропа, выложенная прямо по центру и ведущая прямиком к белоснежному дворцу с мраморными колоннами. Дворец – по-другому не скажешь – выделялся на фоне всеобщего уныния ослепительно-ярким пятном, которое показалось бы неуместным, если бы не величие, существовавшее, надо полагать, лишь для сравнения. Не тратя больше времени на изучение территории, которая и так была ему хорошо знакома, Северус направился прямиком по каменной тропе, больше не считая нужным скрываться. Уже пройдя половину пути, он услышал за своей спиной негромкие хлопки трансгрессии, и вальяжный голос Беллатрисы окликнул его одновременно с раздавшимся громом.
– Эй, зельевар! – насмешливо позвала она, и Снейп резко обернулся, стиснув зубы. Белла была не одна – рядом с ней стояли Нотт и Розье. Оба противно ухмылялись, глядя на него – завидовали. Не каждого новичка звали на Советы с участием самого Темного Лорда, и уж тем более, не с каждым новичком считались так, как с Северусом. Из дворца снова раздался чей-то пронзительный крик.
– Это восхитительно, не так ли, Снейп? – ухмыльнулась Белла, делая шаг ему навстречу. – Каждый день слышать, как кричат от боли эти поганые грязнокровки. – Проведя длинным ногтем по своей палочке, Белла снова подняла на Снейпа тяжелый взгляд. – К слову, о грязнокровках. Не напрасно ли Лорд так доверяет тебе? Ты узнал то, что нам нужно? – Нотт и Розье при этих словах снова начали мерзко ухмыляться.
– Я не собираюсь перед тобой отчитываться, – холодно отрезал зельевар, с вызовом оглядев эту троицу. Они смотрели на него так, будто сами были идеальными слугами, которые никогда не подводили Лорда. Может, напомнить Белле об этом?.. – Не я упустил МакКиннон, а ты, помнишь, Лестрейндж? – Усмехнувшись, Снейп уже хотел было продолжить свой путь, но Белла, разозлившись, мгновенно запустила в него невербальным заклятием. Не оборачиваясь, Северус проворно увернулся, заставив ее зашипеть от досады. Здесь всегда нужно быть начеку.
– А ты помнишь, где твое место, полукровка? – рявкнула Белла, вмиг оказываясь в двух шагах от зельевара. Он остался спокоен, чем вполне можно было гордиться. Эта сумасшедшая просто создана для того, чтобы пугать людей.
– Пойдем, Белла, – наконец, не совсем уверено вмешался Розье. – Лорд не любит ждать.
– Как точно подмечено, – ядовито обронил Северус, одергивая полы черной мантии. Эван Розье только выглядел устрашающе, а на самом деле такой же лизоблюд, у которого, казалось, никогда не было собственного мнения. Жалкое зрелище. Вскинув голову, зельевар прошел мимо Беллатрисы и направился прямиком к широким мраморным ступеням, к которым и направлялся до того, как его отвлекли.
Всю дорогу они шептались за его спиной, периодически осыпая проклятьями, но большего сделать все равно не могли. Вряд ли Лорд обрадуется внезапной смерти своего зельевара, и им это прекрасно известно. Лорду полезны его знания и явный талант, изрядно помогающий Северусу готовить любое зелье так, как угодно повелителю. Лорд в некотором роде благоволил к нему и не желал его смерти, по крайней мере, пока. Значимость Северуса порождала уважение со стороны одних Пожирателей, хоть некоторые из них представления не имели о его заслугах, и зависть среди других, более жестоких и беспощадных.
К примеру, Нотт. Он был однокурсником Северуса и старостой Слизерина, Метку принял еще в начале седьмого курса, но до сих пор видел Лорда лишь раз или два, в то время как Снейп бывал у него раз-два в трое суток, чтобы преподнести заказ и подробно описать все его свойства. Только в одном они разнились. Нотт хотел видеть Лорда чаще, ибо это свидетельствовало бы о его нужности и большей значимости среди остальных. Снейп же не видел в этом ничего увлекательного и величественного – будет мало приятного, если оказаться рядом с Лордом, когда он не в настроении. Сейчас такое случалось сплошь и рядом, особенно после появления слухов о подпольной организации Дамблдора, активно работающей против Пожирателей. Посланные в Министерство под заклятием Империус люди куда-то исчезли, не оставив следов, что еще больше злило Повелителя, да и провальная операция Лестрейндж и Долохова на вокзале Кингс-Кросс добавляла масла в огонь. К тому же, явно было еще кое-что, о чем Лорд будет говорить на завтрашнем собрании. Что-то беспокоило его в последнее время.
Снейп усмехнулся. Что ж, пока он был в состоянии превосходно скрывать свои мысли от Лорда, да так, чтобы тот не заметил, и мог думать обо всем на свете, главное – вовремя загнать все опасные мысли внутрь, с Повелителем всегда нужно быть начеку. Не успел Северус подойти к тяжелой двери, как она сама распахнулась, будто приглашая слизеринца внутрь. За ним крайне агрессивной тенью скользнула Белла, следом – Нотт и Розье. Прямо у входа к Пожирателям потянулись костлявые руки дементоров, но тут же отпрянули, почуяв своих. До этого Снейп не знал, что существует какая-то разница, но, по-видимому, у Пожирателей смерти просто нет счастливых воспоминаний, или же они спрятаны глубоко внутри. Сзади зашипела Белла, опять ей что-то не нравится. Наверное, мало крови и замученных жертв в этом идеально-чистом просторном помещении, в котором даже от стен веет холодом. На высоком потолке висела огромных размеров люстра, и Снейп понятия не имел, зачем она здесь, ведь сам дворец все время утопал во мраке. Лорд не любил дневной свет и вообще практически не выходил из своей величественной обители. Дементоры казались дикостью на фоне белоснежной плитки, которой были выложены стены, Северус вообще старался на них не смотреть, глядя прямо перед собой и ровно ступая по выложенной тропинке.
Лорд сидел на кресле спиной к своим слугам, но, услышав шаги, повернулся и произнес что-то на парселтанге – редкий талант, но почти всегда характеризующий темного волшебника. По-настоящему темного, а таковых вообще было немного. Где-то неподалеку послышался негромкий шелест, будто кто-то скользит по плитам, не останавливаясь и варьируя то в одну сторону, то в другую. Снейп уже начал догадываться, когда в зал вползла огромная змея, периодически показывая раздвоенный язык и издавая короткие отрывистые звуки.
– Нагайна… – почти пропел лорд Волан-де-Морт, окидывая всех вошедших цепким взглядам и изучая реакцию. – Познакомься с нашими гостями… Надеюсь, они принесли нам хорошие новости.
Снейп невольно поморщился от отвращения, наблюдая, как Лорд ласково гладит змею по коже, точно кошку. Белла же, наоборот, едва заметив лысое чудовище, заискрилась от ликующей радости и, внезапно осмелев, подлетела к новой любимице Темного Лорда. Остановившись от змеи в двух шагах, Белла так же неожиданно замерла и испуганно взглянула на повелителя, словно прося разрешения. Лорд благосклонно кивнул, демонстрируя некоторое умиротворение. Стоило Белле протянуть руку к голове Нагайны, как на нее тут же уставились два продолговатых желтых глаза, и в следующий миг змея стремительно вскинулась, заставив Лестрейндж с вскриком отскочить в сторону. Уголки тонких губ Лорда дернулись в снисходительной гримасе, от которой также веяло арктическим холодом, он вновь положил руку на успокоившуюся змею и кивнул Белле на то место, откуда она пришла. Пожирательница гордо вскинула голову, пытаясь скрыть обиду, и прошла мимо Северуса, демонстративно воротя нос, словно и впрямь чуяла запах нечистой крови.
– Я всегда рад гостям, – задумчиво произнес Волан-де-Морт, поднимаясь. – Но перед завтрашним собранием я хотел бы поговорить с каждым из вас лично. Господа, – Он кивнул куда-то вдаль. – Оставьте меня и Северуса наедине.
– Как прикажете, мой Лорд, – поджав губы, поклонилась Беллатриса и вышла из зала. Следом за ней, также отвесив поклон, помещение покинули Нотт и Розье.
– Я рад видеть тебя, – Волан-де-Морт окинул своего зельевара цепким взглядом, и Снейп почувствовал в голове ставший уже привычным холодок. Спокойно глядя на Лорда, он ждал, пока тот закончит просматривать доступные ему мысли, совершенно не замечая, что где-то глубже спрятано много чего интересного. Закончив, Лорд бросился на Северуса задумчивый взгляд и коротко кивнул: – Что ты расскажешь мне, мой талантливый зельевар? Есть ли у тебя для меня какие-нибудь новости?
Вглядываясь в его лицо, Снейп вновь отмечал аристократическую бледность худого лица, темные глаза с красноватым отливом, практически не отражающие свет и почти черные волосы, явственно контрастирующие с бледностью кожи. Взгляд Лорда был надменный, словно все, кто находился рядом с ним, были, как минимум, рангом ниже его самого. Впрочем, все, кто когда-либо оказывался рядом с ним, начинали понимать, что Лорда считали великим и, безусловно, опасным волшебником не без оснований. Он действительно был способен на многое, и тот, кто только что окончил школу, чувствовал себя рядом с ним неумелым фокусником. Однако хоть Снейп и был весьма сведущ в ЗОТИ, это все-таки не его прерогатива, что не могло не радовать, ведь Волан-де-Морт – волшебник поистине великий, а вот зелье ему мог сварить лишь слизеринец, только окончивший школу.
– Да, мой Лорд, новости есть, но их немного, – склонив голову, Снейп вновь посмотрел на повелителя. – Я узнал, что у Дамблдора действительно есть тайная организация, но ни местонахождение ее штаба, ни даже как она называется, мне выяснить не удалось. Предполагаемые члены данной организации – это друзья и соратники старика, скорее всего, мракоборцы в большинстве своем, но и новичков там хватает – вполне вероятно, только что выпущенные гриффиндорцы.
– Ты ведь должен знать их, Северус, – вкрадчиво произнес Лорд, глядя на своего слугу холодными почти черными глазами. – Ты учился с ними. Кто может там быть?
– Без сомнений, Поттер и Блэк, эти герои уж точно не станут сидеть, сложа руки, – подумав, презрительно ответил зельевар, уж на этот счет сомнений у него не было. – Возможно, с ними Люпин, Дамблдор принял бы его, невзирая на… ликантропию. Петтигрю… Этот трус, похоже, верен только Вам, хоть Вы и просили его проверить. Впрочем, надолго ли? – Выдержав паузу, Снейп вновь вернулся к своим размышлениям. Готовя отчет, он как-то не подумал о возможных сторонниках старого директора, которых непременно нужно будет назвать. – Может быть, Лонгботтомы…
– Лонгботтомы? – уточнил Лорд, внимательно следя за каждым его словом.
– Да, мой Лорд, Фрэнк Лонгботтом женился всего пару-тройку дней назад на Алисе Миллер. Чистокровные, но вряд ли их можно переманить. – Снейп неопределенно передернул плечами, когда в голову неожиданно пришла еще одна мысль. Без сомнений, Лорд сразу же почуял перемену. – Возможно, грязнокровка МакДональд, Гидеон и Фабиан Пруэтты – эти года на три-четыре старше, и совсем недавно участвовали в стычке на Лонг-роуд… и МакКиннон, мой Лорд. Это все, кого я мог бы заподозрить, остальные, скорее всего, просто разбежались.
– Посмотрим. Говоришь, МакКиннон… – Разумеется, слух повелителя тут же уловил нужную ему информацию. – Девчонка продолжает доставлять неприятности, хотя вот уже больше месяца, как ее никто не видел. О ней никто не слышал. Даже Хвост не смог ничего узнать о девчонке. – Лорд не спускал с зельевара внимательных глаз, Снейп готов был поклясться, что Повелитель даже ни разу не моргнул. – Северус, как ты думаешь, она могла бы перейти на нашу сторону?
Слова показались Снейпу до того внезапными и неуместными, что он все же не удержался и удивленно вскинул бровь. Если бы зельевар не знал, что Лорд никогда не бросает слов на ветер, подумал бы, что Повелитель шутит.
– Вряд ли, мой Лорд, – усмехнулся Снейп не без осторожности. – МакКиннон такая же, как Поттер и Блэк, пусть и грязнокровка. Она скорее умрет.
– Очень жаль, – произнес Повелитель, хотя по его виду нельзя было сказать, что он о чем-то жалеет. – Значит, благороднейшему семейству Блэков придется сразу убить девчонку, когда они ее найдут.
– Зачем она им, мой Лорд? – как можно небрежнее осведомился Северус. В голове, скрытые защитной пеленой, не переставали крутиться колесики самых разнообразных мыслей. – Неужели Белла так ненавидит своего кузена, раз хочет отыграться на его подружке?
– Видишь ли, Северус-с, – по-змеиному растягивая звуки, ответил ему Лорд. – Молодой наследник, пусть и отверженный, не может жениться на грязнокровке. Это позор всего рода.
По правде сказать, Северус был удивлен уже тому, что Волан-де-Морт отвечал на его вопросы, ибо, задавая их, зельевар был уверен, что заработает Круциатус за излишнее любопытство. Но, кажется, Лорд действительно был сегодня благосклонен к своим слугам, или же за всем этим угадывался какой-то подвох. Впрочем, ничего подозрительного Снейп пока не заметил, поэтому продолжал спокойно стоять, дожидаясь следующего вопроса.
– Так ты говоришь, Хвост полностью верен мне? – В темных глазах Лорда блеснула какая-то искорка.
Петтигрю. Губы сами скривились при упоминании глупого крысеныша. Снейп заметил Метку на его руке еще в начале учебного года, когда в библиотеке глупый мальчишка тянулся к верхней полке с книгами для эссе по травологии. Интересно, что бы было, если бы это увидел не только он?
– Неудивительно, мой Лорд, – не в силах полностью скрыть пренебрежения к трусливому предателю, произнес Северус. – Петтигрю не общается с компанией Поттера еще с середины седьмого курса Хогвартса. Куда ему еще идти?
Как и следовало ожидать, в конце концов, его следующий вопрос остался без ответа.
– Как мой заказ, Северус? – снова спросил Темный Лорд, казалось бы, уже забыв о Хвосте. Кое-что интересовало его куда больше. – Зелье готово?
Что ж, надо признать, зелья всегда были любимой темой Северуса. Они напоминали ему о Лили, о солнечной, улыбчивой Лили, которая знакомым жестом заправляла выбившуюся из пучка прядь рыжих волос за ухо, вновь склоняясь над котлом, где закипало зелье. Снейп слишком давно ее не видел, но подобные мысли здесь неуместны, поэтому он тщательно скрывал их - впрочем, как и многие другие. Если бы Лорд однажды узнал хотя бы половину из того, о чем размышлял его зельевар, Снейп бы умер самой мучительной смертью, а уж в недостатке воображения его Повелителя вряд ли можно было упрекнуть.
– Почти, мой Лорд, – деловито кивнул Северус. – Осталось настояться пару-тройку часов.
Пару недель назад Лорд дал ему новое задание – сварить зелье, чтобы одна его капля при попадании на кожу причиняла такую боль, что жертва или теряла сознание или, находясь на грани обморока, выкладывала все, что знает, лишь бы избавиться от жуткой боли. Чем стал плох Круциатус, Снейп не имел ни малейшего понятия, но ему действительно удалось сварить такое зелье. Одно плохо – у Северуса не было никаких гарантий, что однажды его не применят против него самого.
– Я доволен твоей работой, Северус. – Повисла тишина, и Снейпу показалось, что Темный Лорд слышит каждый удар его сердца. – Скажи мне, зельевар, – наконец снова заговорил повелитель. – Я давал тебе еще одно поручение на тот же срок. Ты нашел мне девчонку?..
Ах да, девчонку… Желание Темного Лорда показалось Снейпу весьма своеобразным. Сдвинув брови, он молча покачал головой. Честно говоря, Северус был действительно удивлен, стоило ему услышать из уст Волан-де-Морта имя той девушки, о которой он не слышал ничего вот уже два года. Катрина Вайрес. Вайрес. Странно, что она опять появилась совершенно неожиданно, как и в первый раз. Странно, что Темный Лорд ищет девчонку, которая показалась всем такой по-слизерински расчетливой с самого начала. Или наоборот, не очень-то странно. «Гриффиндор или Слизерин?», в этом есть определенная доля иронии. А теперь ему, Снейпу, приходилось искать ту, о ком давно уже все забыли, потому что Лорд, кажется, по-настоящему зол на Беллатрису за МакКиннон. Вечно приходится заметать следы за Лестрейндж. Самоуверенности - хоть прыгай и утопись, а мозгов довести дело до конца недостает. Да и «зол» сказано слишком мягко. Волан-де-Морт в бешенстве от того, что две по сути школьницы так умело прячутся от его псов вот уже несколько месяцев. Ладно МакКиннон – фантазия у Блэка весьма своеобразна, но Вайрес, так внезапно оказавшаяся в Лондоне, всколыхнула ряды Пожирателей. Они знали о ней намного больше, чем Северус, но это совсем ненадолго.
– Как тебе известно, завтра будет проходить собрание. Жду тебя там. Время тебе сообщат. – Показывая, что аудиенция окончена, Лорд повернулся к зельевару спиной и невозмутимо произнес: – Пригласи ко мне Беллатрису, С-северус-с.
– Да, мой Лорд.
С этими словами Снейп прошел к выходу и покинул просторное помещение, невольно поежившись от взгляда, которым проводила его гигантская змея. Стоило Северусу выйти из зала, как Белла, появившись, будто из ниоткуда, вновь растянула губы в кривой ухмылке. Явно собиралась произнести что-нибудь язвительное, как она очень любила делать. Наверное, это девиз их веселой семейки – видя того, кто тебе не очень нравится, не сдерживай себя, скажи какую-нибудь гадость. До поры до времени у этого обычая не было исключений. Но несколько месяцев назад неожиданно появилось.
– Тебя ждут, – без какого-либо выражения произнес зельевар, не давая ей вставить ни слова и неопределенно махнув рукой в сторону. – Жди Круциатуса или скажи, что нашла девчонку. – Затем, не удостоив никого взглядом, вышел из дворца и с жадностью вдохнул холодный воздух.
И тут же закашлялся, на мгновение забыв, что это за место. По всей Англии, должно быть, цвели деревья и летали бабочки, а солнце вот уже несколько дней не скрывало ни облачка. Но это место было погружено во мрак, над дворцом сгущались свинцовые тучи, сплошной стеной лили дожди, оставляя после себя еще больший холод и пустоту. Окинув взглядом мертвый пустырь, Снейп невольно передернул плечами и, едва успев сделать шаг с каменной тропы на раскисшую землю, тут же трансгрессировал, мгновенно оказываясь на окраине Лондона. Здесь солнце уже садилось, отбрасывая от всего вокруг причудливые тени. Глядя на светлое небо, от которого он успевал отвыкнуть, находясь на аудиенциях у Волан-де-Морта, невольно хотелось улыбаться, но Снейп лишь больше нахмурился и быстро пошел по улице. Нельзя было трансгрессировать слишком близко к дому на случай, если за ним кто-нибудь следит. Впрочем, этому смельчаку ничего бы не дала эта слежка, Снейп бы просто исчез из виду, едва ступив на окруженную разнообразными заклинаниями территорию. Это, конечно, могло бы навести на определенные подозрения, но дальше дело бы все равно не продвинулось.
Подходя к ветхому забору, глядя на который, казалось, что он вот-вот рухнет от легкого дуновения ветерка, зельевар быстро огляделся по сторонам и, не обнаружив ни единого признака жизни, отворил калитку и шагнул за забор. Тут же перед глазами появился двухэтажный дом, хотя, честно говоря, этаж там был лишь один, а второй напоминал чердак, заваленный ненужным барахлом. Вообще-то Снейп даже представить не мог, кому раньше принадлежал этот дом. Четко произнеся пароль, он с усталым видом принялся ждать, когда его просканируют различные распознавательные заклинания. К слову о тех глупцах, которые осмелились бы за ним проследить. Если бы кто-то сунулся сюда, его бы тут же оглушило мощное, прямо скажем, темное заклинание, и это, пожалуй, еще в лучшем случае. Стоило разноцветным вспышкам заклятий погаснуть, как Снейп тут же произнес второй пароль и, раздраженно фыркнув, достал два самых обыкновенных ключа – один от тяжелого ржавого замка на двери, второй – от самой двери. Да уж, с мерами безопасности Блэк явно перегнул палку.
Снейп криво усмехнулся, входя в дом и думая о том, что казалось просто невероятным. Он до сих пор не могу поверить в то, что происходит в этом сошедшем с ума мире. А началось все, казалось бы, с совершенно невероятной сделки, которая, впрочем была одинаково выгодна и для Северуса и… ну и для Блэка, Сириуса Блэка, как бы абсурдно это ни звучало. Честно говоря, зельевар еще ни разу не пожалел о том, на что однажды согласился, и, если бы ему предоставили шанс изменить прошлое, он оставил бы все так, как есть сейчас. Потому что такой захватывающей он свою жизнь еще не помнил.
***
Март 1978 г. Мерное звяканье склянок, соприкасающихся друг с другом, и легкий шорох высушенных ингредиентов успокаивали и давали время подумать обо всем, что тревожило. А тревожило многое. Помешивая зелье против часовой стрелки, Снейп думал о Лили, вспоминал цветочный запах ее волос и лучистые зеленые глаза, нежный взгляд которых уже давно был предназначен не ему. С губ сам собой сорвался презрительный смешок. Поттер. Везде этот самоуверенный болван, эта тупоголовая, но, черт возьми, такая яркая звезда квиддича, безмозглый идиот, напыщенный индюк… Зелье в котле вскипело, пара горячих капель попала на кожу, не самым приятным способом отвлекая от многочисленных и не менее неприятных мыслей. Выругавшись, Снейп торопливо стер их подолом мантии и начал помешивать зелье в противоположном направлении, сообразив, что перестал считать обороты, едва его мысли подошли к ненавистной теме. Черт возьми, когда он упустил тот момент, в который Лили Эванс – его лучшая подруга! – перестала думать о Поттере так же, как думал о нем Северус? Как Снейп вообще мог допустить, чтобы она, в силу своей наивности и искренности, пала очередной жертвой его обаяния? По мнению зельевара, самым большим плюсом класса профессора Слизнорта было отсутствие окон, ведь иначе они бы выходили прямо на Озеро. Она часто гуляет там с Поттером, а ведь март едва наступил, и Озеро до сих пор покрыто льдом. Но, в общем-то, боль причиняли не их прогулки, не то, как она смотрит на него, как ее маленькая ладошка с тонкими длинными пальчиками ласково взъерошивает его и без того лохматые па… волосы. Дело было в тоненьком золотом колечке на безымянном пальце левой руки. Как она могла? Как могла согласиться на такое? С Поттером?! Поттер, Поттер, Поттер… Наверное, Снейп слишком сильно задумался и не заметил, как дверь неожиданно распахнулась, и кто-то вошел в класс. Если бы он просто зашел и вышел, зельевар бы даже не узнал об этом, но вряд ли этот «кто-то» мог сдержаться от своих, безусловно, значимых, комментариев. – Смотри не усни, Снейп, а то, мало ли, рухнешь в котел, что было бы крайне нежелательно в данной непростой ситуации, – насмешливо бросил Блэк, но его голос показался Северусу не столько язвительным, сколько немного нервным. Странно, что это со всеобщим любимчиком? – Смотрю, ты беспокоишься, – ядовито заметил Северус, оборачиваясь и окидывая Блэка презрительным взглядом. Галстук затянут в пол силы, мантия небрежно расстегнута, рукава закатаны до локтя. Да и на физиономии привычное Блэковское самодовольство. Но нет, ему не показалось – дружок Поттера действительно нервничает. – Полагаю, тебе от меня что-то нужно, – насмешливо протянул слизеринец, наблюдая за его реакцией. Просто трясло от желания вмазать Блэку хорошенько, уж слишком напыщенным он выглядел. Но что-то в Блэке было не так, может быть, бегающий взгляд, словно он искал здесь что-то? Что ж, и правда, обычно чистокровный отпрыск был предельно собран и отдавал себе отчет в том, что делает. – Вообще-то… – Блэк тут же разозлился, видимо, услышав иронию в голосе зельевара, но в тот же миг дернул головой и, сделав глубокий вдох, уже спокойно произнес: – Да, черт возьми, я не верю, что действительно это говорю, но мне и вправду от тебя кое-что нужно. Губы Северуса тронула довольная улыбка – что бы там ни понадобилось Блэку, он этого не получит. Наконец-то можно отомстить чертовым Мародерам за все их выходки, за эти долгие семь лет разочарований и страданий. – Рад был бы помочь, но… – Снейп церемонно развел руками, повернувшись к котлу. – Ты хотя бы выслушай! – вспыхнул Блэк, делая шаг в его сторону. Зельевар слышал его дыхание. – И не надо делать такое снисходительное выражение лица, Нюнчик, я действительно пришел по делу. – Даже не сомневаюсь, Блэк, – презрительно бросил слизеринец через плечо, не удостоив его взглядом, но заметил, как рука Сириуса сжалась в кулак. – Как я мог забыть, ты же Пожиратель смерти! – ехидно воскликнул Блэк, делая еще один шаг навстречу. – Вы же там все такие! И стар, и млад. – В голосе проклятого гриффиндорца сквозила злоба. Забыв про зелье, Снейп резко развернулся в его сторону. – Не смей меня обвинять! – прошипел он, сверкая глазами. – Я не виноват в том, что случилось с твоим братом! Недоумок сам принял Метку. – Он такой же недоумок, как и ты! – рявкнул Блэк, наконец, подлетая к зельевару вплотную и ткнув концом палочки ему в горло. – Чем, собственно, вы отличаетесь?! – Тем, что твой малолетний придурок служит Лорду, а я – Дамблдору! – взорвался Снейп и только через несколько секунд с досадой понял, что сболтнул лишнего. Блэк смотрел на него изучающим взглядом холодных синих глаз, видимо, размышляя, верить или нет, но уже и сам видел, что это правда. Ублюдок. По-прежнему сверля слизеринца недоверчивым взглядом, Блэк спрятал палочку под мантию и отошел на несколько шагов, переводя дыхание. – С тобой не соскучишься, Нюниус. – Блэк усмехнулся каким-то своим мыслям, затем склонил голову набок и иронично добавил: – Однако Метка у тебя все-таки есть. – У меня хватило ума вовремя понять, что это такое, – привычно злобно огрызнулся Северус, отворачиваясь, чтобы не видеть эту ненавистную физиономию. – Вовремя? – услышал он за своей спиной удивленный голос Блэка. – Именно это я столько раз и пытался сказать Лили, – зачем-то добавил Снейп, машинально помешивая бурлящее зелье. – Чего тебе нужно, Блэк? Не услышав ответа, он вновь раздраженно обернулся к Мародеру, но тот с каким-то непонятным, задумчивым выражением лица смотрел на варящееся зелье. В его глазах то и дело вспыхивали какие-то искорки, гриффиндорец явно что-то обдумывал или замышлял, впрочем, одно другому не мешает, но Снейпа однозначно начинало бесить это затянувшееся молчание. – Снейп, я хочу заключить с тобой сделку, – наконец, на полном серьезе произнес Сириус, внимательно следя за реакцией зельевара. И, надо сказать, на какое-то время он застал Северуса врасплох. – Я обеспечу твою полную… так сказать, безопасность… В смысле, ни я, ни Сохатый больше к тебе и близко не подойдем. И, при наличии подходящего момента, попытаюсь поговорить с Лили. – Снейп просто смотрел на него, ожидая продолжения, когда в голове неожиданно возникла совершенно безумная мысль. Кажется, он начал понимать, что нужно Блэку. О, черт. Да ни за что. Нет... Нет, он даже не подумает взяться за это дело! – Конечно же, это из-за МакКиннон, – без каких-либо эмоций произнес слизеринец, пристально оглядывая Блэка. – То есть, из-за твоей семьи, а особенно из-за психованных Лестрейндж. Но, по-моему, ты переоцениваешь мое влияние в том кругу. – Черт, Снейп, дай мне договорить, – нахмурился Блэк. Затем неожиданно усмехнулся: – И, честно говоря, я вообще не подозревал, что у тебя где-то есть влияние. – Не обращая внимания на злобный взгляд черных глаз, Блэк продолжил: – Нет, Снейп. Я не собираюсь устраивать переговоры с любимой семейкой, и даже не хочу заавадить дражайшую кузину, потому что это вряд ли что-то кардинально изменит. Впрочем, буду совсем не против, если какой-нибудь добрый человек сделает это за меня. – Тогда что? – не выдержал слизеринец. – Мне нужно, чтобы ты научил меня окклюменции, – на одном дыхании произнес Блэк, будто говорил о катании на велосипеде. Северус едва сдержался, чтобы не захохотать, но смешок все-таки вырвался. – Блэк, ты действительно считаешь, что это так просто – взять и научиться? – ехидно поинтересовался зельевар. – Ты же научился, – парировал Блэк. – Снейп… ну... черт, пожалуйста! – Северус удивленно вскинул брови, желая убедиться, что ему не послышалось, но все же был не в силах скрыть иронию. Блэк криво усмехнулся, наблюдая за его реакцией. Казалось, гриффиндорский красавчик едва сдерживается, чтобы не врезать ему или, в конце концов, высказать все, что думает, и, наверняка, не в самой цензурной форме. – Если ты мне поможешь, я действительно буду тебе очень… благодарен. – Дамблдор знает? – зачем-то спросил Северус, задумчиво глядя на Блэка. Что-то было в его взгляде такое, что каким-то образом склоняло зельевара к положительному ответу. Более или менее. Мир сошел с ума. Спятил окончательно. – Еще нет, но скоро мне придется ему рассказать, – незамедлительно ответил Блэк, бросив на слизеринца вопросительный взгляд. И, невероятно, но Снейп согласился. А затем, каждый раз объясняя Блэку, как действовать, думал, что происходит что-то действительно из рук вон выходящее. Сначала у Блэка, естественно, ничего не получалось, и Северус отпускал ехидные комментарии. Вслух. Однако при этом не пытался сильно издеваться над Блэком, что само по себе казалось ненормальным. Они никогда не упускали возможности выплюнуть друг на друга полсотни саркастических комментариев, но, как ни странно, преследовали одну цель. Вскоре, примерно через месяц, зельевар заметил улучшения и почему-то не испытал никакого раздражения по этому поводу, хотя тут же напустил на себя привычный хмурый вид. Однако все эти эмоции, вроде удивления самому себе, не шли ни в какое сравнение с тем, что произошло позже. В середине мая, незадолго до экзаменов, Блэк ворвался в класс зельеварения с таким видом, что слизеринец сразу понял – сейчас последует очередная безумная идея. Так и произошло. – Снейп, у нас проблемы. – У нас проблемы? – почти безучастно, но с долей сарказма переспросил Северус, вскидывая брови. – Интересно знать, какие. – Ладно, проблемы у меня. – Блэк окинул его оценивающим взглядом и выпалил, не дав даже приготовиться. – Ты должен спрятать Марлин. Несколько секунд Снейп просто стоял и смотрел на него тяжелым пристальным взглядом, а затем удивленно вскинул брови, проглотив все ехидные комментарии. – Я должен сделать что?! – Что слышал! Пойми, только ты можешь скрыть от всего мира, где будет находиться то место. А еще тебе придется стереть мне память об этом сразу после того, как мы отведем туда Марлин. – Блэк смотрел на недавнего врага совершенно серьезно, не давая ему никакого повода посчитать все это шуткой. – Черт возьми, они убьют ее! – заорал он в конце концов, схватив Снейпа за мантию. Что сказать, дело плохо. Хмуро глядя в часто непроницаемые, а теперь сверкающие тревогой глаза Блэка, слизеринец обреченно понимал, что выбора у него уже давно не осталось. Мерлин, и во что он только полез? Да и ради чего? Чтобы старик не разочаровался в его намерениях и не усомнился в его раскаянии? Снейп и без того прекрасно знал, что Дамблдор не начал ему доверять. Тогда что? Лили? Всегда Лили. В любом случае, поздно отступать. – И куда я должен спрятать твою грязно… ох, машинально, Блэк, – мгновенно поправил себя зельевар, заметив блэковский помрачневший взгляд. – Куда я должен спрятать МакКиннон? – Я уже нашел место,– бросил Блэк, явно считая, что слизеринец уже согласился. Индюк самоуверенный. – Дамблдор полностью одобрил эту идею. Представь… ну представь на секундочку, что это Лили. Снейп дернулся, вглядываясь в лицо Блэка. Он хочет спрятать МакКиннон. Спрятать так, чтобы ее никто не нашел. Не нашел даже тогда, когда узнает о том, где находится это место. Честно говоря, Северус даже знал, как это осуществить, но ведь не только МакКиннон нужна защита. – А Лили? – против воли спросил он. – Сестренка в безопасности, и я не допущу, чтобы с ней что-то случилось, – быстро заверил Сириус, сверля зельевара каким-то пугающим, диким взглядом. – За ней не охотится моя чокнутая семейка, завидую Джиму с родственниками. Так что скажешь? Что скажешь. Снейп еще размышлял, откуда у этой шайки нарушителей спокойствия постоянно берутся новые идеи для их «безобидных шуток», которые вечно сходили им с рук. Впрочем, с другой стороны, вряд ли кто-то провел больше времени на отработках, чем самая известная компания Хогвартса. Северус уже знал свой ответ, понимая, наверное, что после двух месяцев работы с Блэком, ему почему-то внезапно расхотелось его ненавидеть. Что чертовски раздражало, так это его самодовольство, Блэк был вспыльчив и обладал скверным характером, но то же самое он говорил и о самом Северусе. В какой-то мере слизеринцу нравилась эта сделка, потому что все, что он делал, он делал, разумеется, не ради Блэка или его грязнокровки, а ради Лили. По крайней мере, ему нравилось так думать. То, как Блэк переживал за своих друзей, наводило Северуса на определенные соображения, в том числе и о том, что у него таких друзей никогда не было. – Согласен. – Взгляд зельевара вновь сделался жестким. – Но тогда тебе придется им солгать. Начало июня 1978 г – Через полчаса в этом самом коридоре, – сбивчиво говорил Блэк, пальцем указывая на коридор, умело нанесенный на Карту Мародеров. – Я буду под мантией-невидимкой. После того, как я исчезну, выжди минут двадцать, а затем я применю усыпляющее заклинание. Затем Дамблдор даст нам возможность трансгрессировать, сняв барьеры лишь на шестьдесят секунд. Туда и обратно. – Было видно, что каждое слово дается ему с огромным трудом. Блэк выглядел еще мрачнее, чем обычно. Помолчав, он добавил с легким холодком: – Она возненавидит меня за это. И, скорее всего, никогда мне этого не простит. Но это спасет ей жизнь, и плевать на остальное. – Если следовать из того, что я вижу каждый день, не думаю, что она способна тебя ненавидеть, – усмехнулся Северус, покачав головой. – Об этом тебе вряд ли стоит беспокоиться. – Не верю, что говорю это, но спасибо, Снейп. – Тебе придется сыграть, Блэк, – напомнил зельевар, сдвинув брови. – Сыграть так, чтобы тебе поверили. Они должны переживать за нее, должны верить, что тебе неизвестно, где она, до тех самых пор, пока вы не окажетесь вдали от Хогвартса. – Я знаю. И я смогу.***
Открыв, наконец, эту огромную дверь, Северус неторопливо вошел в дом, закрываясь на все возможные замки. Сняв ботинки и замерев, чтобы прислушаться, он нахмурился, но затем услышал странный шелест из комнаты. Сделав несколько шагов, Снейп приоткрыл дверь, которая, по сравнению с первой, показалась чересчур легкой. Она сидела на кровати, по-турецки скрестив ноги, и сосредоточенно читала письмо, которое он сам принес еще недели две-три назад. До сегодняшнего дня конверты лежали на тумбочке нетронутые, но, кажется, она немного остыла и решила, что достаточно смирилась со своим положением. Слава Мерлину, потому что он никогда не думал, что девчонка может быть такой изобретательной в безрезультатных попытках бегства. Под ногами скрипнула половица, и "пленница" моментально вскинула голову, откладывая пергамент в сторону. Снейп усмехнулся, увидев на ее лице крайне недовольное выражение – видимо, она рассчитывала сделать все незаметно и никак не ожидала, что он вот так внезапно появится. – Предупреждаю – не смей говорить ему, что я его простила, – тут же заявила она, окидывая зельевара уже знакомым внимательным взглядом светло-серых глаз. – Мне просто… скучно! А это единственное занятие. Хоть бы книги мне принесли, умники. – Как скажешь, – усмехнулся Северус, проходя в комнату. – Привет, МакКиннон.
