Мать моего счастья

На часах было всего лишь 15:00. Что Морозов так рано забыл дома? Девушка даже не успела позвонить ему и предупредить о внезапном визите старых друзей. Морозов словно читал её мысли. - Вик, почему не сказала, что Авдеевы здесь? – По его голосу видно было, что брюнет был зол. Неужели только на неё, на Вику? - П-прости… Это было так неожиданно. Я не знала, что ты придёшь раньше. - На работе проблемы, я решил устроить себе короткий день, - бросил Максим, но по его глазам чётко было видно, что он что-то скрывает. Хозяин квартиры вошёл в кухню, пожал руку Андрею, небрежно чмокнул в щёку Дашу и тоже налил себе чаю. - Так, я что-то не поняла, - как всегда нагло, но с некоторой робостью начала Авдеева, - если Вика вам не родственница, то кто она тогда? - Она суррогатная мать, вынашивающая нашего с Юлей ребёнка. Я обязан опекать её до родов. Этого будет достаточно для твоих любопытных ушей, - всё так же серьёзно, но не без тени улыбки ответил Макс и повернулся к Андрею. Видимо, в его взгляде читался какой-то тайный знак, потому что Авдеев быстро кивнул и обратился к Виктории и Дарье. - Прекрасные дамы, вы не могли бы ненадолго удалиться? Нам с господином Морозовым нужно обсудить пару важных вопросов. Девушки заторопились в комнату Вики. От брюнетки не укрылось, как возросло любопытство её новой знакомой и с каким интересом та уставилась на её живот. - Да ты девушка-загадка! – восхищённо произнесла блондинка. – Столько сразу о тебе узнала за эти несколько часов знакомства. Это Юлька, значит, не беременная? Ну, я так и знала. Навряд ли бы она стала так дебоширить со своей Савельевой. - Савельева – это подруга её, верно? Она заходила сюда при мне, я слышала, - вспомнила Вика. - Да, Женька, мать-одиночка. Даже жалко её немного… Поплатилась за свой образ жизни ранней беременностью непонятно от кого. Но зато мозги появились хоть какие-то. Видела я их у ресторана какого-то, так наша Морозова там так отрывалась пьяная, её вроде штрафанули потом нехило за порчу частного имущества. Я сразу поняла, что что-то тут не так. За дверью послышались шаги двух пар ног. Мужчины направлялись в спальню Морозовых. Видимо, свой разговор они решили продолжить именно там, в непосредственной близости от девушек. - Вот дурачьё! – хихикнула Авдеева. – Многолетний опыт не пропьёшь! – Она осторожно открыла дверь, на цыпочках вышла в коридор и прижалась ухом к двери в комнату, где находились Максим с Андреем. – А ты что стоишь, как статуя? - Я… Но это же неправильно… - пролепетала Кузнецова. - Да ладно, ты никогда в жизни не подслушивала? – шёпотом удивилась Даша. – Иди сюда, научит тебя тётя Даша. Только аккуратнее, ради всего святого! Виктория с невероятной для её беременности ловкостью и осторожностью прокралась и встала рядом с Авдеевой. За дверью было всё замечательно слышно. Взволнованный Морозов повествовал другу, в какую нелёгкую ситуацию он попал. - …а утром я смотрю, а со мной Вика рядом лежит, прикинь? Я так офигел тогда… Нет, не скажу, что мне было неприятно, даже наоборот. Сразу такая нежность и забота во мне проснулись, я ей сразу же всё одеяло отдал. И смотрел на неё ещё так долго… пока не понял, что на работу пора. Нет, Андрюх, она необыкновенная девушка, нянчилась со мной, пьяной свиньёй. Не каждая бы такое вытерпела, тем более беременная. - Может, в ней материнские чувства проснулись? – усмехнулся Авдеев. - Ты только девочку больше не мучай, ей волноваться вообще-то нельзя. - Ты о чём? Кузнецова в это время раздумывала, хорошо или плохо, что она слышит всё это. Некая запретная радость трепетала у неё в груди, стоило Максу начать расхваливать её, Вику. Навряд ли он стал бы врать лучшему другу. И эта новость не могла не радовать. Но, как известно, на свете ничего не дается за красивые глаза. Что бы Максим и Вика друг к другу ни испытывали, это была измена. Чистой воды измена. Да, Юля уехала от мужа в Америку и тоже была предоставлена самой себе, но все её деяния за спиной у мужа исключительно на её совести. А Вика… нет, она не такая. Морозов женат, и она не имеет права крутить с ним интригу. И почему запретный плод всегда так сладок? Андрей, видимо, разделял её мнение. - Не похожа она на ту, которая мужа из семьи увести готова. Тихая, скромная девочка. Ты вокруг неё начнёшь крутиться, как павлин, хвост распустишь, а она переживать начнёт за ваш с Юлькой брак. Ну, допустим, ответит она тебе взаимностью. И вдруг – раз! - и сама благоверная твоя вернётся, а дальше что? Охота тебе разбивать сердце одной из них? Или обеим сразу? Даша жадно слушала каждое слово, и брови у неё ползли всё выше и выше. Взгляд у неё был такой, словно она узнала какую-то тайну, которую много лет от неё скрывали. - Благоверная моя – это совсем другая история, - мрачно бросил Морозов. – Я всё больше склонен к тому, что она не вернётся. Не нагулялась, бедная! – последнее слово было брошено с явной ненавистью. – И вообще я расхотел говорить на эту тему, с твоего позволения. - Ну хорошо. Как в остальном-то дела? Как работа?.. Авдеева на цыпочках отошла от двери и поманила Вику пальцем. Девушки неслышно проскользнули в Викину комнату и присели на диван. - А я знала, что тут что-то не так! – воскликнула Даша после долгой паузы. – Очевидно, что он на тебя запал. Взять тебя и Юлю… - Даш, - оборвала взбудораженную девушку Виктория. – У меня нет и ничего не будет с этим человеком. Да и не нравится он мне. – Она изо всех сил старалась не выдать своё частое дыхание и бешеный пульс. Она врала в глаза, но понимала, что должна врать. По-другому никак. – Я всё равно уеду от него. Отдам ребёнка. Если жена не объявится – будет один воспитывать, это уже не моё дело. Я всего лишь… - Она напряглась, боясь произнести это слово вслух. – Инкубатор! - Вик, я всё поняла, я не маленькая. Давай сменим тему, если тебе неприятно… Ты мне лучше про беременность свою расскажи… Следующие пару часов парни провели отдельно от девушек, болтая о том о сем. Вика старалась с интересом слушать новую знакомую и сама рассказывать что-то в ответ. Но мысли были заняты лишь одним человеком. Один вопрос не давал девушке покоя. Как дальше жить? Она слишком много знает лишнего. Вскоре супруги Авдеевы ушли. Виктория сидела у себя и разговаривала с мамой. Голос её был таким же ровным, как при разговоре с Дашей, но внутри всё сжималось. Хотелось броситься в мамины объятия, зарыться носом в её пушистый халат, чтобы она погладила по голове и все проблемы исчезли. Как в детстве… Скрипнула дверная ручка, в комнату просунулась мокрая чёрная шевелюра – Морозов был только из душа. Стараясь не глядеть ему в глаза, Кузнецова приложила палец к губам и мотнула головой в сторону гостиной. Парень моментально кивнул и вышел. *** Максим сидел на полу кухни и курил. Все недавно произошедшие события крутились у него в голове, превращаясь в сплошную кашу. Отъезд Юли. Сближение с Викой (в коем он был не до конца уверен). Внезапная симпатия к беременной девушке. Внезапное появление Андрюхи с Дашей. Кто вообще способен переварить столько информации сразу? Послышались шаги из коридора. Морозов поспешно затушил сигарету и вскочил с пола. - Макс, ты курил? – поморщила нос Вика. – Ты же обещал не курить больше. Я молчу про то, что мне плохо от запаха дыма! - Пошли прогуляемся, тут как раз всё выветрится, - предложил Морозов, небрежно открывая окно. - Первая разумная мысль, - пробормотала Вика, накидывая ветровку. Приближалась ночь. Обычно шумный двор дома, в котором Виктория гуляла с Лизой, или с Таей, или в одиночестве, сейчас был необыкновенно пуст. Единственные, кто попался им на пути, это молодая смеющаяся парочка, счастливая и беззаботная. Вика краем глаза уловила на себе любопытный взгляд хорошенькой девушки. Сама не заметила, как внутри всё предательски сжалось. Максим, судя по всему, тоже был напряжён. Но именно он первым вышел из этого пугающего транса. - Всё, я так больше не могу! Не молчи, Вика, давай поговорим. Кузнецова быстро сосчитала до пяти и громко выдохнула. - Давай поговорим. Как дела на работе, почему приехал так рано, как Юля? Морозов разочарованно простонал. - Неужели ты до сих пор не поняла, что я не хочу говорить о Юле? Она уехала, бросила меня и ребёнка. Неизвестно, что у неё за жизнь в этой Америке. Так что давай сменим тему! - Хорошо... - Почему ты меня избегаешь? - С чего ты взял? - У тебя на лице написано. Весь день ты прячешься, отводишь взгляд. В чём дело, Вик? - Он остановился и встал прямо перед девушкой, пристально глядя в испуганные карие глаза. Теперь она просто не сможет отвести взгляд. - Нет, тебе показалось... - продолжила бормотать брюнетка, слегка подрагивая. - Это из-за того, что произошло ночью? - Ничего не произошло, - отрезала Вика. - Ты был пьян, а я просто под руку попалась, так бывает. - Знаешь, - тихим и непривычно мягким голосом сказал Макс. - Я и сам так думал какое-то время. А потом понял... Это всё не просто так. - В каком смысле? - решила уточнить Виктория. Она сунула холодные от волнения пальцы в карманы. Кое-как попыталась привести дыхание в норму - не вышло. - В первые дни я был груб с тобой. Признаюсь, меня многое раздражало тогда. Всё так неожиданно: сначала проблемы с беременностью, потом ты свалилась на меня в буквальном смысле этого слова. - На миг он улыбнулся и тут же резко помрачнел, вспомнив саму ситуацию. - Я был слишком погружен в мысли и не замечал ничего вокруг себя. А потом ты переехала к нам жить. А я не мог успокоиться. А сегодня я понял... Я понял, что это было! Юля, она ревнивая - ужас. Это была защитная реакция, чтобы она не подумала... - Макс, хватит. Я давно всё забыла. - Нет. Я виноват перед тобой. Я такой подонок - не замечал очевидного. - Он медленно подходил к ней, шаг за шагом. - Ты особенная не только как суррогатная мать, но и как человек. Ты не заслужила этого. Вика замерла. Она чувствовала дыхание Морозова, сильно отдающее сигаретами с ментолом. Она хотела отступить, но позади была металлическая ограда, отрезающая все пути к бегству. Тёплая мужская рука нежно погладила живот, после по-хозяйски опустилась на талию. Девушка уже не пыталась сопротивляться. Он был так близко, лицом к лицу... Романтическую обстановку нарушил не громкий, но ощутимый звук стандартной мелодии, доносящийся из кармана Викиной ветровки. Максим дёрнулся, как ошпаренный, отстраняясь, после чего с досадой влепил по ограде здоровой рукой. Вике было не до чтения нотации по поводу искалеченных частей тела - она вытащила из кармана старенький мобильник и тоже отшатнулась, как от удара. На дисплее светилось "Юля".