do you

Мое сердце окончательно психануло, вскрыло грудную клетку под внимательным взглядом Намджуна и вышло вон, громко хлопнув дверью. Мне показалось, что это видели все, но, повернувшись лицом к ребятам, я поняла, что одна смотрю в сторону коридора. Сумасшествие. А еще сумасшествие заключалось в том, что Ким Намджун сейчас сидел за моей спиной на диване, что-то обсуждая с парнями, смеялся и легко, как бы невзначай, прикасался к моей шее пальцами, отчего по коже разбегались мурашки. — Фани, ты странная в последнее время, — приметил Юнги, всматриваясь в коридор вместе со мной. — Показалось, что дверь хлопнула, — я медленно повернула голову к парню и улыбнулась. — Просто показалось. Сегодня были еженедельные посиделки, когда друзья Намджуна приходили в гости, и мы все вместе сидели в зале, попивая пиво. Правда все еще не было Чимина и Джинни, потому что один спал беспробудным сном, а вторая принимала ванну. Ну, так все думали. Пока подруга не выплыла из темноты, поправляя волосы, будто хвост отчего-то растрепался, и слишком наиграно пряча взгляд от меня. — Джинни, разбуди уже Чимина, что он ночью будет делать? Я выспаться хочу, а не слушать, как он до утра будет ржать, смотря телевизор, — Намджун потянулся, вновь зацепив меня, — или я сам сейчас подниму его. Слышишь? — чуть громче добавил парень, и я немного отсела, чтобы подруга устроилась рядом. — Вон он идет, не кричи так. Действительно, Пак Чимин вошел в зал, щурясь от неяркого света торшера и пытаясь пригладить волосы. — Привет, ребят. — Чимин, поймав кинутую Юнги в него банку пива, сразу открыл ее и сделал два больших глотка. – То, что доктор прописал. Комната вновь наполнилась гулом голосов, смехом и взаимными упреками в шуточной форме, а я внимательно осматривала подругу и парня, что тоже устроился на полу. Оба старались не встречаться взглядом со мной и преувеличенно внимательно слушали, что рассказывал Хосок. Я даже повернулась и посмотрела на Намджуна, но он просто хмыкнул, растянув губы в кривой улыбке, отчего на его щеках снова появились ямочки, которые манили, чтобы в них целовали. Я тряхнула головой, проморгавшись, и снова постаралась вникнуть в ход общей беседы. — Джинни, тут такое дело… — я начала разговор, когда парни разбрелись, кто домой, кто спать у нас. — Я влюбилась. Подруга упала плашмя на кровать и зарылась носом в подушку, от которой пахло мужчиной, определенно. — Это я заметила, но… — Фани, ты не представляешь, как Чимин целуется. У него такие губы, такая улыбка. Ах! — Джинни перевернулась на спину и мечтательно рассматривала потолок, на котором были наклеены светящиеся в темноте звезды. — Он такой… Такой… Такой горячий… — я чуть не поперхнулась, и она, видимо услышала это, поэтому резко села, замахав руками: — Ты не подумай ничего, просто у него высокая температура тела. Знаешь, как он сегодня мне руки грел? Боже, я умру сейчас, мое сердце не выдержит! — Руки грел… Ага, после горячей ванны, — я вообще-то хотела рассказать про ее брата и одну тихо помешанную, что спала рядом с ней, но, судя по всему, подруга не была готова воспринимать информацию, поэтому я оставила этот разговор на потом. Плюс, нужно было поговорить с Намджуном, ведь мы так и не смогли нормально обсудить все происходящее. — Ложись уже, влюбленная моя. Если мы и оставались наедине с Намджуном, то я обычно хотела сбежать, потому что он ТАК смотрел на меня, что я готова была умереть прям на месте и не важно, стоя, лежа или сидя. Если мы сталкивались где-то в районе кухни или коридора, возле входной двери, в проходе в зал, то эта встреча обязательно заканчивалась долгими, томными взглядами и страстным поцелуем, который переходил в изучение тел друг друга под легкими майками. Но не более, потому что на горизонте обязательно кто-то появлялся. Намджун раздраженно шипел, но отходил от меня, делая вид, что просто шел мимо. И все это безобразие продолжалось на протяжении двух недель. К исходу пятницы второй недели у меня уже не было сил сопротивляться, хотелось упасть на пол, только перешагнув порог квартиры, и молить всех пойти вон. В парк. К реке Хан. В далекие дали, наконец, и позволить нам довести давно начатое до конца. Потому что каждый раз, когда в памяти всплывали отрывки с поцелуями Намджуна, его пальцы на моей талии, приятно холодящие кожу, его дыхание, мне хотелось сдохнуть, ибо желание пронзало низ живота, резко возвращаясь к сердцу и с силой толкая его в ребра. Сегодня я ушла с работы в районе обеда, потому что запланированный переучет магазина закончился раньше предполагаемого времени, купила немного продуктов и отправилась домой. Квартира встретила меня ожидаемой тишиной, да и я не особо шумела, наслаждаясь, ведь очень редко бывали такие моменты, когда никто не сновал по кухне или по комнатам. Все мальчики ушли утром по своим делам, а Джинни отправилась на очередные курсы, которых в неделю у нее было штук пять, поэтому, довольно улыбаясь, я прошла на кухню, поставила пакеты на стол и зашагала в зал, где кинула свою домашнюю одежду утром. Проходя мимо нашей с Джинни комнаты, я застыла на месте. Посмотрела вперед, прищурилась, повернула голову в сторону приоткрытой двери, чтобы убедиться, что показалось. Но не показалось… Там действительно происходило что-то весьма пошлое и горячее. Я не могла пошевелиться, потому что не понимала, кто же посмел из парней заниматься развратом на кровати Джинни, пока не увидела влажное от пота лицо Чимина. Он привстал, на руках, и с его спины сполз угол одеяла, оголяя идеальный торс. Еще шорох, стон, и я смогла увидеть его партнершу, которой оказалась моя подруга. Она, кстати, без капли смущения обхватила шею парня и потянула его на себя, а я смогла увидеть и шикарную задницу Пак Чимина. Втянув больше воздуха, я на цыпочках отправилась на кухню, включила чайник и села на стул за стол, схватившись за голову. Почему вот такая несправедливость? Почему Джинни может спокойно заниматься любовью с, походу, уже своим парнем, а я не могу? Да, мы с Намджуном все еще не разговаривали насчет нас, и я не могла точно сказать, был ли он моим, и были ли вообще «мы», но наши короткие свидания по утрам и вечерам, пока никто не видит, точно были реальны. — Фани? — спустя двадцать минут стонов Чимина и еще четыре минуты после последнего вскрика Джинни, подруга шагнула на кухню, отшатнувшись и попытавшись прикрыть свои округлые бедра рубашкой Намджуна. Я же успела за это время переодеться, кое-что приготовить и удивиться, как можно было не услышать, что в квартире еще кто-то есть. Кстати, еще одна несправедливость. Джинни уже давно отжала рубашку в мелкую полоску у брата и использовала ее в качестве пижамы, а я не могла даже мечтать о таком. Эх. — Ничего не видела, ничего не слышала, Намджуну ничего не скажу, — протараторила я, предвосхищая все вопросы и просьбы. — На улицу не пошла, потому что там холод собачий, но вот буквально через полчаса у меня назначена встреча, так что я, пожалуй, удалюсь. На плите стоит обед, мальчиков тоже покорми, потому что я вернусь поздно. Считай, это свидание. Отдыхайте и ни о чем не думайте. Пока я не давала вставить и слова этим двум голубкам, удивленно уставившимся на меня, успела выйти в прихожую, одеться и захлопнуть дверь перед носом Чимина. К моему возвращению неловкость от этого момента должна была уменьшиться, а я найти себе квартиру, потому что встреча назначена была у меня с риэлтором. *** — Как неудобно вышло, — прошептала я, проходя мимо небольшого кафе, что находилось возле дома Намджуна и Джинни. Я видела несколько сообщений от подруги, но не открывала их, не решаясь читать, и не торопилась идти к ним, поэтому зашла в уютное заведение и села за столик у окна, заказав крепкий кофе. Разблокировав экран, все же ткнула по иконке сообщений и открыла все послания от Джинни. Впрочем, там я не увидела ничего нового: она извинялась, просила ничего не рассказывать брату и ругала меня за то, что я не оповестила о своем приходе. Ага, конечно, как упала кастрюля из шкафчика на стене, никто не слышал. Но все же я старалась не придавать особого значения этой смущающей ситуации, ведь мы были подругами, и Джинни все равно бы рассказала мне все в подробностях и красках, а тут не надо себя утруждать — я уже в курсе всего. Я вздохнула и ответила на последнее сообщение, в котором она спрашивала, когда я вернусь со «свидания», сразу получив еще одно. Но не от подруги, а от Намджуна. [18:25] Намджун: Какое свидание? Удивление и растерянность, вот что сейчас читалось на моем лице. Потребовалось время, чтобы собрать вмиг размякшие мысли в кучу и найтись, что ответить. [18:28] Я: Эм, ну обычное такое. Свидание, знаешь, когда люди, которые нравятся друг другу, ходят в кафе посидеть или гулять. [18:28] Намджун: И как долго будет длиться это свидание? На улице стемнело, ты не заметила? Мне показалось, что он был возмущен и немного зол или расстроен. И вообще, откуда Намджун узнал про мою отговорку оставаться в квартире наедине с Чимином и Джинни? Только если он не спросил у сестры, где меня носит, а она возьми и поверь мне… [18:30] Я: Заметила, конечно, так-то возле окна сижу. Скоро приду, я рядом с домом. Напомни потом, чтобы я укусила Джинни. Больше сообщений не было, поэтому, заказав себе еще чашку кофе, я обхватила горячую кружку руками и погрузилась в свои мысли. Из дня сегодняшних скитаний по разным вариантам, что предлагал риэлтор, я остановила свой выбор на одной квартире, находящейся в соседнем районе. Но от нее мне так же было недалеко до работы, плюс плата за аренду была вполне приемлемой. Теперь нужно было сказать об этом ребятам и собрать всю смелость, чтобы поговорить с Намджуном — моим личным помешательством. Я заплатила за кофе, застегнула пальто, которое почему-то пахло знакомым ароматом парфюма, предположительно, мужским, и вышла на улицу, принюхиваясь к воротнику. Откуда взялся этот запах? — И как давно ты сидишь тут одна? — хриплый голос Намджуна напугал своей неожиданностью. Я чуть не побежала в обратную сторону, но глянув на парня, подскочила к нему, запахивая его куртку. — Ты совсем с ума сошел, по такому морозу ходить, не застегиваясь? — я гневно посмотрела на Намджуна и осеклась: он хмуро оглядывал меня, задержавшись на губах, а потом медленно приблизил лицо к моим волосам и понюхал их. — Пахнешь мной, — прошептал он мне на ухо, а потом отстранился, достав руку из кармана и схватив мою ладошку, — узнаю, что твой «парень» выдумка и свидание липовое было, — запру в своей комнате и накажу. Я чуть вслух не произнесла «накажи меня полностью», но сдержалась, быстро переставляя ноги и путаясь в снегу, потому что Намджун тянул меня, судя по всему, домой. И что-то бубнил себе под нос, косясь на меня. Когда дверь его квартиры закрылась за мной, я поняла, что внутри слишком тихо. На фоне еле слышно работал телевизор, свет горел только на кухне и в зале, и ожидаемых мной раскрасневшихся Чимина и Джинни не было на горизонте, как и других ребят. Намджун молча снял куртку, повесив ее в шкаф и, разувшись, поплелся в сторону кухни, застыв, когда обнаружил меня все еще стоящей в прихожей. — Что-то случилось? — он проглотил набранную в рот воду и повернулся к столу, отставляя на него полупустой стакан. — Ну, я бы хотела поговорить с тобой кое о чем. — О чем? — Намджун сделал шаг в мою сторону и взял за руку, уводя за собой в зал и усаживая на диван. — Давай, поговорим. — Я не знаю, с чего начать, — поковыряв пуговку на юбке, я посмотрела на спокойного парня и снова опустила взгляд, рассматривая ногти на руках. — Просто уже столько времени происходит что-то странное… Ну, между… Нами, — я выдавила последнее слово и зажмурилась, потому что Намджун хмыкнул. Все, конец. Я выдумала что-то, поверила в это, а на самом деле ничего не было такого. Позор на всю оставшуюся жизнь. Как Джинни смотреть теперь в глаза? Ох, а Намджуну? — Это называется «химия», — он подсел ко мне ближе и заставил посмотреть на него, — знаешь такое? Когда двое нравятся друг другу и хочется раствориться в человеке, ну поцелуи, прикосновения, проводить ночи вместе, в конце концов. — По спине замертво упали мурашки. Намджун лукаво улыбнулся, приблизившись ко мне еще и поцеловав в губы. Медленно, не спеша, тягуче. Мучительно! — Хочешь, покажу? — прошептал он, немного отстранившись. — Покажи, — прохрипела я не своим голосом, потеряв себя в ту же секунду в потемневшем взгляде парня. Намджун вновь припал к моим губам, мучая своими поцелуями. Он играл со мной, и ему нравилось это, только в этот раз я не готова была оставаться в стороне, позволяя доводить себя до исступления. Как только парень помог мне избавиться от узкой юбки и уже совершенно неуместных колготок, кинув вещи на пол, я толкнула его от себя и, когда он удивленно сел, нависла сверху. — Сегодня по моим правилам. Намджун усмехнулся, схватив меня за ягодицы и сжав их, отчего по телу прошлась дрожь. Приятная боль, растеклась волной возбуждения по венам, участив дыхание. — Попробуй. Он явно не знал, что можно ожидать от доведенной до кипения девушки, пружинку внутри которой он каждое утро сжимал все сильнее своими «случайными» прикосновениями. Я наклонилась вперед, укусив его за мочку уха, легко поцеловала в висок и нестройной дорожкой поцелуев спустилась по его щеке к губам, делала то же, что и он в прошлый раз. Покусывала, посасывала нижнюю губу, играла с языком, дразня Намджуна, изредка касаясь его подтянутой груди пальцами и водя по ней, но возвращаясь потом обратно на напряженные плечи. Движение бедрами, задевающее его возбуждение, которое отчетливо проступало сквозь ткань брюк от костюма, который был привычен для его работы, но не для дома, заставило парня простонать что-то типа «издеваешься», и я кивнула, проведя языком по его губам и спустившись ниже, к подбородку, а потом, поймав жилку на его шее губами, почувствовала, с какой силой выбивало сердце Намджуна бешеный ритм. Видимо, это было последней каплей и точкой невозврата. Намджун резко подорвался с места, подхватив меня на руки под ягодицы и упираясь стояком в промежность, где стало влажно еще от одного его взгляда. Он требовательно впился в мои губы поцелуем, выбив воздух из легких, оставил смазанный след своих губ в яремной впадинке, схватив меня за волосы и оттянув их назад, отчего я запрокинула голову, а потом больно укусил за шею и принялся зализывать и посасывать место укуса. — Ты зачем это сделал? — простонала я, запустив одну руку в его волосы. — Пометил свое, — прорычал парень, унося меня куда-то и целуя ключицы, которые было видно из-за расстегнутой верхней пуговицы рубашки. Меня резко кинули на кровать, кажется, в комнате Намджуна. Здесь я была впервые, но это совершенно не волновало, в голове было пусто, и я только ожидала, когда он вернется ко мне, и, закрыв дверь, Намджун, наконец, навис надо мной, расстегивая оставшиеся пуговицы на рубашке, приспуская ее и сминая своими прохладными пальцами мою грудь. Лишние детали моей одежды быстро оказались сняты. Парень же продолжал свои пытки, теперь выводя странные узоры по моим бокам, целуя и покусывая затвердевшие соски. Он спускался все ниже, схватившись за резинку трусиков, и помог снять их, а после попытался быстро избавиться от своей рубашки, но, видимо, пальцы не слушались, и процесс затянулся, отчего я села, подтянув ноги к себе, и принялась быстро расстегивать маленькие пуговички. А потом, когда и его рубашка оказалась смятой и кинутой куда-то рядом с кроватью, поцеловала Намджуна в подтянутый живот, сжав его ягодицы руками. От этого парень, стоящий на коленях передо мной, застонал, оттолкнул меня обратно на кровать, и я услышала, как в полумраке комнаты звякнула пряжка его ремня, расстегнулся замок на брюках, и эта вещь тоже была выкинута за ненадобностью. Обнаженный Намджун прильнул всем телом ко мне. Последняя капля в моем терпении. Последняя связная мысль в голове, а дальше сумасшествие от его длинных пальцев, которые скользнули по внутренней стороне бедра, пока он исступленно целовал меня. Проникновение внутрь, от которого спину выгнуло дугой, будто током ударило и мой стон, заглушенный поцелуем. Намджун отстранился и ввел два пальца, срывая вздохи с моих губ, а когда я, простонала, что хочу его, он порылся в ящике тумбочки около кровати и достал оттуда презерватив. Желание выжигало изнутри, заставляя извиваться под томным и немного безумным взглядом парня, но я на краю сознания поняла, что Намджун, надевающий презерватив в серебристом свете луны, что проникал в его комнату через большое окно, это мой личный фетиш. Только мой фетиш. Он вернулся ко мне и устроился между ног, медленно вводя свой член в меня и закусывая губу. Чертовы губы, руки, проклятый голос, от которого я буквально провалилась в тягучее наслаждение, когда Намджун начал двигаться, входя так глубоко, как только мог. Он двигался медленно, выходя практически на всю длину и возвращаясь, резко выбивая стон из меня. Иногда склонялся и целовал, но возвращался обратно, продолжая на вытянутых руках наблюдать за мной, как я извивалась под ним, наслаждаясь, когда хватала его за волосы и царапала плечи в попытке не захлебнуться в его низких, хриплых стонах. Я чувствовала, что ему тяжело сдерживать себя, но эта пытка вскоре подошла к концу, когда Намджун полностью вышел из меня на несколько бесконечно долгих секунд и вернулся обратно, взорвав бомбу сорвавшейся пружинкой, которая не выдержала все-таки напряжения и выкинула меня, словно тряпичную куклу, с высоты Эвереста вниз. И мой Эверест сейчас летел вместе со мной в пропасть. Пальцы покалывало, будто ноги замерзли, а дыхание сбилось ко всем чертям. Только лицо Намджуна перед глазами позволяло держаться на грани реальности и его уже более спокойные поцелуи. Мы лежали, слегка укрытые одеялом, и молчали. Намджун смотрел в потолок, поглаживая мое плечо, а я, положив голову ему на грудь и закинув одну ногу на его бедра, водила пальцем по подрагивающему от размеренного дыхания животу. Было как-то спокойно и правильно вот так вот находиться в объятиях друг друга. — Хорошо ты умеешь объяснять, — прошептала я, и меня сразу же перевернули на спину. — Я старался доходчиво донести до тебя, — Намджун поцеловал меня, и внизу живота, будто снова натянулась пружинка желания, волнующая кровь. — Я квартиру нашла. Намджун замер, задумавшись, а потом улыбнулся. — Если думаешь, что я тебя отпущу, то глубоко ошибаешься. Пускай вон Чимин сваливает туда, нечего без моего ведома сестру соблазнять. Я хохотнула. — Ты серьезно? — но парень был, по всей видимости, серьезен, как никогда. — Я его еще жениться заставлю, нечего приличных девочек портить, — буркнул Намджун, откидывая свой край одеяла и вставая в поисках одежды. — Думаешь, я не знаю, что они встречаются? Уже месяца три мозги мне пудрят, но я делал вид, что не замечаю. — Почему? Скажи им, пускай уже не прячутся, — выдала я и замолчала, услышав шаги в коридоре и голоса ребят. Замерла и даже боялась пошевелиться, в попытке натянуть рубашку. — Только после того, как ты подтвердишь, что моя девушка. Мне не понравилась хитрая ухмылка парня, перед тем, как он вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь, а потом воздушный поцелуй, когда Намджун принес мои спортивные штаны, в которых я обычно ходила дома. — Хён, ну и где твоя девушка? Она уже ушла? — поинтересовался Чонгук. — Хорошо погуляли? — вопросом на вопрос ответил он, а я не торопилась выходить из его комнаты. Жестоко было так поступать. — Да, — протянул, кажется, Чимин, — мы вкусно поели, спасибо, друг. Почаще приводи свою половинку, можешь даже нас познакомить. — Вы знаете ее, да, Фани? — я сделала два неуверенных шага и смущенно улыбнулась, когда Намджун подошел ко мне со спины и обнял, целуя в макушку. — Привет, ребят, — я помахала рукой удивленным парням и подруге. — А вы можете больше не прятаться, — я указала на Чимина и Джинни, — он все знает про вас, оказывается, уже давно. В зале, где все собрались, повисла тишина. — Да ладно вам, — махнул рукой Намджун, — сложно не заметить, как вы тут у меня перед носом шуры-муры крутите. Только потому, что моя Фани попросила не убивать вас, можете жить спокойно, но с тобой, — он ткнул в Чимина пальцем, — мы еще поговорим наедине. И парни разразились смехом, когда Джинни покраснела, а Чимин подошел к ней и взял ее за руку. — Нужно выпить за это, — подытожил Юнги, и я не могла не согласиться с ним. *** Мало что поменялось с того момента, как Намджун заявил, что я его девушка. Чимин все так же жил с нами, но спал теперь исключительно в зале, потому что все мои вещи перекочевали в комнату Намджуна в один прекрасный день, когда я была на работе. Чонгук, впрочем, тоже остался, составляя компанию другу, выселенному в общую комнату, а Джинни все просилась переехать от брата, на что получала отказ. Но я-то знала, как помочь подруге, поэтому она могла быть уверенной в том, что Намджун сдастся. Он всегда сдавался, стоило только прошептать: «Намджун-а, я хочу…».