Взаимность, Искренность, Доверие

Пришлось вернуться домой. Шерлок в такие моменты всегда ощущал противоположные (но идеально ему подходившие) эмоции: к азарту игры примешивалась ненависть к ожиданию, мозг на скорости света составлял прогнозы будущих действий маньяка, но информации слишком мало, так что список мог продолжаться бесконечно. А Джон утопал в собственном сознании. Он не мог толком объяснить, что он чувствует, понять, почему девушка казалась такой живой? Не-е, пора завязывать с рефлексией и самокопанием. Рядом с Шерлоком лучше действовать, потому что поспевать за Холмсом в мыслительной деятельности не может никто. Решив так, Джон отправился на кухню сделать чаю. Заодно можно составить список недостающих в холодильнике продуктов... Пока он возился на кухне, в квартиру кто-то зашёл. Кто-то очень спокойный и важный, судя по шагам. Таких людей много в Домах. Джона передёрнуло от воспоминаний. Регулярные посещения администрации никогда не приносили ничего хорошего. Ну что, будем играть в идеального раба? Уотсон натянул на лицо кривоватое изображение вежливой радости и вошёл в гостиную, чтобы поприветствовать прибывшего. Рыжий мужчина с зонтом в руках сидел напротив детектива, который в свою очередь схватился за скрипку. Но не успел Джон предложить свои услуги (чай/кофе/полноценный обед/минет), как Шерлок отослал его вниз. -Миссис Хадсон просила помочь ей на кухне, сейчас самое время пойти к ней. Мда, и возразить-то нечего. Маска на лице стала ещё кривее, и доктор молча вышел из квартиры. Оказалось, что миссис Хадсон зазывала к себе "мальчиков", чтобы накормить их пирожками. Её любимый племянничек не смог в этот раз навестить её, а она уже напекла его любимые вкусности. Не пропадать же добру. Когда Джона начало уже тошнить от вкуса черники, двое наверху стали подавать признаки жизни. Уотсон прекрасно знал, что подслушивать - не хорошо и не прилично, но любопытство всё же взяло верх. Джон выпросил у миссис Хадсон стремянку, захватил какой-то стакан и поднялся к потолку под гостиной. -...теперь это не только твоё дело, Шерлок! Следующим он наверняка выберет тебя. Что ты тогда собираешься делать? -Если он правда хотел чьей-то смерти, то нападение было бы удачным. И не сравнивай меня с этой немощной старушенцией, по ошибке носящей фамилию Холмс! Мужчины ещё некоторое время припирались, но потом всё затихло. Джон внимательно вслушивался в малейшие шорохи, но больше никто ничего не говорил. Внезапно дверь распахнулась, и доктор, оступившись, полетел на пол. В проходе стоял Шерлок и его, судя по разговору, родственник. -Очаровательно, Шерлок. Ты до сих пор не научил его аксиомам поведения. Неужели тебе нравится такой хаос? Неизвестный ушёл, самодовольно помахивая зонтом. Джон, привстав, потянулся было потереть ушибленную спину, но, увидев лицо хозяина, замер. Ну всё, Джон. Ты опять влип. Его снова хватают за шкирку и ведут в подвальную квартиру. Дрожь пробегает по телу, но доктор заставляет себя успокоится. Джон был неправ. Джон провинился, а за проступки принято отвечать. Не глядя на ждущего хозяина, Джон разделся донага и вошёл в Ту комнату. Но паника не накрывает его с головой. Нет никакого страха перед ужасающими конструкциями. Как будто он попал в вакуум. Шерлок подводит его к стене, заковывает руки и ноги в кандалы, потом отходит в сторону и что-то тянет... *** Когда Шерлок закрепляет цепи в кольцах, Джон стоит, чуть повиснув на собственных руках, с разведёнными в стороны ногами. Голова опущена с обречённостью идущего на плаху. Сегодня наказывать не хочется. Вещи вокруг кажутся противными. Возможно в другой день он просто бы проигнорировал провинность Джона. Посмеялся бы. Но такое отношение испортит весь эксперимент. Взгляд натыкается на "грушу". Что ж, раз такое дело... Холодом он сегодня пользоваться не будет. И никакой повязки на глазах. Холмс снова надел перчатки. Вынул из очередного ящичка тюбик с любрикантом. Потом передумал и достал льняное масло. Когда он закончил смазывать, с груши уже начало капать. Шерлок подошёл к Джону сзади. Какой он всё-таки красивый. Ему не хочется причинять просто боль. Он должен истекать смазкой, должен скулить, прося о большем. И быть здесь он должен точно не из-за очередного ослушания. Пальцы свободной руки вцепились в ягодицу. Другой рукой он вворачивал уменьшенное орудие пыток в тугое колечко сфинктера. Послышался тихий всхлип. Бедный, не может удержаться. А ведь ему так хочется терпеть наказание с достоинством. Но у тебя ничего не выйдет. Слышишь? Ничего! Одним резким движением он загоняет грушу внутрь. По телу раба проходит дрожь, мышцы запоздало сокращаются, пытаясь свести ноги вместе. После этого раза Джону определённо будет сложнее восстановиться, пусть и наказание не такое изощрённое. Когда он начинает раскрывать "лепестки" внутри Джона, тот еле сдерживает стоны удовольствия. Но это ненадолго. Вскоре он начинает стонать уже от боли, сжимая челюсти, чтобы не перейти на крик. Шерлок точно знает, когда остановиться, чтобы не порвать нежные стенки кишки. Ещё немного и можно заканчивать, но Шерлоку не хочется так оставлять раба. Рука отпускает многострадальную ягодицу и сжимает длинными пальцами почти опавший член. -Шерлок... не надо, - Джон дергается, пытаясь отстраниться от прикосновений. Детективу хватает полсекунды, чтобы понять, в чём дело. Лепестки плавно закрываются, вскоре орудие оказывается вынутым и отброшенным на первую попавшуюся горизонтальную поверхность. Теперь Джон спокойней принимает ласки. Да, так ему идёт больше: наслаждающийся процессом, тянущийся за новыми прикосновениями, дрожащий во время оргазма. Снимая с Джона кандалы, Шерлок думает, что было б, если бы Уотсон был свободным человеком. Согласился бы он жить с ним? Был бы просто другом? -Шерлок... -Мм? Раб прижался всем телом к Холмсу и укусил в плечо - через пиджак, не больно. Шерлок усмехнулся. Дикие звери мстительны. у автора странное чувство, что он какое-то место запорол((((((((