do you

И все же не смотреть на Намджуна было выше моих сил. Сначала я дала обещание самой себе, что не буду принимать близко к сердцу тот случай, но после одного столкновения в коридоре, когда я, опаздывая, торопилась на работу и встретилась с выходящим из душа парнем, все полетело в тартарары, махая ручками. Его слегка влажный торс, мокрые, растрепанные волосы, одно, мать его, полотенце на бедрах и удивленный взгляд, когда я с разворота вписалась в его грудь. Полотенце. Торс. Ох. Сердце заколотилось сильнее, и я стукнула кулаком по груди, будто поперхнулась. — Фани, что ты там шепчешь? — Джинни, видимо, приметила мою нервозность в последние дни, но я не особенно хотела рассказывать подруге о том, что, кажется, Намджун меня волнует. — Ничего, — выдохнула я после удара, хватая воздух ртом, — просто подавилась. — Воды дать? — Да, пожалуйста, — прохрипела я и сразу же пожалела о том, что решила именно сейчас сделать глоток из протянутого Джинни стакана: на кухню вошел Намджун со слегка сиреневыми волосами и в борцовке, которую я до этого видела на Чимине. За малым я не выпрыснула водичку, но вовремя отвернулась от парня. — А почему не зеленый? — Джинни оценивающе окинула брата взглядом и приложила палец к губам, когда я смогла повернуться и украдкой взглянуть на Намджуна. — Потому что в зеленый покрасился Юнги, а мне нужно поддерживать блонд, — парень провел по волосам рукой, откинув прядки, которые были больше основной длины, назад и прикрыл глаза. Эдакая дива. Сексуальная дива, черт ее дери. — Мне пора на работу, — я подскочила с места и быстрым шагом направилась в комнату подруги, чтобы переодеться. — Я думала у тебя выходной, — протянула расстроено Джинни, держась за дверной косяк, практически повиснув на нем и вжимаясь щекой в его поверхность. — Выходной, но меня не будет несколько часов, — я встала, поправляя теплый свитер, — просто попросили заменить, ну, а потом можно и домой. — Тогда я встречу тебя и пойдем погулять, пока снег лежит, — подруга радостно улыбнулась, — только напиши, как заканчивать будешь. — Хорошо, а теперь, мне пора, — я поцеловала Джинни в щеку и направилась в коридор, проходя мимо кухни и украдкой посмотрев на Намджуна, готовящего себе завтрак. Чертова борцовка. Сколько я видела Намджуна до этого момента и как поселилась у них в доме, он ни разу не появлялся в такой открытой одежде. Даже летом. Он всегда выбирал футболки и толстовки, прячась, словно постоянно мерз, а тут выдал. Получите и распишитесь. Чертовы руки и виднеющиеся ребра. — Я ушла! — последний раз крикнув, я вышла за порог и, услышав «напиши потом», закрыла за собой дверь. На улице немного потеплело, но мороз все равно кусал за уши и румянил щеки, а еще шел снег. Неторопливо опускаясь на мощеную улочку, он ковром застилал дорогу и припаркованные машины, красиво переливался в солнечном свете и создавал ощущение сказки, заставлял ожидать чуда… Правда любоваться долго мне не дали этой красотой: зазвонил телефон, и моя коллега, что просила подменить ее сегодня, дрожащим голосом спросила, долго ли меня еще ждать. — Я буду через пятнадцать минут, — в трубке облегченно вздохнули, а я спрятала телефон обратно в карман и подняла выше вязаный шарф. – Ух, холодно! Сказать, что я, ползая на работе между стеллажами с продуктами, не думала о Намджуне, — значит соврать. Прибив палец, правда, я переключилась на свои обязанности и украдкой посматривала в окно, где все было выбелено и посеребрено, будто кто-то специально смешал блестки двух цветов, а потом небрежно высыпал их на город. Хотелось сегодня отвлечься и прогуляться с подругой, ведь общие выходные у нас выпадали редко, так, чтобы весь день можно было провести только вдвоем, смеяться с шуточек, понятных только нам, и дурковать, носясь по близлежащему парку. Однако и в этот раз меня удалось удивить. Я чуть не поскользнулась на ступеньках магазина, когда открыла дверь и выскочила на улицу, где, как я думала, меня ждала Джинни, но она была не одна. — Нуна, прости, — Чонгук смущенно улыбнулся и в следующую секунду дал понять, за что просил прощения: огромный снежок прилетел мне прямиком в живот и распластался белым пятном по парке, заставив сделать шаг назад от неожиданности. Подруга виновато развела руками, а Чонгук и сам вскоре поймал снежок, который Чимин, чья рыжая шевелюра выделялась на белоснежном фоне, точным ударом отправил ему за шиворот. — Это не честно! — взвыл паренек, хватая руками податливый снег и комкая его. — Я требую честного боя! Назревало целое побоище, потому что и Джинни попала под «огонь», точнее под Чимина, когда тот, убегая от преследования, поскользнулся и завалился вперед на ничего неподозревающую девушку. Итог: подруга окунулась лицом в небольшой сугроб и отбивалась от Чимина, вереща, чтобы он слез с нее, Чонгук продолжал атаковать, а Юнги стоял в стороне и ржал, хватаясь за живот. Правда, Намджун, который находился рядом с лестницей, быстро исправил ситуацию и запустил под общий шум снежный снаряд и в Юнги, отчего тот попятился и тоже сел в сугроб. — Да это вызов! — крикнул он и рванулся с места в нашу сторону. Стараясь не упасть, я держалась за перила и аккуратно спускалась по лестнице, а в конце Намджун протянул свою прохладную ладонь и помог оказаться в целости на твердой и почти безопасной земле. О его длинных пальцах, обхвативших мою руку, я решила подумать потом. — Давайте, хоть от работы моей отойдем! — крикнула я, удирая со всех ног куда-то вперед, потому что парни определенно хотели и мне насыпать снега за шиворот. Но я же не хотела! И у меня почти получилось избежать участи всех остальных, досталось даже Намджуну, которого Юнги все-таки нагнал и просто спихнул в какую-то канаву, вываляв всего и превратив в подобие снеговика. Почти получилось… Если бы не слово «почти». Такого предательства я не ожидала от подруги, поэтому без задней мысли остановилась перевести дыхание за углом какого-то дома и не обратила на нее особого внимания, когда она подошла ко мне. — Чимин! Я нашла ее! — победно крикнула Джинни и схватила меня в районе коленок, повалив на землю. Доблестный рыжий и какой-то счастливый рыцарь Чимин оказался сразу рядом и начал атаковать меня снежками и, если бы не подоспевший Намджун с ребятами, то меня можно было бы катить до дома, потому что я особенно не отличалась от снежного кома, какой скатывают для снеговика. — Отстаньте! — верещала я, когда кто-то потянул меня за руки вперед. — Зачем же так закидывать снегом? — А почему ты одна должна была остаться сухой? — рассмеялась подруга, когда Юнги вновь получил удар в голову, да такой, что шапка слетела. — Эй! — Бежим, — прохрипел запыхавшийся Намджун, поставив меня на ноги. И мы бежали, петляя дворами, пока не спрятались за бетонным ограждением. Только там я смогла, наконец, попытаться выровнять сбившееся дыхание, но пульс продолжал стучать в ушах, не желая приходить в норму, как и сердце, которое, кажется, остановилось. — У тебя кровь, — Намджун приподнял пальцем мой подбородок, разглядывая что-то на щеке, а я готова была упасть в обморок, потому что пока он не убрал своих рук от моего лица, не могла сделать ни одного нормального вдоха. — Ударилась, наверное, когда упала, — хотела пальцем потрогать место предполагаемого ушиба, но парень не дал этого сделать, перехватив руку. — Пошли домой сходим. *** Я сидела на столе на кухне, куда Намджун усадил меня, когда мы зашли в квартиру. Видимо, чтобы не сбежала. Сил шевелиться у меня не было после пробежки, а пол казался недосягаемым с этой высоты, поэтому я послушно ожидала экзекуции в виде обработки небольшой ранки. — Напомни мне стукнуть Чимина и наказать Джинни, — парень вернулся ко мне с ватным диском, в чем-то смоченном, мазью на ватной палочке и пластырем. — Да ладно, это самое маленькое увечье, которое я получила за все прогулки с ней, — я смущенно опустила голову, покосившись на пухлые, выразительные губы и ямочки на щеках, когда Намджун улыбнулся. — Смотри на меня. Он снова применил свое секретное, запрещенное оружие — руки, и заставил посмотреть на него, приложив усилие и приподняв мой подбородок. Хотелось провалиться куда-нибудь на первый этаж, забиться в каморку, где хранился уборочный инвентарь, и скулить там о том, какой же Ким Намджун идеальный. Его светящиеся добротой глаза-полумесяцы пробивали до дрожи, а все потому, что в темно-карих зрачках буквально плавилось нечто странное. Он приклеил пластырь на мою щеку, расправив его края, но не спешил убирать холодные пальцы от моего лица, зачем-то провел ими вниз, спустившись к шее, немного зарывшись в воротник моего свитера, и остановился, задумчиво склонив голову вправо. — Чего ты так смотришь? Смущаешь же, — я хотела слезть со стола, но попытка была пресечена не менее неожиданно, чем все, что было связано с этим парнем. Намджун резко впился поцелуем в мои губы, но тут же отстранился, всматриваясь в мои ошарашенные глаза. Это было похоже на обжигающее пламя, которое лизнуло, полоснуло своим ярким лоскутом огня по губам и уронило маленький уголек внутрь, а потом просто начало наблюдать: разгорится или нет. И пламя разгорелось. Кто-то словно зажег зеленый свет и разрешил делать все, что захочется. Может, этим светом была кривая ухмылка Намджуна? Но хотелось мне только одного и давно. Без тени смущения я притянула парня обратно, и он обхватил мое лицо ладонями, покусывая и оттягивая нижнюю губу, заставляя задыхаться. Намджун сделал еще один шаг и встал между моих ног, позволив обхватить себя за талию, а потом подцепил за край мой свитер и помог выбраться из теплого плена, прикасаясь все еще холодными пальцами к коже на боках из-за задравшейся майки. Чертов контраст температур окончательно снес башню. Я готова была биться в конвульсиях, только бы он не отстранялся и позволил дальше посасывать его язык, ловить обжигающее, учащенное дыхание и путаться пальцами в сиреневых волосах. Намджун на выдохе что-то прошептал, практически хрипя, и вплотную прижался ко мне, проследив губами пульсирующую венку на моей шее, заставив выгнуться ему навстречу. Со стола что-то полетело на пол, а парень сильно сжал мои бедра, застыв в поцелуе на ключице. Сначала неприятная боль кольнула кончики пальцев, но она быстро сменилась сбивающей с толку истомой, которая будто зарядила тянущее ощущение внизу живота. А когда Намджун потерся стояком о внутреннюю поверхность моего бедра, позволив запустить руки себе под майку, после нехитрых махинаций с его толстовкой, и вновь вернулся к жарким поцелуям, я готова была взорваться от напряжения прямо сейчас. Он будто сжимал невидимую пружинку во мне, прижимаясь все ближе, поджигая изнутри, играя с моим языком, что заводило часовой механизм бомбы, готовой вот-вот рвануть ко всем чертям. — Хён! Ты дома? Неожиданно ворвавшийся голос в наш вакуум заставил резко отпрянуть друг от друга, но Намджун не успел отойти хотя бы к плите или мойке, потому что Чонгук влетел на кухню, замер и быстро хлопнул себя по лицу, закрыв ладонью глаза. — Вы все вернулись? — Намджун старался казаться спокойным, будто ничего не произошло, и медленно сделал шаг назад, поправляя свои брюки. Ему наверняка было неудобнее, чем мне. — Я ничего не видел, — быстро протараторил парнишка и развернулся обратно, не открывая глаз. – Да, все. Намджун помог мне слезть со стола, обняв за талию и снова дольше нужного задержавшись непозволительно близко, укусил за ухо, еле слышно простонав, и пошел вперед, подняв свою толстовку. Он снова оставил меня в растрепанных чувствах. Он снова вел себя, будто ничего страшного или сверхъестественного не произошло. Хотя я явно утрировала, ведь ничего подобного не было, однако было бы лучше, если бы ребята пришли позже. Намного позже. Но в одном я была точно уверенна, — я хотела Намджуна, да и он меня тоже, судя по последним событиям. — Охренеть! — я топнула ногой, разочарованно и неудовлетворенно крутнувшись на месте. — Просто охренеть можно. — Фани, что-то случилось? — Джинни высунулась из-за угла и удивленно посмотрела на меня. — Нет, ничего, просто замерзла и ударилась, когда вы завалили меня, — я ткнула в пластырь на щеке. — Пойду, приму ванну. Нужно было привести мысли в порядок. Ну или хотя бы попытаться…