Трудности быта

- Ты не оставил мне наличных! И не отдал карту! Ты никак не позаботился обо мне! - Жади.. - Только представь, что я чувствовала, расплачиваясь с таксистом кольцом! - Жа.. - Как ты мог забыть об этом, Лукас?! Я не работаю, у меня нет денег, больше нет счетов в банке и дяди, который мне финансово помогал! - Дай мне сказать.. - Ты поступил безответственно и еще заставил меня так долго ждать на жаре! Я даже в кафе зайти не могла, чтобы купить себе стакан воды! - Да дай же мне, наконец, сказать! – закричал Лукас, бросая лихорадочные взгляды то на дорогу, то на нее. – Я выехал за тобой сразу же, просто в городе пробки, а ты была в другом конце! Я и так жертвую половиной рабочего дня из-за тебя, а ты еще предъявляешь мне претензии! Брови Жади удивленно поползли вверх, в глазах заплескалось возмущение. - Да, я виноват, что забыл дать тебе денег, но и ты могла позаботиться об этом заранее! Я не знал, что ты будешь уезжать из дома, если бы мы все обговорили заранее, такого бы не произошло. - А что я, по-твоему, должна теперь все время сидеть в квартире и ничего не делать, дожидаясь пока ты вернешься с работы? Ну уж нет! Я хотела встретиться с дочерью! - Но ты бы могла меня предупредить. - Я решила это спонтанно. Я хочу жить свободной жизнью, не претерпевая из-за тебя таких трудностей! Почему ты никак не обеспечил меня финансово? - Я давал тебе деньги, откуда я знал, что ты все потратила. Послушай, Жади, мне нужно сосредоточиться, я не могу вести машину и ругаться с тобой. Подожди пока мы доедем до дома. Черный джип плавно скользил по раскаленному асфальту и приближал их к дому, расположенному в уютной прибрежной зоне Леблона. Жади сбавила обороты, но продолжала давить на Лукаса историей с охранником. На этот раз он молчал, а женщина тихим едким голосом сыпала проклятия на бывшего мужа и исламский закон. В квартире, включив кондиционер и уйдя в спальню подальше от глаз пришедшей служанки, пара вновь разворошила угли свежей ссоры. - В восточном обществе принято, чтобы мужчина заботился о женщине. Он ее опора, он решает все ее проблемы. - Я забочусь о тебе, Жади, и создам для тебя все условия. Это единичный случай. Лукас достал свое портмоне и вытащил золотую кредитную карту. - Вот возьми. Этой картой когда-то пользовалась Маиза. Я регулярно пополняю счет. Денег там достаточно. Его возлюбленная окаменела. - Ты даешь мне карту своей бывшей жены?? Карту, которой пользовалась Маиза?! - Боже, Жади, - мужчина потер переносицу. – Ну что в этом такого. Это очень хорошая карта. Она на мое имя. Пин-код я сейчас запишу на бумаге. - Я хочу личную, на мое имя! - Хорошо, - Лукас быстро чертил цифры в блокноте. – Мы съездим в банк. А пока возьми эту. Протянутая кредитка осталась проигнорированной. Он положил ее на прикроватный столик, прикрыв сверху вырванным листком и небольшой стопкой ассигнаций сотенным номиналом. - Я не хочу с тобой ссориться из-за такого пустяка. - Это не пустяк, Лукас. И я хочу назад свое кольцо. - Кстати, - спохватился он. – Отдай мне эту бумагу от таксиста. Если они тебя не обманули, то мы вернем его назад. Жади занервничала и резким жестом достала из сумки ордер о находке. - Не переживай. Даже если и обманули, я куплю тебе точно такое же. «Точно такое же ты не купишь», - подумала женщина. – «Саид покупал мне его в Каире. В отличной ювелирной лавке». На счастье, это такси было надежным и одним из самых популярных в Рио. Лукас быстро отзвонился по указанным телефонам и сообщил Жади, что проблем с возвратом не будет. - Почему ты считаешь, что меня могли обмануть? - Потому что в больших городах очень много мошенников. Если ты ни разу не была их жертвой, то это не значит, что ты от них застрахована. Жади сделала глубокий вдох и прикрыла глаза. Она устала за этот день. Она хочет принять прохладный душ и отдохнуть. Лукас сделал шаг навстречу и приобнял ее за плечи. - Я должен ехать на работу. Теперь ты справишься без меня? Красивые глаза с прямыми стрелками попытались изобразить недовольный взгляд. Но все же в глубине души она была ему благодарна. Он ведь примчался. Помог. - Сегодня вечером я буду танцевать для тебя. – ее губы изогнулись в предвкушающей улыбке. – И мы проведем незабываемую романтичную ночь. Уставшее лицо мужчины озарилось. - Я постараюсь освободиться как можно раньше. … Полтора месяца любви. Пусть и не такой, какой ее себе представляли эти двое, страдавших двадцать лет в разлуке, людей, но все же красивой, искренней. Они часто ссорились по мелочам, но быстро мирились и утопали в объятиях друг друга. Нереализованные желания воплощались каждый день, делая счастливым и его, и ее. Однако кое-что все-таки существенно омрачало безоблачную жизнь. У каждого были свои заботы и тревоги, которые они не могли разделить напополам и облегчить груз, давящий им на плечи. У него – больная дочь, находящаяся в стадии ремиссии и стремящаяся выкарабкаться из огромной ямы, в которую она загнала сама себя; у нее – тоже дочь, которую она не могла забрать и даже видеть. Лукас страдал, страдала Жади. Вместе они забывались, но родительские инстинкты, пусть и были существенно преуменьшены, никуда не делись, а любовь к детям то и дело заставляла покалывать сердца. Но самое печальное было то, что ни ему, ни ей, не было дела до чужих детей. И они оба это понимали. … - Ты не съездишь со мной навестить Мел? Субботнее утро уже не понравилось Жади. Она перестала гладить Лукаса по груди и перевернулась на другой бок. - Ты думаешь, мне там будет место? Феррас приподнялся на локте и бережно откинул прядь волос, упавших ей на лицо. - Мел хочет видеть меня счастливым. Она примет тебя. Она ведь сама отпустила меня к тебе. - Не думаю, что у меня получится понравиться твоей дочери. - Ты понравишься ей, - он поцеловал ее плечо. – Ты не можешь не понравиться. Жади вздохнула и повернула к нему голову. - Ты счастливее меня, Лукас. Твою дочь никто не отбирает, ты можешь видеть ее когда захочешь и принимать участие в ее жизни, а я.. Мужчина разозлился. - Моя дочь едва не погибла, Жади! Думай, что говоришь! Женщина растерянно поглядела, как он молниеносно срывается с постели и лихорадочно заматывается полотенцем, висевшим на стуле. - Ты даже не представляешь, что нам пришлось вынести! Мел три года убивала себя, а мы ничего не могли сделать! При родах моя дочь едва не умерла, у нее могло отказать сердце, а ребенок чудом выжил! И ты мне говоришь, что я счастливее тебя?! - Лукас.. - Как ты можешь нас сравнивать?? - он принялся мерить комнату шагами. – Мой ребенок выжил и это счастье, но борьба еще не закончена! Все только начинается. У нее ремиссия, Жади, от наркотиков нельзя вылечиться, можно только прекратить употреблять и психологически заставить себя подавить влечение к ним, но стопроцентной уверенности в том, что человек снова не возьмется за старое – нет! Мел может сорваться и тогда она уже точно погибнет! Лукас остановился у окна и зажмурился. Страшно защипало в носу, а из глаз вот-вот польются слезы. Жади соскользнула с шелковых простыней и подошла к любимому. Осторожно провела рукой по его обнаженной спине и прижалась лбом к плечу. - В твоем мире нет проблем с наркотиками. Ваша религия облегчает дело с наркотической и алкогольной зависимостями, а у нас все наоборот.. На Западе ты ни от чего не застрахован. Может случиться все, что угодно. Мы хорошо воспитывали Мел. Разговаривали о вреде сигарет, алкоголя и наркотиков. Просто она оказалась слишком слабой и зависимой. Один пример дурной компании и она втянулась. - Все будет хорошо, - пробормотала женщина. – Она поправится. Аллах поможет ей. А мою дочь я могу больше никогда не прижать к груди. Лукас обернулся и взял в ладони ее лицо. - Подожди, Жади. Дай Саиду время. Он остынет, и тогда вы сможете договориться. Уверен, он не хочет, чтобы Хадижа страдала. Дипломатия все решит. Вам просто нужно хорошо поговорить. Ей не хотелось спорить. Она слабо улыбнулась и почувствовала вкус соленой слезы. … Ждать у моря погоды, а точнее пока на Саида снизойдет милость, Жади не могла. Она страшно соскучилась по дочери. Когда Лукас уехал на работу, она встала и стала собираться на возможную или невозможную встречу. Прошло два месяца с момента ее последнего визита в школу. Охранники потеряли бдительность. И возможно, бывший муж решил, что ее нет в городе, раз она так долго не маячит на школьном дворе. Вот она и воспользуется преимуществом на внезапность. Но сначала маленькая хитрость. Вчера Жади накупила разных париков и деловых костюмов вкупе с пятью парами солнечных очков. Один раз она уже провела так людей дяди Абдула в аэропорту. Проведет и сейчас. Легкий бежевый льняной костюм, туфли на невысоком каблуке, сдержанный макияж без тени намека на восток, блондинистый парик до плеч. Жади открыла одну из шкатулок с драгоценностями и выбрала пару неброских колец. Сегодня пасмурно, наверное, она не измучается с фальшивой прической, как это было бы в жару. Полный кошелек ассигнаций, наконец-то карточка на ее имя и новая сумочка под официальный вид деловой мадам. Жади сделала последний пшик духов и покинула квартиру с чувством почти одержанной победы.