Паноптикум души.

Изая. Всё та же крыша. Я давно успокоился и молча сидел на парапете, свесив ноги вниз и чувствуя плечом чужое тепло. Шизуо сидел рядом и тоже молчал. Но это уже было не то мрачное безмолвие, которое часто воцарялось между нами, а более спокойная и даже уютная тишина. Я до сих пор не понимал, почему он остался со мной и чего ему это стоило. Он столько раз мог уйти, но возвращался, терпел меня днём и ночью. Спокойно и без агрессии успокаивал. Ну, что... правильная позиция, психов не злят. Отчасти мне и было нужно такое спокойствие перед глазами. Маленькая уверенность в стабильности и шатком мире, которого не было у меня внутри. Единственным шоком за всё это время было только вмешательство Широ. Вот уж от кого я ждал помощи в самую последнюю очередь. Только я прекрасно понимал, что именно он не дал засадить меня за решётку. Эта мысль крутилась давно и у многих - были такие дела, за которые меня могли бы посадить на большой срок. Я не ангел... но ладно, не об этом сейчас. Что меня тревожило сильнее всего, так это то, что Шизуо мне не всё рассказал, я кожей чувствовал - меня посвящали далеко не во все детали. Непонятно, почему. Берегли? От кого? От странной женщины, которая до сих пор оставалась для меня загадкой, хотя я смутно и догадывался о её личности. - Шизуо... а почему ты не хочешь рассказать мне чуточку больше? - осторожно начал я, пристально всматриваясь в огни города. На улице была уже глубокая ночь, везде мигали разноцветные лампочки и неоновые вывески, а улицы так и не опустели от суматошной толпы. Люди продолжали сновать внизу туда-сюда, как мелкие чёрные точки. Река жизни никогда не останавливала своего потока... - А что именно рассказывать-то? - откликнулся он, после минутной паузы. - Ведь там было ещё одно действующее лицо... кто она? Я устал терзать себя догадками, а вы не хотите раскрывать мне эту тайну, словно сговорились между собой. Что ты, что Селти. - А что, было бы лучше выложить всё сразу? - фыркнул Шизуо. - Тогда было бы неизвестно, чем бы всё это закончилось. - Так что же вы скрываете? Неужели это настолько страшно? - искренне удивился я. - Да нет... Просто я не знал, как бы ты отреагировал на то, что нашей таинственной гостьей была никто иная, как Сигрюн. Надеюсь, ты знаешь кто это. Имя само за себя говорит. Я замер, забыв, как дышать, и очень медленно повернулся к Шизуо всем корпусом. - Что? - очень тихо произнёс я. - Живая валькирия? - Нет, бля, мёртвая, - ухмыльнулся вышибала, закуривая и пряча пачку сигарет в карман. - Конечно, живая. На коняге крылатой. Причём конь мне понравился больше, чем сама женщина. А так, ну баба, как баба, в латах, воин одним словом. Значит, я верно думал, что здесь замешана третья следящая сторона. Сигрюн... "Тайная победа". Она выиграла и добилась своей цели, даже если я её пока ещё не знаю. Хм, но уж лучше она, чем, скажем, Скёгуль или Хьерфьетур. Я не знаю, как бы я повёл себя полмесяца назад. Возможно, Шизуо правильно поступил, что промолчал и оставил эту новость до лучших времён. - И что она сказала? - спросил я с замиранием сердца. - Сказала, что ещё вернётся, - пожал плечами Хейваджима, туша окурок о парапет и выкидывая с крыши. - И что хочет с тобой поговорить очень серьёзно. Держи, сказали, пригодится, - он сунул мне в руку лакированную визитку. Я удивлённо уставился на неё, медленно читая текст. "Мы найдём вас сами, лишь только пожелайте этого!" Звучит ужасающе. От этого тут же возникало ощущение острого тотального контроля. Но больше всего меня удивило название - "Валькирия"... прям, ирония судьбы. Хотел - получи! - Интересно, и как же они работают? Неужели такими же методами, как и со мной? - произнёс я, растягивая слова. - Без понятия... - пожал плечами Шизуо. И снова тишина. Я смотрел на маленький белый прямоугольник картона с золотистыми буквами в своих руках и не мог собраться с мыслями, в голове было пусто, а вот сердце отбивало сумасшедший ритм, не давая нормально дышать. - И это всё? - не выдержал я. - А тебе мало? - с лёгкой иронией осведомился Хейваджима. - Но если ты хочешь, я могу тебя в погребе каком-нибудь замуровать и сверху плиту бетонную водрузить. Мол, тут томится несравненный любитель заточений. - Я не об этом! - огрызнулся я, скорее по привычке, чем от злости. Нет, я на него не злился, что вы. За что? - А что тогда? - Чем я разозлил Сигрюн? - спросил я напрямик, серьёзно смотря на блондина. - Ты сам знаешь ответ, так чего же спрашиваешь? - Потому что не хочу говорить сам, - насупился я. - Стыдно? - широко и злобненько улыбнулся Шизуо. - А вот и нет! - осклабился я в ответ. - Но ладно, шутки в сторону, теперь серьёзно... Я её боюсь, - я понизил голос. - Селти или Сигрюн? - Обеих, - со вздохом. О том, что Шизуо знает о голове дюллахан, я уже догадался, это было видно по его взгляду. Он был не осуждающий, скорее, недоумевающий и обиженный. Злобу Шизу-тян уже выместил на утвари и городских постройках, по крайней мере, я так предполагал, спрашивать и рисковать здоровьем мне не хотелось. - Вот это ты зря, - усмехнулся он. - Мне кажется, что ничего плохого она с тобой не сделает. В голове память, а душа в сердце... Если она, конечно, есть у таких существ. Ведь даже они чем-то существуют, чем-то дышат и чувствуют. Так что, не стоит переживать. Мне кажется, что даже среди своих она была белой вороной. Я не стал отвечать, удивлённо смотря на Шизуо. Его частенько прорывало на подобные штучки, на протяжении двух месяцев я не раз наблюдал подобное. Они с Селти друзья и их дружба странна и необычна сама по себе. Иногда мне казалось, что он знает её даже лучше, чем Шинра. - Но раз сегодня выдалась такая спокойная ночь, может, поговорим о чём-нибудь другом? - спросил он, развалившись на парапете и заложив руки под голову. - О чём? - внешне спокойно поинтересовался я, косясь на его макушку возле своего бедра. По-настоящему я боялся разговоров, которые начинались с мнимой легкомысленности и отстранённости. Они могли увести в такие темы, которых касаться было не то что неприятно, а просто омерзительно. - Я не хочу говорить о нынешних проблемах, я хочу поговорить о тебе, - тихо откликнулся Шизуо, смотря на чёрное небо. Я мельком глянул вверх. Над городом никогда нельзя увидеть звёзд. Как жаль. Иногда не хватает мелкой серебристой крошки на этом чёрном полотнище, подсвеченном цветными огнями. Интересно, каково жить романтикам в таких урбанистических чудовищах, как огромный мегаполис? В таких городах не так легко найти тонкую и не запачканную прогрессом красоту. Люди разучились любоваться миром и его красотой, погрязнув в мелочных делах и оставив для таких созерцаний слишком мало времени. Я медленно наклонился над блондином, закрывая ему обзор и ставя руки по обе стороны от его головы, и очень внимательно посмотрел в полуприкрытые и немного сонные глаза. - Это не так интересно, - растягивая слова, ответил я. - Зачем тебе это? Я не хотел ему рассказывать о себе, в моём прошлом было слишком много чернухи и порока, но я не желал такого пути, мне просто не дали выбора на самых первых ступенях, а потом я уже сам втянулся, считая это чем-то вполне нормальным. Надломленное дерево растёт в ту сторону, куда его ведёт изгиб искривлённого чужими руками ствола. - Считай это небольшой расплатой за освобождение. - Ну... раз так, то спрашивай, - смилостивился я. - Ты прав, за всё надо платить, и не всегда деньгами. - Вопрос некорректен, но... почему ты хотел умереть? Зная твою трусость... - Шизуо приподнялся на локтях и выжидающе смотрел на меня. Я невольно вздрогнул. Это когда это я успел проболтаться? О чём я незамедлительно и спросил у Хейваджимы. - Когда пьяный был, - фыркнул блондин. - Ты же сам сказал, что у тебя духу не хватило, но ведь хотел же. Значит, было от чего. Рассказывай, - он улёгся обратно. - А я могу воздержаться от ответа? - я склонился немного ниже. - И вместо вопросов отплатить чем-нибудь иным и более приятным. - Нет уж, сначала ответь, а потом делай что хочешь, - настаивал на своём Шизуо. - И ты не отстанешь, пока я не расскажу? - обречённо вздохнул я, поворачиваясь в сторону мерцающих огнями небоскрёбов. - Да, - заверили меня. Я закрыл глаза и медленно и глубоко вздохнул. Говорить, ой, как не хотелось! Но с другой стороны, я должен был отплатить ему за испоганенные нервные клетки хоть чем-нибудь, пусть и куском так позорно скрываемой правды. А она очень дорого стоит, кстати... эта правда. Она банальна, местами противна, но при этом является неотъемлемой частью моего прошлого, как, в сущности, и настоящего. - Ладно, - решился я. - Расскажу. Хотя придётся начинать издалека. Можно сказать, я перед тобой настежь душу распахиваю, - слова давались мне со скрежетом. Шизуо немного напрягся и прищурил глаза, внимательно меня слушая. - Скажи, а тебя любили в семье? - спросил я. - А почему в прошедшем времени-то? Ну, если не брать во внимание того, что меня отец сечь ремнём остерегался, ограничиваясь нудными лекциями, и не учитывать мелкие подростковые проблемы со скандалами и сломанными стенами, то отношения в семье были и есть хорошие. - Повезло, - тихо хмыкнул я. - Только не говори мне, что тебя частенько угнетали в семье, избивая по каждому поводу. Твой отец не похож на любителя рукоприкладства, да и ты на жертву не очень тянешь. - Откуда ты знаешь? На чём твоя уверенность выстроена? - насторожился я. - Твои сёстры сбежали от Широ, ему пришлось забирать их из твоего офиса. Там-то мы "мило" и побеседовали. - И какое впечатление он на тебя произвёл? - холодно спросил я. - Смазанное, - сознался Шизуо. - Вы с ним чем-то даже похожи... - Не смей говорить такое! - зашипел я, сжимая пальцы до боли в ладони. - Я имел в виду поведение, - тут же попытался спасти положение Шизуо, но безуспешно. Я не мог нормально переносить того, что меня сравнивали с отцом. Да, внешность очень похожа, пугающе похожа, но на этом наша схожесть и заканчивалась, внутренний мир у нас строился на совершенно разных понятиях, что я и попытался донести до вышибалы после того, как прошла десятиминутная пауза с нецензурными воплями и попыткой выбить Шизуо глаз. Когда я начал свой рассказ, я уже вновь был полностью спокоен, хотя пальцы мелко дрожали. - Давай я тебе всё растолкую. Чтобы было понятно. Начать стоит с того, что мать с отцом близкие родственники... А если быть точнее, двоюродные брат с сестрой. Тёплых чувств между ними никогда не было, было только подростковое любопытство. Когда я родился, отцу было семнадцать, мать на год младше. Чтобы не возникло проблем с законом на почве растления малолетних, родственникам пришлось заставить их создать семью. Оба активно сопротивлялись этому, но родня была более упёртой. Я не был желанным ребёнком. Даже наоборот, являлся обузой для новобрачных, которых бесил мой плач. Семья у нас не бедная, и это мягко сказано. Инцест у нас в роду процветал давно - своеобразный паноптикум уродов. Этакая защита от смешения крови с другими семьями. Благодаря вот таким вот союзам у многих проблемы с этой самой кровью, плюс расстройство психики в подарок. Далеко за примером ходить не надо. У меня анемия и по детству были частые судороги и проблемы в области неврологии. Скажем так, ребёнком я был хилым. Родители мной не занимались, спихнув на плечи бабки и вечно сменяющихся нянек. До восьми лет я был как ненужная вещь, мешавшая молодым людям, которые занимались чем угодно, но не мной. Нет, мне ни в чём не отказывали, потакая любым моим желаниям. Но материнской любви так и не дали. Она полностью досталась сёстрам, Кёко всегда мечтала именно о девочках, - я ненадолго замолк, переводя дыхание. - Восемь лет... Мой маленький Ад начался с этого возраста и продолжался лет до четырнадцати-пятнадцати. Хотя... знаешь, он продолжается и до сих пор. Не постоянно, но всё же. Скажи, что тебя насторожило в Широ? - В его словах и действиях сквозила ревность, - медленно произнёс Шизуо, щурясь и вновь принимая сидячее положение. Я горько усмехнулся. - А хочешь, я скажу, что являлось объектом ревности? - Шизуо кивнул, ожидая моих следующих слов. - Объект сидит с тобой рядом. Он приревновал тебя ко мне. А причина в том, что у него есть болезненная любовь к юным мальчикам и подросткам. В восемь лет он заинтересовался мной, но лучше бы он этого не делал. Я тогда не понял, что он со мной сотворил. Понимал, что это что-то плохое, но сказать кому-то... хм, было стыдно. Я пытался спросить у Кёко, что со мной творил отец, но она лишь отмахивалась от меня, закрывая на всё глаза. Ей плевать и на меня, и на личную жизнь Широ - у них между собой такой уговор, каждый из них живёт, как хочет, но на виду они благополучная пара. А тем временем изощрённые игры Широ продолжались... Он частенько подкладывал меня под своих компаньонов, заставлял участвовать в оргиях, пускал по кругу, наблюдая за всем со стороны... - я искривил губы в кривой усмешке. - А потом я уже не мог поменять себя. Однажды сломавшись, нельзя стать прежним. Жертвы насилия редко могут нормально влиться в жизнь. В пятнадцать лет я сбежал из дома. Я думал, что мои беды на этом кончатся, наивный... Но ему стоит сказать спасибо. Именно он свёл меня с Шики, тем самым дав стартовую площадку. Даже будучи такой тварью, он помогал мне, тихо и ненавязчиво. Шизуо молчал. Не жалел, не сюсюкал, не говорил банальных глупостей. Только в глазах стояло удивление. Единственное что он сделал, это осторожно положил свою руку поверх моей и легонько сжал, тихонечко поглаживая большим пальцем. - А чем он вообще занимается? - осторожно спросил Шизуо. - Официально - грузоперевозки между Японией и Россией. Водным транспортом, соответственно. В его распоряжении несколько судов и неплохой автопарк. - А неофициально? - Контрабанда оружия. Всю его деятельность покрывает охранное агентство "Гидра", тоже имеющее криминальные корни. Торгует он с якудзой. Шизуо поперхнулся воздухом, видимо, представив размах. - Партии оружия обычно небольшие, чтобы не вызывать подозрений таможни да и прятать так проще, - успокоил я его. - Кроме оружия так же частенько провозятся предметы искусства и наркота. Причём, в обе стороны. - С размахом работает, - откашлявшись, произнёс Шизуо. - Угу, его спасает только хитрожопость, которая у него развита похлеще чем у меня. И связи, конечно. А ещё то, что я частенько из-под палки помогаю избавиться от подозрений, падающих на его фирму. Но давай закроем эту тему, - потребовал я. - Нет, пока рано, ещё один вопрос, - встрепенулся Хейваджима. - Надеюсь, он не такой же коварный, как предыдущий? - нахмурился я. - Не знаю. Я хочу знать имя того бедолаги, которого застрелили. - Зачем? - я едва сдерживал дрожь. Шизуо метко бил по больным темам, что вызывало некоторые подозрения. - Просто хочу знать. - Зачем? - повторил я. - Я... твоё предложение ещё в силе? - спросил он, немного нервничая. - Это про становление секс - партнёрами что ли? - припомнил я. - Да, - кивнул блондин. - Ну, в силе, - вздохнул я. - Я хочу предложить тебе большее. - Внутренности не принимаю, - тут же вставил я. - Ну, сердце я тебе и не отдам, оно мне пока самому нужно, а вот стать любовниками могу предложить, это лучше чем просто одна постель. Я слишком много видел, чтобы отказаться от такого предложения. Я знаю непозволительно много. Что же ты делаешь, а, прямолинейный ты мой?! Такой открытостью впору убивать. - Его звали Владислав, а для меня он был просто Славой... - ответил я через пару минут. - И знаешь что? Я согласен. Сегодня кончилась третья неделя после завершения суда, и четвёртый месяц после начала дела о каннибале. Четыре месяца, отнявшие у меня душевное спокойствие. Но кто знал, что это только начало? Начало событий, которые так круто перевернут остатки того, что я гордо называл своей душой. Ведь она всё-таки пришла...