Извини, я влюбился 2. Heartlessly

— Просыпайся. Девушка слегка потянулась, прикрываясь одеялом от холода, и снова улеглась спать, сморщив носик. Парень наклонился к ней еще ближе и открыл её личико. — Я приготовил тебе блинчики с кленовым сиропом. — Правда? — слышится заспанный голос из-под одеяла. — Да, — смеется парень. — Вставай. — А поцелуй? Хотя бы в щечку или в лобик, ну пожалуйста. — А потом тебя на руки взять и умыть, посадить за стол и покормить. — Да, — тянет она. Чимин чмокает в лоб и раскрывает ее.       Аккуратно берет сонную Мин на руки и несет в ванную. Там сажает ее на ванную, и она сонно потирает глаза. Его так умиляло это в ней. Дает ей в руки щетку, и она медленно чистит зубы, умывается и вытирает лицо полотенцем. Запрыгивает на спину к Чимину, и он несет ее на кухню. — Так, давай, слезай и садись за стол, сейчас налью тебе кофе. Она недовольно мычит, все же слезая с него, и садится за стол, укладывая голову на руки. — Я хочу спать… А еще мне завтра на работу. Тебе тоже надо работать. Мы с тобой бездельники. Особенно ты, ты совсем расслабился. — Ты чего это вдруг об этом заговорила? — хохочет он. — Не знаю. — Давай, пей кофе, я уезжаю на работу. — На работу? — мило дуется она. — Ну я же останусь одна, мне будет скучно. У меня отгул заканчивается сегодня. Я завтра пойду. — Ты сейчас жалуешься? — Да! — мило поджимает губки. — Ути-пути, — машет пальчиком перед ней, она наклоняется и кусает. — Ай, — шипит он. — Блинчики давай, голодная я. Не видишь? — Уже заметил. — Я люблю тебя. — А я хочу мальчика. — Чимин, — закрывая глаза улыбается Мин. — Мин, — передразнивает он. — Давай займемся нашим будущем. Я хочу детей. Я не против и девочки. Раз ты так говоришь. Я не против двоих или троих, хотя три перебор, но если ты так хочешь. — Давай чуть позже мы займемся этим. — А почему ты не хочешь сейчас? — Нам на работу надо, да и не романтично все это. — Но, если я создам атмосферу, и мы уже займемся этим, то я смогу сделать это? — Посмотрим. Думаю, да. — Тогда я ловлю на слове.

***

— Ты врешь, нет у тебя никого. — Нет, это не правда. Его зовут Чонгук, правда, он старше меня, — оправдывается она.       Что поделаешь, ее же подруги не верят в то, что она встречается с ним. Фото были только у него, а переписки она не хотела показывать — слишком лично, слишком свое. Забирать ее со школы о не мог, у Чона и так много дел, освобождался только поздно вечером или изредка на выходных. Так что ничем его существование подтвердить она не могла.       Когда они все-таки пошли гулять на выходных, она решила поднять эту тему и рассказать об этом. Надо же было что-то делать, или все-таки не стоит? Зачем ему об этом знать, это его совсем не волнует. Гулять с ним было немного неловко, они совсем не держались за руки и совсем не разговаривали, только шли туда, куда глаза глядят. Это было их первое свидание, так он приглашал ее только на вечера, где были его друзья и Мин. Чон общался с ними, а Мина с Мин. Все-таки схожесть их имен ее напрягала. Она не могла до конца поверить в то, что Чон с ней, потому что он ее действительно любит. Да и любовь ли это? Скорее влюбленность. В любом случае, в его правоту она не до конца верила. Но рассказать об этом она не решалась. Но что насчет Мины, мы все о нем да о нем, а что она? Конечно же, она чувствовала, когда сосало под ложечкой. Как только она посмотрит на него, то поймет, что это что-то возвышенное, не ее совсем. Он будто не для нее, она будто его украла у кого-то из высшего общества себе.       С ней и так все понятно, она-то влюбилась в него и даже призналась себе в этом. Только на большее с ним она не решалась. Даже мама, которая в начале была против её отношений со взрослым человеком, грубо говоря, благословила их. Чонгук иногда помогал ей с чем-то или же отвозил её куда-нибудь. — Как там поживает Чонгук? — спросила мама, когда Мина зашла на кухню попить. Она готовила ужин, который девушка, к сожалению, есть не будет. — Не знаю. Он ничего не пишет. — Так спроси его сама, он будет рад, если ты спросишь, как он поживает. — Я его буду отвлекать. — Ты проявляешь внимание к нему, разве тебе не нравится, когда он пишет тебе или приходит неожиданно в гости? Порадуй его сообщением, от этого никому не станет хуже. Не бойся. — Ладно. Она сразу же достает свой телефон из заднего кармана штанов и заходит в сообщения. Чонгук был в сети, значит, она не сильно оторвёт его от дел. 19:32 Мина: Привет, как у тебя дела? Что делаешь?       Ответ пришел не сразу. Скорее всего, он даже не ожидал, что ему кто-то напишет, а еще он, наверное, был занят. 20:45 Чонгук: Приве-е-ет. Все в порядке. Сижу в кабинете, по уши в работе. Скоро все уйдут, а я один останусь, у меня столько работы. Приезжай ко мне. — Мам, можно мне к Чонгуку? — Уже поздно, сходи к нему завтра. — Просто, он останется совсем один, а еще он проголодался, но так как он занят, он не может спуститься в кафе. Хомячить печеньки с кофе - не лучший для него вариант. — Тогда угости его своим тактоританом и чаджанменом, который ты приготовила, пусть оценит. Я сейчас упакую тебе в контейнеры. — Хорошо. Мам, там не холодно? — Надень теплые вещи, тебе нельзя простужаться.       Девчонка побежала к себе в комнату и надела на себя плотные колготки, темные джинсы и теплый свитер, оставленный специально ей Чонгуком. Она посмотрела на свое отражение в зеркало и поняла, что этот свитер подходит больше ей чем ему: темно-темно-синего цвета, может, даже и черного цвета, точно не ее размера. Она улыбнулась сама себе и начала расчесывать свои больше чем на половину осветленные волосы по талию. Чон еще не видел ее волосы, но ей кажется, что он не будет против таких изменений с ее стороны, она ничего плохого не сделала. Татуировку слева под грудью он вряд ли сможет увидеть, ему не за что её ругать, только если за то, что она решила навестить его поздно вечером. Но он сам пригласил девушку, так что к ней не было никаких претензий. Она принесет ему покушать, поговорит с ним и поедет обратно. Стоило зайти к бабушке, она оставила ей каких-то гостинцев на столе, а сама уехала в дачный домик. Ключи от квартиры у нее были, так что с этим никаких проблем, после «кабинета мистера Чона» она может пойти к бабушке и вернуться домой с гостинцем. В этом гостинце по любому бы ничего съедобного не было: варенье (определенно что-то сладкое) или какие-нибудь овощи. Все равно это надо было нести домой, иначе бы ее родственница бы обиделась. — Ты готова? Я оставила пакет возле зеркала, мы с Дами пошли спать, — слышится за дверью. Мина выходит из комнаты, поставив флакон сладких духов на место. — Сестра, можно и мне с тобой? Я не хочу спать, — на нее сразу налетает сестренка и прижимается к ногам. — Дами, давай в следующий раз? У меня важная миссия, мне нужно этот пакет доставить до одного человека. — До твоего парня? Да? А чем вы там будете заниматься? — Дами, это не прилично спрашивать, они взрослые люди, сами знают, что им можно, а что нельзя. Ведь так, Мина? — с нажимом спрашивает мама. Я понимала к чему она ведет, но до такого я и сама не была готова. — Мам, Дами, мы с Чонгуком ничем таким не занимаемся и даже не думаем. — Мина, Чонгук твой взрослый парень, он одним местом может думать, так что, если что — беги. — Мам, мы уже говорили насчет этого, Чонгук сказал, что поговорит об этом только тогда, когда я стану совсем взрослой. — Я надеюсь, что у тебя есть своя голова и все будет хорошо. — Могла не отправлять меня, раз ты сейчас злишься. — Иди уже, а. И, пожалуйста, не надо так громко хлопать дверьми, как сто святых ходишь. — Пока мам, я постараюсь прийти пораньше.       Закрыв дверь на замок, я отправилась на такси прямо в компанию Чонгука. Вряд ли он меня, конечно, ждал, но мне захотелось его порадовать своим приходом, ведь он бывал у меня, когда я его даже не ждала, теперь и я приеду к нему. На улице были пробки, но ничего страшного, так даже лучше. Подойдя к зданию, я замешкалась. Оно такое большое и вряд ли меня сюда пустят. Я даже не спросила где находится его кабинет, а стоило. Но я надеялась на то, что администратор на первом этаже мне подскажет. Она подсказала мне, только впускать не хотела. Мне пришлось сказать ей, что я его родственница и это как бы сюрприз ему. — Ну, хорошо, проходите, — наконец пропустив меня, я зашла в лифт.       На его, чуть ли не последнем этаже было довольно тихо, сидела одна секретарь перед его кабинетом и все. Секретарша была совсем уставшей, она чуть ли не засыпала за компьютером, но все равно сидела до последнего. Она кроме компьютера ничего не замечала, вот я и решила воспользоваться этим и быстро забежать в кабинет. — Вы куда? Директор занят, — сразу оживает секретарша, не смотря на меня. — Я по приглашению, меня пригласили. — Я должна спросить, — он подвигает к себе телефон. — Я хотела сюрприз устроить ему, я его девушка. Правда, внизу пришлось сказать, что родственница. Пожалуйста, не сдавайте меня, — молила я. — Ладно, — улыбается она. — Заходи, он недавно кофе пил, вижу ты ему еды принесла, а то ваш парень совсем себя измучил. Гони его домой. — Хорошо, — улыбаюсь я и захожу в кабинет. Как только я открыла дверь, то сразу увидела панорамное окно, широкий стол, Чонгука сидящим на кресле где-то рядом со столом и… — Слушай, принеси мне сэндвичей, я, — наконец он поднимает голову. — Мина. — Привет, ты хотел меня видеть, ну, вот я и приехала. — Уже поздно, тебе стоит высыпаться, последний год в школе все-таки. Не стоило, - и он стукается головой об стол. — Это тебе не стоит садить свой желудок. Мне жалуются на тебя, что ты кофе пьешь и перекусываешь какими-то сэндвичами. Я принесла тебе нормальной еды.       Я подхожу к его столу и ставлю на стол пакет. Он оживленно раскрывает его и открывает голубые контейнеры. — Ого, а ты сама готовила? — ломает палочки и наматывает лапшу. — Да, если тебе не понравится, можешь не есть. Он всасывает в себя лапшу и тщательно пережевывает, потом берет острую тушеную курочку и так же все тщательно пережевывает. — Не вкусно? — Давно домашней еды не ел. Когда сам готовишь, то это не то. Я рад, что ты принесла поесть, да и вообще приехала. Теперь я могу продолжать работать. — Чонгук, ты слишком много работаешь, тебе нужно отдохнуть. — Папочке нужно работать, а тебе пора в постель. — Папочке? — раскрывая рот от удивления переспрашиваю я. — Папочке, ты сейчас серьезно? — Малыш, не обижайся и привыкай, — я лишь закатываю глаза и разворачиваюсь в сторону двери. — Хей, я же сказал не обижаться, ты куда? — Домой, меня уже гонят. — Ну, не уходи, прошу тебя. Ты же только пришла. — Маленьким пора спать, не детское это время десять часов, — невинно пожимаю я плечами. — Давай я подвезу тебя, потом вернусь сюда. — Нет, я так не хочу. Или ты едешь со мной и обратно домой или же ты остаешься здесь и отправляешь меня одну. — Ты не оставляешь мне выбора. — Выбор есть всегда. Так, мне идти или же я жду тебя? — Я заберу еду с собой и поем дома, потом верну тебе. Подожди. Я только переоденусь, и мы сразу же поедем к тебе домой. — К бабушке. Она гостинцев мне оставила, нужно съездить и забрать, подвезешь к ней? — Ладно, а потом домой, уже поздно. Тебе пора спать и в школу. Скоро экзамены, — он встает с своего места и направляется к шкафу. Достает черное пальто, наматывает шарф, переобувается и забирает пакет с едой. — Ты переживаешь за меня? — Что за глупый вопрос? Конечно я переживаю за тебя. Ты же хочешь поступить в медицинский , ведь так? Как химия? — Я не хочу в медицинский, я хочу стать писателем или сценаристом. — А мама? — мы выходим из кабинета, и Чон отпускает всех работников, перед этим попросив все закрыть. — Не знаю, мне дядя сказал, почему бы не пойти туда, тем более меня туда так и тянет. Способности у меня есть. Я хорошо знаю корейский и литературу. — Тебе стоит обговорить это с мамой. Она же на тебя надеется? — Она хочет, чтобы я много зарабатывала и это можно понять, но… Я живу своей жизнью. — Тут это не срабатывает. Ты должна брать ту профессию, которая будет выгодна вам и тебе на которой будет интересно. — Тебе разве интересно сидеть с бумажками? — Я уже привык. Мне надо было продолжать семейное дело. Да и потом, здорово будет, если моя жена сможет позаботиться обо мне, когда я буду болен. — Сплюнь. Я вообще-то собиралась медсестрой в операционную. — Но с начала же учатся на обычных сестер, а потом уже и такие. — Это, да… Стоп, жена? — Да, мне нужно уже думать о семье. — А, — заикается она. Она никак не могла подходить на роль жены. Он так играется с ней перед женитьбой, у него уже есть кто-то другой? — Чего ты там опять на придумывала в своей пустой голове? — Просто, — чешет она затылок, — я совсем не подхожу на роль жены, если ты конечно имел меня ввиду, а не кого-то другого. — Я пока думаю насчет это всего и семье, не исключено, что именно ты будешь моей супругой, твоя мама признала меня как зятя. — Мало что сказала моя мама. Вдруг, кто-то из нас не любит? Вдруг, кто-то совсем не хочет быть друг с другом и всячески пытается намекнуть или же просто не хочет появляться. Мало ли что. — Почему ты такое говоришь? Ты сейчас намекаешь на то, что ты меня не любишь? — Чонгук, мне… Нужно совсем разобраться, подумать. — То есть тебе не хватает того, что свободное время я трачу на тебя, и трачу не только время, но и деньги, и внимание. Я ведь и правда могу завести другую девушку, но почему же я сейчас стою с тобой? — Слушай, мне нужно подумать. — Насчет чего? Скажи мне, с чем ты хочешь разобраться? Правильно ли встречаться со взрослым парнем или нет? В твои годы парни думают только об этом, я же ставлю это чуть ли не на третий план. — Просто мне никто не верит, понимаешь? Все думают, что тебя не существует и я лгу. И мне это так надоело. Меня раздражает то, что я совсем не могу давать того, что ты хочешь или ожидаешь от меня. Мне жаль, правда жаль. — Чего ты жалеешь? — Разве не любите опытных, тех, которые будут хороши в постели и делать минет? — Откуда ты знаешь такие вещи, юная леди? — удивляется он. — Ну, мы с Мин разговаривали насчет этого. — Ну да, сама подумай, если мне будут делать отпадный минет, почему бы мне не остаться с этой девушкой. Но существуют девушки для секса и девушки для семьи. Мне будет совсем не важно, будешь ли ты это делать или нет, потому что это дело неприятное для некоторых. — Я считаю это противным, хотя понимаю, что это дело такое. Если тебе сделали куни, то ты должна, грубо говоря, отблагодарить за это минетом. А еще, если девушка не готова к этому, она все равно делает минет. — Откуда ты знаешь об этом, малыш? Кто посмел тебя испортить? — Просто девчонки говорили об этом. — Не слушай их. Поняла? Все что тебе надо, ты узнаешь от меня и спрашивай только меня, поняла? — возмущался Чонгук. Years & Years - Memo       Его совсем не радовал такой расклад. Девушка не должна портиться и уж точно слушать своих подружек. Пускай что угодно говорят, ее это не должно касаться. Такие вещи делают только те, которые уже давно стали не девственницами и побывали у нескольких парней. Ей совсем не нужно забивать голову этим хламом, он не будет так с ней поступать. Захочет — пускай делает. Все равно у нее кроме него никого не будет. Вот ты так говоришь, а вдруг она влюбиться в кого-нибудь и бросит тебя? Почему ты так говоришь? А разве нет? Я вот слышу ее мысли, и она говорит, что у тебя есть другая и ты ее не любишь. Понимаешь, на что я намекаю? Думаешь она меня бросит? За что? Что я такого ей сделал? Действительно, что сделал вообще? М… Пригласил на вечера, где болтал с друзьями и оставлял ее одну, один раз сходил на свидание, и то, вы даже ни о чем не говорили, а еще постоянно приезжал к ней и помогал ее матери. Ты ее мать заполучить хочешь? Радуйся — она уже не против ваших отношений. А ты прав. Странно, что я не спрашиваю, кто ты. Да, это и не так важно. Действительно. Ты лучше с ней разберись. Понимаю, девочка еще молода, только школу заканчивает, но почему бы тебе не разнообразить ее жизнь? Она и так плохо учится, куда я ее возить буду? Хотя бы подвозить. Брат, я — это ты, послушай сам себя. Тебе стоит подвозить ее, делать подарки, чаще вылезать из работы, заболей, она же будущий медик. — Кто это? У кого такая крутая машина? За кем приехали? Впервые вижу эту машину. — Мина, чего ты там стоишь? Я приехал за тобой, — из машины вылезает парень в черном дорогом официальном костюме. — Это он? — Он, — тихо шепчет она, не зная то ли радоваться, то ли бежать куда подальше.