Вас приветствует САЗ-17.

POV Саши Черт-черт-черт! Как же так можно было вляпаться?! И никого поблизости нет, даже если орать начну, меня никто не услышит. - Что такое, киска? Что-то ты сильно нервничаешь. С чего бы это? – Вот Долвак сука! Ещё и нагло лыбится. - Кен, чего тебе от меня надо? – попытаюсь тянуть время, может быть, меня кто и заметит. - Мне? Мне от тебя уже ничего не надо. Но вот тебе… - и такую многозначительную паузу делает. Типа, я что-то понять должен. - Мне тоже от тебя ничегошеньки не надо. Честно-честно! – а сам потихонечку начинаю пятиться назад. Чтобы успешно удрать, нужно максимально увеличить между нами расстояние, может быть, тогда и не догонит. - Правда?! – и брови в удивлении приподнимает, только выглядит это так неестественно, будто бы издевается надо мной. – А чего ты тогда ко мне все время цепляешься? Ладно бы пару раз зацепил, а то постоянно вякаешь всякую чушь. Я уж грешным делом решил, что ты ко мне неровно дышишь и таким оригинальным способом пытаешься внимание привлечь. - Не, я просто дурака свалял. Мне Сема уже всё доходчиво объяснил, и я всё понял. Честно-честно! Больше ни одного поганого слова в твой адрес не скажу. – О, Долвак задумался! Может быть, он поверит, и этот номер прокатит? Боже, как же он медленно думает! Я же помру сейчас от неизвестности. Долвак, неторопливо почесывая свой квадратный подбородок, спокойненько так произносит, будто бы о погоде разговаривает, а не вопрос моего изнасилования-помилования решает: - Допустим, я поверю, что ты все понял, потому что на собственной шкуре знаю Смолевский дар убеждать. – Облегченно выдыхаю и расслабленно опускаю плечи. Раньше даже и не заметил, что превратился в сплошной комок нервов. Но, видимо, рано обрадовался, так как Долвак не заткнулся, а после паузы продолжил свою неторопливую речь. – Даже поверю, что ты пообещал ему подобного больше не делать, но… От этого его «но» у меня вся душа в пятки ушла, а он, гадина, на меня так выжидающе смотрит, будто бы намеренно издевается и кайф от этого получает. - Полученный результат нужно закрепить. – Опа, какой это результат закрепить? Он вообще о чем сейчас? - Не понял. Ты о чем это? - Сейчас увидишь. - И до того, как я успел хоть что-то сообразить, он одним мощным рывком преодолел расстояние, разделяющее нас, и вцепился мне в плечо. От неожиданности я взвизгнул, как девчонка, и дернулся в сторону, пытаясь вырваться. Но это привело только к тому, что я развернулся к нему спиной. Он тут же перехватил меня поперек груди, приподнимая и прижимая к себе, а другой ручищей закрыл рот. Вот такого меня, мычащего и извивающегося, Долвак и потащил в ближайший ангар. О, как я его мутузил: и локтями, и ногами, даже головой пытался ударить! Только вот с таким же успехом мог драться с кирпичной стеной или какой-нибудь другой железобетонной конструкцией. Пока Долвак тащил меня в ангар и внутри этого помещения, я так запыхался от своих безуспешных попыток сопротивляться этой твари, что, как только он отпустил меня, я обессиленно рухнул на пол. - Гаджик, да ты слабак! – над моей головой раздалось мерзкое ржание этого урода. Ненавижу! - Че ржешь, скотина! – пытаюсь в свои слова и взгляд вложить как можно больше ненависти и злобы. Опираясь на холодный пол руками, с трудом, но поднимаюсь. Ноги еще предательски дрожат, но я стараюсь не обращать на это внимания. - Да вот, не могу понять, что Жуков в таком хиляке нашел? Чем же ты его так зацепил, что он с тебя пылинки сдувает? - Кто сдувает? – от его заявы я даже растерялся. - Жуков Славочка. Знаешь такого? Вроде бы он командир твоей группы. Холит он тебя, лелеет, а все зря. Мозги тебе сначала надо было вправить, а только потом покрывать и защищать. Но ничего, сейчас мы это упущение исправим, - и с этими словами Долвак медленно, но верно двинулся в мою сторону. Нервно оглядываюсь по сторонам. Мы сейчас не в основной части ангара, а в какой-то служебке. Маленькая комнатушка без окон с одной дверью, которую как раз Долвак загораживает своей тушей. Эта комната наверняка расположена в самом центре ангара или с глухой стороны, так что кричать бесполезно, никто не услышит. А если защищаться чем-нибудь? Слева в углу стол, заваленный какими-то папками, а за ним кресло. Папками стукнуть? Не поможет! Стол мне не сдвинуть, а кресло не успею вытащить. Справа у стены диванчик, над ним полки со всякой хренью, но диванчик я не сдвину, а на полках ничего в качестве оружия не пригодится. Что-то еще есть у противоположной стены, но это загораживает сам Долвак, и туда не добраться. Остается защищаться только языком, что я и сделал, сразу переходя на крик: - Вообще охерел! Если Жуков узнает, он тебе голову оторвет, - и, подумав, добавляю, - и яйца с остальными причиндалами! - Ой, какая наивная киска, - мерзко ухмыляется этот урод, приближаясь все ближе. – Он мне ещё и спасибо скажет! - Спасибо?! Да ты сам говорил, что он с меня пылинки сдувает! Представь, что он с тобой за изнасилование сделает, – упираюсь спиной в стенку. Отступать больше некуда. Черт-черт-черт! Вот я попал! От страха зажмуриваюсь сильно-сильно. Это только супер-герои могут смерти в глаза смотреть, а я не такой. Я даже своему насильнику в глаза посмотреть не могу. Дикий ржач Долвака выводит меня из ступора, и я приоткрываю один глаз. Стоит, сука, руки в боки. И чего ему так смешно? Чего-то я не понимаю. - Гаджик, у тебя мозги иногда, как у прачек работают. Те тоже только о сексе думают. Я тебя сюда не трахаться притащил, а мозги вправлять. - И как вправлять будешь? - Если честно, то я даже немного опешил от такого поворота событий и как-то сразу расслабился. Если меня насиловать не будут, то ничего страшного. Так ведь? - Да очень просто! Точно так же, как папка нам с брательниками в детстве вправлял, еще когда мы пацанами были. - Да? Детьми тогда были? – Долвак утвердительно кивнул. – Ну, тогда ладно, - соглашаюсь с ним. Не мог же родной отец что-то ужасное со своими детьми делать. – А что от меня надо? - Для начала верхнюю одежду сними, а то мешать будет, - и я спокойно снимаю перчатки, шапку, расстегиваю бушлат, и у меня даже руки не дрожат. Смотрю на Долвака, в ожидании следующего распоряжения. Почему я покорно все исполняю? Ну, во-первых, Долвак сильнее и все равно сделает по-своему, а раз трахать он меня не собирается, то ничего страшного. Во-вторых, раньше начнем – быстрее закончим. Тут же последовало следующее распоряжение: - а теперь спускай штаны. Моя челюсть с громким стуком грохнулась об пол. Вот же сука! Трахать он меня не будет! Навешал лапши на уши, а я и доволен. Только вот я даже возмутиться не успел, как он одним движением схватил меня, разворачивая лицом к стене, ухватил поперек туловища и сдернул штаны с трусами. Тут же дернул в сторону, плюхаясь на диванчик, а меня укладывая к себе на колени голой задницей кверху. - До-олва-аак! Скотина, отпусти! – тут же заорал я во всю глотку. - Рано орешь, побереги связки, - крепко прижимая мою тушку, заявила эта тварь. – А ну, успокойся, истеричка, - но где там успокоиться! Я с голой задницей лежу на коленях у какого-то мудака и должен успокоиться? Ну уж нет, вырваться – это дело чести или жизни. Только вот Долвак со мной не согласен и, поймав мою руку, которой я пытался колотить его по ногам, заломил за спину. Было так больно, что я аж взвыл. - Чего ты хочешь? - прошипел сквозь зубы, немного затихая, чтобы эта тварь не ломала мне руку. - Проучить тебя хорошенечко. - Но ты же говорил про папу… - пытаюсь взывать к его человечности. - Да, наш папка так и говорил: «не доходит через мозги, вобью через задницу», и порол нас по-черному. – Порол? Это в смысле бил? - Кен, ты же не собираешься? – в ужасе шепчу я. И куда голос только делся? - Собираюсь-собираюсь. То, что Смолев с тобой поговорил, и ты все понял, это, конечно, хорошо. Но чтобы в следующий раз ты не попал, нарвавшись не на такого доброго мужика, как я, все это дело нужно закрепить практикой, а именно - хорошей поркой. Вспоминая, как у тебя болела задница, ты сто раз подумаешь, прежде чем будешь нарываться. - Ты не посмеешь! - Еще как посмею. Готовься, получишь всего лишь шестьдесят ударов. - Шестьдесят ударов ручищей Долвака? Да он вообще охренел! Я говорил, что если нет изнасилования, то это не страшно? Забудьте! Это просто ужас какой-то! Первым же ударом мне обожгло правую ягодицу так, что хотелось визжать в полный голос. Второй удар пришелся на вторую ягодицу, и это было также больно, как и первый, но я решил молчать до самого конца. А вот когда Долвак ударил в третий раз, и рука его припечаталась на след от первого, я понял, что мне кранты. С десятого я уже орал в голос. После двадцатого перед глазами все поплыло, и по моему лицу потекла предательская влага слез. Практически сразу после этого я сбился со счета. Сколько продолжалась эта экзекуция, не помню. Под конец я вообще охрип, и в голове у меня все помутилось. Пришел в себя уже значительно позже. Я сидел на руках у Долвака и рыдал, как девчонка, а он крепко прижимал меня к себе и шептал всякую успокаивающую хрень. Пипец…