Сжигая мосты

      — Кинь мне скотч, — кричит Трис в другой конец своей комнаты, где Кристина сейчас складывает её одежду.       Её соседка игриво скалится, перед тем как метнуть в неё упаковочную ленту со всей силы. Трис рефлекторно нагибается, позволяя мотку врезаться в стену позади неё.       — Эй, тебе придётся возмещать убытки, если там что-то есть! — жалуется Кристина.       Трис только закатывает глаза.       — Ха-ха.       Но затем она проводит рукой по стене, дважды проверив, что на ней нет следов и вмятин. К счастью, нет.       — Так что же ты сказала? — спрашивает она по прошествии минуты.       Кристина болтала последний месяц о том, стоит ли ей спрашивать у своего парня про переезд, вместо того чтобы искать новую девушку-соседку.       За все годы, что Трис знала свою лучшую подругу, она может пересчитать по пальцам, сколько раз она видела уклончивое выражение на её лице, и сейчас тот самый случай.       — Я ещё не спрашивала, — признается Кристина неохотно, глядя на платье, которое она складывает.        Трис вздыхает.       — И ты до сих пор не выложила объявление о комнате? — Ей отвечают молчанием. — Кристина, ты не можешь себе позволить жить здесь одной, и я правда переезжаю, ты же знаешь. Ты должна действовать.       — Знаю, знаю. — Брюнетка кряхтя падает на кровать, платье у нее на коленях. — Но что, если он не готов? Я о том, что мы встречаемся только шесть месяцев. Что, если он думает, что ещё слишком рано, и я вот так оттолкну его, когда вынесу все на обсуждение?       Трис кивает, понимая; подходит и садится рядом с подругой.       — Но если ты сдашь комнату, придётся ждать как минимум год, чтобы снова выпал такой шанс. И мне не кажется, что ты хочешь ждать так долго, ведь я права?       — Нет… — Она ложится на спину, смотря на Трис. — Почему у тебя с Тобиасом сложилось всё так мило, а? — Когда Трис смеётся, она добавляет: — Серьёзно, я до последнего надеялась, что вы никогда не будете вместе.       Трис ложится рядом с Кристиной, поворачивая голову, чтобы посмотреть на свою лучшую подругу.       — Удивлена? — Её сожительница медленно улыбается. Но это не отвлекает её от темы.       — Как ты думаешь, он захочет переехать? — шепчет Кристина с редкой уязвимостью в своём голосе.       Миниатюрная девушка на секунду закусывает губу, не желая лишать Кристину решимости. Но затем она кивает.       — Да, скорее всего.       — Может, ты спросишь у него? Исподтишка?       Трис смеётся в ответ.       — Теперь мы возвращаемся в среднюю школу? — И продолжает высоким певучим голосом: — Дженни сказала, что Джон сказал, что ты типа нравишься Адаму.       Кристина толкает её в плечо, улыбаясь.       — Я прошу о Уилле, а не Адаме. — Она отворачивается и смотрит в потолок, качая головой с наигранной грустью. — Ты никогда не слушаешь.       Звук открывания двери в их квартиру отвлекает девушек, и Трис встаёт на ноги, зная, что вернулся её парень, чтобы отнести коробки в грузовик.       — Хочешь, я спрошу у Тобиаса, и мы узнаем его мнение? — она дразнит свою сожительницу, пятясь к выходу из комнаты и ехидно ухмыляясь.       Глаза Кристины округляются.       — Ты не посмеешь! — И в другой ситуации она была бы права, так как Трис из них двоих более сдержанная. Но Кристина, безусловно, нуждается в толчке для принятия мер.       — То-би-ас, — зовёт Трис громко, ускоряя бег, когда подруга мчится за ней, вереща и протестуя, — как думаешь, Уилл захочет переехать сюда?       Кристина ловит её в дверях, пытаясь остановить, но по инерции движущихся тел они попадают в узкий коридор из гостиной, смеясь. Они резко прекращают, когда осознают, что Тобиас не один.       — О чёрт… — бормочет Трис, её глаза скачут между Итоном и парнем Кристины. Выражение лица Уилла долгое мгновение невозможно прочитать, когда его взгляд мечется от Трис к Кристине, которая издаёт какой-то странный пищащий звук; такими широко распахнутыми глаза у своей подруги Трис никогда раньше не видела.       — Гм, — он, наконец, отвечает; его голос не так спокоен, как обычно, — по сути, я бы с удовольствием. — Он смотрит на свою девушку. — Если это действительно то, чего ты хочешь.       Кристине требуется всего пара секунд, чтобы выпутаться из Трис и пересечь комнату, прыгая на Уилла. Он с радостью ловит её, кружась с ней, как обычно делают влюблённые парочки в мелодрамах.       Недолгое время Трис и Тобиас наблюдают за ними, прежде чем Итон небрежно обходит их, берёт Трис за руку и уводит в комнату. <tan>— Ты понимаешь, что тебе теперь ни за что не удастся вернуться обратно, да? — спрашивает он с ухмылкой.       — Да, — качает она головой ошеломлённо. — Кто знал, что мой трюк средней школы сработает?

***

      Кошки определённо не любят движущийся процесс. Возможно, это напоминает им их собственную поездку из Бостона в Чикаго или, возможно, их просто беспокоит наплыв незнакомцев и частые громкие глухие звуки, но в любом случае Трис в итоге сидит в ванной комнате с ними взаперти полчаса во время наибольшей активности, пытаясь их успокоить. Она никогда не слышала таких жалких нытиков.       Во многом из сочувствия к бедным кошкам, их друзья немедленно уходят после того, как последняя коробка оказывается внутри, согласившись прийти на ужин в другой день, вместо того чтобы отпраздновать пиццей сейчас. В результате чего Трис и Тобиас остаются одни в квартире, смотря на накопленные пожитки Трис и то, как Марвел опасливо обнюхивает каждую коробку. ДС тем временем лезет под диван, его огорчённое мяуканье эхом отдаётся от деревянного сооружения.       — Думаю, что пока лучше не переставлять мебель, — комментирует Трис после ещё одного жалобного вопля из-под дивана.       Тобиас виновато кивает.       — Может быть, через несколько недель, — предлагает он, но Трис не беспокоится об этом. Нынешнее расположение её вполне устраивает, несмотря на то, что её шкаф немного дальше от ванной, чем было бы идеально. — Наверное, нам стоит распаковать все по минимуму сейчас, во избежание большего шума.       — Да. — Марвел начинает мяукать, поддерживая своего друга, и Трис улыбается уголками губ на их душераздирающий хор. Она пытается подавить смех, который неминуемо желает выскользнуть из её рта, зная, что это не смешно, но, Боже, — звуки, которые они издают…       — Нужно было взять успокоительное у ветеринара, — жалуется Тобиас на какофонию. — Единственное, что удерживало их в тишине, когда я переезжал сюда.       Трис только лишь кивает, забавляясь тем, что изображено на его лице.       — Все в порядке. Я постараюсь думать, что это гостеприимная серенада.       Он ухмыляется, притягивая её к себе и приближаясь к её губам.       — Ну, я рад, что ты здесь.       — Я тоже, — произносит она, целуя его коротко. Её пальцы пробираются вверх по его груди. — И поскольку кошки вынуждают нас прерваться от распаковки коробок, я думаю, мы должны отпраздновать. — Её улыбка становится шире.       Взглянув на диван и слыша мяуканье, исходящее из-под него, он резко взваливает Трис к себе на плечо и несёт, роняя её бесцеремонно на мягкую поверхность. Она хихикает.       — Ты не представляешь, как долго я ждал этого дня, — выдыхает он, когда присоединяется к ней; его пальцы поднимаются вверх на её шею и расстегивают рубашку. — Того дня, когда я займусь с тобой любовью в нашей квартире.       — Разве ты у меня не слишком самоуверенный? — дразнит она его, прокладывая путь под его рубашкой своими руками, наслаждаясь ощущением его мышц под гладкой кожей. Вероятно, он вспотел и испачкался за сегодняшний день, но Тобиас всё равно самый сексуальный мужчина, которого она когда-либо знала. — Может, я хотела отпраздновать ужином.       — М-м-м, серьёзно? — Он снимает с неё рубашку, так же, как и спортивный лифчик, и его язык прослеживает её правый сосок. — Ну, я не прочь поесть. — Опускается вниз, расстегивая пуговицу на её штанах. — В зависимости от того, что в меню.       Она приподнимает свои бёдра, чтобы Тобиас мог спустить её джинсы вниз, вместе с тем сняв её туфли и носки. Прежде чем Трис сможет вернуть должок, он толкает её обратно на диван, его голова скрывается у неё между ног. — Лично я, — добавляет он, находя её наиболее чувствительную область, — начну с десерта.

***

      — О чем ты думаешь, когда занимаешься сексом? — спрашивает Трис из любопытства, когда они затем лежат вместе обнажённые на диване.       — О тебе, — говорит он так, как будто это и ежу понятно, и улыбается ей.       — Нет, более конкретно. Когда ты встречаешься со мной взглядом и с озорством ухмыляешься, что именно ты воображаешь? — Она уверена, что он понял, к чему она клонит, но он медлит с ответом. Закатив глаза, Трис добавляет: — Можешь сказать мне, если думаешь о том, чтобы… перейти к другому проходу или что бы то ни было.       Она смеётся над ним.       — Ладно, справедливости ради, я парень, так что, конечно, не откажусь, но нет, не об этом. — На её нахмуренные брови он вздыхает. — Это покажется романтической слабостью.       — Я ненавижу напоминать тебе это, но женщинам нравится вся эта романтическая кутерьма.       Он встречается с ней взглядом на секунду, прежде чем, кажется, вспоминает про свое обещание всегда быть честным.       — Ладно, — бормочет он, явно чувствуя себя неловко. — Я… представляю тебя с одним небольшим отличием. — Помедлив, он протягивает руку, соединяя свою правую с её левой. Поднося её ко рту, он целует костяшки пальцев, смотря на неё, словно пытается выиграть время. Наконец, он краснеет и выпаливает: — Ты носишь моё обручальное кольцо.       Трис смотрит на него недоумённо, не зная, как реагировать, в течение долгого времени.       — Намного лучше, чем анальный секс, — удаётся ей в итоге проговорить. Она сухо смеётся, и её губы выгибаются вверх, когда девушка добавляет: — Но мне любопытно, с каких пор это вошло в привычку.       — Я не совсем уверен, — признается Тобиас, откинувшись и притягивая её к своей груди. — Полагаю, это было попыткой взять под контроль своё будущее. — Его пальцы бегают по её лежащей на его теле руке. — За всю мою жизнь у меня не было постоянных людей. Очень долго; единственным, кто, казалось, выполнял эту роль, был мой отец, — его голос приобретает нотки твердости. — Всё детство меня не покидало чувство, что я никогда не выберусь из-под его контроля, и даже после того, как я уехал, мне постоянно снились кошмары о нем, ищущем способ добраться до меня. Поэтому я, естественно, приравнивал понимание «всегда» к нему. И все плохие ощущения, которые были с ним.       Он молчит несколько секунд, а затем добавляет:       — В какой-то момент, думаю, я начал мечтать о другом, что может быть постоянным. О деталях, которые могли бы сделать меня счастливым. И эти образы были в моих мыслях.       Трис кладёт свою ладонь на татуировку, которая покрывает его сердце, зная, что он подразумевает чернила и, вероятно, процесс их создания.       — Как давно ты представляешь, Тобиас?       Он ведёт плечом.       — Трудно сказать. Я не понимал полностью, что делал, пока не начал вести дневник сновидений для терапии. А когда пытался вспомнить, то не смог отличить детали. Долгое время, видимо.       Трис кивает, воспринимая его мнение, похожее на её предположения, и спрашивает:       — Ты не представлял это, когда был с другими женщинами?       — Нет, кого-то ещё с кольцом я не представлял. — Ему требуется секунда, чтобы понять, что она не то спрашивала. — О, — румянец ползёт вверх по его лицу. — Ты имеешь в виду, воображал ли я тебя… — Возникает неловкая пауза, когда он добавляет: — Тебе будет лучше или хуже, если я скажу «да»?       — Тобиас… — Но потом она качает головой, понимая, что не в этом направлении она хочет продолжить разговор. Кроме того, она не может претендовать на непричастность, так как все разы воображала его. — Ты знаешь, что… Не бери в голову, — решает она. — Я не лучше.       Судя по тому, как грохочет его грудная клетка, он не против ее признания.       — То есть ты все ещё думаешь, что лучше фантазировать об этом, чем об анальном сексе? — Тобиас лукаво усмехается. — Потому что я уверен, что смогу переключиться на то, что ты предпочитаешь.       Трис смеётся, ударяя его в грудь.       — Да, лучше. — Они находятся в тишине некоторое время, когда она становится более серьёзной. — Ты же понимаешь, что мы движемся в этом направлении, — девушка прочищает горло. — Я не про анальный секс, а про кольцо. Ни на что не надо переключаться.       Его руки обвивают ее бёдра.       — Хорошо, — голос Тобиаса глубок. — Потому что на данный момент это не старое воображение. Я думаю много об этом, с тех пор как мы вместе, и знаю, что это то, чего я хочу.       Трис всматривается в его глаза, не позволяя себе отвести свои.       — Я тоже, но внутри меня есть такая упрямая часть, которая говорит мне, что мы должны подождать. По крайней мере, пока мы не будем вместе так долго, как были в тот раз. — Она водит пальцем по его татуировке, подбирая слова. — И я научилась прислушиваться к этой части, потому что она часто была права. — Трис улыбается. — Она убедила меня дать тебе ещё один шанс.       Глубокие голубые глаза Тобиаса удерживают ее, когда он кивает.       — Я никуда не тороплюсь, Трис. — Его пальцы медленно перемещаются вверх по её спине, когда он обдумывает все, что она сказала. — Постой, значит ли это, что если я спрошу тебя в ноябре, то ты ответишь «да»?       — Эм-м… — Трис закусывает губу, внезапно нервничая. — Я не могу тебе точно ответить, что сделаю. — Но Тобиас теперь широко ухмыляется, очевидно, сделав свои выводы, когда он придвигает ее ближе к себе, поворачиваясь так, что она под ним. — Но я бы сказала, что вероятность есть.       Его взгляд не оставляет ее, когда он нащупывает другой презерватив; пыл Тобиаса заметен в каждой части его тела.       — Мне придётся больше трудиться, Трис, — бормочет он, когда она обнимает его ногами, приглашая его войти.       На этот раз, в то время как он входит и выходит из неё, подводя девушку к высшей точке, Трис не может даже вспомнить, что воображала о кольце на своей левой кисти, когда была с кем-либо ещё. И ей тоже нравится представлять обручальное кольцо на его руке.