Трое в космосе, не считая Пилота

      Пустота. Тьма. Бездна. Бесконечная чернота и стойкое ощущение того, что здесь не существует ни времени, ни пространства. Сколько он здесь находится? Сколько вообще он… существует? А существует ли? Что вокруг него?       Алмаз находился в каком-то вакууме, который стягивал его сознание, не давая ни малейшему проблеску реальности вклиниться внутрь.       Изредка он будто бы слышал знакомые голоса или чувствовал, какое-то движение извне. Но никогда не мог понять, что это и откуда. Как до этого добраться, как ухватиться. Как на это вообще можно просто дать реакцию. Как сделать вообще хоть что-нибудь.       Он не чувствовал себя. Не осознавал. Для него самого он стал просто кучкой молекул, разбросанных по густому воздуху. Сумасшествие. Клетка внутри самого себя. Тюрьма внутри собственной головы. Как выбраться?       Он даже не мог говорить. Не мог мыслить. Все, о чем он думал, было больше похоже на сгустки блёклой краски, иногда появлявшейся вокруг. Сплошная абстракция. Никакой материи. Ничего материального.       Боль. Боль была яркой вспышкой белого цвета. Она присутствовала всегда. Ярче, тусклее. Но она не пропадала. Только разрасталась или становилась немного меньше. Но не исчезала насовсем. Только это и подбрасывало Алмазу надежду на то, что он еще может что-то чувствовать. Но что если все это лишь игра его воображения? Что если его просто нет. Что если это и есть та самая «жизнь после»? Вечное барахтанье в бесконечном пространстве, пока тебя не вытянет куда-то новая жизнь.       Что же тогда?       Ярость. Он иногда злился, хоть и понимал, что сил на это у него практически нет. Злость была алой. Колкой. Ядовитой. Яркими витиеватыми нитями, похожими на запутанные зигзаги, они обвивала и обжигала. Она не делала сильнее, только лишь наоборот. Но быстро отступала. Он считал это странным, но ярость была куда приятнее постоянной боли. Она заглушала ее хоть на время. И тогда яркая вспышка становилась немного тусклее.       Порой к нему приходили размытые кадры прошлого. Он уже практически забыл его, но обрывки знакомых голосов возвращали ему что-то очень знакомое и близкое.       С каждым разом пытаться ухватить это было сложнее, но он цеплялся за любую мелочь, позволявшую ему хоть как-то сохранить то, что осталось от него самого.       Он никогда не обладал этими воспоминаниями. Он был где-то очень близко, но никогда не мог осознать и понять, что же это. К чему относятся эти чувства чего-то очень знакомого и важного. Чего-то сильного и яркого.       Но возможность быть с этими ощущениями хотя бы на расстоянии подстегивала его снова и снова окунаться в эти попытки вернуть самого себя. Пусть и с каждым разом он становился от этого все дальше и дальше.       Принц сидел на полу в узком коридоре между двумя отсеками, в которых на грани жизни и смерти находились два его… друга? Любовника? Просто два члена экипажа, кроме которых нет больше ни одного близкого существа на несколько гребаных галактик вокруг? Бессильно усмехнувшись тому, что он даже не может дать четкое описание всему, что происходило между ними троими, капитан левиафана откинул голову на холодную стену и прикрыл глаза. Как только мозг отпустило напряжение, в голове моментально начали проноситься картинки последних событий. Нет, так нельзя.       Принц попытался отогнать от себя ненужные мысли, затягивавшие его в свою трясину, и поднялся на ноги. Из такого водоворота очень тяжело выныривать обратно. Обратившись к Пилоту, он дал команду на взлёт. Принц не имел ни малейшего понятия о том, что будет дальше, не мог быть уверенным даже в том, что произойдет в следующую секунду. Но кроме того, как снова и снова принимать решения – делать ничего не оставалось.       Решив не пренебрегать возможностью дополнительной защиты, Принц направил нескольких стражников Хозяина в самый дальний и оборудованный отсек корабля, все еще не веря в то, что тот отпускает его просто так. Девочка уже готова к взлету. Пилот прочертил маршрут до ближайших планет, на которых могли дать хоть какую-то информацию о том, где можно достать василиска. А ему оставалось только надеяться. Надеяться, что он сможет довезти двоих членов экипажа живыми. Что все это будет иметь хоть какой-то смысл. Что он сам будет иметь хоть какой-то смысл.       – Летим на максимальной, Пилот.       – Рискуем остаться без нашей девочки, капитан…       – Рискуем вообще не остаться, Пилот. Выполнять.       Спустя две недели Принц готов был выть. Он облетел пятнадцать планет, половину из которых он не хотел бы видеть даже в самых страшных кошмарах. Трижды Пилот вытаскивал его почти с того света. Дважды манипуляторы их девочки зашивали его без наркоза, потому что даже при всей развитой медицине не было времени банально поставить укол. Принц был измотан, как никогда раньше. К Лондону в отсек, а точнее, в комнату Пилота, ему хода не было. В полностью разряженном воздухе он не сможет находиться, а тело его механика сейчас больше похоже на почти ссохшуюся оболочку, в которой едва теплится жизнь. Принц попытался пройти в Алмазу, но тот встретил его немногим лучше. Взгляд, обжигающий холодом, был в то же время пустым и безжизненным. Они даже не попытались поговорить. Капитан молча вышел из комнаты, блокируя за собой дверь.       Василиск не находился. Принц выслушал миллионы легенд, каждая из которых была страшнее, а порой наоборот, веселее предыдущей. Кто-то говорил, что василиска совершенно точно нет, а кто-то доказывал, что эта тварь пожирает души. Принц был готов принести хоть сотню душ – даже это казалось куда более простой задачей, чем поиски самого василиска.       На последней планете, куда Принц направился за информацией, царила постоянная серость. Планета горела изнутри, и потому на ее поверхности толстым слоем лежал пепел. Подземные пожары выжигали любую растительность, стоило только какому-то мелкому корешку попытаться там выжить. Из-под земли порой вырывались столпы темного, ядовитого дыма, сквозь трещины в почве пробивающегося наружу. Такой мой запросто убить – но тут все уже привыкли. Жизнь на планете кипела: самые отпетые торгаши десятков галактик стекались сюда в поисках необычного товара. Продать или купить тут можно было все: от шариковой ручки прошлых веков до тролля-раба или проститутки с Альдебарана. Можно было выкупить любое животное, тут же его прирезать и распродать органы прямо на базарной площади: на это никто даже не обратил бы внимания.       Принц обошел несколько прилавков и поправил капюшон. Красные волосы были предусмотрительно заплетены в тугую косу, так как могли привлечь много лишнего внимания. Темный плащ не сковывал движений, но и не показывал привлекательной спортивной фигуры: Принц понимал, что и его самого тут могут запросто продать, стоит лишь расслабиться хотя бы на секунда-другую. Становиться чьим-то магическим рабом, и это еще в лучшем случае, ему не хотелось, и потому он быстро шел вдоль торговых палаток, выискивая ту, о которой услышал на предыдущей планете.       Он приметил обгоревшую дверь, над которой, скрипя, покачивалась табличка. На металле было нацарапано название, которое прочесть не представлялось возможным из-за покореженной поверхности. Принц толкнул дверь и прошел в полутемное помещение. Внутри не было успевшего надоесть вонючего пепла, и он рискнул снять с лица платок.       – И что же привело такого красавца на Аш? – прошелестел кто-то позади, заставляя Принца резко обернуться.       Он распахнул глаза, неверяще глядя перед собой.       – Наг? – ошарашенно пробормотал Принц, смотря на змеиный хвост и тело, постепенно переходящее в мужской торс. Черные волосы сгустками темного тумана растворялись около локтей существа, а глаза, пристально следящие за Принцем, мерцали ярко-зеленым. – Вы же вымерли.       – Я могу тебя задушить, – хвост обвился вокруг ног Принца, – а ты спрашиваешь о моем виде? Какая разница? – кольца сжались сильнее.       – Я и без того одной ногой в могиле, – Принц пошатнулся, когда из-за тугих колец змеиного хвоста вокруг колен, не смог удержать равновесие, – поэтому мне, в сущности плевать.       – Я не совсем наг, – как-то невпопад ответил мужчина, – генетически выведенный вид, с клетками той расы, смешанными с обычными, человеческими.       – Еще одна попытка землян выжить на умершей планетке? – Принц вспомнил многочисленные эксперименты собственной расы.       – Именно. Я выжил, сбежал и устроился здесь.       – Тут тебя могут убить, – Принц провел рукой по чешуе хвоста, который уже обвивался вокруг его талии.       – С примерно той же вероятностью, что и в любом другом месте, – хмыкнул наг, – только тут еще и я могу убивать, а это куда важнее. Меня боятся сильнее, чем хотят уничтожить.       – Пока, – Принц не отводил взгляда от зеленых глаз.       – Пока, – кивнул головой наг. – Зачем ты прилетел на Аш?       – Помоги мне найти василиска, – выпалил Принц, понимая, что если уж этот наг не знает, где найти почти сказочную тварь – то больше ему просто никто не в силах помочь.       В ответ наг неожиданно расслабил кольцо, обвившее капитана и как-то резко отпрянул, натягивая на лицо странную улыбку. Его голос превратился в низкое шипение. Было похоже, что о василиске он наслышан. И наслышан намного больше, чем другие.       – Интересно…       – Что именно? – тут же спросил Принц, аккуратно стягивая с головы капюшон.       Он знал, что именно наги были одними из тех существ, которые могут пробраться везде и всюду. В любые условия, места. Некоторые из них даже могли властвовать над временем, правда, таких экземпляров уже практически не осталось. Наги обладали силой и иммунитетом, несмотря на порой кажущуюся внешнюю слабость. Хитрые, умные и практически неуязвимые существа зачаровывали своей непонятной силой, притягивали своей обманчивой мягкостью и аккуратностью. Многие из них даже владели гипнозом, отчего зачастую жертвы сами шли к ним в кольца, которые становились для них их последним пристанищем. Именно это и привлекло людей к их расе, сделав нагов целью номер один, а их ДНК наивысшим трофеем. Каждый хотел выжить. И каждый делал это по-своему.       – Я не верю в судьбу… – наг снова как-то безумно улыбнулся, устраиваясь под потолком своей коморки и сверкая зелеными глазами, – но ведь что-то привело тебя с-с-сюда, верно? – неожиданно сорвался в шипение он.       Принц старался не пропадать в мерцающих изумрудных огоньках и постоянно пытался отвести взгляд. Но голос его был твердым.       – Мне сказали, что на этой планете видели василиска последний раз… – оглядев темное и разрушенное помещение вокруг себя, он с шумом вдохнул воздух, насквозь пропитанный запахом гари. – Не знаю, в чьи сказки верить, но мне больше ничего не остается. Я обошел все, что можно было обойти. Остался только ты. – Капитан с вызовом взглянул в ставшие узкими глаза нага и пытался скрыть дрожь, которая все же пробрала его тело.       Наг медленно наклонил набок голову и несколько секунд просто изучал взглядом стоявшего перед ним капитана. Принцу казалось, что его голову, как и все тело, будто бы просветили рентгеном.       – Потеря…потери, – наг вдруг стал посерьезнел, – тебе страшно, да? Они на грани, я чувствую… тень смерти стоит оооочень близко… – существо быстро переместилось к капитану, встав к нему за спину и продолжая говорить практически на самое ухо. – Немного осталось. Совсем чуть-чуть…       Принц напрягся, но старался не подавать виду. Наги благородные существа, но нужно быть готовым к любому повороту событий. Да и то, что говорило это существо, больше походило на бред сумасшедшего или предсказание тупоголовой цыганки, желавшей развести доверчивого клиента на деньги.       – Боишься… но ты должен бояться, – вновь прошипел наг, постепенно возвращая себе привычный голос и проскальзывая мимо капитана, – то, что ты увидишь, будет страшнее всего, что тебе уже удалось пережить.       – Ты знаешь, где он? – Принц уже не надеялся даже на малейшую зацепку и плохо воспринимал то, что говорил ему наг, отвечая скорее на автомате.       – Я знаю, что он, - существо со змеиным хвостом встало прямо перед капитаном, – и я отведу тебя туда, где ты сможешь его найти.       – …но?       – Но, – наг усмехнулся, – конечно же, есть одно «но».       – Что тебе нужно?       Существо пристально посмотрело на капитана, после чего громко рассмеялось.       Принц стоял перед змеем-гибридом, странной помесью человека и рептилии, экспериментом чьей-то лаборатории, и ровным счетом не понимал. Проклиная самого себя за то, что вообще зашел в эту развалину, капитан уже хотел было развернуться, как вдруг наг резко замолчал, после чего сверкнул зелеными глазами, которые на секунду окрасились в ярко-красный.       – Мне нужен ты. Если быть точнее, твоя душа.