Я же не Пушкин и мне до памятника еще, как до Плутона пешком, но…
Я памятник себе из дерева воздвиг, Морилкой покрыл и паркетным лаком я покрасил, Изображает пару крыл, Величествен и прекрасен. И во дворе стоял он одинок. Все мимо проходили, не глазея. Однажды я пришел его подкрасить И замер, увидев много ротозеев. Они стояли, рты раскрыв, На памятники разные глядя… Деревья, висельники, «прорыв» Затмили памятник имени меня. Тут взлет из вогнутостей, А там падение из углов; На гранях ярких светит солнце. А здесь бутылка с водичкою на донце. Невдалеке — крылатый конь, А рядом — хуй, куб, длань, кольцо… В стене тут высечено лицо. Над ним — всевидящее око. И стало мне так неуютно, одиноко. Когда мой памятник стоял, Взгляды публики цеплял Своею формой; ныне потерялся он На фоне статуй и окон, Дверей, коней, кубов, штырей, Толпы, играющих детей и мэтров, Глядящих свысока на это. Литература сменилась на котлету, Слово — смайликом, чувство — СМС… И вскоре памятник мой исчез. Он погребен под бронзой, золотом и серебром. Залит бетоном и покрыт асфальтом… Забыл я про этот двор, Ушел в простор Фантазий безграничных И у меня теперь ну всё отлично.