Конец света и прочие радости

Хаос — естественное среда обитания Майки, и не было ничего удивительного в том, что он заделался художником. В кратчайшие сроки стены его комнаты покрыли граффити и рисунки, а в самых неожиданных местах убежища теперь можно было найти смятые листы с набросками. Пожалуй, для тренированного ниндзи Майки оставлял за собой слишком много следов. В какой-то момент он увлёкся и боди-артом. Ему удалось достать флуоресцентную краску для тела, и братья с её помощью установили новый рекорд по скорости отправки в обморок мелких преступников. Краской, правда, пользовались редко, потому что маскировке она никак не способствовала, а в качестве прототипа первое время брали боевую раскраску диких племён. Рисовал Майки в самом деле хорошо, и касалось это не только примитивных узоров. — Я должен учитывать вашу индивидуальность, Донни. Твои тёмные глаза в уличном освещении становятся абсолютно чёрными, тебе нужно что-то, что делало бы их более насыщенными. И контраст! Нам нужен контраст, — увлечённо говорил Майки, замешивая краски каких-то совсем уж вырвиглазных цветов. — Во что ты хочешь меня превратить? — с лёгким весельем поинтересовался Дон, уже решивший для себя, что Майки может делать с ним всё, что захочет. — Моя работа заключается лишь в том, чтобы подчеркнуть твою естественную красоту. — Мою что? Я черепаха-мутант, если ты не заметил. Майки рассмеялся: — Чего? Что дальше, может, Лео тоже мутант? Или Раф? — Не-е, они просто косплееры, застрявшие в костюмах. — Вот что, — внушительно сказал Майки, приступая к работе. — Раз «любить себя таким, какой ты есть» в твоём скептическом случае не прокатит, давай к фактам: чтоб ты знал, объективно красивым можно назвать того, чьи черты подчиняются симметрии. А ты чертовски симметричен, Донни! Я повидал кучу мутантов и хочу сказать, что мы четверо — красавчики. Особенно я. Дон закатил глаза, а Майки продолжал: — Мы все накачанные, симметричные и у нас глаза почему-то ярче, чем у людей, что делает нас ещё привлекательнее. Так что прекращай избегать зеркал. — Я не… — Ты «не»? Тогда вот тебе задание: возьми это зеркало и смотрись в него не меньше пяти минут подряд. — Так только вы с Рафом можете, — фыркнул Дон, отталкивая руку Майки, который попытался сунуть ему под нос зеркало заднего вида, снятое с машины футклановцев. — Зато мы знаем свои особенности и те вещи, что делают нас такими красавчиками. Если ты наконец нормально посмотришь в зеркало, то увидишь мутанта с тёмными мистическими глазами и поймёшь, о чём я. Вот так живёшь со своими скучными тёмно-карими глазами в полной гармонии, и вдруг… Дон вдумчиво покосился на своё отражение в зеркале. — Если кто-то оценит твой вид по достоинству, дай им заодно мою визитку, — между тем сказал Майки, протягивая ему карточку. — Это же чьи-то права! То, что ты поверх приписал своё имя, ничего не меняет. Где ты их взял? — Мы с Рафом помешали двум придуркам ограбить дом, и я сказал одному из них, что у него классная куртка. Он зачем-то сбросил её и побежал. Когда я догнал его, чтобы вернуть куртку, он заорал, чтобы я отвалил. Я так понял, она ему особо и не была нужна. А в кармане я нашёл права. — Вот что происходит, когда вы с Рафом остаётесь в патруле вдвоём. — Он единственный, кто соглашается выходить со мной в длительные патрули. — Это целиком и полностью твоя вина. — Да я особо и не жалуюсь. Спустя час руки, пластрон и панцирь Дона обросли мелкими яркими птицами, навроде кардинала, квезала, ара и других попугайчиков. Их хвосты и раскрытые крылья идеально ложились на бугры мышц, а когда те сокращались, могло показаться, что это двигаются птицы. — Это ты называешь боевым раскрасом? — фыркнул Раф, увидев результаты его трудов. — Это я называю искусством, — с гордостью ответил Майки. Дон мельком глянул в то самое зеркальце, похвалил Майки и ушёл, сказав, что ему есть чем заняться перед вылазкой. Майки удовлетворённо хмыкнул, прислушиваясь к направлению шагов. Да, в ванной зеркало побольше будет. — А ты что хотел? — спросил он у Рафа. — Я тут кое-чего чирканул, — Раф дал ему листок бумаги, на котором понять что есть что было не так уж просто. — Рассказываю… Это оборотень с тремя головами. Я тут кетчуп случайно капнул, но потом понял, что так даже круче. Вот у этой головы из пасти торчит рука, которая показывает средний палец. Эта голова извергает огонь, и у неё вытекают глаза. Тут змеиный язык, и яд с клыков капает. Норм? — Обалденно, — Майки прищурился, глядя на рисунок. — Хочешь, сделаю так, чтобы в темноте на месте каждой головы череп появлялся? — Чёрт возьми, да. Майки всё-таки был профессионал своего дела.