Мимикрия

Северус лежал на постели, не сводя глаз с довольно улыбающегося Поттера. — Прекрати лыбиться. — Нет. — Тебе повезло. — Ничего не знаю. Выигрыш мой. И желание мое. Северус ухмыльнулся — такая мелочь, а Гарри счастлив, как ребенок. В конце концов, он готов частенько проигрывать своему сокровищу. Ради этой улыбки, ради блеска зеленых глаз. — Итак, сегодня желание мое, — парень ловко забрался на постель к Северусу и зашептал что-то на ухо. — Ты жадный, ненасытный мальчишка. Это тебя следует вылизывать с ног до головы, — хохотнул мужчина. А Поттер лишь молча провел пальцем по северусовой скуле, по носу с горбинкой. Неспешно, наслаждаясь процессом, Гарри развязывал узел на поясе северусового халата, очерчевал ногтем дорожку темных волосков поднимающуюся от паха и выше… Шорох ткани, обнаженные тела влюбленных… Гарри облизнул губы — его Северус лежал перед ним: такой сейчас расслабленный и одновременно источающий силу, смотрящий сквозь полуопущенные ресницы. Его надежный, любящий Северус. Вот так — медленно, чувствуя вкус кожи возлюбленного. Заставляя его глухо порыкивать, наблюдая как он прикрывает глаза, отдаваясь ласкам. — На живот. Так пьяняще покорно, зная свою силу, подчиняясь желаниям любимого, ощущая себя обласканным, ощущая возбуждение перемешанное с нежностью. Сыто урча Гарри скользил языком по пояснице, теперь ниже… — Ахрррр… — как музыка услаждающая слух. И уже сильнее, мазками, кружа языком по чувствительной коже вокруг анального отверстия, периодически толкаясь глубже, зная как шероховатый язык потирает, подводит к чувству, когда кажется, что струной напряжен каждый нерв. А эти стоны и вздохи, издаваемые партнером… Хрипловато-низкие, с нотками урчания. И теперь анальная игрушка — округлые шарики, неспешно проталкиваемые в тесноту ануса. И северусовы пальцы крепко сжавшие простынь и громкий стон-вскрик, когда Гарри безжалостно нажал на кнопку пульта управления. Снейп задыхался, срываясь на рычание. Секс-игрушка стимулировала чувствительнейшие анальные стенки, постепенно расширялась, сжималась, пульсировала, выпускала едва видимые волоски… Гарри не сводил взгляда со своего сейчас так развратно-пошло постанывающего возлюбленного, с его мышц, перекатывающихся под кожей, с тягучей капли смазки, поблескивающей на головке пениса. «Обязательно уговорю его на секс со вторым. Черт, он такой большущий, ребристый…» Гарри сладко зажмурился и потер свой член, также сочащийся смазкой. Эрекция была каменной, второй пенис давил на пластины и парень не смущаясь освободил его из «плена». С Северусом Поттер чувствовал себя уверенно, возлюбленный научил не стесняться своих желаний, порывов. И уже немного вытягивая анальные бусины, вытягивая с пошлым хлюпаньем, сопровождающимся протяжным стоном. — Или все же их вернуть, мой дорогой? — любовно покусывая северусовы ягодицы, любовно проводя языком по влажному копчику. Зная, что партнер уже на пределе, несмотря на свое умение великолепно владеть телом. Эта игрушка «выворачивала наизнанку», немилосердно подводила к краю. Поттер не выдерживал и половины времени с подобной «забавой» в заднем проходе. Снейп зарычал, крепче сжимая кулаки… — Кончишь без рук, — мурлыкнул Гарри, вновь заталкивая шарики в северусово анальное отверстие и врубая максимальный ритм. Северус кончал, задыхаясь и кусая ткань постельного белья, дрожа всем телом и красиво прогибаясь в пояснице, кончал обильно, заливая все густыми струями спермы… Гарри уткнулся в мужское плечо… Сбитое дыхание, переворот и парень уже оказался подмят, придавлен… — Люблю эти забавы… — шепнул Поттер, рассматривая раскрасневшегося Северуса. — Что ты знаешь о забавах, мальчишка, — хрипло выдохнул Снейп, мягко покусывая поттеровское ухо. — Ты же меня научишь? — едва слышно, с обожанием глядя в темные глаза. — Всему, мой дорогой, — припадая в страстном поцелуе к этим сводящим с ума губам. Гарри играл с медирийскими зверьками, с трудно произносимым названием. Веселые, легко поддающиеся дрессировке, обожающие знаки внимания, эти выходцы с Медирии получили упрощенное название«фуфырки». За то что частенько издавали звук: — Фу- фыррр… — мелодично, с легким присвистыванием, смешно вытягивая нос в тоненький хоботок. Разноцветных, пушистых, дружелюбных и невероятно любопытных «фуфырок» обожали дети, женщины, да и мужчины соглашались, что эти передвигающиеся на задних лапках зверьки поднимают настроение, создают благоприятную атмосферу в семьях. Поттер давно посматривал на «фуфырок» с интересом, Северус конечно же это заметил и вот недавно преподнес Гарри подарок. И уже обустроенная «колония» состоящая из четырех упитанных зверьков теперь прочно поселилась в жилище ученых. — Фу- фыррр…- «запел» желтенький пушистый медириец, приветствуя Северуса. — Смешные, — хихикнул Поттер. — А ты иногда очень похоже «посапываешь» во сне, — заметил мужчина, посматривая на партнера. — А вот и нет. — А вот и да, — темные глаза были полны лукавых искорок. — Ах вот ты как? — Гарри шутя повалил Северуса на постель. Возня переросла в любовные ласки, интимные прикосновения. — Сев, я так хочу попробовать. Ну не беспокойся, если будет больно я скажу тебе. — Гарри, ты правда этого хочешь? — Угу. Ты меня подготовишь, хорошенько растянешь…- жарко зашептал искуситель, с удовольствием наблюдая, как от возбуждения расширяется северусова радужка глаз. Бережно, неспешно, наслаждаясь развратно-вульгарным зрелищем, Снейп растягивал, раскрывал Гарри. Гарри, принявшего максимально открытую позу, сладостно-томно постанывающего, так доверчиво отдающегося. И вожделение накрывало, туманило разум… Да, вот так, слушая вздохи, ощущая гладкость анальных стеночек. Три пальца, четыре пальца… С непристойным хлюпаньем лубриканта, с дрожью в теле… Закусив нижнюю губу, Гарри присаживался на головку — влажную, крупную. Ниже, крепко придерживаемый партнером, Поттер упрямо потрахивал себя, раскрывал. Раскрывал так, что спирало дыхание, захватывало дух у тяжело дышащего и с трудом себя контролирующего Снейпа. — Ооооо…- глядя на Северуса мутными глазами. Вызывающе-развратный, вылизанный во всех интимных местах, обцелованный, взъерошенный, вспотевший, весь раскрасневшийся и возбужденный. Рот Северуса наполнился слюной, хотелось взять, погрузиться одним толчком в эту пульсирующую глубину и трахать, трахать… Жадно, неистово… Еще ниже, расслабляя анальные мышцы, чувствуя крепкие руки возлюбленного. Чувствуя натяжение, умопомрачительное распирание. Присевший до упора, с бисеренками пота выступившими над верхней губой, насаженный, как бабочка на булавку. Насаженный и ощущающий невероятное возбуждение, которое жаром опаляло нервы. — Сеев…- заставляя партнера глухо зарычать от этого прекрасно-сексуального зрелища. В прошлый раз одурманенный цветами и не способный сопротивляться напору потерявшего контроль Снейпа, Гарри не совсем осознавал все происходящее. А теперь… Они занимались любовью, они сгорали от страсти. Ребристый член дарил неописуемую гамму ощущений, на грани болезненной остроты, потирая и создавая впечатление проходящих сквозь тело тысячи покалывающих, скручивающих пах «разрядов». Северус уже не сдерживаясь толкался в поттеровское анальное отверстие, поняв, что Гарри его принял до конца, до «самых яиц». Толкался громко постанывая и порыкивая, сходя с ума от тесноты, нежного плена, бархата и поддатливости анальных стеночек. Они задыхались, они приближались к краю. Влажно, чувствуя запах кожи друг друга, наполняя спальню стонами-вскриками, соприкасаясь членами, пачкая друг друга обильно выделяющейся смазкой, наполняя друг друга любовью, расворяясь друг в друге без остатка. Они хватали ртом воздух, чувствуя, как оргазм плавит тела. Гарри закричал ощущая крышесносный анальный оргазм, ощущая, как его наполняют струи семени. Закричал и обессиленно упал на грудь Северуса, размазывая между телами их сперму и пот. Нега, расслабленность… Гарри поглаживал ребристый пенис Северуса, довольно жмурясь от прикосновений к своим грудным пластинам — остаточные черты прошлого, далеких дней, когда ящероподобные создания только-только покинули океан и осваивали сушу. Неслись века, суровый климат планеты заставлял приспосабливаться. Заставлял самцов быть максимально осторожными и способными развивать скорость — крупные агрессивные, но достаточно неповоротливые самки, могли запросто отхватить внушительный кусок мяса из плоти только что оплодотворившего ее и зазевавшегося «партнера». Катаклизмы сотрясали планету, но они цеплялись за любую возможность выжить и продолжить свой род. Они боролись за свое существание в леденящих снежных бурях, в изнуряющем зное, учились скрываться в пещерах, предчувствовать извержения вулканов. Эволюция, развитие несмотря ни на что — два детородных органа для максимального оплодотворения, щиты прикрывающие самые нежные участки, наличие пениса даже у самок. Природа подстраховывалась, словно компенсируя этим жесточайшие климатические условия, в которых приходилось выживать ее «детям». В критической ситуации несколько женских особей полностью меняли свой пол. Стремление утвердиться на этой земле, невероятные скачки в развитии мозга, попытка встать на задние лапы, обеспечить наилучшую защиту потомству — только вперед, вперед подчиняясь каким-то заложенным изначально стимулам. Сменялись столетия, планета окончательно сформировалась. Климат стал мягче, буйная фиолетово-лиловая растительность покрывала большую часть материков, моря изобиловали пищей. Уже уверенно стоящие на ногах, отвоевавшие свое право на существование, меняющиеся внешне, они сбивались в «семьи», в «общины». Мужские особи стали крупнее, сильнее — теперь основной задачей была добыча пропитания, защита женского населения и потомства. Одинокие, не вошедшие в «семью» мужчины могли представлять угрозу для теперь более слабого пола. Развивались доли мозга отвечающие за ментальный «контакт», формировались «связи». И снова вперед, создавая орудия для облегчения охоты, изобретая новое и способствующее улучшению качества жизни. Они были любознательными и выносливыми, они действительно заслужили право доминировать на своей планете. Они внимательно рассматривали карту звездной системы. Их головы соприкасались, соприкасались пальцы рук. — Вот здесь, смотри. Вот она… Маленькая точка, несущая большие перспективы. — Наши зонды уже скоро вернутся с образцами почвы, атмосферы. Прошлые разведовательные данные были более чем отличны. Гарри провел подушечкой пальца по светлому пятну на темной карте: — Земля… Так кажется она обозначается в системе планетарного каталога? — Да, все верно — Земля. Спутник, правда, сошел с орбиты, но нам это не будет помехой. Сейчас там снова зазеленели деревья, зашумели моря. Она избавилась, наконец, от населяющих ее людей, которые изничтожили ее ресурсы, выжгли атмосферу. Зонды слежения, созданные нашими предками, фиксировали все важные изменения этой планеты. Прошло немало времени, прежде чем там вновь появились приматы, обладающие зачатками разума. Но второго шанса у них уже не будет. — Да, не будет. В конце концов, это просто закон выживания, — заметил молодой ученый, а потом фыркнул: — Черт, там все зеленое. Ну почему чаще всего на месте нашей будущей колонии преобладает зеленый. — А я люблю этот цвет. Это цвет твоих глаз — такой редкий и такой красивый, — интимно-нежно произнес Северус, касаясь лица возлюбленного. И поцелуй, поцелуй влюбленных, связанных до конца жизни. А мягкий свет трех сиреневатых спутников заливал две фигуры, стоящие у окна.