Одинокий лепесток сакуры

«Люси?! Люси, это правда ты?! Где ты?! Я чувствую тебя!»       Казалось, что ветер, который трепетал нежные листья, заставляя их падать розовым ковром, создавал именно Драгнил, что нёсся так быстро, как мог. Не пытаясь обогнуть коврики с уютно расположившимися на них парами, он просто перепрыгивал их, даже не тратя время на секундное извинение. Казалось, все его драконьи чувства, что потухли за этот год, снова обострились до предела. Что сама душа, которая оставила его, превратив в бесчувственную куклу, умевшую лишь следовать за Лис и слушать её, снова вернулась, наконец, дав вырваться его крыльям наружу. Дав улететь от неё к той, которую он так долго искал. Люси       Это коротенькое имя, состоящее всего лишь из четырёх простеньких букв, ассоциировалось со многим. Например, с тем, как много раз можно терять надежду, но каждый раз вставать с колен и снова кидаться в битву с улыбкой. Как можно разочаровываться раз за разом, но зависеть от чего-то настолько так, что продолжать постоянно тянуться. Ну, и конечно, она всегда ассоциировалась с чем-то тёплым, солнечным, родным. Своей вечной мягкой улыбкой, золотыми волосами, нежно-шоколадными глазами, своей бескорыстной добротой и любовью к окружающим она напоминала персональный лучик солнца для их гильдии. Нацу часто задавался вопросом, как они раньше так весело жили без Люси? Кто раньше являлся их лучиком света?       Но как бы быстро он не бежал, четко поставленный кем-то камень, заставил Драгнила споткнуться и ласточкой вылететь на поляну, кубарем прокатиться по небольшому склону и растянуться на траве, подняв в воздух ещё небольшой фонтан розовых листьев. Сердито выплюнув один из них, он поднялся и замер. Сердце пропустило один удар.       Под большим деревом с толстым стволом, с длинными скрюченными, словно от старости, ветками, с густой кроной из нежно-розовых, почти белых лепестков, блестела золотая макушка, доносился звонкий смех. Сперва, даже его чутьё засомневалось в том, что это Люси. Их Хартфелия. Золотые волосы, не подвязанные ни одной резинкой, свободно колыхались на ветру. Обычно, каждый месяц Хартфелия подрезала их, говоря, что ей не нравятся длинные пряди, но за этот год волосы отросли не менее чем на двадцать сантиметров, что очень шло блондинке. Вся её вычурная одежда, в которой она лишь гонялась за модой пропала, оставив месту простому нежно-зелёному платью, подвязанному искусно-сплетённому макраме, выступавшему в виде пояса. Даже карие глаза. Такие живые, задорные, как-то поменялись. Словно стали взрослее, узнали много того, о чём никто и не догадывается. И главное — её запах. Приятный и банальный аромат ванили сменился на сладкую липу и прелые осенние листья, создавая непередаваемое словами сочетание какого-то уюта и одновременно чуждости. Но это была она. Люси. Его Люси       Она звонко хохотала, даже не заметив упавшего Драгнила, прижимая к себе странное на вид существо, такое же золотистое и громкое, как и Хартфелия. Загадочное «что-то» громко пищало на манер годовалого ребёнка, явно такими звуками выражая радость, восторг и вообще полную нирвану. Оба индивидуума расположились на большой полосатой ткани, на которой стояла большая корзинка для пикника, а вокруг куча бутербродов, половина из которых, была надкусана маленькими зубками, явно принадлежащие странному существу.       На губах Нацу само собой расползалась глупая улыбка. В душе словно взорвался салют, лишь от одного её вида. Он уже открыл рот, желая закричать так громко, как только мог, но крик застрял в горле, не давая вымолвить ни слова. Из-за дерева, видимо осматривая его, вышел до боли знакомый парень. Сначала остановившись возле ствола, он запрокинул голову вверх, задумчиво смотря на ветви, а после уселся рядом с Люси, взяв один бутерброд. Девушка что-то спросила у него, отчего он посмотрел на неё с нескрываемым любопытством и Хартфелия снова рассмеялась. А Драгнил замер в полулежащем состоянии, не в силах двинуться. Он помнил это лицо так же ясно, как кружившуюся над островом Тэнрю смерть, которая раскрыв свои чёрные с замысловатыми узорами крылья, заслонила солнце и погрузила их во тьму на семь лет. Их и всю гильдию Фейри Тейла. И всё из-за него. Всё из-за… — Зереф! — заорал Нацу так громко, что с сакуры поднялась стая птиц, а вокруг наступила полная тишина.       Тёмный маг успел лишь подняться, как Драгнил молниеносно кинулся на него и схватил за горло. — Умереть хотел, ублюдок?! Так я тебе это устрою! Это ты прятал от нас Люси так долго?! Что ты с ней сделал?! Почему?! Почему она сейчас стоит рядом с тобой?! — яростно заорал он, вжимая мага в ствол дерева.       Зереф, не ожидавший такой резкой смены обстановки, сначала опешил, но быстро понял, что к чему. — Нацу… — пробормотал он, даже не зная, что предпринять. — Ты что с Люси сделал, гад?! — ещё громче заорал он. — Ты причинял ей боль?! Мучил?! Ответь, зараза?!       Его крик, наполненный злобой, прокатился по всему парку, что послужило последней каплей смятению Зерефа. Чёрные глаза мгновенно зажглись красным цветом убийцы, воздух будто стал тяжелее, стало трудно дышать. Вокруг них скопилась такая страшная чёрная аура, что у Драгнила невольно пробежали мурашки по спине. Он потерял силы двигаться, способный лишь смотреть в эти красные глаза и чувствовать, как воздух трещит от количества чёрной магии. На секунду, Нацу действительно решил, что сейчас всё закончиться. Он, всегда такой беззаботный и бесстрашный, вдруг ощутил настоящий животный страх, ледяными когтями сдавливающий горло. — Зереф, нет!       Девчачий голос, такой звонкий и воинственный пронзил тишину, словно стрелой, и сгусток этой чёрной силы лопнул, как шарик пронзённый иглой. В мгновении ока, воздух снова вернулся до нормальной температуры, послышался смех людей вдалеке. Нацу невольно отшатнулся, и почти сразу между ними выскочила Люси, широко раскинув руки, словно так хотела защитить чёрного мага. — Ты не тронешь его, Драгнил, — угрожающим голосом сказала Хартфелия.       Её глаза были напуганы, но голос… такой незнакомый, не свойственный ей. Всё происходило словно в театре, где она просто должна была сыграть чью-то роль. — Люси, это же я… — растерянно улыбнувшись, пробормотал Нацу. — Ты что делаешь?.. Люська, ты странная… Это же Зереф… Что он с тобой сделал? Ты чего, Люська?.. Он запудрил тебе мозги, да? Заколдовал или что-то такое? Пойдём в Хвост Феи, я обещаю, мы снимем с тебя эти чары… Только отойди от него…       Ответом ему был долгий грустный взгляд. Несколько раз парню казалось, что она действительно сейчас тронется с места, что отойдёт от Зерефа и правда направится с ним в гильдию. Но Хартфелия осталась стоять, лишь её короткий сарафан развевался на лёгком ветру. Сзади к ней подошёл маг и что-то шепнул, положив ладонь на плечо, отчего она всё же опустила руки и голову. — Нацу, он не накладывал на меня никаких чар, — еле слышно пробормотала она. Но, вдруг улыбнувшись, Люси подняла голову и намного громче продолжила: — Он не заставлял меня, не причинял вреда. Я осталась с Зерефом по своей воле. — Он чуть не убил нас… — сквозь зубы пробормотал Драгнил, его голос уже больше походил на рык. — Это пытался сделать Акнология, которую в свою очередь пробудили Сердце Гримуара, — возразила девушка, мотнув золотой головой, отчего длинные волосы колыхнулись в разные стороны, блеснув на солнце. — Зереф не виноват! — Он чуть не прикончил Джувию, Эльфмана и Лисанну своей магией! — Это тоже была случайность, он не мог её контролировать! Голод был силён! — Ах, ну да! У нас же прошло семь лет по его милости, да?! Скорее всего, он уже научился её контролировать, верно?! Простите уж, что для меня события были словно вчера! — Нацу сжал кулаки. «Люси, молчи. Пожалуйста, закрой рот. Не хочу, чтобы ты это говорила. А я не хочу думать о том, что хочу причинить тебе вред…» — Я имею иммунитет против этой магии, — твёрдо сказала девушка, словно не обратив внимание на слова парня, хотя та боль промелькнувшая в её глазах, ясно дала понять, что она не хуже остальных знает — что такое семь лет. — Люси… — на выдохе пробормотал Драгнил. — Прошу, отойди… Не заставляй меня делать это силой.       Хартфелия не ответила. Протянув руку к висевшей на поясе связке ключей, она не глядя, узнавая их на ощупь, отсоединила один из них и направила на бывшего друга. — Вот так, да? — прошипел Драгнил. Мгновенно мелькнувшая ярость отразилась в его глазах ярким жарким пламенем, но Люси, как и Зереф, не сдвинулась с места. Лишь Гуго сердито шипел, вздыбив шерсть как кот, и яростно размахивал хвостом, хлестая себя по бокам и напоминая львёнка.       Мучительно потянулись секунды. Казалось, будто весь мир затих в ожидании. Атмосфера стала неестественно липкой, тягучей, словно песочные часы времени были наполнены не золотым песком, а резиной, что медленно плавилась, тонкими нитями растягиваясь до дна. Люси стояла так же непоколебимо, спокойно смотря в серые глаза Драгнила. Казалось ли ей, что он медлил или это был лишь обман подсознания? Несмотря на внешнее спокойствие, нервы трещали, готовые вот-вот порваться, словно последнее, что их сдерживало — некрепкие нити веры в себя, которые так беспощадно рвались напряжением. Казалось, что эти несколько секунд тишины продлятся вечность, но их наконец-то нарушили. Громкий крик пожилого голоса, который всё ещё хранил в себе мужскую силу, разрушил это наваждение. Тяжело опираясь на свой посох, со склона спускался Мастер Макаров, угрюмо сдвинув брови. За его спиной, не зная что делать, застыв в смятении, собралась гильдия Хвост Феи. Знакомая, но уже не родная. Обновлённая, пусть и со знакомыми лицами. Златовласая не почувствовала обычного тепла при их виде. Словно это гильдия больше не была той родной и любимой, какой была год назад. Хотя... это Люси перестала принадлежать гильдии в тот момент, когда её знак чёрной лужей растворился на полу с негромким шипением. — Что тут происходит?! — воскликнул Мастер, обводя взглядом собравшуюся троицу. За ним сразу же спустилась Лисанна, обеспокоенно сверкая своими прекрасными голубыми глазами. Она быстро кинулась к Нацу, обвив его руку, на которой сразу же потух огонь, и со страхом, в котором примешивалось удивление, посмотрела на Люси, которая всё ещё держала ключ на вытянутой руке. Отведя глаза, Хартфелия прицепила его обратно. — Люси, — тяжело выдохнул Мастер. Не обращая внимания на сцену за его спиной, он повернулся к Зерефу и златовласой. — Это правда ты?       Ситуация была не той, но девушка не смогла сдержать лёгкую улыбку. Грустную, печальную, вымученную, словно вопрос тронул то место её души, что всё это время мучился и страдал по гильдии. — И да, и нет, Мастер, — пробормотала она, опуская взгляд. — Я Люси. Но не та, которую знали вы. — Ты осознаёшь ситуацию?       Казалось, такая встреча должна была пройти со слезами радости и смеха от возвращения человека, которого все так любили. Но не когда за её спиной стоит Зереф. В такой ситуации — это самый лучший и уместный вопрос, как бы резко он не звучал. — Да. Но я могу всё объяснить. — Зачем ты привела его сюда?       Мастер не спрашивал, сам ли он попросил, сам ли решил. Он словно прочтя всё, лишь задал вопрос, почему она это сделала. Удивительная проницательность. Но ведь это Макаров. Отец Хвоста Феи. — Я могу всё объяснить, — повторила Люси. — А так же гарантировать, что мы не представляем никакой угрозы и... — О чём ты, Люси?! — не выдержал Нацу, который до этого тихо стоял в объятиях Лисаны и наблюдал за разговором. Но в этот раз, он снова вырвался из тонких рук невесты и сделала шаг вперёд. — А как же Голод Смерти?! Ты же помнишь, что случилось! Он лишь чудом не убил всех нас! Я не верю в этот твой иммунитет! Он просто прочистил тебе мозги!       Блондинка недовольно сморщилась, видимо вопрос причинил ей ещё одну порцию боли. Она только сейчас задалась вопросом, почему она привела сюда Зерефа? На что она надеялась? Что выбрав пусть и самый укромный уголок в парке, но совершенно ослабив бдительность, они будут в безопасности. Единственное, на что она могла надеяться — это на то, что её не узнают. Но видимо Нацу не спешил её забывать. Что теперь ему нужно? Он в объятиях своей любимой Лисаночки, так что теперь?! По мере этих мыслей, дыхание Люси начало учащаться. В ней потихоньку закипал гнев. Но Зереф положил ей руку на плечо и что-то тихо шепнул. "Успокойся" — скорее всего. Она кивнула, хотя больше себе, чем ему и снова подняла голову. Лисана стояла напуганная и растерянная, больше не пытаясь коснуться Драгнила. Златовласая почувствовала укол вины. Не стоит на неё злится. Во всём всё равно виноват Нацу. Хотя, какая ей сейчас разница? — Я уже сказала, — даже сама удивляясь спокойствию своего голоса, наконец ответила Люси. — Я совершенно в здравом уме, с ясной памятью повторяю — магия Зерефа больше не опасна, ибо я стану защитой от неё. Я защищу весь мир от него, а Зерефа защищу от всего мира. Он больше не желает причинять вред. Даже если придётся сразиться со всем советом, я не отступлю. Мастер, что вы сейчас сделаете? Нажалуетесь верховному правительству о нас? Сообщите всему миру? А может вы сами решите пойти против нас? Я готова, пожалуйста! — Довольно! — Мастер ударил посохом по земле, заставляя её чуть вжать голову в плечи, как пристыженный ребёнок. — Сегодня праздник. Если вы пришли лишь чтобы провести время и полюбоваться на сакуру, так пожалуйста. Мы не станем вам мешать. Но я говорю сразу. После праздника, ровно в полночь, я жду вас в гильдию. И ты мне всё объяснишь. И если я почувствую от вас хотя бы маленькую угрозу, я не посмотрю на то, что раньше считал тебя своим ребёнком, как всех в гильдии, — взгляд Макарова стал пугающим. Люси не раз его видела, обращённый к врагу. — Если будет хоть намёк на угрозу для гильдии, вам обоим не жить. А если вы оба не явитесь, я заявлю совету и они повторно перероют весь свет, но найдут вас. Уходим! — больше не сказав ни слова, Мастер тяжело вздохнул и медленно побрёл к гильдии.       Люси смотрела с грустью, как неохотно пошёл Нацу, когда его за руку потянула Лисана, когда столько знакомых лиц, перемешиваясь с кем-то новым, просто отвернулись в недоверии, непонимании, в страхе и удивлении, и гурьбой двинулись обратно. Казалось, вот они уйдут и всё. В этой тишине, не нарушаемой даже шёпотом, хотя у многих было тысячи вопросов. Лишь тихий шелест травы под ногами. Но неожиданно Мастер обернулся и вновь посмотрел на блондинку. — Люси, — обратился он. — Я знаю тебя довольно давно. И знаю, что ты за человек. Именно из-за этого я доверюсь тебе. Но если ты изменилась и захочешь погубить нас, я лично вырву твоё гнилое сердце из груди, — на этом он развернулся и ушёл вслед за гильдией.       Девушке невольно стало плохо. Ноги подкосились от перенапряжения и услышанного, в глазах всё поплыло. Если бы не подоспевший Зереф, который помог ей выстоять, она бы сейчас упала на траву. Этот взгляд, эти слова... нет никаких сомнений. Они считают её врагом. Таким же врагом, как когда-то Шестерых просящих, Джерара, Мастера Аида и прочих... Ком встал поперёк горла, она принялась учащённо дышать, пытаясь как-то осмыслить, осознать это. Сердце было готово выпрыгнуть из груди от удивления и страха. И всё это вылилось. Не через слова, не через крики. Казалось, все её чувства можно было только прокричать и только тогда станет легче, но все переживания полились солёными каплями по щекам. — Не верю... — пробормотала она, тяжело падая на колени и прижимая руки к лицу. — Я не верю...       Зереф сел рядом с ней, аккуратно прижав к себе и гладя по золотым волосам. Она плакала при нём всего пару раз. И каждый раз — он просто успокаивал её, без лишних слов. Поддерживая, лишь короткими предложениями. — Выплачься сейчас, — пробормотал он. — А вечером ты так же смело предстанешь перед ними и всё расскажешь. — Прости меня... — всхлипывая и размазывая слёзы по щекам, Люси чувствовала себя виноватой перед всем миром. Перед гильдией, друзьями. И главное — перед ним. Он жил столько лет в тишине и покое, а она всего за один день так ужасно раскрыла его. — Прости меня... Если бы я не шла на поводу своих глупых желаний! Если бы не шла! — Я благодарен тебе за счастье, что ты подарила мне. Сегодня мы пообещаем Хвосту Феи, а если понадобится, то и всему миру, что мы исчезнем. И больше никогда не появимся, если ты, конечно, не решишь остаться с ними... — на секунду его голос дрогнул, но он прекрасно владел эмоциями. Чему Люси завидовала. — Сегодня был чудный день. И если ты решишь остаться, мне больше не будет смысла скрываться. Я отдам себя людям и расплачусь за все грехи... — Нет! Я же сказала, что останусь до конца! — твёрдо произнесла Люси. — Я уже сказала, я защищу тебя от всего мира. Если надо, то и исчезну с тобой. Мне так хорошо, когда мы втроём. Я не хочу, чтобы что-то опять изменилось. У меня нет семьи, друзей. Никого кроме тебя и Гуго. Для меня вы — теперь весь мир.       Зереф печально закрыл глаза. Девушка невольно испугалась. Её слова расстроили его? Но снова открыв веки, он успокаивающе улыбнулся своей печально-ангельской улыбкой, которая так нравилась Хартфелии, и кивнул. — Я рад это слышать, Люси. Сейчас именно ты решаешь мою судьбу. Если ты уйдёшь, моя магия снова вырвется. Она может ранить Гуго или людей, что окружают меня. А если отпустить его с тобой, а меня снова поселить в том лесу одного, я умру от тоски по вам. Ведь за этот год, я полюбил вас как никого другого. Вы стали моей семьёй, хотя значение этого слова я позабыл давным-давно. Поэтому, если ты уйдёшь, я сдамся этому миру.       Люси улыбнулась и покачала головой. Она решила всё давным-давно. Это была глупая ошибка с её стороны. Сегодня она решит её и больше подобного не повторится. Они навсегда останутся вместе в том лесу.

***

      Гильдия потихоньку начала перешёптываться. Все были поражены тем, что произошло. Эта длинноволосая красавица, стоявшая рядом с Зерефом — это их Люси? Абсурд! Не может быть! Она бы так не поступила! Такого бы не могло случится! Венди шла рядом с Мирой, держа на руках Шарли, а рядом совсем тихо хлопая крыльями, летел Хеппи. Четвёрка не переговаривалась. Это не укладывалось в их голове. Они не могли выкинуть ту картину из головы, что предстала буквально несколько минут назад.       Маленькая Леви шагала рядом с Гажилом, прижимая к груди очередную книжку. Пару раз Железный Дракон как-то пытался поддразнить её или отвлечь, но ничего не выходило, поэтому он довольно скоро оставил свои попытки, просто поддерживая своим присутствием. Кана шагала за её спиной, то нервно отхлёбывая приличные глотки из горла бутылки, то пытаясь одной рукой что-то сделать с картами, что-то увидеть. — Как же так... — бессвязно бормотала она, всхлипывая и утирая рукой с бутылкой слёзы со щёк. — Если бы я увидела, где она... такого бы не произошло... Да как же так... — Кана, ты пьяна, отдохни, — мягко пробормотала Лисана, обнимая её за плечи, хотя та и дёрнула плечом, говоря, чтобы та не предпринимала попыток её успокоить. — Люси теперь злая... лишь из-за меня... из-за меня она с Зерефом... — бормотала Кана. — Я не смогла найти её...       Макаров шедший рядом тяжело вздохнул. Лучше бы они этого не видели. Год прошёл. Все потеряли надежду. И такой удар. Он низко опустил голову, но уверенное высказывание Лисаны, заставило его снова поднять взгляд. — Люси не злая. Она как и была, так и останется той милой доброй Люси, которая даже не может ранить бывшего друга, пусть тот и предал её. — Я видел ключ в её руке. Что за уверенность, Лисана? — сурово спросил Мастер.       Беловолосая мотнула головой, грустно вздохнув и прикрыв печальные голубые глаза. — Ключ в её руке — ключ Водолея. — Она снесла бы нас всех волной! И при таком большом количестве народу, кто-нибудь точно серьёзно пострадал или умер! Ты хоть раз видела, насколько агрессивна и своенравна Водолей? — Нет, Мастер, вы не правы... — снова возразила Лис. — Почему же? — Она бы не активировала ключ, потому что... — Потому что рядом с Люси не было воды, — хмуро закончил Нацу, что всё это время шёл за их спиной.       Макаров на секунду обернулся, но Драгнил опустив голову, обогнал всю толпу и направился куда-то вперёд. — Праздник испорчен, — только и сказал он. — Пойду прогуляюсь теперь.

***

— Зереф, а что ты знаешь о предательстве? Это ведь плохо, да?       Он на секунду задумался, прикрыв чёрные глаза. — Я видел много предателей. Страдал от их рук, сам был в их числе, видел со стороны. А почему ты спросила?       Люси недовольно надулась, закрыв книгу, которую только что читала. — История плохо кончилась. — Чем же? — Девушка предала друзей, чтобы спасти их, но они, не понимая этого, убили её. А через несколько дней выясняется правда. И все горюют из-за этого и ненавидят себя. Не люблю такие концы, — девушка отложила книгу и свернулась калачиком в кресле, смотря на огонь. — Тех, кто не доверяют близкому человеку, вряд ли можно назвать друзьями. Она пожертвовала собой ради них и такой конец... — Она была права, она спасла их. Поэтому после смерти быстро найдёт упокоение. А вот её друзьям после смерти придётся поскитаться век-другой, прежде чем их простят и они обретут своё место на сковороде чёрта.       Люси недовольно морщится, но с тем самым пряча улыбку. — Как жестоко, Зереф! — Что? Я лишь успокоил тебя, что книга не так уж и плохо кончается, — с искренним недоумением воскликнул парень.

***

      Люси резко открыла глаза и села на мягкую ткань покрывала. Над ней Сакура переливалась всеми цветами радуги, а между её ветвей была видна луна. Она уснула, пока наблюдала. И ей снился сон. Как же давно было это воспоминание. Нахмурившись, она сжала стекло с лепестком сакуры. Она тоже предательница? И тоже найдёт такой конец? Тоже умрёт, чтобы через какое-то время выяснилась правда? А выяснится ли она вообще? "Мы уйдём, прежде чем что-то произойдет", — твёрдо решила она, мотая головой и отгоняя сон. Просто подсознание сыграло плохую шутку и послало ей не самое радужное воспоминание. — Всё против меня... всё пытается меня напугать... — пробормотала девушка. — Даже собственное тело. — Ты встала? — рядом зашевелилась тень. Зереф с Гуго сидели рядом. — Да... — кивнула Люси, потягиваясь и зевая, чтобы размять тело после неудобной позы сна. — Уже полночь. Нам пора.