Check and Chase

— Тебе понравилось?       Акаши сидел на голых кирпичах, изредка посматривая на собеседника. Неприятная пустота и разруха, сильно ударяла по еще не пришедшему в себя зрению и чувствам. Все вокруг остановилось и он опять находился на руинах своего поместья. Битые стекла, поломанные кирпичи и тень, что, видимо, будет преследовать его всю жизнь. — Конечно же нет! — Не прокричал, а скорее прохрипел Акаши, после сразу заливаясь кашлем. Видимо то, что он делал тогда, здорово отразилось на его связках и теперь вряд ли скоро пройдет. — Ох, — Император встал с места заходя за спину Акаши и наклонился к его уху, — Ну и голосок… Видимо не стоило так вопить, ведь смысла даже не было. Хотя… твои крики меня забавляли.       Акаши резко развернулся, пытаясь задеть кулаком собеседника, но тот испарился, появляясь лишь через минуту, но уже по другую сторону доски для сеги. — Помнишь правила, мы должны сыграть. — Император облизнулся и спустя время сделал первый ход.       Все это время, Сейджуро буравил взглядом землю, а точнее, полуразложившийся Швейцарский паркет из темного дуба, что отдаленно уже начал напоминать ту самую землю. Мысли бесконечным потоком лились у него в голове, не давая ни секунды нормально отлеживать ход игры, ну или хотя бы сдерживать эмоции. — И ты всегда был там? — Акаши все еще хрипел, однако голос иногда прорезался, очень больно царапая горло. — Если ты про твое сознание, — Император сделал задумчивый вид. Ясно было, что он все понял, — да, почти всегда. Скажи ведь, занятие не из приятных. — Но зачем ты… — Зачем я, что? — Ты все это мне показывал, зачем? Это ведь не Те… — Тут голос опять предательски сорвался и капитан глухо и сухо закашлял. — Твой ход. — Император в очередной раз передвинул фигуру. — Это был он, разве нет? — Он не такой! — Акаши еще мгновение задержал палец на доске, но все же передвинул фигуру в ответ.       Вспоминать то, что происходило — не хотелось, но видимо разум его не слушался, выдавая рандомные образы знакомого лица, ту неправильную интонацию родного голоса и движения, вроде бы его тела, но абсолютно не такие, как в жизни. — Тогда какой же? — Император будто и не следил за ходом разговора; глаза быстро бегали по доске и с каждой секундой, ухмылка делалась еще более издевающейся. Еще ход. — Он, — Акаши запнулся. Он и не ожидал такого вопроса. — Он добрый. Честный. Да, он абсолютно не умеет врать, еще он понимающий и искренний, всегда поможет, — капитан невольно улыбнулся, — он красивый. Очень красивый. И я точно знаю, что он не такой, каким ты мне его показал! Это был не он. — Но таким его хочешь видеть ты.       В глазах все померкло. Мысли разом нахлынули и Акаши невольно схватился за голову руками. Да, если вспомнить, вечерами, когда Сейджуро задерживался в гостиной сидя у камина, он подолгу размышлял о возможных казусах их личной жизни с Тецуей, если конечно, она будет. Создавал разные версии событии и характеров, диалогов и обстановки, за частую, от скуки, представляя очень несуразные вещи, и сейчас, вспоминать все это — очень трудно. В те моменты он даже и не представлял что этим воспользуются. Он не представлял, что его фантазии могут быть настоящим адом для него самого же. — Не хочу. Все о чем я думал — лишь бессмысленная игра. — Твой ход. — Император еле сдерживал смех.       Сейджуро устало перевел взгляд на доску. Только сейчас он заметил насколько она отличалась от обычных, или от той которая была у него; вся в трещинах, посеревшая, то-ли от погодки, то-ли от времени, все фигуры потертые и выцветшие, ни единого «живого» места.       После внешнего вида, Акаши наконец обратил внимание и на ход игры. Тупик. Его загнали в угол. Снова. Он начал медленно переводить взгляд с фигуры на фигуру ища хоть какой-то, но шанс сдвинуться с места, уйти от неминуемого проигрыша. Но с каждым движением глаз, с каждой новой тактикой, убеждая себя, во что бы то не стало, обыграть противника, с каждым мимолетным смешком срывающемся с губ Императора, он понимал — это проигрыш.        Сделав как казалось, самый нейтральный ход, Акаши потупил взгляд на руках противника. Точно такие же как и у него. Да и вообще, он же точная копия, как брат близнец, которого Акаши никогда не хотел, и сделает все, чтобы только избавить себя от этого ненормального. Правая рука медленно тянется к фигуре поднимая ее; доля секунды, но Акаши все же заметил то, что казалось никогда бы не заметил. Он подменил фигуру. Интересно, сколько раз за игру он так делал? А прошлая их партия? Он и там шел на обман?       Акаши резко схватил его за руку выхватывая две фигуры. Император дернул ей и из рукава выпали еще несколько, с каким-то жутким стуком ударяясь о землю и еще больше трескаясь. — Ты жульничал! — В Акаши буд-то что-то проснулось. — Не смей отрицать, ты жульничал и это значит… — Значит то, что ты выиграл, — Император почему-то еще более зловеще улыбнулся. — Ну что ж, твоя очередь.