Печать

      Жжение в области шеи заставляет меня закричать, а мою маму в панике подняться с кровати, чтобы вбежать в мою комнату.       — Кристина, что случилось?! — женщина в ужасе рассматривала метающуюся в агонии дочь, которая схватилась за основание левого плеча, стараясь заглушись этим боль.       Я в ответ лишь протянула непонятные гласные, которые должны были быть мычанием.       Однако уже через секунду все кончилось.       Мама включила свет, рассматривая место, где, по моим словам, с меня сдирали кожу, но там все было в порядке. Бледный, совершенно здоровый участок кожного покрова.       Я так устала, что поспешила выпроводить родительницу, сказав, что позову, если это повторится. Точнее, она все сама услышит.       Ну а следующие несколько месяцев меня таскали по врачам.

***

      В школе у меня была двоякая слава. Хотя славой это было тяжело назвать. Меня кто ненавидел, кто вообще внимания не обращал. Но все знали: людей я не люблю. В школе, по крайней мере. И не то, что бы у меня были тяжелые кулаки или даже просто острый язык, но я была полностью асоциальна в плане чужого мнения, всегда делала все сама, и потому подставу мне было сделать крайне тяжело. Я была почти что отличницей, которую ничего, кроме учебы и аниме, не интересовало. Так что все попытки давления и санкций были провальными. Пожалуй, единственные, кто имел на меня влияние — учителя, которые и плохой оценкой пригрозить могли, и родителей вызвать, а те уже интернет отключат…       Ненавидели меня, к слову, лицемерные товарищи, которые с улыбкой на лице просили у меня списать, когда еще пять минут назад подшучивали надо мной. Ну, я с улыбкой на лице им фигу и показывала.       — А что, если мы тебя сегодня подстережем да зубы выбьем?       — А что, если я вас не испугаюсь да яйца оторву? — обычно отвечала я смело, с ироничной ухмылкой наблюдая, как они злобно расходятся по своим местам.       Даже если бы это было правдой, то и я, во-первых, свое обещание исполнить бы попыталась, а во-вторых, редко случалось, что у меня в рукаве не было перьевой ручки. Возвращалась я, в конце-то концов, всегда поздно и шла окольными путями по темноте тоже нередко. Почему ручка, а не нож? Потому что во втором случае могут и превышение самообороны повесить, хех.       Нож, впрочем, тоже был. Я им в младших классах тайком апельсины резала. Тайком от учителей. А вот однокашники могли увидеть его у меня в руках в любой момент.       Вот так к восьмому классу я так толком и не обзавелась друзьями. Лишь в параллели была пара девчонок, с которыми можно было поговорить, но не более. Интернет сближает, конечно.

***

      Я сладко досыпала последние секунды перемены до первого звонка на урок, пока отдельные собачились друг с другом, а отдельные спокойно сидели, обсуждая какую-нибудь хрень и слушая музыку.       Все должно бы быть как всегда, но за пять секунд в кабинет входит некто посторонний. Я понимаю это по неожиданному молчанию некоторых личностей.       — Ты кабинетом ошибся. Дебил, — протянул, а затем заржал один из мальчишек, который имел яркую немосковскую внешность.       — Заткнись или уебывай в свой Таджикистан! — моментально вскипела одноклассница, которую я в последнее время крайне любила, потому что она не только так же, как я, ненавидела шум, но и заявить об этом в грубой форме не забывала. В общем, порой я даже большой палец на ее реплики успевала поднимать. Ну и, очевидно, ей было все равно, что ее недооппонент был из Азербайджана.       Последний, кстати, так ничего и не ответил, потому что громогласный звонок, который состоял из второсортной мелодии со старенькой нокии, заглушил весь нецензурный поток брани.       Я безынтересно подняла голову, чтобы сверкнуть своими черными кругами под глазами из-за очередной ночи, проведенной за учебниками (ну и, чего таить, просмотром онямы, дабы чередовать), и чтобы узреть заторможенную на первом уроке в четверг химичку, которая регулярно была готова дать нам конспект на урок, а самой сесть за компьютер и изображать работу (на самом деле, спать). Вот только она была поразительным человеком с такой же силой воли. Так что, как бы мы ее ни уламывали, она все равно вела урок. Я задавалась вопросом, нет ли у нее под столом склада с энергетиками.       В российской школе не может быть никак иначе, как через жопу. Потому она нас как посадила, как зевнула, так и начала объяснять новую тему, лишь, уже дав задание, спросив что-то о новеньком. Нам его так и не представили, короче. Я лениво и ограниченно обвела взглядом класс, не находя никого нового со своей второй парты среднего ряда и все борясь с силой тяжести век. Собственно, похрен было, кто бы там не пришел. Проку от него мало, а я еще должна спланировать, на какой перемене и какие уроки успею сделать, чтобы на дом меньше осталось.       Но уже на следующей десятиминутной паузе, когда мы дружно толпились перед кабинетом истории, некоторые одноклассники сгруппировались и начали нести какую-то ересь. Меня невольно, но специально затащили в этот круг долбоебов.       — Этот новенький какой-то косплеер, отвечаю! У него прическа очень тупая, — аргументировал одноклассник.       — Выпустите меня, — сказала я, но моя фраза потонула в чужих восклицаниях.       — Он похож на того парня из… э-э-э, ну. Наруто, во! Кристин, не подскажешь?       — Выпустите меня.       — Да бля буду, просто скажи и ебашь на все четыре стороны!       — Учиха Саске, — не помню больше никого с тупыми прическами из Наруто.       — Так вот. Этот странный пидор зачем-то приперся в закосе на аниме! Че за хрень?!       — Если вы меня не выпустите, я начну громко петь или даже читать реп, — пожалуй, все знали, что ни того, ни другого я делать не умела. А то, что этот пидор будет мужественней сказавшего это, я опустила.       — Не-не, не надо!       И когда меня все же освободили, я опрометчиво отошла не слишком далеко.       — Хм, обычно мужских персонажей косплеят девушки…       — Ты совсем дебил, что ли? Училка же сказала, что он новенький. Понимаешь, но-вень-кий, — по слогам разобрала Ксюша, которая, по-видимому, верить не желала в такую несправедливость: судя по всему, красивый парень, и оказаться девушкой. Нет, как же так!!!       Ближе к концу перемены, когда нас запустили, а я не стала терять времени и завалилась отдыхать, нас навестила классная руководительница, которая была действительно классной — держала нас и всю школу заодно, являясь заместителем директора. А еще она вела алгебру с геометрией, по которым у меня выходило пять. Наталья Сергеевна зашла, оглядела класс, который в спешке ставил уроненные парты и стулья на свои места, выпускал из шкафа человека, запертого там…       — Так, где ваш новенький-то?       Все дружно пожали плечами. Даже я, несмотря на то, что лицом была в парте.       — Но с утра был, так?       — Мы его толком не видели даже.       Женщина вздохнула, видя, как коллектив в очередной раз оказался на редкость безответственным и просто херовым в этом отношении, но вынужденно переключилась на другие темы, такие как каникулы в скором времени. Обобщая, там было куча призывов досдать наконец свои долги, иначе неаттестация, бла-бла-бла. Ко мне это точно не относилось.       Но вот, в класс входит этот новенький, в клетчатой рубашке и черных джинсах, действительно, точь в точь похожий на Саске, хмуро озираясь на этот цирк: кто-то беспалевно сидит на парте, кто-то вообще спит (не будем показывать пальцем на меня). Входит и молчит, почти злобно сканируя пространство.       — Мы вот тебя ждем. Быстрее надо, — Наталья Сергеевна, не отрываясь от бумаг, поманила его рукой и, придерживая за плечо, повернула ко всему классу. — Знакомьтесь, Александр Ветров.