Circulus vitiosus

Они произведут фурор. Драко понял это, как только увидел спускающуюся по лестнице Джинни. Тонкое тело было завернуто в шелковое длинное платье изумрудного цвета со смелым разрезом подола почти до бедра; руки от ключиц и до самой кисти покрывала вязь кружевных рукавов. Огненные волосы девушка собрала в высокий пучок с помощью тонких шпилек, а глаза по-кошачьи подвела угольными линиями (наверное, одолжила подводку у кого-нибудь из подруг, потому что раньше блондин никогда не видел на ее лице косметику). Малфой расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, чтобы не давила на горло, и галантно подал гриффиндорке руку, помогая преодолеть несколько последних ступенек. Оказалось, что платье полностью открывало спину, демонстрируя худые лопатки-крылья. — Ты очень красивая. Выглядишь, как… — Как кто-то твоего круга? — тонкая бровь изогнулась насмешливо. Комментировать фразу слизеринец не стал. Врать, что «мне больше нравится, как ты выглядишь обычно», слишком глупо. Потому что это не так. Да, он влюбился в душу и мозг Уизли, а потрясающие волосы и глаза стали лишь приятным бонусом, но гораздо лучше, когда она подчеркивает свои достоинства, а не прячет их. Джинни неопределенно хмыкнула и, заправив за ухо мешающуюся прядь у лица, взяла парня за локоть. Тот оглянулся в последний раз: это была та самая лестница, где он встречал ее несколько месяцев назад по просьбе Слизнорта. Только тогда рыжая была в старом вытянутом свитере, непотребно отзывалась о его отце и угрожала палочкой. А он пытался придушить ее у стены. Не самые лучшие воспоминания. Драко тряхнул головой, отгоняя их, и потянул девушку в Большой Зал. Царственно представители враждующих факультетов шагнули сквозь распахнутые двери. Все ахнули. Вздох прокатился по помещению, как волна — от одной стены к другой. Кто-то из девочек Гриффиндора присел, чтобы не упасть. Кто-то из Слизерина скривился, будто случайно разжевал лимон. — Джинни… — разъяренно начал Рон, вдруг оказавшись совсем рядом. Он тоже был в новом костюме (наверное, дела в магазине их брата шли хорошо), но простецкое веснушчатое лицо портило всю картину. Тем более, оно стремительно багровело от злости. — Джинни, ты что, серьезно пришла с этим хорьком?! Прежде чем Малфой успел что-то возразить, девушка очаровательно улыбнулась: — А ты думал, я пошутила? Нет. И тебе придется это принять. Рон вытаращил глаза и часто задышал, словно вытащенная на берег рыба. Поттер за его спиной нахмурил и сжал кулаки. А Демельда Робинс из гриффиндорской команды квиддича громко зашептала: — Это же Малфой. Не сходи с ума, Джин. — Кажется, его отец подсунул тебе тот дневник, — отстраненно прощебетала Луна Лавгуд больше спрашивая, чем утверджая. Джинни закатила глаза, а Драко паскудно ухмыльнулся, положив руку рыжей на талию. — С твоим факультетом я уже познакомился, дорогая. — Это было слишком издевательски-сладко. — Теперь твоя очередь. Уизли, словно извиняясь и в то же время с вызовом, посмотрела на брата и отошла к небольшой группке слизеринцев. По дороге она сильно сжала запястье блондина и прошипела: — Еще раз назовешь меня «дорогой», и я заколдую тебя так, что лучший друг не узнает. Драко фыркнул. Они прошли мимо высоких костров: неотъемлемой атрибутики празднования дня Гая Фокса, — фуршетных столов, обеспокоенно переговаривающихся учителей. Все ученики оборачивались вслед, а профессор Люпин и Хагрид с беспокойством смотрели, даже не скрываясь. Но Джинни словно не видела, как сильно они потрясли общественность, а Малфой наслаждался этим. — Эй, отлично обошла меня на последнем матче! Ты и мяч — это просто что-то! — воскликнул Блейз, как только парочка оказалась в досягаемости его голосового диапазона. Он подскочил к Уизли и, улыбаясь широко-широко, поцеловал ее руку. Рыжая покраснела. Наверное, она ожидала насмешки и улюлюканье, а не джентельмена-Забини. Но, к сожалению или счастью, он был таким и, узнав о странном выборе друга и выслушав просьбу вести себя нормально, не задал ни одного вопроса, а только кивнул. — Блейз, я не позволю тебе весь вечер говорить о квиддиче, — сердито выдохнула Дафна. — Сегодня же праздник! — Она, приверженец аккуратного женственного стиля, осмотрела гриффиндорку с ног до головы и явно осталась довольна. Тогда девушка откинула за спину тщательно завитые волосы и протянула вперед узкую ладошку с тонким цепочкой-браслетом. — Я Дафна, приятно познакомиться… заново. Джинни несколько неуверенно пожала прохладные пальцы. «По крайней мере, — подумал Драко, — мои друзья отнеслись к этому адекватнее». Или нет. — Ты серьезно хочешь, чтобы мы общались с… ней?! — в этот же момент возопила Пэнси, с отвращением щурясь. Уизли мгновенно подобралась и ощерилась, готовая выдать ответную тираду, блондин крепко сжал ее пальцы. — С этой… любительницей магглов! С этой… оборванкой! — слова черноволосая выплевывала так, будто это были самые грязные ругательства. — Пэнси, это некрасиво, — укоризненно протянула Гринграсс-младшая, осаживая подругу- соперницу. — Откуда в тебе эта базарность? И Джинни, и Драко уставились на блондинку как на неведомое чудо. По идее она была подозреваемой, но Малфой не хотел спугнуть ее и собирался вести себя как обычно. Лишь бы рыжая не испортила игру: несмотря на свой ум и хитрость, она непредсказуема. Паркинсон хлюпнула горлом, словно подавилась. В ее глазах явно читалась боль предательства и непонимание: все друзья вдруг стали такими любезными к той, с кем враждовали всю учебу. Поэтому, пробормотав что-то нечленораздельное, она предпочла отойти к Нотту, смотрящему на гриффиндорку волком. — Пэнси слишком глубоко вбили в голову мысль о неравенстве волшебников, — свысока объяснила Астория, то ли извиняясь за черноволосую, то ли хвастаясь своими знаниями. Девушка пожала плечами, и волосы — такие же светлые, как у сестры, скользнули по коже. — Но мы рады видеть тебя среди нас. Правда. «Как завернула!» — восхитился Драко, как и всегда, когда Гринграсс-младшая начинала говорить так (она была похожа на взрослую мудрую волшебницу с тщательно выверенной вежливостью). Не успел никто и вздохнуть, Астория коротко обняла Джинни за плечи, обдав всех вокруг карамельно-сладкими духами. Очаровательная улыбка на губах так и не гасла. — Спасибо… наверное, — неуверенно выдавила Уизли, оглядываясь на Драко. Вся ее повседневная бравада улетучилась — будто дым растаял. Конечно, легко злиться и враждовать, а вот изменить отношение — сложно. — Эй, все в порядке, — шепнул парень рыжей на ухо. — Мы, змеи, не такие уж плохие ребята. Тем более, ты со мной, тебя никто не обидит. Гриффиндорка обожгла его взглядом, говорящим о том, что тот, кто попробует ее обидеть, останется без рук. Малфой рассмеялся. *** — Ты уверена, что это хорошая идея? — пробурчал Хагрид, подойдя со спины и тронув девушку за плечо. Джинни испуганно дернулась и обернулась, чтобы тут же попасть в медвежьи объятья великана. За его спиной профессор Стебль во всю отплясывала со Слизнортом. Уизли поправила едва не вылетевшую шпильку и привычно приподняла брови: — Ты о чем? — Хагрид говорит о твоем романе с Драко Малфоем, — услужливо подсказал Люпин, появляясь из темноты с другого бока. — Подумай, Джинни, он все-таки твой главный школьный враг и… — Пожиратель Смерти? — фыркнула гриффиндорка, раздражаясь. — Во-первых, бывший Пожиратель. Во-вторых, никто не говорил о романе. Мы просто пришли вместе на школьные танцы. «А в-третьих, это только мое дело». — Джинни, а что ж твоя матушка-то скажет? — прогудел Хагрид в бороду. Девушка выдохнула. Ну вот. Началось. Истерики Рона она еще могла бы перетерпеть, но когда все вокруг начинают лезть в твою личную жизнь… Хочется вспомнить самые жестокие и сильные заклятия и сжечь Хогвартс дотла вместе со всеми сплетниками. Но вместо этого рыжая через силу выдавила: — Надеюсь, моя матушка просто порадуется за меня. — А вот Джордж, наверное, лишит наследства. Хотя, честно говоря, о знакомстве с родителями и их реакции думать было рано, это Джинни отлично понимала. Да, она влюблена в Драко, да, он признался ей в любви, но… что дальше? С такими разными, но сложными характерами — как долго они продержатся вместе? «Собственно, никто пока еще не говорил о том, что вы вместе», — ехидно пропел внутренний голос. — Послушай, — обеспокоенно начал Римус на правах старшего друга, — может быть, Драко действительно неплохой парень, но не все из Слизерина — хорошие и не все желают тебе добра. Тебе стоит общаться с ними осторожнее. — Я знаю, — нахмурилась Уизли. Но напоминать об осторожности не было смысла: она НЕ могла НЕ быть осторожна, втираясь в доверие к возможной преступнице. Зашуршало тонкое платье, и из темноты выплыла Астория (это было даже жутко, ведь только что говорили фактически о ней), сверкая изящными кольцами. Девушка была одного с Джинни роста, но намного пропорциональнее сложена, и серебристое платье только подчеркнуло ладную фигурку, открывая ровно столько, чтобы дать полет самой смелой фантазии. В который раз за несколько последних дней рыжая удивилась, почему Малфой не влюбился в нее? Она подходила ему идеально по всем параметрам. — Добрый вечер, профессор Люпин. Добрый вечер, профессор Хагрид. Джинни, извини, ты мне не поможешь? Пэнси куда-то пропала, и я не знаю, к кому обратиться, — вздохнула блондинка, нетерпеливо постукивая ножкой. Гриффиндорка не то что бы обрадовалась ей, но уйти от слишком заботливых друзей очень хотелось. К тому же, это был шанс поближе подобраться к Гринграсс. Пробормотав извинения, она приняла протянутую руку. Вместе девушки пересекли Большой Зал. — Увидела, как они тебя зажимают, и решила, что пора помочь, — улыбнулась Астория и добавила, сморщив маленький носик: — Тем более, что-то правда ужасно колется в лифе, никак не могу убрать. Гринграсс ловко лавировала среди учеников, дробно отстукивая каблучками по полу. Джинни словно хвост болталась за ее спиной. — Спасибо, — искренне поблагодарила рыжая. — Никаких проблем. И прости за Пэнси. Она ужасно ревнует. Девушки выскользнули из шумного зала в темный прохладный коридор. Тень окутала их. — Пойми, внимание Драко всегда распределялось поровну между нами двумя, и она действительно собиралась выйти за него замуж. А тут появилась ты и… — блондинка пожала плечами, выпуская запястье гриффиндорки. — И ты очень дорога ему. Иначе он бы не пожертвовал честью семьи. Уизли смутилась. Последняя фраза звучала немного по-снобски, но в целом слышать такой отзыв было приятно. Астория вообще казалась очень милой девочкой, и версия о ее причастности становилась все более безумной. — А ты разве не собиралась стать миссис Малфой? — вспомнила Джинни. Но слизеринка негромко рассмеялась. — Я? Нет. Мы с Драко просто хорошие друзья. «Которые зажимаются в каждом углу», — больно кольнуло внутри. Кажется, это называется дружба с расширенными привилегиями? Они поднялись по лестнице и теперь все больше удалялись от веселья других учеников, света вокруг становилось все меньше. Рыжая начала было волноваться, но вспомнила, что в ее жилах течет чистая волшебная кровь. Так что вряд ли ей грозит опасность. Наконец Астория остановилась в темном углу, скрытом от окон и картин, и повернулась к Джинни спиной. — Посмотри, может, там булавка воткнулась? Уизли честно провела ладонью по гладкой блестящей ткани, при этом светлые длинные пряди, завитые в крупные локоны, щекотали нос и нестерпимо пахли чем-то приторно-цветочным. — Мне кажется, тут ничего нет. Гринграсс издала тихий странноватый смешок и развернулась. В ее светлых глазах горел зловещий огонек, тонкие пальцы недвусмысленно держали палочку, направляя кончик точно в грудь Джинни. — Астория? — Такая наивная, малышка Джинни, — протянула блондинка, манерно растягивая слова. — Может быть, именно это в тебе и нравится Драко? Если нет, то ума не приложу — что. Может, ты его заколдовала? Рыжая зашарила по бокам в поисках своей палочки, но была остановлена громким окриком. — Не вздумай! Сегодня тебе не понадобится палочка. Уизли огляделась вокруг в поисках путей отступления и поняла, что ее — как зверя — загнали на второй этаж, прямо к запертому туалету девочек с Плаксой МИртл. Вихрем в голове пронеслись детские воспоминания — капли петушиной крови, исчезающие в бумаге чернильные строчки, красавец Том Риддл. — Это ты накладываешь заклятия на учеников? — хрипло и прямо спросила гриффиндорка. Хватит игр. Гринграсс склонила головку к плечу. — Нашла в старом гримуаре тети Драко, Беллатрисы, — кивнула она. — Жаль, пока не могу расшифровать, как убивать грязнокровок. Приходится вводить в кому. — Но это черная магия. Итак, они были правы — она была права. Девочка-цветочек нападает на ребят. Преступник найден, расследование окончено. Вот только особой радости Джинни не почувствовала. Наверное, потому что Астория подошла к ней совсем вплотную, а палочка уперлась в горло. Блондинка больше не была похожа на доброжелательную подругу: губы изогнулись в неприятной усмешке, волосы растрепались, покраснела кожа. — Чернее, чем ночь, — подтвердила она. И посмотрела на часы со скучающим видом. — Хотела сегодня заколдовать тех маггловских близняшек, но ты спутала мне все планы. Что ж, придется все переиграть. Следом она сказала что-то на незнакомом языке, и мир стремительно начал темнеть. «Многовато обмороков для двух недель, — успела подумать Джинни, а внутренний голос с обидой напомнил: - Но я же чистокровная!».