Стансы а-ля Байрон
В кладовке я нашел веревку И с ней отправился я в путь, Найти чтоб крюк и табуретку, В объятьях Смерти чтоб уснуть! Но что за рок! Что за судьба! Я не нашел ответ. Могу сказать я лишь одно — В доме табурета нет! Тогда решил я спрыгнуть с крыши, Влекомый вниз струями ветра Но рок жестокий снова вышел… Высота до почвы… чуть меньше метра. Терзаемый жестокой болью, Порывами душевных мук, Решил я попрать здоровье, Судьбу свою взять на испуг. И утопиться, сиганув с обрыва В стремнины яростной реки, Но судьба мне предложила, Илистый пруд, где ходят окуньки! Поросший илом и осокой, Покрытый мягким мокрым мхом, Я шел до дому, одинокий, И смерть проклял я в доме том. Я яд хотел налить, но чашки Я не нашел. И яд пропал. И гордо отодвинув кашку, Я естество свое попрал. Но вот я вижу — кружка! А в ней — сырое молоко! Я выпил. И эта сушка Далась мне очень нелегко! О, рок! Судьба моя плачевна! Блюю и сру я пятый день! Я, как муха-однодневка, Беру на месяц бюллетень. Я слаб, я высох, словно щепка, Я не могу уже писать! И остается в этом мире Мне плакать и страдать! Судьбы персты — они слепые! И рок над нами всё висит… Простите, люди, мне так плохо, На сим кончаю этот стих!
