А если так?

Маринетт продумала тысячу и одну причину оправданий за все это фиаско. Даже репетировала перед зеркалом, как будет извиняться перед, увы, чужой любовью. Однако оказываясь в школе, девушка открывала в себе искусство ниндзя — едва Адриан появлялся на горизонте вне классных занятий, иссиня-черные волосы уже мелькали где-то за углом. На занятиях было тяжело прятать взгляд и сдерживать себя, чтобы не полюбоваться светлой макушкой. Но замечая хоть какой — то жест, девушка утыкалась в книгу, наклоняя пониже голову. Челка отлично скрывала стыдливый взгляд и краснеющие щеки. Алья рядом лишь вздыхала. Слухи по поводу поездки подтвердились буквально за пару дней до сочельника. Вся школа стояла на ушах. На ушах несчастных юношей, возмущенных и страдающих от всех писков, криков, визгов и сплетен, шуршавших по всем углам. Одним из этих парней был и сам Адриан. Когда под конец урока была объявлена столь печальная новость, неожиданно раздавшийся возглас показался ему тогда самым ужасным, что он слышал за свои шестнадцать лет. Но концерт продолжился пока еще в лице одного исполнителя. Хлоя так натурально играла, что вцепилась в Агреста мертвой хваткой, захлебываясь слезами от горя на плече юноши. Девчонки хором и в обнимку каждые пять минут включали и свои сирены. Но девушки девушками, но и парням внезапное известие показалось не столь радужным. Больше всего удар принесла новость Нино. Лишиться на три месяца лучшего друга, что могло быть хуже? Наверное, еще и то, что сам лучший друг не особо был рад подобной перспективе вот так исчезнуть. Ладно подобное дело произошло летом, а не в середине учебного года. Но отец сказал. А словам отца не перечат. Тем более Габриэлю Агресту. Маринетт показалось, что она оглохла, ослепла и потеряла голос одновременно. А еще показалось, что смысл жизни, который просто треснул, теперь рассыпался на миллиард осколков. Не видеть чарующую улыбку и зеленые очи? Не слышать узнаваемый голос из тысячи? Не чувствовать тепло от случайных прикосновений? — Марине-е-е-етт! Не смей раскисать даже! Это всего лишь три месяца! Не навсегда! — Алья держала опустошенное лицо Дюпен-Чэн в руках, повторяя как заведенная одно и то же. И даже сердитость в голосе и сдвинутые брови никак не повлияли на состояние брюнетки. Она покорно кивала головой, либо горестно вздыхала. Тикки беспокоило состояние ее хозяйки. В течение следующих дней Маринетт только делала домашние задания да превращалась в ЛедиБаг. Девушка ни разу не взяла в руки альбом. И даже не открывала свой дневник. Призыв Талисмана Удачи получался не с первого раза. Словно не хватало какой-то подпитки или моральных сил. Исцеление происходило раза в три медленнее, что не могло не злить саму девушку и вызывать удивление у ее напарника. Осколки сердца были втоптаны в грязь, когда Кот, неловко переминаясь с ноги на ноги, после окончания патрулирования решил завязать напоследок разговор. — Моя Леди. Прошу меня простить, но это наш последний патруль. Я должен буду исчезнуть на неопределенный срок. Обстоятельства вынуждают. В небесных глазах отразилась обида, а губы заметно дрогнули. Судорожный вздох вырвался из груди, смешавшись с морозным воздухом. Нуар сглотнул, решаясь поднять взгляд на свою напарницу. Девушка крепче сжала в руке йо-йо. В голове крутилось столько назойливых мыслей. Уничтожающих вопросов. Почему, почему, почему? Захотелось накричать на этого глупого кота. Захотелось встряхнуть его и высказать все, что накопилось за каких-то пару дней. Как он может ее бросить? Только не он. — Тогда, прощай. И пусть удача будет на твоей стороне, котеночек, — ее печальная улыбка было последним, что увидел черный Кот. *** Адриан пытался поймать свою одноклассницу уже в который раз за день. Алья, как верный партизан, отказывалась делать намеки насчет расположения нужного лица и мастерски скрывалась подальше. Привлечение еще одной стороны не увенчалось успехом — сторона поменяла позиции. Попытка допроса остальных так же провалилась. Потирая пальцами переносицу, Агрест вслушивался в аппетитное чавканье Плагга. Этот мелкий засранец таки умудрился выпытать у него лишний кусочек сыра. — Ну чего ты опять хмуришься? — между пережевываниями поинтересовался квами, наблюдая, как юноша стал ходить взад-вперед. — Я опять ничего не успеваю. Ни-че-го. И еще эта поездка, будь она проклята, — устало выдохнул Нуар, облокачиваясь о стену спиной и закидывая голову назад. — Мы едем на родину Пармезана, Горгонзолы и Моцареллы, чем ты недоволен? Юноша цокнул языком, скатываясь вниз по стене. Он мог назвать кучу причин своего недовольства от поездки в Италию, но не стал. Да и портить настроение саркастичному котенку себе дороже. Адриана одолевало много сомнений и мыслей, но сейчас тревожила и топталась на нервах лишь одна. И имя ей — Маринетт. *** Завтра должен был наступить Новый год. И как говорится, наступает пора для новых перемен и забот. По сути, многие люди начинают новую жизнь. Да только вот Маринетт не знала, что и делать. Начнешь новую — она без Адриана, без всяких бабочек в животе и тараканов в голове. Останешься в старой — станешь самоубийцей от разрывающих на части мыслей. Конечно же, на такие меры девушка ни за что не пошла бы. Но это было уже невыносимо. Однако из всей этой трясины ее по очереди начали вытаскивать. Алья старалась каждый день чем-то удивлять, даже на время отказалась от своего блога, лишь бы только Маринетт засмеялась. Родители сгруппировались и втянули свою единственную дочурку в семейное дело. Тикки начала подавать идеи по поводу модельерства. Будучи в образе ЛедиБаг, девушка, прислушиваясь ко второму внутреннему голосу, уносилась в совершенно незнакомые места, черпая вдохновение. И вроде как все налаживалось. Только вот отголоски разбитого сердца порой давали о себе знать. В городе, где не пройди, то и дело виднелись плакаты или рекламные щиты с изображением младшего Агреста. И шагая в одиночестве по заснеженным улицам после выполнения задания от папы, заключавшегося в доставке заказа, Дюпен-Чэн, прикрывая рот колючей тканью шарфа, старалась не смотреть по сторонам. В городе уже был поздний вечер. Пустые улицы совсем не вызывали удивление. Девушка все так же шагала, пиная снег ногами во все стороны. Тусклый свет фонарей уныло распространял свет на окружающую обстановку в довольно-таки узком диапозоне. Что-то грохотнуло на всю улицу, заставив подпрыгнуть на месте и чуть не свалиться. Брюнетка не на шутку перепугалась, когда нечто выпрыгнуло из-за угла дома. Но то оказался всего лишь черный бродячий кот. Отряхнув сапоги от снега, девушка поспешила продолжить путь дальше. — Марине-е-етт, — тихий шепот раздался почти около уха. Строй мурашек разбежался по всему телу. Маринетт нервно облизала губы, когда услышала еще раз свое имя, в этот раз растянутое, как воск от тающей свечи. Она ускорила шаг, ища глазами место, где было бы можно использовать трансформацию и умчаться по крышам до своего дома. Перед испуганными глазами мелькнула черная тень. Сдавленный вскрик родился и тут же заглох в жесткой ткани перчаток. Мороз пробежался по каждой клеточке кожи из-за ледяной стены дома. Она зажмурилась еще тогда, когда ее затащили в полумрак. Дюпен-Чэн была готова отдать все, что имела, лишь бы не посягались на ее жизнь и невинность. — Маринетт, — до жути знакомый голос опалил лицо. Светло-голубые глаза в нескрываемом шоке уставились на нависшего сверху Кота Нуара. Прищуренные зеленые глаза в упор смотрели на нее. — Н-нуар? — тихий вздох вырвался с именем героя, как только ледяные губы оставили поцелуй на одной щеке. Кот стал еще ближе, теснее прижав к себе хрупкую девушку. Обвив руками ее плечи, он наклонился ближе, почти касаясь носом ее. — Маринетт, ты мне очень сильно нравишься, — юноша провел носом по опаленной поцелуем щеке, прижимаясь уже своей. Девушка замерла в его руках с широко распахнутыми глазами. — Так сильно, — горячее дыхание обожгло ухо, — что я теряю контроль, — она чуть слышно пискнула, почувствовав горячий и шершавый язык, обводивший ушную раковину, а затем и сережку гвоздик. Грудь сдавило от нехватки воздуха — Нуар крепко сжал и прижал запястья рук над головой, полностью закрывая собой и своей тенью ее миниатюрное тело. Он прижался к ней совсем вплотную, дабы чувствовать каждое ее движение, ее дрожь, ее отдачу. — Маринетт, ты так красива, — он вновь оказался напротив ее лица, всматриваясь в пораженные глаза. Щеки предательски алели и цвели. Маринетт никогда не думала, что будет когда-нибудь краснеть перед ним. Обычно показушный Кот был чересчур серьезен. — Так красива, — повторил юноша, сократив максимально расстояние между лицами, — что мне постоянно хочется дотрагиваться до тебя. Рот открывается в немой попытке противостоять. Да только черный Кот оказался ловчее. Глаза закрываются сами собой. Он впивается в губы девушки с какой-то ненасытной жаждой, медленно смакуя их на вкус. Юноша отпускает тонкие запястья, вдавливаясь ладонями в стену. Маринетт пробивает дрожь — от коктейля жары и холода. Сквозь поцелуй она умудряется сжать плотно губы. Кошачьи зеленые глаза в заметном недовольстве щурятся. — Дай мне поцеловать тебя. — П-прекрати это, Нуар… — неловкая попытка вырваться из его плена. Глаза отвели взор, не вынося ощутимого давления. Она не знает, куда себя деть. Смешанные чувства начинают накрывать с головой. К чувствам начинают примешиваться мысли. Кот Нуар громко хмыкнул, уткнувшись в плечо Дюпен-Чэн. А затем, чуть отстранившись, он произнес с заметно довольной ухмылкой всего лишь два слова: — Обратное превращение. Маринетт не отвернулась. Маринетт не закричала. Лишь закрыла рот ладонями в немом удивлении и неверии. Озарившая на миг переулок зеленая вспышка рассыпалась миллиардами светлячками. — А если так? — и перед ней предстал все с той уже ухмылкой не какой-то кот-напарник, а любовь всей ее жизни — Адриан Агрест собственной персоной. *** Некрепко сжимая широкую ладонь, Маринетт плелась следом за Адрианом. Ноги поначалу заплетались, когда они вышли из-за тени переулка. Но пройдя, наверное, квартал, сердце перестало безостановочно работать в бешеном темпе, а разум внушил, что происходящее реальность. — Маринетт. Это было первое слово за час их совместной и неловкой прогулки по ночному Парижу. Родителям девушка написала смс-ку, что с ней все хорошо и она у подруги. Те настолько доверяли дочери, что лишь приняли это как данность. Услышав свое имя, Дюпен-Чэн оторвала взгляд от носков сапожек и комьев снега. Она впечаталась взглядом в широкие плечи юноши и светлые разлохмаченные во все стороны волосы. Они остановились. Громкий вздох со стороны, а затем резкий рывок на себя — Маринетт оказалась вновь сжатой в кольце из крепких рук. — Маринетт, — выдохнув пар, юноша склонился к лицу пораженной девушки, ослабляя хватку, — я знаю, кто ты. — Что? А…о чем ты? — нервно усмехнувшись, героиня закусила губу. На бедре еле заметно зашевелилась сумочка. Кот Адриан прислонился своим лбом к ее. — Я знаю, кто ты на самом деле, — он усмехнулся, увидев в ее глазах немой вопрос, а потом поспешил разъяснить, — я лишь недавно это понял. А еще понял, каким дураком был. Ведь… моя Леди всегда была рядом со мной, — Агрест поцеловал ее, раскрасневшуюся не то от мороза, не то от смущения, в нос. — Спросишь как? Математический анализ и шпионские фильмы весьма стоящие вещи, скажу я тебе. Манера, голос, да и… твои серьги. Может, я совсем обезумел, но я так захотел узнать перед этой поездкой кто ты, что приложил все усилия. И не прогадал. Однако, — Нуар опустил голову, сжав на мгновение губы, а затем поднял, уставившись на внимательно слушающую девушку вновь. — Я тебя обидел. Если бы я знал раньше, этого бы не произошло. Никогда. Но я ведь пообещал тебе, что буду хранить и уважать тайну твоей личности. А, нет, — указательный палец лег на пухлые губы ЛедиБаг, — я не сказал, кто ты. И ты не говори. Просто давай будем знать. Маринетт не отрывала взгляда от юноши, слушая и внимая каждое слово. И когда попытка хоть что-то сказать была пресечена, на сердце стало так тепло и спокойно. А ведь и вправду. Они сняли маски друг перед другом, но при этом не озвучили ничего. И значит, что тайна личностей просто объединилась. — П-подожди, — ЛедиБаг, непривыкшая совершенно к такому вниманию со стороны того, кого любила, притормозила ладонью приближающееся лицо Кота к себе, тем самым отодвигая его как можно дальше. Кажется, она еще и случайно тыкнула ему в глаз — последовавший тихий стон явно за себя говорил. — Дай мне еще пару минут, чтобы переварить это все. Легкий холодок защипал на щеках, а затем на лбу и носу. Оба хранителя Талисманов подняли взгляд вверх. Снова пошел снег. Совсем рядом что-то проревело, а резкий порыв ветра занес новоиспеченную парочку снегом. Одновременно повернувшись в сторону, при этом не сменяя позы, Божья Коровка и Черный Кот так же одновременно недовольно застонали. — Неужели у злодеев нет выходных или хотя бы праздников? — пробурчал в варежку Адриан, улавливая ушами хихиканье. — Кому-то просто заняться нечем. И, между прочим, — убирая ладошку от лица и снимая варежки, уже более уверенно проговорила Маринетт, — тебя же вроде как «обстоятельства вынуждают», нет? Послышался очередной рев, и в поле зрения предстало нечто похожее на огромного снеговика. — Я не посмею оставить Мою Леди, — и, подмигнув Маринетт, Агрест побежал к противнику, на бегу снимая перчатки и призывая Плагга совершить превращение. Героиня лишь закатила глаза, но на губах играет счастливая улыбка. Кажется, удача и впрямь ходит с ней рука об руку. Обо всем остальном она поговорит с ним позже. А пока… — Трансформация! ЛедиБаг! …в командной работе спасает Париж от очередного злодея.