Мать моего счастья

- Макс, это Юля... - прошептала Вика, медленно сползая вниз. - Хм, могла бы и мне позвонить. Всё-таки из нас двоих я больше похож на её мужа, - то ли с улыбкой, то ли с недовольством проворчал Морозов. - Ну, ответь ей что ли. Дрожащими пальцами Виктория подняла трубку и с натянутой улыбкой пропела в неё: - Привет, Юль. - Приветики! - самым счастливым голосом ответила Юля. - Как вы там без меня? - Скучаем, - соврала Вика. - А ты как добралась? Почему Максу не позвонила? - Да что мне с ним разговаривать? - фыркнула Морозова. - Пусть отходит пока. Сама же видела, какой он злющий был. Так что давай, воспитывай его там. А долетела я хорошо, сняла себе квартиру у семейной пары, а там жена немного знает русский, так и общаемся на двух языках. - Я рада, что тебе там нравится. - А ещё больше она будет рада, если Юля там останется. - Сама-то не скучаешь? - Скучаю, конечно, - вздохнула блондинка. - Викуль, ты береги себя. Не забывай в женскую консультацию ходить. Передай моему, если он не будет тебя туда возить, я ему голову оторву. Не поленюсь, приеду и оторву. А потом уеду. - Она звонко расхохоталась. - А тебе не дорого разговаривать из другого конца света? - спросила Кузнецова, чувствуя, как ей становится не по себе от этого разговора. - Пока деньги есть - буду звонить. Ой, вот я дура! У вас же уже 23:15! У меня-то ещё вовсю день - 16:15. Так что давай там, ложись спать. Целую вас всех, пока-пока! - Пока, - выдохнула Вика, повесила трубку и разрыдалась. - Ну ты чего, Вик? - Максим, всё это время нарезавший круги вокруг скамейки, остановился как вкопанный и растерянно смотрел на девушку. - Макс... мне так стыдно. Это всё... неправильно. Я не могу так с Юлей... - Ну всё, всё, - Морозов продолжал топтаться в нерешительности, наконец он плюнул и приблизился к плачущей брюнетке. - Не надо тебе этого всего. Пошли домой, умоемся, успокоимся и спать. - Он аккуратно подхватил Вику на руки и направился в сторону дома. Девушка даже не сопротивлялась, она просто обмякла в его руках и молча взирала на их путь. Макс донёс беременную девушку до самой раковины, подождал, пока она умоется ледяной водой, и повёл в спальню, в которой до прошлой ночи спали Максим и Юлия. Вот тут Виктория начала активно сопротивляться, пытаясь ускользнуть, но Морозов стоял стеной, отрезав все пути к бегству. - Понять не могу, зачем ты сопротивляешься? Мы всё равно спали вместе, и смысла нет. - Ещё не поздно всё исправить, - бормотала Вика. - Неправильно... Нельзя... Она уже не плакала, она просто шмыгала носом и издавала протяжные завывающие звуки, она пинала Морозова по всему, до чего могла дотянуться. А он... он молча смотрел на неё и улыбался. Его так умиляло поведение девушки, как никогда... От неё не исходило ни капли злости, как от Юли, когда они ссорились. - Ну всё, Вика, хватит, - строго сказал он. - Побереги силы, они тебе нужны. Пошли в кровать. - Макс, а может...? - с робкой надеждой пискнула Кузнецова. - Никаких "может", сама слышала, мне Юлька за тебя голову оторвёт. И не спасёт отговорка, что ты сама не слушаешься. Пошли. И она поддалась. Он так искренне о ней заботится, Вику это так тронуло. При ней он никогда не был таким с Юлей. Но и сама Вика ничего не знала об их взаимоотношениях на протяжении первых трёх месяцев своей беременности. - Вик, когда ты успела навести здесь такой порядок? Я сперва не узнал свою спальню, - присвистнул Макс. Девушка слегка смутилась. Но вовремя опомнилась и серьёзно предупредила. - Только попробуй превратить этот порядок в беспорядок! Я всерьёз задумаюсь над Юлиным "воспитательным методом посредством лишения отдельных частей тела" - Как пожелаете, мадемуазель, - Морозов весьма нелепо изобразил реверанс, за что получил подушкой. - А смелая барышня случайно не боится щекотки? - Он начал медленно подбираться к улыбающейся девушке, показав пальцами "козу рогатую". В голове у Вики промелькнули смутные воспоминания о том, как её любила щекотать в детстве Лена, и она попыталась прикрыться. Но Максим уже пустил в ход обе руки, и комната наполнилась звонким девичьим смехом. - Макс... Макс, прекрати! Мааакс! Хватит! - пыталась перекричать свой же смех, кричала Вика, тяжело дыша. - Угомонись уже, и давай поболтаем! Морозов прекратил щекотку и устало прилёг рядом с беременной, чмокнув её в висок. - Смешная ты... - нежно прошептал он, закрыв глаза. - Принеси мне водички. Ты мастера спорта смог бы умотать, не то, что беременную девушку, - выдохнула Кузнецова, переводя тему. Пока парень бегал на кухню, она залезла под одеяло и теперь пыталась устроиться в кровати поудобнее. Задумалась о малыше, что сидит внутри неё. А может, всё и к лучшему? Она родит, Макс поможет ей воспитать, у Таечки появится братик или сестричка. Авдеевы тоже будут рады. А Юля... Она уже не вспоминает мужа. А через 5 лет и вовсе забудет. - Виктория, ваш божественный напиток! - прервал её мысли Максим, торжественно внёсший в комнату стакан воды на подносе и театрально кланяясь. - Ложись уже, артист, - тепло улыбнулась Вика, набрасываясь на воду. - Тебе неинтересно, что сказала Юля мне по телефону? - Ты же слышала, я не хочу о ней говорить, - мягко ответил Морозов. - Просто.. не интересоваться собственной женой.. - задумчиво протянула Виктория. - Ну, учитывая, сколько всего лишнего я знаю о ней и о её прошлом, мне информации хватает. А вот о тебе как раз я почти ничего не знаю. Может, поведаешь мне хоть что-нибудь? - А чего рассказывать.. - вздохнула девушка. – Родилась 23 года назад в совсем небогатой семье, отец бросил нас, когда я была маленькая, мама еле концы с концами сводила, чтобы нас с Леной прокормить. Мы с ней были душа в душу, пусть и не с самого начала... И знаешь, я так благодарна ей за всё. У Ленки сейчас не самый простой период в жизни. Муж бросил её точно так же, как и маму, одну, с дочкой. А потом эта болезнь… - Кстати, совсем забыл, как племянница себя чувствует? - Нормально, весёлая, окрепшая, не скажешь, что болела. Песенки поёт, рисует для меня рисунки, скучает сильно. А ведь если бы ни ты, я не знаю, что было бы сейчас со мной, с Таей, с мамой, с Леной.. - Не стоит, Вик. Признаюсь, решение далось мне с огромным трудом. Но я рад, что всё случилось так, как случилось. Иначе бы я не встретил тебя и смотрел на мир совсем по-другому, нежели сейчас. Девушка промолчала. Ничто и никогда не радовало её сильнее, чем эти слова, сказанные этим мужчиной, глаза в глаза. Она даже позволила себе пододвинуться ближе. Но ничем хорошим это не закончилось. - Вика. А расскажи мне о своём первом мужчине. Я же знаю, он у тебя был. Кузнецова замерла. Ну почему именно сейчас? Она не любила вспоминать об этом. Мечтала забыть, как страшный сон. И даже сейчас её сердце предательски сжалось от воспоминаний. Воспоминаний, которые она столько времени пыталась заточить глубоко в себе. - Скажи мне, не бойся... я всё пойму. - Эта история не из приятных. - Всё хорошо, я с тобой. Доверься мне, - Он обнял дрожащую девушку за плечи и заглянул ей в глаза. Взгляд его был тёплым как никогда. - Хорошо, я попробую… Мы с Тёмой дружили с 1 класса. Я ему с уроками помогала, а он защищал меня от других мальчишек. Нам часто приписывали любовные отношения, но я в нём всегда видела только друга, не более. Да и он во мне. Во всяком случае, мне так казалось... В 10 классе у многих ребят уже были вторые половинки или хотя бы малейший опыт в этом. Мы же с Тёмой до сих были одиноки. И как-то раз он предложил попробовать построить отношения друг с другом, уверяя, что у нас всё получится и на нашу дружбу это никак не повлияет. Я долго колебалась, но подростковый интерес и гормоны взяли верх. Вроде бы у нас было всё хорошо поначалу. Мы стали ещё ближе, даже мама была за нас рада и ждала, что мы поженимся. Нами восхищались общие знакомые, Лизка завидовала. А потом... он стал каким-то другим. Более наглым. Постоянно приставал ко мне на глазах у других. Позволял себе нецензурные выражения в моём присутствии. Мы стали ссориться так, как не ссорились за все годы дружбы. Точку в наших отношениях поставил выпускной. Он напился, и я решила отвести его домой, чтобы дать проспаться. Уже зная, что пойду учиться на врача, я решила сделать это эдакой практикой для себя. Ты не представляешь, какую ужасную ошибку я совершила тогда... Его родители ушли гулять вместе с моей мамой на всю ночь, и дома кроме нас не было ни души. Я дотащила его до дивана, сама пошла за чем-то вроде ведёрка или таза, сам понимаешь, мало ли что. Вернувшись, я застала его сидящим на кровати и жадно на меня смотрящим. Меня уже тогда в дрожь бросило от его взгляда. Тут я и решила оставить на время тренировку будущей профессии и бежать со всех ног. Наскоро попрощалась и кинулась к двери. Но та была закрыта. Но как?.. Артём незаметно успел переместиться и уже стоял позади меня, чуть ли не дыша перегаром мне в затылок. Оказалось, он запер дверь, пока я отходила. Вот тут я и поняла, что отступать уже некуда. - И ты не стала сопротивляться? - Пыталась из последних сил. Сначала мягко отговаривала его, умоляла остановиться. Изредка переходила на крик. Даже пускала в ход руки, но его это только больше раззадорило. По сути он не был маньяком или насильником - просто пьяный парень, у которого зашкаливал уровень либидо. А я... я не знала, что мне делать. Дверь заперта. Окна... квартира на 8 этаже. Звать на помощь - подставить всю семью Артёма перед соседями. Я знала, что наутро он этого не вспомнит. И поэтому... через "не хочу" я пошла на это. - Боже мой, Вика... к чему такое геройство? Тем более тут... - Сама не понимаю. - Хрупкие плечи девушки еле заметно подрагивали. – Подумала, что в этом случае последствия будут наименьшими. Так бы пришлось вызывать полицию или поднимать на уши соседей, а так… - А что было потом? – Макс уже откровенно прижимал бедную Вику к себе. - Когда всё закончилось, он сразу же вырубился. Я воспользовалась моментом и убежала, захлопнув за собой дверь. Дома никто ничего не узнал. Позже я рассказала об этом Лене и Лизе, но так, будто бы всё было по взаимному согласию. Ленке хотела сначала рассказать всю правду, но она узнала, что беременна, а расстраивать её совсем не хотелось… Артём на следующий день позвонил и извинился. Но я не могла с ним разговаривать довольно долгое время. Телефон отключила, гулять не выходила – списывала всё на подготовку к поступлению. Полностью оклемалась я уже, когда появились списки поступивших, и я прошла туда, куда хотела. Тогда я уже проще смотрела на то, что Тёма сделал со мной, и даже простила его по старой дружбе… Мы встретились, он очень волновался, постоянно молчал, я не знала, что и думать. Таким наше общение не было ещё никогда, мы будто едва знали друг друга. Я хотела уйти, как вдруг он остановил меня и сказал, что уезжает в Англию учиться и вообще это была его главная мечта детства. И что такой шанс даётся только раз в жизни. Подарил мне на прощание букет жёлтых роз. И больше мы с ним не виделись. Никогда. - Да, тяжело же тебе пришлось… - произнёс Морозов, гладя Вику по голове, она уже даже не пыталась сопротивляться. – Хотя знаешь, мы с тобой очень похожи, оказывается! Обоих бросила вторая половинка ради какой-то заграницы. Далась она им? В России разве хуже обучают? - Не нам судить. - Вика. Запомни раз и навсегда. Если я когда-нибудь в жизни увижу этого твоего Артёма, он у меня на всю жизнь останется инвалидом! А тебя, Вика, я никогда и ни за что не брошу. Тем более ты носишь под сердцем моё маленькое счастье. А если я вдруг слечу с катушек и тоже надумаю куда-нибудь уехать надолго, то ты поедешь вместе со мной. И никак иначе. - Правда? - Правда. Максим взял её лицо в ладони и нежно коснулся губ брюнетки своими, ещё крепче прижав к себе. Его с ног до головы переполняли тёплые чувства к этой хрупкой девушке, и этот поцелуй всё сказал за него. На этот раз у Вики уже не было никаких сомнений, внутри у неё всё трепетало. Она поддалась ему, целуя в ответ, наслаждаясь этим сладким моментом, одной рукой обвивая шею, другой зарывшись в его тёмные густые волосы… Это был самый искренний и самый незабываемый поцелуй в её жизни. Ещё ни с кем и никогда ей не было так хорошо, так легко, как сейчас. Это был первый раз когда её никто и ничто не тревожило, ни одна навязчивая мысль не посмела прокрасться в голову. Сейчас для неё существовали только двое – она и он, лёжа на широкой кровати в полутёмной комнате и нежно целуясь, забыв обо всём на свете.