Совершенно другая история.

Дочь как-то спросила у матери, как отличить настоящую любовь от подделки. — Это очень просто, — ответила мать, — «…потому что люблю!» — это истинная любовь. «Люблю, потому что…» — это подделка.

***

14 февраля 23:20.

… — День святого Валентина — подобие праздника, отмечающегося каждый год четырнадцатого февраля во всем мире. Предположительно назван в честь какого-то там мученика по имени Валентин, — спокойно произнес Драко, делая глоток из алюминиевого стакана, наполовину полного медовухой. *** Он и еще несколько одиноких ребят из ДФ, сидели в выручай-комнате, запивая свою отстраненность от всеобщего веселья алкоголем. Здесь был Невилл Лонгботтом, разочарованный в любви и отношениях с противоположным полом. Выглядел он плохо, ибо пуффендуйка Ханна Эбботт, отказала бедняге в свидании. Парвати Патил, гордая и сердитая пила эльфийское вино одна, в другом конце комнаты. Ее сестра Падма уже давно была в отношениях, а вот бедная Парвати, безответно влюбленная в какого-то парня на два курса старше, была одинока и загружена. Расположившись в кресле неподалеку от книжного стеллажа, дремал Захария Смит. Он был занудой, каких поискать, поэтом сам факт его одиночества был всем очевиден. Рядом с ним, облокотившись на спинку кресла, стояла Сьюзен Боунс. Как всегда задумчивая, но вопреки обыкновению печальная. Братья Колин и Найджел Криви с горящими от восторга глазами слушали Драко, что восседал на диване рядом с камином. *** … — Для большинства девчонок этот праздник является чуть ли не главным днем в году. Они ожидают от него чуда, взаимной любви, плюшевых мишек и всякой прочей ерунды. Для многих парней же этот праздник является простым способом развести какую-нибудь наивную красотку на секс, — продолжал он свой полупьяный монолог. Парвати повернувшись лишь на секунду, фыркнула на это высказывание, но сказать так ничего и не сказала. Всем наплевать. Долгожданный или не очень праздник вот-вот должен был официально закончиться, и это хорошо. — Но стоит ли любовь того чтобы тратить на нее время? Вот в чем вопрос. *** В этом году Драко нарушил данное себе еще в одиннадцать лет обещание — не покидать просторы слизеринской гостиной весь Валентинов день. А все почему? Конечно, благодаря Поттеру. Гарри вышел на тропу войны с Ронни Уизелом, что и привело их обоих вчера ночью в гриффиндорскую башню, а сегодня утром в кабинет директора.  — Кто же знал, что Полная Дама любитель постучать, — говорил избранный. — Но шалость-то удалась, — говорил чертов избранный засранец! Малфой тогда ехидно усмехнулся. Сначала говорящая мебель в гостиной львов, потом крик Рона, который был испуган и к тому же еще покрыт трехэтажным матом своей же собственной кроватью. Кабинет Директора. Отработка у МакГонагалл. Куча тупых писем со стихами. А теперь посиделки с одинокими неудачниками в выручай — комнате. Не так Драко планировал провести сей «чудеснейший» день. Ой не так. Что слизеринский аристократ делал в компании таких странных личностей, он и сам не знал. Просто, как только отработка закончилась Гарри убежал на свиданку с Гермионой, которая таки согласилась с ним погулять. А Лионика еще с утра заявила о своем решении прятаться весь день в библиотеке, в которую Фред никогда и ни за что не нагрянет. Вот Драко и отправился в выручай — комнату где прежде чем влиться в совершенно необычную компанию, он встретил совершенно необычную девушку.

Flashback

Дверь в выручай — комнату поддалась, как и всегда с легкостью. Внутри было тихо и как-то иначе, чем всегда. Она была в разы меньше и светлее, чем вчера или в любой другой день. Спинкой к двери стоял диван, около него две прикроватные тумбочки и журнальный столик с тремя ножками. Около окна стоял старинный книжный стеллаж с десятками книг и пергаментов. А на стенах висели необычные картины с изображением странных существ, которые смутно что-то напоминали Драко. Малфой прошелся вдоль стен, рассматривая картины. Все они вопреки обыкновению не двигались и выглядели, как обычные магловские творения. Апчхи! Откуда-то сзади раздалось громкое чихание. От неожиданности отважный Драко Малфой чуть было не закричал, но вовремя сказанное: — Это все мозгошмыги, — убедило парня успокоиться. — Что ты здесь делаешь? — слегка осипшим голосом, поинтересовался у знакомой девушки слизеринец. — Тот же вопрос я могу задать тебе, Драко, — невозмутимо, ответила ему она, потягиваясь на диване. Малфой еле заметно ухмыльнулся. Полумна Лавгуд — это нечто. Сколько он помнит их разговоры, все они были не очень длинными и редко когда содержательными. Ведь эта девушка любит отвечать вопросом на вопрос. Такая уж она — Луна. Вечно в себе, в своем выдуманном мире, полная надежд и мечтаний. В общем, необычная. — Ладно. Я сдаюсь, — Драко поднял руки вверх. — Это твоя комната? — оглядываясь, спросил он. — Да, почти точная копия, — ответила когтеврнака, поправляя выпавшую из косички прядь волос. Драко понадобилось немного времени чтобы разобраться что к чему. До его неожиданного появления, Луна, скорее всего, спала. И если бы она могла выражать другие эмоции кроме безразличия и отстраненности, то скорее всего, тоже испугалась бы внезапному появлению слизеринца. — Довольно экстравагантно, на мой взгляд, — усаживаясь напротив, сказал Малфой. Лавгуд тяжело выдохнула, будто какая-то недопустимая мысль ужалила ее. — Спасибо, — быстро кивнула она. — Как дела? Отличный день, правда? Драко насупился. — Ну, если Валентинов день, полный глупых записок и одной отработки может считаться отличным, то да. Все супер! — с иронией выпалил парень. Полумна выглядела спокойно, но в душе у нее все бушевало. Сейчас ей было ужасно не комфортно сидеть наедине с Драко Малфоем, пытаться что-то говорить, когда дыхание перехватывает от одного только взгляда вышеупомянутого парня. Луна так много хотела бы сказать сейчас ему, но просто не могла. Слова сами собой терялись где-то в потоке мыслей и чувств. — Не обижайся, просто я терпеть не могу этот день, — сказал Драко, поднимаясь. Из своей сумки парень, достал бутылку медовухи и наколдовав себе стакан он, переместился на диван, который только что материализовался у камина. Полумна так ничего и не ответила, поэтому Драко продолжил. — Тебе не кажется, что праздник слегка переоценен? Любовь, настоящие чувства и все такое. — Любовь, само по себе чувство прекрасное, — ответила Луна. — Например, мои родители любили друг друга, а я люблю их. Так почему я должна считать любовь переоцененным чувством? — Ну раз твои родители «любили», а не «любят», значит, они все же расстались, а если люди расстаются, то в чем смысл? — с интересом, спросил ее Драко. — Моя мама умерла, вообще-то, — просто ответила девушка. Драко с сожалением посмотрел на собеседницу, ему было слегка стыдно. — Хочешь? — спросил он ее, указывая на бутылку алкоголя. Блондинка покачала головой. — Я думаю, тебе стоит смотреть на вещи более оптимистично, Драко. День святого Валентина вполне веселый праздник, а просто кого-то любить весьма здорово. — Ты очень добрая, Луна, — с интересом оглядев блондинку, сказал Драко. — И однажды это может обернуться против тебя. — Посмотрим, — пожав плечами, ответила Луна.

End Flashback

Тем временем часы наконец пробили двенадцать раз, оповещая собравшихся в выручай — комнате о конце уже поднадоевшего дня.

***

14 февраля 16:00.

Фред и Джордж решили сегодня не идти на дополнительные занятия по магловедению и прорицаниям, настроение у обоих было, как ни странно, паршивое. Ли Джордан, что обычно всегда находился в компании близнецов хоть и поддержал ребят в прогуле уроков, но все же променял их компанию на Анджелину Джонсон. Джордж — вот уже две недели встречается с Кэти Белл, и по идее не должен был торчать с братом близнецом в день Валентина, но судьба распорядилась иначе. Кэти покинула школу три дня назад, так как ее старший брат — Марк, был срочно доставлен в больницу св. Мунго. Что с ним случилось, естественно, было огромной тайной, но, по слухам, он участвовал в какой-то заварушке между аврорами и Пожирателями. Так что Джордж смиренно ожидал возвращения своей девушки, довольствуясь лишь перепиской с ней и хорошей новостью о том, что ее брат жив и уже пришел в себя. Фред вот уже десять дней совершенно не понимает, что происходит. Девушка, что ответила ему на поцелуй и так нежно держала за руку, просто-напросто его избегает. При каждой их спонтанной встрече она вспоминает о каких-то несуществующих делах, отработках, больного кота (которого у нее в принципе нет). И она совершенно не дает возможности сказать Фреду хоть слово. Первые пять дней Уизли постоянно искал встречи с ней, но после стольких провальных попыток поговорить, он просто опустил руки. Это было невыносимо и раздражающе. Тем более, если Лионика Блэк что-то вбила в свою маленькую головку, то, вероятнее всего, это уже ничем не исправить. Разве что она сама одумается и предпримет хоть что-то (нет). И вот сейчас, в день всех влюбленных Фред и Джордж сидят в своей комнате, читают какие-то дурацкие бабские откровения, что получили сегодня с утра, поедая подаренный им шоколад. Самый, черт возьми, странный Валентинов день в их жизнях. Другого слова не найти. — Фордж, если я съем еще хоть один кусок шоколада, то помини мое слово, меня стошнит! Фред расположился на широком подоконнике, что находился рядом с его кроватью, а Джордж лежал на кровати Ли, свисая головой вниз. — Так не ешь, — иронично, сказал Джордж. — Не говори глупостей, я должен съесть все это сегодня, — упорно, заявил Фред, закидывая в рот новый кусок шоколада. Джордж осторожно перевернулся на живот и уставился на брата то ли с негодованием, то ли с нарастающим интересом. — И зачем же? — Как зачем? — изумленно переспросил его Фред. — Для того чтобы ощутить дух дня все влюбленных, конечно. Закатывая глаза, Джордж, наконец, поднялся с кровати и подойдя к брату, отобрал у того оставшиеся шоколадки. — Ты прекрасно знаешь, что сладости не олицетворяют Валентинов день, Фредди. А теперь будь умницей, и выговорись уже мне, наконец-то. Фред с наигранным возмущением сложил руки на груди и хмыкнул. — Отбирать конфеты у ребенка, между прочим равняется аваде в спину, — обиженно сказал он. — Да, Дред, ты у нас самый что не наесть ребенок, — насмешливо, подтвердил Джордж. — Да потому что бесит! — неожиданно воскликнул он. — Мерлин, чувак, забирай свой шоколад, только если тебя и впрямь стошнит, убирать будешь сам, — воодушевленно, заявил Джордж. Фред спрыгнул с подоконника и молча проделал пару кругов около своей кровати. — Осторожно работа мозга, — весело добавил он, когда по прошествии десяти минут, Фредерик так ничего и не сказал. — Ну что мне в самом деле, выкрасть Блэк из ее же собственной гостиной? — вдруг выпалил Фред. Джордж усмехнулся. — А я то думал, когда же тебя уже прорвет! — О, радуйся пока можешь, братишка, — деловито, отозвался парень, что-то запихивая в свою полку. — Ты напоминаешь мне Рона, в последнее время, знаешь? — сказал Джордж, многозначительно поведя бровью. — Просто иди и найди ее. Хватит уже ждать того, что она сама придет. Зная Лионику, если это и случится, то не раньше следующего рождества. — Как ты меня раздражаешь, знаешь? — передразнил брата, Фред и вышел из комнаты. — Это потому что я, как всегда, прав! — крикнул брату вслед Джордж.

***

Просидев в библиотеке около трех часов, Лионика вдруг осознала, что все эти прятки полное дерьмо. Сегодня, в день всех влюбленных библиотека конкретно так пустовала. Тут не было ни одной живой души, кроме самой Ли, ну и мадам Пинс, которую слизеринка решила не брать в счет (так уж эта женщина была привязана к этой кишащей пылью комнате). Хотя за последний месяц Блэк и сама так пристрастилась к посиделкам в библиотеке, что это уже начало несколько пугать ее. Еще немного и она рисковала превратиться в какую-нибудь скучную зубрилку или типа того. Обратная сторона Грейнджер или там еще один прототип Перси Уизли. В общем, хорошенько выругавшись и оттолкнув от себя учебник по трансфигурации, Лионика поднялась с уже насиженного места. Урчащий еще с утра живот убедил девушку направиться на кухню, раз уже Большой зал сегодня был для нее нежелательным местом посещения. На кухне никто не станет бесить ее тупыми поздравлениями и уж точно не будет кидать в нее злобных взглядов. Долго не гадая, Ли выбрала один из тайных коридоров школы, что начинался за библиотекой и заканчивался как раз в том крыле подземелья, где находилась кухня. Картина, что является входом в кухню, для большинства студентов Хогвартса просто обычная картина. Каждый день мимо нее проходят как минимум две сотни разных ребят, и никто из них даже не представляет какая работа кипит за этой самой картиной. Несколько десятков домовых эльфов трудятся днями и ночами, чтобы каждый студент и преподаватель Хогвартса остался сытым и довольным. Ли осторожно повернула возникшую на картине ручку и прошла в низенький проем, ведущий в кухню. В тот же миг девушку окружили разнообразные эльфы. Старые, молодые и совсем еще юные, видно, новички. — Добро пожаловать! — в один голос, поздоровались они. Лионика улыбаясь поприветствовала уже известных ей домовиков и отыскав глазами Добби, попросила того принести ей чего-нибудь вкусного. Когда все домовики таки решили заняться своими делами, а их было много, так как ужин должен был начаться уже через три часа, дверь снова отворилась. — Добро пожаловать! — снова пропищали эльфы. Ли увлекшаяся своей порцией пирога с ягодами, не сразу сопоставила что к чему, поэтому обернулась только тогда, когда рядом с ней присел тот кого она совершенно не планировала видеть, по крайней мере, сегодня. — Здрасте, барышня, — отчеканил Фред. — Надеюсь не помешаю вашему скромному застолью. Блэк так и замерла с открытым ртом, глядя на объект своих заскоков. — Что… Что ты здесь делаешь? — выкрикнула она, спустя минуту. — Пришел отведать местной стряпни, конечно, — безмятежно, ответил Фред. — Очень смешно, Уизли, — закатывая глаза, выпалила Ли. Тем временем Добби принес Фреду два сэндвича и тыквенный сок. — Серьезно! — начал парень, одновременно благодарственно кивая домовику. — Я искал тебя повсюду, но облазив все места, где ты обычно бываешь, сдался. Думаю, пойду, поем, а тут ты. Сама судьба свела нас, — иронично подметил Фред, заканчивая. Лионика смерила гриффиндорца недоверчивым взглядом и ответила: — Не сваливай на судьбу счастливый случай. — Отлично, ты тоже считаешь это удачей, — подметил Фред, откинувшись на спинку стула. — Я ухожу, — бросила парню слизеринка и проследовала вон из кухни. Уизли бросился следом и поймал ее за первым же поворотом. — Ну хватит, Лио. Давай поговорим! Ты не сможешь избегать меня вечность, — устало протянул Фред, хватая девушку за руку. — Если ты так полагаешь, значит ты плохо осведомлен о моих способностях, Фредерик Уизли, — с легкой надменностью и присущим всем Блэкам высокомерием, процедила она. Парень покачал головой. — Какая же ты упрямая! — выпалил он. — Я упрямая? — воскликнула Ли. — Да это ты! Ты упрямый! Слизеринка вытащила свою руку из огромных лап Фреда, но убегать уже никуда не собиралась. Уперев руки в боки, она смотрела «противнику» прямо в глаза. — Неет, это ты упрямая, а по мимо это еще и трусиха! — с азартом, выдал Уизли, незаметно сокращая расстояние между ними. — Трусиха? — оскорбленно, крикнула Блэк. — Я никакая не трусиха! Гриффиндорец цокнул. — А чего тогда бежишь от меня, как ошпаренная? — поинтересовался он. — Только я понять не могу чего именно ты так боишься. Своих чувств ко мне? Или чьего-то неодобрения? А, может, тебе просто плевать? Фред смотрел на слизеринку с напряжением. Он не планировал так заводиться, но все эти вопросы уже так давно не давали ему покоя, что промолчать в такую минуту он просто не мог. Все должно было решиться именно сейчас. — Нет, — тяжело вздохнув, сказала Лионика. — Ответ на все твои вопросы. — Тогда докажи, — проговорил Фред, прямо над ее ухом. Она подняла голову и снова встретилась с его голубыми, как море глазами. Такими светлыми, добрыми, такими полюбившимися глазами. И тогда она решила послать все к черту. К черту эту неопределенность. К черту сомнения. К черту страх. Пусть останется только «здесь» и «сейчас». И тогда она поцеловала его. С такой страстью и жадностью, что Фред на секунду опешил, и в тот же миг голову его затуманило. Он крепко обнимал хрупкую талию Лионики, с чувством отвечая на ее поцелуй. Она же, зарылась руками в его растрепанные рыжие волосы, путая их еще больше. Фред неожиданно прижал девушку к стене и только тогда они разорвали поцелуй для того чтобы вдохнуть немного воздуха. — Жарковато, — отрывисто, проговорила Лионика, прижимаясь головой к широкой груди Фреда. — Есть немного, — сипло, ответил он, вовлекая ее в еще один поцелуй.