Извини, я влюбился 2. Heartlessly

— Пак Чимин, не надо. Я не хотела. Послушай меня, прошу тебя. — Нет, Мин. Я не хочу слышать этого. Я говорил тебе, что нужно слушаться меня. Просил тебя, ставил условия. Предлагал уйти, но ты ждала меня. — Ты не изменился. Чимин, ты совсем не изменился. Я действительно думала, что наше расставание поможет улучшить наши отношения, но я засомневалась в этом. Я правда сожалею… — Замолчи! — нажимает он на тормоз прямо посреди дороги. Позади сигналят раздражённые водители, и Чимин ставит на аварийку. — …что осталась с тобой, а… — Прекрати! Ты врешь, это не правда! Зачем ты это говоришь?! — … не с Чонгуком… — Чем, чем он лучше меня?! Не нравится, что я так груб к тебе?! Ты должна знать, что я - не он, я теперь понимаю, что нужно было лучше думать перед тем, как делать тебе предложение, — трясет он меня за плечи. — Ты обещала быть со мной и в горе, и в радости. Обещал и я! — … и, если я захочу вернуться к нему… — Да прекрати ты, — завыл Чимин, накрыв свои уши руками. — … то не смогу, ведь у него уже есть любимая, и это не я. — Я люблю тебя, слышишь?! Люблю. — Чимин, нет, хватит. Мы не можем быть вместе. — Почему? Разве мы не подходим друг к другу? Мы - идеальная пара для других. Так почему же… — Мы вместе, потому что наши тела реагируют друг на друга, не более, мы привыкли удовлетворять свои инстинкты. — А как же любовь? — А это похоже на любовь? — Мин… — Что? Слышишь, я когда-нибудь встречу любовь, Обязательно встречу любовь. Слышишь, половодьем подступит она, Будто утро, наступит она. Слышишь, я, от счастья смеясь и любя, В этот миг я забуду тебя, Слышишь, в этот миг я забуду тебя. Никогда тебя мне не забыть, И пока живу на свете я, Не забыть тебя, не разлюбить. Ты судьба, судьба и жизнь моя. — Уходи. — Что? — удивляюсь я. — Уходи! — просит он. — Уходи, прошу, оставь меня одного. Оставь. — Пока, Чимин, — я захлопываю дверь и ухожу прочь. Pov Чимин. Как это называется? Эффект бумеранга, да? Когда все плохое и хорошее возвращается к тебе. В моем случае это зло, что я творил когда-то. А что я творил, мы все прекрасно знаем: я спал со шлюхами, и отношений у меня не было, не считая тех, что были на одну ночь. Я отшивал всех дам сразу же после того, как проводил с ними одну ночь. А теперь я получаю свое наказание? Это так называется? Тогда я не готов, я не хочу его получать. Я изменюсь, я исправлюсь, только не забирай ее у меня, слышишь? Дай время, и я исправлюсь, только не забирай ее у меня. — Суни, привет, — глажу кошечку от головы до хвоста. Она выгибается мне навстречу, жмурясь, от чего мне хочется улыбаться. Она начинает мяукать и звать. — Хозяйки дома нет? Ну, извини, — снимаю я шарф с шеи, параллельно разуваясь. — Суни, мама придет не скоро. А может и больше не придет. Кто знает, я сегодня ошибся. Они забрали ее у меня. Я виноват. Я прогнал ее, хотя хотел сказать, что она для меня значит. Я плохой, не так ли? Суни начала мурлыкать и тереться об мою ногу, от чего я невольно рассмеялся. — Что, все же хороший? Ты просто не видела меня, когда я злюсь. Она продолжает тереться, а затем резко убегает в гостиную. — Ты куда? Я еще не договорил. Следую за ней и вижу письмо на столе. Если честно, я боялся прочитать его, зная, что последнее письмо не принесло ничего хорошего.

Пак Чимин, я ухожу. Не ищи меня, я все равно не вернусь. Я надеюсь, что ты изменишься и найдешь себе достойную девушку. Хочу подать на развод, придешь сегодня в парк «Ястреб» к семи часам. У входа встретимся и все обсудим.

Твой мишка

…

«Значит, еще любит» — подумал я. Она написала «мишка», значит, все-таки я ей не безразличен и на развод она подавать не хочет, так же, как и я. Я не приду туда в семь, в восемь, в десять, в двенадцать, я никогда не приду туда. Если приду, значит хочу развода, а я не хочу, мне с ней хорошо. — Пьем до дна, — улыбается Юнги. — Кстати, ты куришь? — Нет, но хотелось бы, — поджимаю губы — Подумай о детях, все-таки не стоит. Чего я тебе предлагаю, — хмыкает он поднос, отпивая пиво с бутылки. — Кстати, ты чего один? Где жена? Ты не жестко ее? — Я «никак» ее. Она ушла, оставив письмо о том, что хочет развод, — спокойно протараторил я, смотря куда-то вперед. — Брат, я не знал. Думал, что ты так, в гости пригласил, — удивился Юнги. — Нет, она ушла. — Что она написала? — Что хочет поговорить насчет развода сегодня в парке «Ястреб», — устало отпивает пиво, ответил я. — И ты пойдешь? — Ни за что. Я не собираюсь никуда идти, — отрицательно машу головой. Что за черт? — А что дальше? — Не знаю, это ее игра, и она указывает правила. — Друг, ты не хочешь от нее уйти? Зачем она тебе? Так много женщин на земле, а ты зациклился на ней. — Совсем уже? Я не собираюсь ее бросать. Я знал, на что иду, когда брал Ее в жены, — вспылил я. — Я сделаю все, чтобы измениться, чтобы она вернулась и мы продолжали жить вместе. Я хочу от нее детей! Я даже об этом думаю! — Да не кричи ты так, я просто проверял тебя, — успокаивает он тряся за плечо свободной рукой. — Лишний раз убедился, что любишь. Ты и правда должен измениться. Забудь про свои принципы, ты взрослый парень, тебе двадцать три. Ты уже нагулялся, хватит. Знаешь, возможно вы рано поженились, но вы же были счастливы вместе. Что произошло, то произошло: ты и твои любимые ролевые игры, бдсм. Девочке тяжело, сам понимаешь, она любит романтику. Почему ей нравился Гук? Потому что в плане постели он ее устраивал. Меняйся. Меняйся ради нее. — А ты прав. Он ее устраивал. Но почему-то осталась со мной. Думаю, если бы я не давил на нее, если бы наши отношения не развивались бы так быстро, то она была бы с ним и мне было бы легче сейчас. Я бы остался таким же бабником, а она была бы в безопасности. С ним она была бы счастлива. — Вот чего ты унываешь? — начал злиться Юнги. — Она осталась не с ним, а с тобой, скажи "спасибо", что она была с тобой рядом, просто ты не ценил этого. А сейчас ты теряешь ее во второй раз и только осознаешь это, и то, я тебя так направил. — Не правда, я знал об этом! — обижается он. — Если бы знал, такого бы не случилось! Сожги свою «красную комнату» дотла, она тебе ни к чему. Ты шлюх туда водил, а потом еще и свою жену без сознания вытаскивал, зачем тебе это надо? Живи нормальной жизнью, занимайся любовью со своей женой, а не просто удовлетворяй свой член. — Нам это нравилось… — Нравилось что? Рядом с тобой она даже со мной нормально поговорить не могла, боялась, что получит наказание. А ты ведь знаешь, что она брезгает отсасывать тебе, не может терпеть шлепки. Но ты все равно это делал с ней, а она снова терпела. Ты виноват, Чимин, ведь она терпела, и она виновата, потому что не могла тебя исправить и отдавалась тебе, слушала тебя, а не сопротивлялась. Ты любишь, когда тебя слушают, любишь диктовать свои правила, любишь быть сверху — доминировать — а ты спрашивал, чего любит она? Нет, тебе всегда было плевать, ты делал то, что хотел сам, а не вы оба. Брал ее тогда, когда хотелось, не прикладывая никаких усилий. Ты не мужчина. — Хен, ты всегда прав. — Не болтай, а делай. Я тебе даже зажигалку дам. — Пойдем. Но те вещи можно продать. — Соберем твои «палочки» и сожжем все к чертям. — Нужно кровать на улицу вытащить и там сжечь, иначе весь дом подпалим. — Ты прав. Пойдём.

***

tom odell — long way down Мне было совсем не жаль все эти вещи. Кровать с красным шелковым постельным бельем полыхала. Мы переглянулись с Юнги и улыбнулись. Такой расклад мне нравился. В эту комнату нужно священника, а потом исправим на детскую. Там было совершено столько грехов, нужно освятить весь дом. Не перегибаю ли я? Мин бы точно брезгала, если бы я там просто взял и переделал на детскую комнату. Обязательно приглашу священника. — Эта комната выглядит намного лучше чем раньше. Та меня пугала, если честно, — хмурился Юнги, стоя в дверях и скрещивая руки. — Как твоя скрипка? — Сколько лет прошло, ты вспомнил. — Ты ее так любил, что произошло? Почему? — Потому что чем взрослее ты становишься, тем умнее. Я понял, что это мне ничего не даст. — Ты бросил свою мечту. — Давай не будем об этом. Я столько лет не вспоминал о ней. Давай не будем начинать. — Хен, мне так нравилась твоя игра, ты был таким крутым, я стремился быть похожим на тебя. Я всегда считал тебя самым лучшим. Ты был для меня идеалом, но, после того, как ты перестал играть, я задумался. Я понял, что не все желания исполняются. Тогда я почувствовал вкус горечи. Ты говорил мне, что так надо, а я жаловался, что ты неправильно поступаешь. — Ты стал таким взрослым. Мне скоро будет тридцать, думаю, стоит задуматься о своей жизни и найти девушку. У меня есть коллеги, думаю, стоит пригласить. У меня всегда не хватало уверенности, поможешь мне? — Девушку на свидание пригласить? Конечно, хен. Для тебя все что угодно. С хеном я познакомился еще в шесть лет, ему тогда было тринадцать. Познакомились мы во дворе, он тогда играл на скрипке у себя, а я слушал, как он играл. Как-то раз мы с папой пошли к ним в гости и тогда мы с ним чуть-чуть сблизились. Я сказал ему, что слушаю его игру и мне очень нравится, на что он только улыбнулся и ничего не сказал. На следующий день он пригласил меня к себе во двор, и я слушал, как он играл. Он играл много разных мелодий. Не знаю, кто это был, да и мне было плевать, я слушал его — больше мне ничего не надо было. Я жил ради него, ради его музыки, для меня он был как Создатель, потому что его музыка внеземной; потому что только он был для меня единственным родным человеком. Семья была совсем чужой, а он близким. И так продолжалось почти год. Совсем чуть не хватило, пару месяцев и дней, как он перестал выходить во двор, да и вообще из дома. Я стал переживать. Как-то раз пошел дождь, я решил выглянуть в окно и увидел его на пороге его дома. Он сидел и прятал свои слезы ладонями. Я выбежал к нему, но не подошел: смотрел издалека. Он плакал, но я не понимал, почему. На следующий день они начали переезжать. Я забоялся, что больше не увижу его, и подбежал к нему. Он написал свой номер, я спросил про скрипку, на что он промолчал и ушел. Потом в школе появился Чонгук. Он сам проявил инициативу подружиться со мной. Я был скромным и тихим мальчиком, обиженный на хена, ведь он ничего не объяснив ушел, не брал телефон и приходил только тогда, когда ему хотелось. Я был очень добрым и милым. Учителя меня любили, называли «ангелом». Я тоже так хочу. Вернуться назад и стать этим ангелом. Я корю себя за то, что стал таким ужасным человеком. Я разбил столько сердец, слышал столько ругательств в свой адрес. Я стал таким плохим. Я пошел не по тому пути. Ты обязательно изменишься, ты увидишь настоящего меня, слышишь? Я тебе обязательно понравлюсь. В конце концов, меня прибило к берегу Through the streams of oceans Океанскими течениями, Whispers wasted in the sand Шёпот развеялся среди песков. As we were dancing in the blue Пока мы танцевали в синеве моря, I was synchronized with you Я был на одной волне с тобой, But now the sound of love is out of tune Но сейчас звук нашей любви звучит фальшиво. Я бы, наверное, изменился, если бы выбрал другой путь и оглянулся. Я ненавижу людей. — Суни, что ты здесь делаешь?