Уйти, чтобы вернуться

Под песню: Ernest Saint-Laurent - "Bondi Beach". Ойкава Тоору стоял посреди пустого зала, и оторопело разглядывал письмо в своей руке, которое получил сегодня утром. В графе отправитель значилось: Юниорская сборная Японии по волейболу (до 19 лет). «Неужели приглашение?!». Он устало прикрывает глаза, понимая, вскрыть послание лучше было сейчас до прихода тренеров, команд, болельщиков. «Интересно, что возбуждает меня сильнее всего: треклятый конверт, предстоящая игра с Карасуно или возможный финал с Шираторидзавой?!». Так что нет ничего удивительного в том, что ладонь, опустившаяся на его плечо, заставила парня буквально подпрыгнуть на месте. – Поздравляю, – раздается сухо, как-то по-деловому. – С чем это, Ушивака-чан?! – сыграл под дурачка Тоору. – Не называй меня так, – цокнул Ушиджима и пояснил: – С официальным вызовом. – Куда?! – протянул парень так серьезно, что было непонятно, шутит он или правда изумлен. – В молодежную сборную страны, – глухо констатировали очевидный факт ему в ответ. Ойкава картинно замер, будто переваривая информацию. Потом открыл послание и убедился в правоте слов Ушиваки. – О, – Тоору весело усмехается. В глазах плещется жгучий азарт. Время импровизации. Время хардкора. Он достает из сумки запасную футболку и протягивает ее Вакатоши. – Нет, – в тоне голоса засквозили ледяные нотки. – Да, – довольно хохотнул Ойкава. – Мы теперь в одной команде. Давай, пока никого нет, разыграем матч между Японией и Россией. Решающее очко, – парень рассчитывает, что Ушивака ретируется под каким-либо предлогом, чтобы не принимать правил его игры. Но тот не оправдал его ожиданий. – Ладно, – соглашается Ушиджима и с невозмутимым видом натягивает клубную футболку Сейджо. Тоору невольно залюбовался. Вещичка отлично обтягивала статную фигуру. – Выглядишь, – слабая попытка пошутить, – класс! Цвета Аобадзесай тебе к лицу! – Спасибо. Хотя мне привычнее бело-фиолетовый, – Вакатоши прошел мимо него ближе к сетке. – Начинай. – Океюшки, – кивает Ойкава. Взяв мяч из корзины, дежурно крутанул сферу в руках. После дриблинг. – Я жду, – произнося, Ушиджима мило улыбается. Ойкава тоже лыбится. «Какого черта я творю?!». Почему-то раньше каждая встреча с этим мрачным угрюмым типом являлась для него серьезным испытанием. Сейчас же, стоящий напротив парень успокаивал, а его широкая улыбка лишь усиливала это чувство. Тоору раздосадовано хмурится и побрасывает мяч в воздух. – Итак, Ойкава передает сферу Ушиджиме для финальной атаки, – говорит Тоору, словно спортивный комментатор. Вакатоши наносит мощнейший удар, добивая мяч до пола. – Приземление на стороне противника! Счет пятой партии становится 15:13! Команда сборной Японии одерживает волевую победу! – Тоору искренне радуется и устремляется дать пять Ушиваке. И вдруг для самого себя оказывается прямиком в его крепких объятиях. Застыв, принимается ошалело таращиться на Вакатоши. Ушиджима скользит теплыми ладонями по плечам, шеи, щекам, а после осторожно взял Ойкаву за подбородок и коснулся губ своими губами. Поцелуй мягкий, нежный и в то же время страстный. Резкий толчок в грудь обрывает ласки, и в глазах Вакатоши тут же темнеет от боли, когда Тоору бьет в лицо со всей силы профессиональным хуком, заставляя отступиться и упасть на пол. – Ненавижу, – негромко шипит Ойкава, вытираясь краем футболки и прытко разворачиваясь на месте. Он быстро доходит до лестницы, сбегая по ней торопливо, не оглядываясь.

* * *

Тоору выбежал из зала. Дышать трудно, почти невозможно. Он врывается в уборную и склоняется над раковиной. «Наигрался, придурок?!». Резко дернув кран, умывает лицо холодной водой и смотрит в зеркало. Пытается унять спешно колотящееся сердце. Спокойствие, только спокойствие. – Какое теперь на хрен спокойствие! – цедит сквозь сжатые зубы и бьет ушибленным кулаком по стеклу, сбивая пальцы в кровь. Просто для того, чтобы собраться с мыслями.

* * *

Когда Ойкава возвращается обратно, зал набит людьми до отказа, даже на балконах столпилась любопытная куча народа и с интересом обсуждают будущую игру между Карасуно и Сейджо. На невозмутимо сосредоточенном лице парня не отображается и капли того, что бушует внутри. Он так хочет, а значит так и будет. Еще Тоору ловко вскидывает голову, уклоняясь от летящего в его сторону мяча. – Включайся в разминку, не стой как статуя, Дуракава, – выкрикивает Иваизуми и переводит взгляд с руки друга на челюсть Ушиджимы. – Ива-чан, аккуратнее, синяк оставишь, – возмущается он, забавно тряхнув волосами и оглядывая партнеров, расположившихся на своих позициях. От увиденной картины упавшее ниже плинтуса настроение сразу улучшилось. А о том, что произошло Ойкава решает поступить, как Скарлетт О’Хара*. – I’II think about it tomorrow**, – облегченно выдыхает он. * - главное действующее лицо романа Маргарет Митчелл – "Унесенные ветром". ** - в переводе с английского языка – Я подумаю об этом завтра. Арт: https://pp.vk.me/c617130/v617130414/221f3/nfKZ9ojUK24.jpg