Excessive

Блять. Да, именно блять. Я лежал на кровати, чувствуя ахуенный перегар около себя. Даже я так не набухиваюсь никогда, чтобы так пасло. Но это просто ебать. В комнате было темно, все шторы были закрыты, и ни один ебучий ночник не горел в этом ебучем доме. Я даже не понял, когда успел согласиться остаться здесь на ночь, но это случилось. Именно поэтому сейчас я лежал рядом с Кейтлин, ебучей сестрой ебучего Дилана. Ебучего Дилана, которого я хотел забыть за сегодняшний вечер навсегда. От чего ушли, к тому и вернулись. Поэтому просто 'блять' ясно, да? Я просто лежал и битый час залипал в потолок, потому что сон как рукой сняло в тот самый момент, когда 'Знакомься, это мой брат Дилан'. Пиздец нахуй. Что, бля, за жизнь - то такая ахуенная? В пизду все. Сейчас я лежу в одной кровати с бабой, которая мне отсосала и пыталась развлекать меня весь вечер, за что, кстати, ей отдельное спасибо. Серьезно. Она классная девчонка, несчитая того, что отсосала первому встречному, то бишь мне. С ней можно и подружиться. Но ведь минет дружбе не мешает? Блять, да что я несу вообще. Какая дружба, если она - сестра этого пидора? А ты кто тогда, Бибер, если он пидор? Ты, блять, кто? Ой, да ну нахуй все. Может, попробовать уснуть? Вряд ли получится. Да и в горле пиздец как пересохло. Надеюсь, меня не выгонят за то, что я попью воды. Хотя, похуй. Поднявшись с кровати, я аккуратно вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь, и направился по коридору к лестнице, ведущей на первый этаж. Но, блять, если бы все было нормально, то это было бы не со мной. Справа от лестницы была приоткрыта дверь, за которой горел ночник, расплескивающий по всей комнате звезды или какие-то ебучие штуки, похожие на них. Помню, у меня был такой шар в детстве. Отец мне дарил его на Рождество, когда мне было 6. И, клянусь, только этот ночник привлек меня открыть дверь и зайти внутрь. Да, конечно, блять. Только он и ничто больше. Закрыв за собой дверь, я обернулся. Ко мне спиной стоял темноволосый парень, по белой майке которого гуляли светящиеся точки. Он стоял у окна, молча всматриваясь в темноту. На нем были черные спортивные штаны, в карманах которых располагались его руки. Его плечи были расправлены, отчего его спина казалась еще ровнее обычного. – На девушек, значит, потянуло? – его голос.

jetta - take it easy (matstubs remix)

Блять, его ебучий голос, который вонзился в мою грудь осколком разбившегося стекла. Он был таким же низким и немного охрипшим, словно ото сна, как в ту самую первую ночь, когда я уснул на нем в доме Чейза. Сука, я даже помню его запах в тот вечер. Я все запомнил. Только вот, нахера? А хуй знает. -Всегда только на них и тянуло, - ответил я тихо, не сдвинувшись с места. Я просто стоял и наблюдал за тем, как волшебные точки ползут по его спине, шее, пробираясь к волосам и медленно перепрыгивая на стену. Усмешка. Снова его усмешка, от которой мне режет уши. Снова. – Что-то не так? – недоумеваю я, поджимая губу. Ну, давай же, блять, скажи мне, какой я мудак! Давай, скажи мне, что я еблан! Скажи мне это, Дилан! – А сегодня утром ты думал, что прижимал в подсобке девушку? – спрашивает он, поворачиваясь ко мне, позволяя светящимся точкам занять его лицо. Его бледное лицо с ахуенным количеством родинок. Я молчал, потому что отвечать на этот вопрос смысла не было. И вместо слов, я просто стоял и пялился на него, такого спокойного и умиротворенного. Его ресницы медленно смыкались, что свидетельствовало о том, что он очень хочет спать, но вместо этого стоит здесь и задает мне ебучие вопросы, на которых попросту нет ответов. – Ну? – словно напоминает он мне. – Нет, – я сжимаю скулы, чувствуя, как мышцы сладко сжимаются. Он смотрит на меня исподлобья и сонно трет глаз ладонью. Такой сонный мальчик, усыпанный волшебными точками. Волосы спадают на его лоб, и он их зачесывает назад. Так ловко и быстро. После чего склоняется голову вбок и легко улыбается, смотря на меня. Его рука поднимается к шее, и он медленно трет ее под затылком, прикрывая глаза. Блятьблятьблять. Не надо. Пожалуйста. – Или моя сестра просто хорошо сосет? – он хрипло смеется, а мне становится все сложнее. Но вскоре он замолкает. – Я умею лучше. Блять! Да к черту оно все пошло! Я просто срываюсь с места, тут же хватая Дилана за шею, притягивая к себе и впиваясь губами в его губы. Такие мягкие и теплые. Я чувствую, как он улыбается сквозь поцелуй, который я нихуя не хочу прерывать. Он знал, что я не удержусь. Знал и продолжал. Ублюдок. Урод. Пидор. Блять. Я чувствую его руки на своей спине, и они прижимают меня к себе. Он слишком теплый, но мне этого мало. Я срываю с него футболку, открывая точкам его оголенное тело. Он такой бледный, но такой горячий. Я чувствую, как наши языки соприкасаются, и меня прошибает ток. Сотни. Тысячи. Миллионы вольт. Я хватаю его за горло, отстраняя от себя на несколько сантиметров и давая немного отдышаться. – Какого хуя сегодня было в подсобке? – спрашиваю я, кое-как справляясь со сбитым дыханием. Брюнет коварно улыбается и в ответ хватает за горло меня, немного прижимая сонную артерию, отчего становится еще тяжелее дышать. – Запретное всегда манит, не так ли? – шепчет он в ответ, и я, качая головой, снова припадаю к его губам. Я целую его, но этого не достаточно. Нихуя не достаточно. Я толкаю Дилана на кровать, от чего он с грохотом падает на нее, и я слышу, как из соседней комнаты кто-то выходит. – Блять, ты не можешь потише? – шепчет Дилан, а я, едва сдерживая смех оттого, как он держится за спину и морщит лоб, прикрываю рот ладонью, машинально залезая под кровать. – Сиди тихо, – снова его шепот, после чего он наклоняется и бьет меня по щеке несколько раз. Точно уебанок. Я вижу, как дверь открывается и кто-то входит. Ну, понятно, кто. – Ты чего тут? – шепчет она, видимо, размахивая руками. – В комнате спит Джастин, если он проснется, то ты пожалеешь. Она даже не заметила, что меня нет? Пиздец ее снесло. – Ды все, иди уже, я спать ложусь, – снова его шепот, такой мягкий и теплый. Его голос вообще ни с чем не сравнить. Нет, серьезно, я слышал многих, но даже подобных я не слышал ни у одного исполнителя, не говоря уже о просто моих знакомых. Кейтлин закрывает за собой дверь, после чего я сразу встаю с пола, отряхивая футболку. Дилан смотрит на меня и снова трет глаза, отчего я невольно зевнул. – Никаких зеваний, чувак, – шепчет он, кусая губу. – Ты мне еще нужен. Я усмехаюсь, закатывая глаза, хватая его за шнурок на штанах и медленно подтягивая к себе, снова накрывая его губы своими. Дилан тянет за конец моей футболки, и она летит туда же, куда и его полетела пару минут назад. Теперь он толкает меня на кровать, только гораздо аккуратней, чем я толкнул его. По нему по-прежнему ползают светящиеся точки, что придает его коже какое-то невероятное магическое притяжение. Я тянусь к его шее, но он отстраняется, не давая прикоснуться. – Что? – спрашиваю я еле слышно. Но он лишь машет головой и приподнимает уголок тонких порозовевших губ, которые так и просят их зацеловать до смерти. Я нихуя не знаю, что со мной творится, но меня это пиздец как пугает, но пиздец как манит. – Просто я хочу сделать все сам, – произносит он и тут же наклоняется ко мне, обводя языком каждую губу. Он немного покусывает их, задевая нерв, отчего по моей коже проходит волна мурашек. Таких огромных и пиздецки приятных. Дилан переходит к скулам, прикусывает жилку на шее, и я откидываю голову еще сильнее, чтобы дать возможность ему сделать все максимально. Он губами касается ямочки между ключицами, после проводя по ней языком. Я покрываюсь вторым слоем мурашек. Ебучий Дилан. Ебучий. Ебуч... Я закрываю глаза, и моя рука невольно тянется к его волосам, чтобы сжать их настолько, насколько мне позволяют мои пальцы. Он издает глухой, почти не слышный стон, который отдается мне прохладной волной в паху, и прикусывает кожу на моей груди. – Господи Боже, – выдавливаю я из себя, когда брюнет оттягивает резинку штанов, которые мне дала на ночь его сестра, а вместе с ней и резинку трусов. Пальцами он проводит линию от пупка вплоть до моего члена, после чего полностью высвобождает его от всех тканей обхватывает его ладонью, немного сжимая, отчего я сжимаю его волосы в своих кулаках еще крепче и закусываю губу, чувствуя во рту привкус собственной крови. Дилан на момент возвращается к моим губам, оставляя на них мокрый поцелуй, после чего наклоняется к моему члену и обхватывает его ртом. Ебтвоюмать. Я чувствую, как его язык встречается с моим членом, и вздрагиваю. Мысль, что мой член сейчас во рту у парня, придавала мне какие-то неописуемые эмоции неизвестности и адреналина, который выбрасывался мне в кровь утроенными порциями. Дилан начинает медленно и аккуратно двигать головой, губами немного прижимая кожу на моей члене. Это пиздец. Отвечаю. Я кусаю губы, понимая, что на них уже не остается живого места, после чего парень начинает потихоньку набирать темп и амплитуду. Я чувствую, как его язык следует по каждому бугорку и выпуклой вене, отчего пальцы на ногах начинает сводить, и мне кажется, он уже не чувствует кожу на своей голове, потому что я уже слишком сильно скрутил его волосы. Он прижимает его зубами, аккуратно вонзаясь в самое чувствительное место, отчего я сильно зажмуриваюсь и откидываюсь на подушку, выпуская волосы парня из своих рук и впиваясь пальцами в простынь, собирая ее в кулак. Дилан вытаскивает мой член из своего рта, продолжая быстро работать рукой, абсолютно полностью следуя по всей его длине. Это длится еще несколько секунд, после чего он вновь накрывает его своим ртом и в последний раз прикусывает его в самом чувствительном месте, отчего я издаю последний стон, уже готовясь закричать на весь дом, но парень накрывает мои губы своими, и я чувствую, словно в его рту только что была мятная жвачка, а не чей-то член. Я не знаю, что он сделал, но все мои стоны сорвались прямиком в его губы, и я от этого хотел кричать дольше и сильнее. Но издаю последний вздох, я разъединяю наши губы, в надежде привести дыхание в норму, но это вряд ли. Дилан упал на кровать рядом со мной, и я еще долго чувствовал его взгляд на себе, а сам я еще очень долго улыбался. Просто так, без причины. Когда я повернул голову, увидел, что его глаза были спокойно сомкнуты, а по лицу все еще бегали затухающие огни ночника. Ресницы бросали почти незаметную тень на его щеки, и сейчас он казался слишком милым, каким бы гандоном он ни был. Наклонившись к его губам, я едва прикоснулся к ним и поднялся с кровати, натягивая штаны на место и забирая свою футболку. – Спокойной ночи, – прошептал я, улыбнувшись и закрывая за собой дверь. И похуй, что засыпать я буду в другой комнате с другим человеком. Он, блять, занял все мои мысли и действия. Я сходил с ума. Медленно, но пиздец как опасно.