It is (not) an ordinary life

       Парень, не спеша, шел по каменистой дороге. Над лесом, сквозь который он шел, сгущались сумерки. А ведь ещё так недавно было совсем светло. Чертовщина какая-то творится. Именно так и думал, ступающий по неровной и извилистой дороге, молодой человек. Страх постепенно подступал комом к горлу, пробирался холодом по спине и покалывал кончики пальцев невидимыми иголочками. Кому-кому, а Сокджину грех не знать, ЧТО таится во тьме. Его отец священник, экзорцист. Вернее, был. И мать, она тоже была. Она была прекрасным экзорцистом, она укрощала демонов и помогала людям. Но, как же жестоки эти твари. Да, ее убил собственный фамильяр. Демоны не любят, когда ими командуют. Стоит вере хозяина пошатнуться, как они тут же пользуются шансом и большая часть освобождается. Не повезло и госпоже Ким. Это было после очередного совместного задания с мужем, они поссорились, да. Несмотря на то, что это женщина, она смогла укротить Аластора. Довольно сильный демон, но после всякого сражения ее стоило нести на носилках и в срочном порядке залечивать раны. Призыв духа забирал силы, кровопотеря уже стала для этой женщины обычным делом. Этот демон особенно не любил, когда им помыкали. Он главный палач Преисподней. И вот, при первой же возможности, когда ссора с мужем пошатнула силу духа укротителя, он высвободился и, по рассказам отца, утащил ее в Ад на вечные муки. Но и отец Джина не прожил долгую жизнь. Однажды, когда его сын был совсем маленьким, старый священник, как всегда был в храме, оставляя малолетнего сына на старую соседку, что уже ненавидела малыша всем сердцем и желала ему смерти. Синяя ночь. Эти два слова залегли в памяти десятков людей. Именно в эту ночь Люцифер расправился почти со всеми наилучшими экзорцистами. Тогда не выжил никто. Отец не учил Сокджина ничему, он хотел оградить сына от этого жестокого мира, но всё же несколько мелочей всегда отличали его от других. Парень молился каждую ночь, везде носил с собой небольшую емкость со святой водой, на шее всегда был серебряный крестик. Вначале Ким и правда хотел отомстить за отца, за невинных людей, но синее пламя больше нигде не проявило себя. Он хотел хорошенько отметелить Сатану, дать понять, что люди не тот скот, которым все его считали и считают сейчас. Но убить императора Люцифера невозможно. Какая ирония, да? Но Сокджин, бедный, запуганный ребенок, верил, что выход есть. Он всем сердцем хотел отомстить убийце своих родителей. Парень перечитал все придания, не было ни одного гримуара, что он бы не изучил. Единственное, что он узнал, так это то, что есть такой меч, что сможет убить императора Преисподней, но даже он пропал давным давно. Джину остается только смириться со своей судьбой ни на что не годного скота. Хочется упасть на колени от бессилия, но парень держится, лишь покрепче перехватывает довольно большой рюкзак в своих руках. В кустах справа что-то хрустит, то ли ветка, то ли человеческая кость, Сокджин невольно вздрагивает и останавливается посреди дороги, вглядываясь во мрак леса, ведь уже ночь. Шорох раздался совсем близко от него и Джин невольно отступил назад на два неуверенных шага. Рука невольно опустилась во внутренний карман пальто, где был спасительно теплый флакон со святой водой. Парень сам не замечал, что просто тупо пялится в темноту и стремительно отходит назад, но натыкается на чью-то теплую грудь. Где-то вдалеке слышится душераздирающий вой и ржание лошадей, только оно какое-то странное, неестественное. Незнакомец смотрит почему-то вверх и чуть скалясь, тихо произносит:  — Намджун приехал. Он в своем репертуаре.  — И-извините, но кто вы? — задал главный вопрос Джин, чуть обернувшись и стремительно отходя от незнакомого парня на два шага.  — Я Хосок. А ты… ты человек? — светящиеся зеленые глаза Хоупа немного округлились от удивления. Однако ж, не часто к ним так далеко забредал человек. — Куда идешь? Заблудился? Сокджин сильнее сжал в руке ручки сумки и опустил вторую руку, пусть его и насторожил вопрос о его расе, но нельзя было показаться незнакомцу не вежливым.  — Не подскажите, есть ли здесь Северная Академия? Я, да, наверное, заблудился. — Джин невольно опустил голову и разглядывал камешки на дороге.  — Ты идешь, как раз, правильно. Сегодня приезжают все студенты. Ты новенький, да? — Хосок улыбается и парню открывается вид на заостренные клыки, полностью открытый торс, а каштановые, с зеленым отливом, волосы создают причудливый вихрь.  — Почему она именно здесь, в таком жутком месте? — Сокджин оглянулся на страшные темные тени леса и невольно поежился. Кругом колючий кустарник и высоченные деревья, что ещё чуть-чуть и пробьют небо своими верхушками. Парень переводит взгляд на Хосока и немного краснеет. — И почему ты раздетый? - Что? Ах, это… Просто беспокойная ночка, вот и ходил прогуляться. Лунатик ведь. — пожал плечами Хоуп и не спеша пошел за Джином. — Это ведь такая далёкая Академия. Почему именно сюда? — начал в ответ задавать вопросы парень. Вероятно, странно, что он гуляет ночью так далеко от главного здания, да еще и один. Но это был не простой парень. У него, как и у всех учеников этой Академии, был маленький секрет. Хоуп был оборотнем и отнюдь не самым простым. Он был наследным принцем королевства оборотней. Их леса просто неотразимы и таинственны. Его всегда воспитывали, учили этикету, многое запрещали. Но хуже всего было Намджуну. Если оборотней много, много видов, везде, по всему миру. Даже в Академии почти таких, как он, было ещё двое. Джун же был представителем очень редкой, но немерено могущественной расы, ему многое запрещали, он вырос серьезным и, несмотря на жар крови, он вырос ещё и холодным. Древний род уходил корнями к самому созданию мира. Даже в Академии он был всегда один. Но с этим парнем мы ещё успеем познакомиться и проведем с ним много времени.  — Родители погибли, а женщина, которой меня отдали никогда не заботилась и не любила никого. Я хочу отомстить за родителей, хочу выучиться боевым искусствам и победить Люцифера. — у Джина непроизвольно сжались кулаки, глаза горели жгучей ненавистью к этому обладателю синего пламени.  — Императора Люцифера нельзя победить, нельзя убить. — вздохнул Хосок и, как-то нервно, начал кусать свою губу.  — А мне плевать, пусть я тоже умру. Я не достоин жить, если останусь таким скотом, как все. — Сокджин пошел вперед быстрее. Что это он тут забоялся теней от деревьев, воя неизвестных животных и ржание невидимой лошади. Просто смешно. Он победит Сатану, не оставит ему и шанса на выживание.  — Кто знает, может, ты вскоре пересмотришь свои взгляды на жизнь. — как-то слишком легко, ответил Хосок и вновь улыбнулся, показывая заостренные клыки. Оборотням живется не сладко, особенно в полнолуние. Если в обычные дни их голод можно легко утолить, то в полнолуние это не так просто. У каждого вида свое превращение и от этого свои особенности во внешности. Как же Хосок хочет быть таким сильным и недосягаемым демоном, как Намджун. Тот может переходить в истинную форму тогда, когда ему захочется, даже в людской форме его навыки, выносливость и инстинкты были на высоте. Знаете, в чем преимущества рождения в самой Геенне Огненной? Не знаете. Магия Огня самая могущественная в этом мире. А Намджун может укротить пожар лишь махнув рукой. О его родителях старательно умалчивали. А ректор Академии — Мефисто Фель, тоже весьма странный тип. Они чем-то даже с Намджуном схожи, наверное. О Джуне известно только то, что он Принц Ада, единственный выживший из семи. Это была масштабная катастрофа. В Геенне разразилась настоящая битва наследников. Ведь законным правителем должен был стать именно Намджун, но когда их отец внезапно слег по причине слабого здоровья, на трон взошел не он, а старший брат. Это была эра тирании. Остальные пятеро не возражали, ведь получили они больше, чем предлагал им отец. Джуна посадили под замок в темницы Ада. Но он не утратил здравого мышления, он вырвался, его сила вырвалась наружу неконтролируемым потоком. Эти оба мира тесно связаны и, когда Преисподняя тонула в хаосе, когда Намджун не смог совладать со своей силой, на Землю обрушились стихийные бедствия. Град, наводнения, цунами, снегопады, ужасная жара, беспощадные тайфуны, смерчи и ураганы. Теперь же оказалось, что правитель Геенны просто решил проверить своих сыновей. Кто же из них достоин занять его трон и убить собственного отца? Да, именно это он и хотел выяснить. Признаться, не у всех тогда были равные условия. Ведь остальные шестеро считали, что наследником будет именно младший. Император считал, что тот сломается одним из первых, но нет. Он увидел в своем самом младшем сыне настоящую силу, не подделку, настоящую силу, что по мощи превосходит и его самого. Люцифер тогда вышел навстречу маленькому принцу, переступая трупы своих сыновей, он вручил ему меч, что способен убить каждого демона, даже самого Императора. Но правитель Преисподней ожидал, чего угодно, но только не того, что сын просто дал этот меч в зубы своему Шаку и просто ушел с поля битвы. Когда же Намджун вернулся к отцу, тот уже сидел в своем кабинете и просматривал свитки, старые фолианты. Отец, такое впечатление, что не замечал ничего вокруг. Он обронил лишь властное:  — «Где?» Ответ на этот вопрос удивил правителя, даже очень. Намджун просто указал на своего пса. Чёрный Шак — это уникальное животное, оно фигурирует только в Английской мифологии, но на самом деле блуждает по всему миру. Это призрачные существа, что принимают чаще всего облик собаки. На первый взгляд отличий нет, но если всмотреться повнимательнее, то можно заметить, что это на самом деле тень. Ходят легенды, что он может превратиться во что угодно и материализоваться где угодно. Сам Император помнил, как он мучался с местом хранения такого смертоносного оружия, что могло в одно касание уничтожить весь Ад. В итоге печать на его теле и все проблемы решены. Всё таки падение с Небес для Люцифера не прошло безследно. Только вот само собой Хосок не знал этих подробностей, ибо Намджун очень скрытен и холоден ко всем. Ректор бесспорно должен что-то знать, но господин Мефисто хорошо притворяется. Но и настоящего имени ректора никто, кроме Намджуна, не знал. Для всех главным в Академии был никто иной, как господин Фауст. У Мефисто Феля много имен.  — Я не пересмотрю свои взгляды, никогда. — Джин прервал размышления Хосока своим голосом. Как же оборотню не хотелось разочаровывать бедного паренька, но оружие действительно есть. Трудность в том, чтобы отнять его, справиться с силой и добраться до самого Люцифера.  — Ты умрешь, дурак… — прошептал Хоуп так, чтобы Сокджин не услышал. Они уже вышли за пределы леса, здесь закончилась идеальная для оборотня среда и волк немного поежился. Он больше всего ненавидел пребывать на открытой територии, здесь он не мог расслабиться и все мышцы были напряжены до предела. Ужасное чувство.  — Вот вы говорили о другом человеке. Намджун, да? Кто он? — неожиданно снова спросил Джин и Чон был готов рассмеяться, он был так близок к этому. Намджун? Человек? Бля, чё за ахинею он несет? А, нам нельзя выдавать людям кто мы такие. Точно. А ведь Хосок об этом совсем и забыл.  — Намджун. Ну да, он староста Академии. Но вместе с тем очень холодный и скрытный… человек. Но он лучший из всех, к нему можешь обращаться, если что-то не понятно. Он ответит грубовато, но не обращай внимания. А вот к Юнги лучше не подходи ближе, чем на два метра. — Сокджин не стал спрашивать, кто такой Юнги и почему к нему нельзя подходить. Ночной туман вдалеке рассеялся и показалось довольно мрачное и огромное здание Академии. Чёрная решетка ворот, она наводила страх, но была закрыта. Всё это место было до жути подозрительным и пугающим. Но Хосок уж привык к мрачному виду Академии. Людям очень опасно туда забредать, для этого такие предосторожности. Ректор Фауст хотел, чтобы здание днем выглядело заброшенным. Так оно и было, но ночью оно оживало, яркие вспышки вечных драк Юнги с Намджуном. Причем всегда огребал Мин. Всё же демоны сильнее вампиров. Пару раз даже доходило до лазарета, когда незадачливый вампиреныш пытался куснуть своего врага. Впрочем, не редко они вели себя друг с другом довольно дружелюбно. Хоть бы этот демон предупредил всех, что приезжает человек. Именно об этом волновался Хосок, прикладывая свою руку к решетке ворот и немного отодвигаясь назад, так как они распахиваются сами. В Северной Академии была традиция, ученики встречали новеньких в своих истинных формах, этой традиции следовали все, кроме первокурсников, для которых это могло плачевно закончится. Но Хоуп ошибся. Все выглядели вполне обычно. Да что там обычно, даже ректор снял с себя свои розовые шмотки и одел красивый приталенный костюм, только он был не чёрным, как у других учеников, а с фиолетовым отливом. Лиловые волосы ректора были аккуратно собраны в хвост на затылке, а голову украшал такого же цвета, что и костюм, цилиндр. Прям, как из похоронного бюро сбежал. Мысленно усмехнулся Хосок и прошел на просторную площадку перед Академией, около давно не работающего, но красивого фонтана и стояла вся компания третьего и второго курсов. Сокджин неуверенно ступил на каменную площадку и пройдя до ректора, встал перед ним и поклонился.  — Господин Фауст, я приехал. Высокий парень с синими волосами и горящими алым глазами неслышно шепнул ректору:  — А разве не Мефисто? Ответ Фауста был отрицательный кивок, что означал и нечто большее, типа потом всё объясню. Ректор затем ярко улыбнулся, показывая заостренные клыки и сложил руки на груди.  — Меня ты знаешь. Я Фауст, и я ректор этой прекрасной Академии. — мужчина сделал причудливый реверанс и вновь встал нормально. — Теперь ты представься.  — Я Ким Сокджин. Приятно познакомиться. — парень вновь слегка поклонился, замечая, что Хоуп быстро перебежал к своему курсу.  — Очень хорошо, просто прекрасно. А теперь, мальчики, представьтесь, не будьте не гостеприимными. — вновь оскалился Мефисто и отошел в сторону. Первым вперед вышел Хосок, по скольку он стоял с краю, он вздохнул и представился.  — Я Чон Хосок. Третий курс. — он чуть улыбнулся Джину и отступил на шаг назад, давая место следующему. Вторым из строя вышел другой парень, его чёрные, как смоль, волосы переливались в слабом свете луны. А еще, так странно, но Сокджину показалось, что они с Хосоком чем-то похожи, ну совсем чуть-чуть, такое странное чувство. От всех этих ребят веяло скрытой мощью.  — Я Чон Чонгук. Второй курс. — парень немного поморщился и отступил назад. Дальше вышел парень с красивыми рыжими волосами. Он чем-то сразу напомнил Джину лисицу, может, это всё виноват хитрый взгляд, любопытный острый носик и мягкая, грациозная походка.  — Я Ким Тэхён. Второй курс. — парень, похожий на лисицу, мягко, слишком слащаво улыбнулся и отступил назад. Потом сразу же вышел очень красивый парень. В нем было и главное отличие, если остальные смотрели на Сокджина с холодной надменностью, то этот был, каким-то ярким, солнечным, светлым, он излучал тепло одним лишь своим взглядом. Похожий на искорку в царстве холода, а алые волосы лишь добавляли ему схожести с огнем.  — Я Пак Чимин. Второй курс. — парень смущенно улыбнулся и тут Джин понял, что просто тупо пялится на этого паренька, от этого осознания, он быстро отвел взгляд смотря на оставшегося синеволосого парня, но тот стоял, засунув руки в карманы штанов и прикрыл глаза, он явно знал больше, чем они все. Он был не таким, как они. Но он не двигался с места. Не считает нужным представляться? Ну и пусть.  — А я Мин Юнги, но для тебя, малыш, просто Шуга. Третий курс. — горячо прошептали ему на ухо и, кажется, кончик языка прошелся по его мочке. Сказать, что Сокджин охуел, это ничего не сказать. Он уже хотел было повернуться и врезать по роже наглецу, как тот сам отстранился и немного подпрыгивающей походкой пошел к строю, где стояли остальные. Ректор чуть нахмурился и покачал головой. Юнги подошел к Чимину и обняв его за талию, поцеловал в губы, когда же отстранился, встал ровно и глянув на Джина, облизнул свою верхнюю губу, на что тот поморщился и отвернулся, продолжая с интересом изучать внешность оставшегося парня.  — Ким Намджун. Третий курс. — ровным голосом произнес вышедший вперед парень, его шею тонкой змеей обвивал чёрный ошейник, в ухе поблескивала сережка, он открыл свои алые глаза и встретился взглядом с Джином, отступив обратно в тень, он вновь закрыл глаза.  — До праздничного ужина ещё целый час. А пока, Джун-и, я поручаю тебе провести новенького по всей территории Академии, покажи все кабинеты и его комнату. Всё равно вы будете жить вместе. — хитро усмехнулся мужчина из-под чёрного цилиндра блеснул желтый глаз.  — Хорошо. — ровно ответил староста, но Сокджин видел, как зажглись яростью его глаза, но потом в них снова отразился холод.  — Будешь его наставником и зайдешь после ужина ко мне в кабинет. — ректор развернулся на каблуках и неспеша пошел в сторону главного входа в Северную Академию. Все остальные ученики с сочувствием покосились на Намджуна, но только на первый взгляд, у каждого в глазах было что-то свое, чего Джину никогда не разобрать. Мимо Сокджина прошел тот самый мерзкий парень, кажется, Мин Юнги и вновь горячо прошептал тому на ушко:  — Джинни, а ты вкусно пахнешь. — он хотел было что-то ещё добавить, но на плечо Джина опустилась горячая рука, она грела своим теплом и в то же время вселяла некое беспокойство.  — Юнги, уже поздно. Тебе пора вернуться в общежитие. — грубый голос со стальными нотками, надменность так и сквозила в этом произношении, на что Мин всего лишь хмыкнул и, послав Сокджину воздушный поцелуй, удалился. Намджун недовольно поморщился и прошел немного вперед.  — Пошли, я покажу тебе территорию, а завтра уже само здание. — сверкнули алым глаза и Джин уже идет за ним по темной дороге, он не видит особо ничего перед собой, густой туман не способствует лучшей видимости. Рядом с ногами Намджуна мельтешила какая-то тень, где-то далеко вновь раздался страшный вой. А староста просто молча шел, не обращая внимания ни на что вокруг. Джин заметил и в этом парне пару особенностей. Кончики ушей были слегка заостренными, клыки были крупнее и острее, чем у остальных и эта сила. Почему она казалась Сокджину смутно знакомой, как будто бы он ее уже ощущал. Тень под ногами материализовалась в довольно большого пса, его зеленые глаза, такое впечатление, что светились в темноте. - Шак, ну я же просил тебя не идти со мной. — Намджун вздохнул и прошел дальше, уже впереди показались деревья.  — А кто такой Шак? — неожиданно спросил Джин и начал рассматривать деревья со странными плодами на них.  — Хранитель. — коротко ответил Джун и указал деревья, под ними Сокджин ещё разглядел какие-то кустарники, лианы и просто траву. — Здесь сад Академии. Всё в перемешку. Растения для зельеварения и для кухни.  — А если перепутают растение для яда, например, с петрушкой?  — Тогда тебе не повезло. — Намджун выделил почему-то только слово «тебе». От этого Джина слегка покоробило. По другую сторону от дороги было озеро, площадка для волейбола, теннисный корт и много чего приспособленного, как думал Сокджин, для спорта или уроков физкультуры.  — Это озеро. Но не советую тебе в нем купаться. Вот. — Джун кинул в сторону озера кусок сырого мяса и усмехнулся, когда из воды выпрыгнули парочка крокодилов и схватили мясо. — Так-то они ручные, но дело твое. Сокджин поежился и посмотрел на профиль Намджуна. Синие волосы были аккуратно уложены в более или менее приличную прическу, бледная кожа, как будто светилась в свете луны. Почему-то казалось, что он не такой, как все, что он другой.  — Это теннисный корт, площадка для волейбола, баскетбола, стадион и полоса препятствий. — прокоментировал Джун все объекты и неспеша пошел дальше.  — Полоса препятствий?  — Ну да, мы тренируемся на скорость принимать решения и ловко обходить поставленные ловушки. — нехотя разъяснил Намджун и повернул в сторону какой-то арены.  — А что это?  — Это арена для боя питомцев и фамильяров. — парень ровным голосом произнес и немного нахмурился. Из-под ног послышался какой-то рык то ли недовольства, то ли упрека. - Шак, я помню про угощение, успокойся.  — А как можно приобрести фамильяра? — неожиданно спросил Сокджин, а демон задумался, ведь своего-то ему подарил отец. Вообще у парня было два питомца и лишь один фамильяр. Фамильяром был Шак, а вот питомцы у него специфичные. Ну у какого нормального демона будет грим и адская гончая в загоне за Академией? Правильно, только у Намджуна.  — На уроке демонологии тебе всё расскажут. — коротко ответил Джун и прошел дальше. — Это загоны для лошадей. У каждого должна быть лошадь, иногда ректор устраивает бега. Джин с интересом рассматривал каждую лошадь и остановил свой взгляд на одной. Она была чёрной масти, грива аккуратно уложена и расчесана, глаза алые, так что, парень осмелился предположить, что они такие же, как и у владельца. И не ошибся. Демон подошел именно к черной.  — У тебя хороший вкус. — Сокджин невольно улыбнулся и посмотрел в алые глаза, они почему-то затягивали, заставляли тонуть и эта легкая улыбка демона, что оставила свой отпечаток на пухлых губах. Но идиллию прервал гонг, это был сигнал к ужину. Отведенный им час закончился, а они обошли лишь половину территории Академии, но и этого Джину хватило, чтоб понять одну простую истину. Нужно срочно валить отсюда. - да, именно эта святая истина пришла в голову парню, только вот слишко поздно. Вот они уже с Намджуном идут по тёмным коридорам. В просторной столовой стоит длинный стол и маленькие, где уже сидят остальные. Сокджин уже хотел было сесть за столик возле двери, но Джун удержал его от этого, его хватка очень сильная, кажется, скоро будут ломаться кости, но нет. Парень тащит Джина к тому длинному столу, садится на свое место и кивает на стул рядом с собой. За этим столом сидят все те, что его встречали, но самое красивое и высокое кресло пустует. Намджун ничего не объясняет, он ставит локоть на подлокотник своего стула и кладет на руку свою голову. Он совершенно не чувствует себя здесь лишним, а вот Сокджин чувствует себя неловко и просто кладет руки на свои колени, разглядывая их. По столовой разносится веселый смех, парни же не принимают в этом участия, они соблюдают элементарные правила этикета, кто сидит со сложенными на груди руками, кто просто прикрывает глаза от усталости и этого мира. Они, такое впечатление, кого-то ждут. Молодые официанты разносят блюда с едой, напитками и десертами. Пареньки ставят всё на столы и уходят куда-то в темные закутки. В просторный зал заходит ректор, все спешат подняться со своих мест и немного склонить головы, Сокджин теряется, но сильная рука поднимает его локоть и наклоняет его голову, немного сильнее, чем нужно. Мужчина кивает всем, снисходительно улыбается, видя запоздалое приветствие от новичка. Он садится на свое кресло, а за ним и все остальные.  — Все со второго курса привезли домашнее задание? — почти синхронный кивок всех второкурсников и хитрая ухмылка ректора. — Очень хорошо. В ваших комнатах уже висит расписание на завтра. А теперь, ешьте. Начался ужин. Сокджин особо не смотрел, что едят другие, он слишком проголодался за всё это время, даже предостережение Намджуна казалось не более, чем глупой шуткой. Когда же ужин закончился, некоторые студенты начали вставать из-за стола и идти на выход. Сокджин давно наелся, он не знал, что ему делать, ведь где их с Намджуном комната он не знал. Это здание наводило страх и поэтому Джину казалось, что он с легкостью потеряется в лабиринте коридоров. А Джун в это время спокойно допивал свой чай, он никуда не торопился, но покашливание ректора заставило его отставить чашку, вздохнуть и подняться со своего стула. Парень засунул руки в карманы и неторопливо пошел по залу, выходя в коридор, где уже зажгли факелы, создавая хоть какое-то освещение. Сокджин поспешил подняться и пойти за своим наставником. Тот же начал подниматься по каменной лестнице наверх, так, в молчании, они миновали два этажа. Джун уверенно повернул направо и свернул в темную нишу где, как оказалось позже, была дверь. Парень видел, как факелы зажглись сами, как демон открыл дверь и они прошли в просторную комнату. Намджун сделал какой-то знак руками и послышался шорох крыльев. Две кровати стояли друг напротив друга, два больших шкафа возвышались у стен. Джун махнул рукой и тяжелые шторы задвинулись. Простой механизм, питающийся магией, факелы на стенах зажглись и осветили довольно мрачное помещение. В камине заплясал огонь. Для Джина это было в новинку, он не знал, как парень заставил шторы закрываться, как зажег факелы. Ему уж абсолютно это плевать. Жуткая усталость и приятная сытость, хочется спать, но почему-то, когда Ким ложится на кровать, он не засыпает, так странно.  — Это наша комната. Давай договоримся, ты не лезешь в мои дела, а я не лезу в твои. Душа здесь два, но не уверен, что второй работает. — Намджун уже закрывал за собой дверь, потом усмехнулся. Вряд ли человеку понравится подобное. Намджун надеялся, что к утру Сокджина уже не будет в его комнате, что тот попытается прыгнуть из окна, сломает себе всё, что можно и умрет. Ну вот именно такие мысли были у него в голове. Демон, что с него взять. Ему, на самом-то деле, было глубоко пофиг на то, что в Северной Академии появился человек. Его бесило то, что ректор поселил этого парня в его комнату, хотя прекрасно знает, что Джун любит одиночество. Вот что за демон.  Да, ректор Академии — Мефисто Фель, был демоном. Не таким могущественным, но успел своим острым языком нажить себе врага в лице Императора Люцифера. Как это у него получилось, Джун и сам-то толком не знал. Его волновало только одно, если с ним в комнате человек, то как быть с хвостом? Хвост — слабое место любого демона, пусть даже самого могущественного. Только вот уважающий себя демон никогда не покажет свой хвост. Парень вздыхает и останавливается возле высоких дверей, стучит и заходит в просторный кабинет.  — Вы хотели меня видеть? - Да, проходи. Как тебе твой сосед? — ректор налил себе в чашечку чая и положил две ложки сахара, неспеша размешивая. А Намджуну в это время резко захотелось, чтобы этот чай стал змеиной отравой.  — Пока держусь, чтобы не убить этого идиота. Можно вопрос. Зачем? Почему он здесь? — Джун перевел взгляд на ректора и чуть нахмурился.  — Я хочу научить его всему, чего не успел его отец. Знаешь, какая у него особенность? — Мефисто зажмурился, ощущая вкус своего любимого чая, продолжил его помешивать. - То, что он сын экзорциста, это я заметил, спасибо. — ровно произнес парень, складывая руки у себя на груди.  — Не только это. Его питает ненависть. Полагаю, ты не знаешь, что такое Синяя ночь? — отрицательный ответ Намджуна и ректор неспеша продолжает. — Он ненавидит всех демонов. А уж Принца Ада и сына Люцифера и подавно. Он не должен этого узнать.  — Как вы себе это представляете? Я с ним в одной комнате. Да и что мне может сделать какой-то человек?  — Ты прав, ты очень силен, но ненависть, постоянные драки и его смерть мне не нужна. Постарайся не выдать себя. — спокойно ответил господин Фель и повернулся к окну, попивая чай. — Можешь идти. Намджун кивнул и уже пытался закрыть за собой дверь, как Мефисто неожиданно заговорил вновь.  — Он ведь красивый. Тот вампир оценил. А тебе понравился этот человек, его губки? Джун резко закрыл дверь и быстрым шагом пошел по коридорам, продумывая план, как бы незаметно убить этого наглого демона. Злой, как чёрт, в прямом смысле, парень заходит в их комнату и громко хлопает дверью. Сокджин подскакивает на кровати, а Намджун мысленно злорадно смеется и потирает ручки. Парень подходит к своему шкафу и развязывает красно-синий галстук, прикрывая глаза, он вешает его на свое место, снимает рубашку, складывает ее и аккуратно кладет на полочку и проводит рукой по своим синим волосам, рассматривая отражение в зеркале. Сокджин невольно краснеет и отводит взгляд. Но Намджун замечает этот взгляд и криво усмехается.  — Придется тебе смирится со своей участью. Джун залазит под одеяло и снимает штаны, складывает их и кладет на прикроватную тумбочку. Он не замечает, как нахмурился Джин, парень щелкает пальцами и огонь гаснет. Комната погружается в кромешную тьму. А завтрашний день обещает быть… таким же скучным, как и все остальные. Именно так подумал Намджун, лежа на кровати и смотря в потолок. Он слышит что-то похожее на «спокойной ночи» с соседней кровати и мысленно фыркает. Лишь людишки спят ночью, но не он. Ночь — время демонов. Джуну хочется выпрыгнуть на улицу и раскрыть крылья в свободном полете, но он не двигается с места и просто бездумно глядит в потолок.