The same Air

Все ребята не находят себе места — несколько концертов пришлось отменить из-за того, что Тэхен и Юнги заболели. Сначала все было абсолютно нормально, оба парня как и всегда выкладывались на все сто процентов на репетиции, а потом во время прогона одного из танцев Юнги чуть не упал головой вниз со сцены — слава богу, Чимин быстро среагировал, схватив уже полетевшего старшего за талию. Парня сразу же отправили отдохнуть, а стафф принес нашатырь и воды. На и без того бледном лице, вообще жизни как будто не было, только большие синяки под глазами. Все ужасно переживали, но все же это издержки их трудной профессии, так что удивляться особо нечему. Страшно стало, когда перед следующей репетицией, прямо в коридоре в обморок упал Тэхен. И, к большому сожалению всех, его никто не успел поймать, потому что шел он самым последним. Шедший перед ним Чонгук обернулся на грохот позади и тут же подорвался к старшему. — Хен! Эй! — несколько легких прикосновений к побледневшей щеке и, его уже отгоняют подальше, потому что Тэхену нужен воздух. А у младшего сердце чечетку отбивает, когда менеджер, их большой и сильный менеджер, ловко подбирает обмякшее тело с пола и уносит его прочь от ребят, в комнату, где в себя приходит Юнги. Намджун уходит за ними следом, а оставшиеся лишь испугано переглядываются друг с другом. Им дают полчаса на отдых, в который все сидят в комнате, где лежат их больные друзья. Менеджер активно обсуждал по телефону сложившуюся ситуацию с боссом, пока все молча наблюдали то за ним, то за бледными как стенка парнями. Юнги пришел в себя почти сразу же, но его пугающая бледность все еще была на месте, поэтому ему не разрешили вставать с импровизированной кровати из стульев. С Тэхеном же все было хуже. Прошло уже десять минут с его обморока, а он все не приходил в себя. Впервые Чонгуку было настолько страшно. Он еще никогда не видел одно из солнц их группы таким потухшим. Темные тени залегли под его глазами точно так же, как и у Шуги, а смуглая кожа впервые казалась слишком белой для Тэхена. Через пару минут он все же приходит в себя, еле разлепляя глаза и хватаясь за голову — все-таки он ударился головой, когда упал, говорит оказавший первую помощь фельдшер, что всегда присутствует на концерте. У Ви глаза стеклянные, он плохо понимает, где он и, что происходит. Намджун присаживается рядом с ним и берет его ладонь в свою, второй теребя его волосы на макушке. — Ты нас всех напугал, малыш, — от его голоса всем вдруг становится немного легче и теплее. Лидер всегда ведет себя так с младшими, словно они его дети, но к Ви отношение у него было совсем другое, но видел это только Чонгук, потому что тоже это самое «особенное» отношение к самому младшему хену испытывал. Закончив разговор, менеджер сообщает, что заболевших сейчас же отправляют в больницу для полного осмотра, а остальные должны продолжать подготовку к концерту, на котором они выступят впятером. Впервые. У всех тоскливое и неприятное ощущение пустоты, когда парни стоят на сцене и просят у фанатов прощения, что случилось такое событие, кто-то не выдерживает напряжения и начинает плакать, а кто-то проклинать, за в пустую потраченные деньги. Чонгуку откровенно наплевать сейчас на все. Все его мысли далеко отсюда, в той больнице, куда увезли его друзей. Куда увезли Тэхена. Они исполняют несколько песен и уходят расстроенные со сцены. На Чимине так вообще, нет ни лица, ни эмоций, парень словно растворился в слезных криках фанатов и собственных переживаниях. — С ними все будет хорошо, — Джин приободряюще обнимает мальчишку, нашептывая что-то на ухо, от чего Чимин совсем раскисает, крепко обнимая хена и тихо всхлипывая. — Не держи в себе, — старший гладит его по спине, успокаивая. — Все будет хорошо, Чимини. У Чонгука от этой картины поджилки трясутся, они так редко дают волю эмоциям, дают волю слезам, когда остаются наедине с самими собой, но никогда вот так, при других участниках. На улице начинается гроза, когда парни выходят на парковку перед стадионом, где сорвался их концерт. Менеджер увозит своих детей в отель и, убедившись, что все разошлись по своим номерам, уезжает в больницу к Юнги и Тэхену. Врач через переводчика объясняет, что парням сейчас делают необходимые анализы и, скорее всего, это простое недомогание. Менеджеру на мгновение становится легче. Он заходит к ним в палату, где у Шуги как раз брали кровь из вены, а Тэхен лежал на своей койке с закрытыми глазами, с капельницей в руке. — Что ему капают? — Не переживайте, это обычные витамины, для восстановления, — уверяет медсестра на ломаном корейском, тихо перешептываясь со своей коллегой о чем-то своем. Юнги обеспокоенно поглядывал на бледного Тэхена, совершенно не обращая внимания на то, что с ним самим делают медсестры. Пока они ехали в больницу, младший снова отключился, упав головой на худое плечо Мина. Юнги тогда лишь Бога молил, чтобы с этим инопланетянином все было хорошо. Поэтому сейчас глаз с него не сводил. Входит очередной врач и объявляет о следующей процедуре, на которую увозят только Тэтэ. Шуга обеспокоенно смотрит по сторонам, то на медсестер, то на менеджера, ничего не понимая. Его знания японского все еще оставляют желать лучшего, а тут какие-то медицинские термины. — Его увезли на томографию головного мозга, — говорит менеджер и покидает палату, набирая номер директора, что приказал держать в курсе всего, что сейчас происходит с его ребятишками. Юнги изо всех сил старается не грузиться, но беспокойство о Тэхене не дает ему нормально мыслить. Спустя несколько долгих минут ему звонит обеспокоенная мама, и сын ее успокаивает, говорит, что все в порядке, что это просто от усталости, а та нехотя верит. Он кладет трубку тогда, когда дверь палаты распахивается и в нее ввозят такого же бледного младшего. Юнги замечает, что ему стало хуже. Он без сознания. — Что с ним? — не выдерживает Шуга. В палату заходит менеджер и просит подождать еще немного, пока придут окончательные результаты, а затем, и самого Юнги увозят на томографию. Все проходит нормально, без каких-либо последствий, и, когда он возвращается обратно, Тэхен уже играет в игрушку на своем телефоне. Менеджер просит всех покинуть палату и остается с парнями наедине. — Вы нас очень сильно напугали, — начинает он. — Вас обследовали, и врачи подтвердили мои догадки на счет сильного переутомления, — мужчина как-то странно косится на все еще играющего Тэхена, который слушал лишь в пол уха. — Я созвонился с директором и он дал добро на ваше возвращение домой, — Юнги удивленно смотрит на менеджера, и даже Ким ставит игру на паузу. — Как это домой? У нас же концерты. — Все ваши ближайшие выступления в скорейшем порядке отменены, Вы оба немедленно вылетаете в Сеул, — Мин пытается возразить, но ему не дают и слова вставить. — Обсуждению не подлежит, — строго говорит мужчина. — Все уже решено, через три часа у вас самолет, оттуда вас заберут и отвезут в нашу клинику, где вы обычно проходите осмотры. Мы должны еще раз все проверить. — А остальные? — голос Ви хрипит от долгого молчания, из-за чего у Юнги мелкие мурашки проходят. Что-то здесь не так. — Они улетят завтра днем вместе со мной, — мужчина вздыхает. — Собирайтесь, я отвезу вас в аэропорт. — А как же наши вещи? — Они все в машине, если что-то забыли, скажите ребятам, они захватят, — парням ничего не остается, кроме как послушаться менеджера, поэтому они медленно поднимаются, одеваются и выходят из палаты. Тэхена все еще мутит, он идет качаясь из стороны в сторону, словно пьяный, Юнги вовремя замечает и подставляет свое плечо, чтобы этот ребенок мог опереться и не свалиться снова на пол. В кармане вибрирует телефон. Намджун. — Ну, как там у вас дела, бро? — на фоне слышны переговаривающиеся парни. Все ждут результатов. — Намджун, мы едем в аэропорт, — твердо отзывается Шуга. Они садятся в машину и та трогается с места. Тэхен перелазит на дальний ряд и ложится на сидения, повернувшись к водителю спиной. Юнги не сводит с парня глаз, сидя в пол оборота на одиночном сидении у окна. — В смысле? Не понял, — не смотря на огромный IQ, в форс-мажорных ситуациях этот парень мог тупить, словно баран перед новыми воротами. — Че не ясно то, мы домой с Тэ возвращаемся. Вы завтра за нами следом, — бесится Юнги. Тэхен переворачивается на другой бок, показывая свое бледное лицо старшему. Вечер и свет фонарей делает его еще белее и болезненней, от чего у Мина поджилки стынут, хоть бы не было ничего серьезного. — Хен отвезет нас и вернется к вам, все расскажет, — на том конце провода наступила тишина. Кажется, Намджун вышел из номера в коридор. — Так, хорошо, а теперь говори, как есть, — вздыхает парень. — Я один. — С Тэхеном не все в порядке, — быстро говорит Юнги. — Я жопой чую, что мы из-за него возвращаемся, но мне ничего не говорят конкретного, — на том конце слышен тяжелый вздох лидера. — Обязательно спроси у хена, что с ним. Он еще несколько раз отключался, Джун. — Как он сейчас? — обеспокоено интересуется Ким, не замечая, что позади него кто-то стоит. — Он либо спит, либо снова без сознания, — Намджун слышит в трубке шуршание и какое-то движение. Юнги перелазит через сидения, поближе к Тэхену. — У него жар, Джун, — коротко отвечает Мин. Он трогает взмокший лоб одногруппника, подтверждая свои слова. Из кармана он достает пачку сухих салфеток и, достав парочку, промокает лоб младшего, что вообще никак на него не реагирует. — Намджун, я перезвоню, — кидает он резко в трубку и отключается. У лидера сердце от волнения в бешеном ритме бьется. Раздражает беспомощность и полное отсутствие информации, это бесит до ужаса. — Что с Тэтэ? — Намджун вздрагивает от неожиданности, поворачивается на голос, видя перед собой такого же нервничающего макне. Он хрустит костяшками пальцев от волнения, кусая собственные губы. — Пока ничего не известно, Гуки, — он подходит ближе и хлопает парня по плечу. — Скоро хен приедет и расскажет все, — он не хочет делать голословных заявлений, предпочитая пока умолчать о состоянии Ви. Джун хочет зайти в номер, но его останавливает рука Чонгука, мертвой хваткой вцепившаяся в его руку. — Что с Тэхеном, хен? — повторяет он грозно свой вопрос, на что Намджун лишь хмыкает. Он одним движением отдирает от себя руку младшего. — Не смей на меня рычать, мелкий, — на лице лидера полнейшее спокойствие, но по глазам видно, его держат лишь нормы приличия и занимаемый статус от того, чтобы не показать младшему, где чье место. Он заходит в номер и на него налетают остальные мемберы с расспросами. Намджун рассказывает совсем немного, что парней отправляют сейчас домой, что с Юнги и Тэхеном все в порядке, но для достоверности их еще и дома будут обследовать. Чимину немного становится легче, он тяжело оседает на кровать, доставая телефон, набирая Юнги сообщение и откинувшись на подушки, засыпает беспокойным сном. Джин с Хосоком еще какое-то время сидят и обсуждают что-то с лидером, пока раздраженный Чонгук крутит в руках свой мобильник. Он успел расслышать, что Тэхен без сознания, значит писать или звонить ему нет смысла, а Юнги-хен ему ничего не расскажет. Макне оглядывает номер взглядом побитой собаки, ему не к кому обратиться. Через несколько часов менеджер возвращается и уводит с собой Джина вместе с Намджуном в свой номер, откуда те возвращаются только спустя еще час. Чимин уже заметно успокоился, перед отлетом парней он успел немного поговорить с Шугой по телефону, пока им не объявили посадку. Хосок читал новости, официальные заявления выложенные на фанкафе компанией о том, что Юнги и Тэ проходят обследование, но с ними все абсолютно точно все хорошо и ничего серьезного. Чонгук смотрит на всех них и не может места себе найти. Джин и Намджун заходят в номер и собирают всех на одной из кроватей. — Им сделали анализы, — начинает Джун. — Подтвердилось переутомление и сильная усталость. Юнги пройдет еще несколько обследований дома и на днях вернется к нам, — все трое облегченно улыбаются, Чимин так вообще сиять практически начинает. — А Тэхен? — интересуется Хосок. Джин и Намджун переглядываются. — У него нашли какие-то осложнения на нервной почве, — продолжает вещать лидер. — Возможно, это из-за того, что он головой ударился, когда упал на стадионе, — он поджимает губы и опускает взгляд в пол, не решаясь продолжать. — Дома его тоже будут обследовать, — подхватывает самый старший. — Предположительно у него сотрясение. — Юнги сказал, что он еще несколько раз сознание терял, — в комнате повисает тяжелая тишина. — Что еще? — в нетерпении спрашивает Чонгук, что всю простынь уже измял в своих руках. — От переутомления поднялась температура. В Сеуле их будет встречать машина скорой помощи, — все шокировано слушают, не в силах сказать хоть что-то. — Мы возвращаемся домой завтра, — подытоживает Джин, и они с лидером уходят в свой номер. Хосок, посидев еще немного с младшими, возвращается в номер, где они остановились вместе с Юнги. Чимин и Чонгук молча переглядываются, каждый думая о своем, но почти об одном и том же. Почему никто не успел поймать Тэхена? — Хен, можно я с тобой переночую? — Чонгук забирается на кровать Тэхена и укрывается его одеялом по самые уши. — Конечно, Гуки, — вздыхает Пак и сам ложится на кровать, кутаясь и выключая прикроватную лампу. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — говорит Чонгук в ответ и не может заснуть всю ночь. Запах Тэхена заставлял воспаленный мозг работать еще активнее, показывая не приятные сны, а ужасные кошмары, в которых их остается лишь шестеро. За окном раздаются первые раскаты грома.