Рождественский подарок

Стайлза с силой прижимают к стене, стоит ему переступить порог дома. С плеч быстро слетает пиджак, одна рука пытается разобраться с ремнем на брюках, другая ощутимо ложится на шею, чуть сдавливая. — Опоздал! — укоризненно рычит Питер. — Всего на две минуты, босс. «Босс» — стоит Питеру услышать, как его мальчик выстанывает это имя, и он уже не может себя контролировать. — Ты будешь наказан! — предупреждает он Стайлза. — Как прикажете… босс. Питер мелко вздрагивает, чувствуя, как член наливается кровью. Хочется отыметь негодника прямо в коридоре. Он задирает майку на себе, оголяя мощный торс, большим пальцем правой руки оттягивает штаны чуть ниже. Стайлз нетерпеливо прикусывает нижнюю губу, пожирая взглядом тазовую кость Питера. Мерзавец знает, как завести его. — Может, показать тебе, как взрослые занимаются сексом? Стайлз мгновенно опускается на колени и обхватывает ягодицы Питера руками. Уже привычное движение. Быстрое движение руки вдоль ствола. Стайлз придвигается ближе. Член никогда с первого раза не удается взять до основания, Стайлзу приходится сделать пару движений ртом, чтобы приноровиться и заглотить целиком. Он старательно посасывает головку, втягивая щеки, язычок изучает щелочку уретры. Стайлз собирает слюну, не выпуская член изо рта, двигает головой медленно, распределяя слюну по всему стволу. Ничего не сглатывает, позволяет слюне и смазке стекать по подбородку. Это грязно, зато член входит легче. Стайлз с пошлым звуком выпускает член из плена губ, целует головку и исследует губами ствол, продолжая размазывать слюну. Питер тихо рычит, дергает за короткие волосы мальчишки на голове, трется членом о его щеку. Стайлз ухмыляется, ему нравится доводить зверя, но он также осознает, что поплатится за эту маленькую игру. Питер отводит голову Стайлза чуть в сторону, надавливает с силой под подбородок, заставляя открыть рот — мальчишка быстро подчиняется, выучился. Он принимает в себя до основания, замирает, дыша лишь носом. Головка проникает ниже по горлу, вызывая приступ тошноты, паховые волосы щекочут нос. Стайлз делает пару глубоких вдохов носом и продолжает двигаться, полностью заглатывая. Собственный член болезненно пульсирует в штанах. Сегодня Питер не даст ему так просто кончить. — Вот так… хорошо.! Еще немного, — бессвязно шепчет Питер, надавливая Стайлзу на затылок. Ему хочется взять своего мальчика прямо сейчас, но он сдерживается, давая Стайлзу извиниться за сегодняшнее ожидание, за то, что Питеру вчера пришлось мастурбировать в душе, вместо того, чтобы трахать Стилински. А все потому, что Стайлз устроился на работу и вырубается прежде, чем Питер успевает кончить в него. Стайлз надавливает рукой на свой член, запрещая себе так быстро кончать, болезненно жмурит глаза и ускоряет темп, молясь, чтобы Питер поскорее кончил. Член с хлюпающим звуком выходит из мокрого рта и с таким же пошлым и хлюпающим звуком входит обратно, проходя до глотки, оставляя привкус смазки на языке и небе. Стайлз не закрывает рот, позволяя Питеру трахать его. Подбородок весь сырой, становится прохладно лицу. Член Питера, кажется, становится еще больше, он скоро кончит. Стайлз делает еще несколько глубоких движений и замирает, взяв до основания, упираясь носом в паховые волосы и глубоко вдыхая мускусный аромат. Питер с глухим рыком кончает в него, Стайлз с тихим всхлипом кончает следом. Мальчишка неохотно выпускает член изо рта, ниточка слюны тянется следом. Вместо того, чтобы выплюнуть тянувшуюся сперму, Стайлз с удовольствием слизывает ее с головки, щурясь от удовольствия. — А тебе действительно это нравится, да? — с усмешкой спрашивает Питер. — Ага. — Вкусно? — Да. — И как оно на вкус? — Сладко. Питер лишь улыбается. Мальчик, которого он однажды подобрал рождественской ночью, оказался на редкость развратным. Питер хватает Стайлза за руку, поднимая его на ноги, и тащит в спальню. В следующую секунду Стилински безжалостно швыряют на кровать. Локтем Стайлз ударяется о край кровати, но вовремя успевает ухватиться за деревянную спинку, чтобы не слететь на пол. Питер совсем не рассчитывает свои силы! — Осторожней! — скулит мальчишка, потирая ушибленное место, пытаясь привстать на коленях. Мощное тело тут же ложится сверху, мешая это сделать. Стайлз снова болезненно шипит, проклиная Питера, но зверя уже не остановить. Одним резким рывком Хейл стягивает штаны мальчишки вместе с нижним бельем, прикусывает брыкающееся тело за плечо, заставляя подчиниться. Крепко удерживает запястья, не разжимая челюстей. Выжидает. Стайлз замирает, признавая, что сейчас отпор он дать не сможет, приходиться мириться с отведенной ему ролью. Боль притупляется, мозг затуманивается, тело подчиняется более умелому партнеру. Стайлз знает, когда сдаться на милость победителя. Дальнейшее сопротивление бесполезно. РЕЖИМ ЗВЕРЯ АКТИВИРОВАН. Питера уже не остановить. Хейл разжимает зубы на плече неохотно, лишь потому, что мальчику уже слишком больно. Слизывает кровь с потного тела, посасывает рану, опуская руку к члену Стайлза, даря и ему немного наслаждения. — Я войду прямо сейчас, — честно предупреждает Питер. — Подо… — слова тонут в болезненном вскрике. — Не понял. — А чего ты хотел, — ворчит Стайлз, поворачивая голову к зверю. — Мы давно этим не занимались, вот он и не входит легко. — Досадно… Но не существует такой проблемы, которую бы Питер не смог решить. Он резко вздергивает ягодицы Стайлза, заставляя его прогнуться в спине. Мальчишке приходится вцепиться в простыни, когда горячий язык жадно проходится по внутренней стороне бедра. Тщательно вылизывает ягодицу, заглатывает яичко, и вновь возвращается к анусу. В заднем проходе становится неприлично мокро. Хлюпающий звук сводит с ума, а тут еще теплая рука надрачивает член. Стайлз упирается лбом в кровать, стараясь выровнять дыхание, но в подобной ситуации это невозможно. — Босс, прошу тебя, — сбивчиво шепчет он, надеясь на милость зверя. — Ты же знаешь, как я это ненавижу. Но зверь неумолим, он продолжает вылизывать задницу Стилински, разминая ее руками, размазывает смазку по головке мальчишки, надавливает большим пальцем, дразнит. От этого Стайлз кончит слишком быстро и Питер вновь его накажет. Чертов эгоист и шахматист. Продумывает на несколько шагов вперед еще до того, как сесть играть. Ненавижу! — Да вставь ты мне уже! Питер лукаво ухмыляется, продолжая разминать анус мальчишки. Пальцы легко входят в мокрое, разработанное отверстие, слюни наряду со смазкой стекают по тонким бедрам. Питер не может не соблазниться зрелищем. Он как обычно входит до упора одним резким толчком, заламывает руку Стайлза за спину, не давая отпихнуть мощное тело. Вскоре он отпустит, когда удостоверится, что жертва смирилась со своей участью. И тогда начнет двигаться в полную силу, перестав сдерживать внутреннего зверя. А пока Стилински будет терпеть, скулить и закусывать мокрую простыню, даря невероятное наслаждение Питеру, зверю, с которым он сам пожелал жить. — Больше не могу сдерживаться, — предупреждает Питер, отпуская хваленный контроль. Только со Стайлзом он позволяет себе подобное, только с ним имеет право расслабиться. Толчки становятся жестче, стоны несдержанней, а шлепки громче. Член Питера легко входит до основания с громким шлепком, выходит, оставляя за собой влажный след. Питеру нравится на это смотреть. Нравится его мальчик, развратно выпячивающий задницу, нагло предлагающий себя, нравится его сладкая дырочка, которая быстро принаровилась к немаленькому размеру Питера, нравится послушное юное тело, отвечающее на ласки. Хейл потирает соски Стилински, чуть сдавливая их, ловя ртом несдержанные стоны. Но руку пока не отпускает. Он уверен, плечо Стайлза болезненно пульсирует, но пока он не признает авторитет зверя, тот его не отпустит. Стилински внезапно сильно сжимает Питера внутри себя, жалобно всхлипывает, прежде чем выдать: — Питер… пожалуйста! «Питер». Мальчик совсем на пределе. Питер отпускает руку Стайлза — та безвольно падает на кровать, — обхватывает его за бедра, начиная ритмично вдалбиливаться в предоставленное тело, но не позволяет мальчишки опустить руку к члену. — Только от члена в заднице, — напоминает он. — Только я. Только так. Стайлз до крови закусывает губу, скуля что-то нечленораздельное, но подчиняется. Упирается локтями в кровать, максимально оттопыривая задницу, и начинает двигаться навстречу Питеру. Зверя это заводит еще сильнее. Жертва редко отдает всю себя на съедение. — В тебе так горячо, малыш, — доверительно шепчет Питер, потираясь о висок Стайлза. Тот, не открывая глаз, принимает смазанный поцелуй, хочет вновь отвернуться, но горячая рука, вцепившаяся в волосы на затылке, не дает этого сделать. Питер углубляет поцелуй, проникая языком внутрь, исследуя давно знакомую территорию. Стайлз охотно подчиняется, открывая рот шире. Горячая рука приятно массирует его член. Зверь редко заботится о чужом удовольствии. Надо ловить момент. — Я кончу в тебя, — то ли спрашивает, то ли ставит перед фактом. Стайлз кивает. Что угодно, лишь бы это не кончалось. Питер неожиданно для Стайлза переворачивает его на спину, широко разводя ноги, вновь входит до упора, движется все так же рвано, жестко. — Скажи, что тебе нравится, малыш. Скажи, что хочешь глубже, что хочешь больше, что хочешь еще. Толчки сбивают дыхание, но Питеру удается произносить все это четко, донося свою мысль до Стайлза. — Только сегодня ночью я прошу тебя, малыш, будь со мной абсолютно честен. Стайлз сминает руками простыни в экстазе. Движения Питера ускоряются, он нависает над ним, он совсем близко, требует ответа. Стайлз чувствует приближение разрядки — своей и партнера. Пора прекратить лукавить. — Я хочу больше… Босс… сегодня ночью я хочу, чтобы ты кончил в меня столько раз, сколько пожелаешь. Другого приглашения зверю не нужно. Он приникает к мальчишке, уводя в сногсшибательный поцелуй. Тщательно вылизывает изнутри, не давая дышать, трахает жестко, не дав возможности передумать. Питер изливается бурно, заполняя Стайлза своей спермой, но не торопится выходить, зная, что член скоро вновь станет твердым. Со Стайлзом всегда так — сколько бы он его не трахал, ему всегда мало. Стилински он кончить специально не дает, а то тот может отрубиться от наслаждения. Минутное замешательство и Питера укладывают на лопатки. Питер в шоке — Стайлз доволен. — Босс, я наконец-то завалил тебя! Хейл недоверчиво щурится. Пацан не в первый раз пытается трахнуть его, хотя Питер с самого начала расставил все по местам, объяснив, кто будет снизу. Но Стайлз и не думает сейчас об этом, он двигает бедрами, пристраиваясь удобней. Головка упирается ему между ног, откуда уже вытекает сперма. Стайлз слегка размазывает ее по анусу, равномерно распределяя, проводит рукой по стволу и медленно опускается на член Питера. Его голова откидывается назад от наслаждения, пальцы ног поджимаются. — Это… сильно возбуждает. Зверь редко позволяет доминировать над собой. Вот и сейчас он дает Стилински лишь пару минут приноровиться к подобной позе, а потом вновь тянет за руку, укладывает его животом на кровать, резко входя до упора. Зверь никогда не насытится своей добычей. Жертве пора это понять. Питер заставляет Стайлза широко развести ноги, не вставая на колени. Стилински открыт как никогда. Питер крепко удерживает его за запястья, коленями он упирается в его бедра, не давая их свести вместе, и вдалбливается с такой силой, словно год не видел своего любовника. Стайлз скользит на мокрых простынях, закусывает ткань, приглушая собственные стоны, и слушает пошлые шлепки, представляя, насколько он уже мокрый там, внизу. Член Питера входит свободно, не встречая на своем пути никаких препятствий. Питер обожает это — когда его мальчик настолько разработан, что можно брать его без смазки. Стайлз не признается, но ему это тоже нравится. Как бы Стайлз не пытался сосредоточиться, все что он может, это наслаждаться ощущением огромного члена в заднице, от которого у самого стоит колом, горячего языка на шее, острых зубов в опасной близости от сонной артерии, и властных рук, все еще грубо удерживающих запястья. Стайлз напрягается, чувствуя приближение оргазма, сжимает Питера внутри себя, теряя счет, в который раз уже в него кончают, и бурно изливается, пачкая когда-то белые простыни. Зная, что мальчишка уже не станет сопротивляться, Хейл переворачивает его на спину, дразнит, проводя головкой по раскрытому анусу, слизывает сперму с живота Стилински, потирая его соски. Входит медленно, дразняще, заставляя Стайлза вновь возбуждаться. Питер приподнимает мальчишку за бедра, вколачиваясь из последних сил, крепко сжимает в своих объятьях. Оставляет очередной засос на тонкой коже. Член практически не покидает Стилински, восхитительно легко скользя внутри мокрого тела. Питер грубо насаживает Стайлза на себя, оставляя отметины на бедрах, и изливается в него последний раз за эту ночь. Выходить из уставшего тела Питер не собирается, переворачивает Стайлза на бок и велит ему спать. Тот отрубается сразу. Проснувшись полчаса спустя, он не понимает, как можно было уснуть в подобной позе. Питер лежит почти на нем, член все еще внутри. Стайлз морщится, вытаскивая его из себя, вытирает задницу и бедра от спермы и радуется, что Питер пока не возбуждается. Стоит Стилински немного изменить позу, как из задницы вытекает сперма, заставляя его вновь испытать неприятное ощущение. Чертов Питер! Рука хватает истерзанное тело и прижимает к груди. Сердце бьется ровно, спокойно. — Куда это ты собрался? — В душ, — бурчит Стайлз, вырываясь. — Я весь в сперме. Питер не сдает позиции, вылизывает шею мальчишки, мочку уха, ушную раковину. — Я сам тебя вымою. — Ты хотел сказать «вылижу». — А какая разница? Ты же будешь чистым. — Разница есть!.. Питер!.. Ах! Ох, это чертово порочное тело. Сколько еще оно будет возбуждаться от одного лишь взгляда на этого мужчину? Два года уже прошло, а страсть так и не прошла. Даже страшно. — Я люблю тебя, Стайлз. — Я знаю. Питер часто это говорит. Стайлзу сложнее, он не привык доверять людям. Привычка дворовой собаки. Даже спустя два года. — И я тоже тебя люблю, — шепчет он, засыпая. К черту душ. Все равно через пару часов, когда солнце взойдет, Питер снова его возьмет. Но заснуть ему не дают. Питер хватает его за руку, заставляя смотреть на себя. — Повтори, что ты там сказал. Надо быстро перевести тему. — А? Что ты так всполошился? — Я сказал, быстро повтори! — Ни за что! Только через мой труп. — Ах так, мелкий засранец… За окном валит снег, заметая город. Он становится похожим на один из городов, которые помещают в снежные шары и ставят на полку над камином. Сегодня также снежно, как и в день знакомства Питера и Стайлза. Ровно два года назад судьба столкнула их лбами, доказав, что они нуждаются друг в друге. А в большой комнате, где стоит нарядная ёлка, а на стенах отражается падающий снег, на каминной полке стоит небольшой презент — подарок Стайлза Питеру. Вместо снежного шара там стоит стеклянный прямоугольник с однодолларовой купюрой внутри. И надписью: «Спасибо за лучший рождественский подарок в моей жизни».