Новое начало.

      Ребята уже уехали. Конечно, многие из них отчаянно протестовали, но все в глубине души понимали, что мне необходимо побыть одной. Все, кроме меня. Я не знаю, чего именно хочу. Воспоминания обрушились на меня слишком внезапно.       Сейчас я сижу в своем потайном местечке. Последний раз я здесь была, наверное, полтора года назад. Как раз перед тем событием. Это что-то на подобии сада. Я любила проводить здесь свободное время, на время забыть, кто я такая и кто по происхождению. Да, мечтательница я еще та. Нет, я никогда не загадывала принца на белом коне, ведь, знала, что мне это уж точно не светит. Я просто хотела жить в мире, который принял бы меня такой, какая я есть. Где мне не приходилось бы скрываться или всякий раз натягивать величественную улыбку при виде подданных. Я вообще не хотела, чтобы мне кто-либо подчинялся, мне всегда хотелось обычной, размеренной жизни с заботами, радостями, друзьями и настоящей семьей.       Казалось бы, сейчас все это у меня есть, но теперь я вспомнила тот год. Вспомнила о планах Люрвиса. Если он задумает осуществить их, то я любыми средствами обязана его остановить. Нельзя позволить разразиться войне, в которой, наверняка, выиграют рамиры.       У меня за спиной раздалось приглушенное скуление. Я развернулась и меня завалили на спину, а мое лицо в тот же момент было покрыто слюнями. — Рекс! — Воскликнула я.       Передо мной, точнее, на мне торжественно восседал черный пес с ангельскими глазами. — Как же я скучала по тебе! Как ты?       Вам, наверное, интересно, почему я обращаюсь к псу, как будто он может ответить? Когда меня еще выпускали так сказать попастись на лужку и не держали взаперти, я подружилась с этим дивным созданием.       Однажды я наткнулась на эту поляну с небольшим прудом. Был день, и никакая опасность мне не угрожала, да и если бы угрожала, я, скорее всего, справилась бы. Внезапно из леса раздалось гулкое рычание. Из-за кромки леса на меня двигалось восемь волков. Я уже было приготовилась обороняться, как те начали боязно пятиться назад и жалобно скулить. Обернувшись, я увидела два красных глаза. Несмотря на солнце, это существо было невидимо, даже для рамирского зрения. Каждый бы закричал и убежал от такого куда подальше, но я, следуя моему главному правилу «Нельзя уходить от неприятностей, если они тебя ждут», осталась стоять на месте.       Представьте мое удивление, когда из леса вышел ни кто иной, как обыкновенный пес. Позже выяснилось, что это не совсем обычная собака — она обладала человеческим разумом. Это я узнала, когда смогла слышать ее мысли. Помню, я еще очень удивилась. С тех пор я каждый день старалась выбраться сюда, лишь бы увидеться с другом. — «Я тоже скучал. Да, я все знаю и совершенно на тебя не в обиде, но, все-таки, я рад, что ты вспомнила это место. Без тебя здесь было очень скучно». — Раздался в моей голове бархатистый и низкий голос пса. На самом деле, он намного старше меня.       Я не ответила. — «Ты разве нет»? — Ты не понимаешь, — потрепала его по загривку, — я так долго хотела узнать правду… Лучше бы оставалась в неведении. Как мне теперь ему в глаза смотреть? Я так виновата перед ним… — «Я наблюдал за вами, когда вы приехали. Ты не представляешь, как я испугался, но не об этом сейчас. Я уверен, он поймет тебя и, даже не смотря на то, что ты и так не виновата, простит». — Рекс потерся об мою голову. — Была бы я так в этом уверена, но, во всяком случае, будем надеяться. Мне уже скоро надо идти на встречу с ними, вот там и узнаем.       Мой друг смущенно опустил голову. — Что с тобой? — Поинтересовалась я. — «Я понимаю, ты можешь не согласиться, и тебе может быть неудобно, но…» — Рекс поджал уши. — «ты не хочешь взять меня с собой. Я все равно не смогу жить во Дворе, только около него, но все же…»       Я засмеялась. Какой же он глупенький. — Я с удовольствием тебя возьму с собой, мой верный друг и хранитель. Я хотела предложить, но думала, ты не согласишься.       Он радостно тявкнул и еще раз облизнул. Ну когда же он научится хорошим манерам? — Давай тогда, как раньше потренируемся? — Предложила я.       Когда я только приехала сюда, мы с Рексом бегали вместе, развивая и тренируя мои инстинкты.       Радостно смеясь, я и мой ушастый друг бежали по лесу. Благодаря моему особому зрению я могла замечать и запоминать различные вещи, даже несясь в пространстве. Это было замечательно. Наблюдать за жизнью в замедленной съемке.

***

— Где ее носит? Она уже опаздывает. — В отчаянии воскликнул Мейсон.       Я, прислонившись к столу за их спинами, улыбалась. — Не надо за меня так волноваться. Я уже давно большая. — Ухмыляясь, произнесла я.       Эффект был оправдан: все вздрогнули и ошарашено повернулись ко мне. — Ну что? Разобралась? — Недовольно спросил дампир. Я отвернулась от них и подошла к окну. — Да. Я помню все до мельчайших деталей. — Р… — Полтора года назад была убита моя приемная мать — Изабель. — Прервала я Кристиана. — Я тогда возненавидела Люрвиса еще больше, если такое возможно, ведь, именно он повинен в ее смерти. — Говорить становилось все труднее. — Но, при чем здесь ты и поцелованный тьмой? Ведь это ты вспомнила? — Спросила Роза. Я не ответила, просто продолжила: — Я была отправлена к лучшему другу отца, если такое определение общения вообще подходит Майклу. Того стригоя звали Исайя.       Все пораженно ахнули. — Мне нельзя было подходить ни к кому, кроме него, поэтому я сбегала в свой укромный уголок — это был небольшой ухоженный сад недалеко от особняка. Когда до меня донеслись звуки боя, я была именно там.       Я глубоко вздохнула. — Я практически с самого начала видела все, но о пленных не знала, ведь, не была дома почти неделю. Мне было страшно подойти к вам, помочь. Я… до сих пор не могу понять, почему так поступила. При мне погибало много людей, но когда стригой убил Мейсона… При виде его смерти… все было по-другому. На этот раз я не осталась в стороне. Показываться было бы глупо и безрассудно, поэтому я помогла на моральном уровне. — Как? — Прошептала Роза. Мой голос тоже был едва слышен. — Забрала часть боли и добавила адреналина… Вскоре приехали стражи и увели тебя, Роза. Они должны были забрать… тело, но я внушила им, что у Исайи внешность Мейсона — забрали его… Я никогда не использовала свою магию в таком ключе, но решила попробовать. Я исцелила Мейсона, не догадываясь о последствиях. Позже выяснилось, что он стал поцелованным тьмой, а я еще одним исключением. У меня была стойкая уверенность, что Люрвис его отпустит, максимум, это сотрет память, но я ошибалась… Он упустил свой первый шанс — мою сестру и не мог упустить другого. Нас с Мейсоном поместили в тот дом… Ставили опыты, пытались узнать, что мы можем вместе, ведь, у рамиров не только поцелованные тьмой могут чувствовать другого, но и они сами… Я должна была стать главным оружием в одном из множества планов Майкла. Это бы еще больше приумножило мою силу и способности. Но что-то пошло не так. С каждым днем связь между нами становилась все сильнее и нерушимее. Майкл начал бояться нас… Он не придумал ничего умнее, чем стереть мне память…       Мейсон со свистом выдохнул. — Это было сделать невозможно, ведь, я не подчиняюсь его магии, но нашелся способ… Я должна была быть очень сильно истощена. Такое случалось, когда я слишком долго или в больших количествах использовала дух. Каждый раз после… пыток я исцеляла Мейсона — не могла позволить, чтобы он еще больше страдал из-за меня…       Я перевела дыхание. Глаза уже щипало от слез. — В тот день Люрвис превзошел сам себя… На Мейсе не было чистого места — все тело в шрамах, ссадинах, синяках, везде кровь. Конечно, я снова сделала это… Но причиненный урон оказался слишком велик… Магия ослабила меня… Майкл с легкостью мог бы сделать со мной все, что пожелает, однако сил не хватило — щит еще держался, очень слабо, но держался… Тут у этого рамира родился другой план… В моем детстве он умел заставлять щит ослабевать… С помощью физической боли…       Эшфорд громко заскрежетал зубами. Я спиной чувствовала исходившую от него ненависть. — Через четыре часа воспоминаний, как и не было. Я не знаю, почему они не стерлись навсегда, но это так — он всего лишь создал удерживающий барьер. — Все четыре часа ты… он… — Да, Мейсон, ты угадал. — Как он разрушился? Почему? — Спросил Люк. Казалось, лишь он здесь сохранял самообладание. — Не знаю… С самого первого дня здесь я начала вспоминать… Те видения, голоса, все это не могло быть случайностью… — Я сморгнула слезы. — Когда я спасла Мейсона, я слышала голос. В моей голове. Он звал меня, возможно, на подсознательно уровне, он все еще чувствовал мое присутствие… Прости меня, Мейсон. Я должна была попытаться освободить тебя. Должна была попробовать сопротивляться Майклу. Должна была не бросать тебя там. Я ничего не смогла сделать. Я полностью забыла тот год. Единственной моей мыслью было: «Бежать. Бежать куда подальше». Я не заслуживаю прощенья. Ведь, даже когда мне начали видеться воспоминания, я не пыталась спасти тебя или найти. Не выказывала никакого волнения, а должна была. Именно из-за меня ты страдал… — И ты, ведь, тоже. — Изрек Беннер.       Послышался шумный вздох. Мейсон. — Да, но я ни о чем не жалею. Я не жалею о том, что спасла ему жизнь, не жалею о том, что закрывалась от него, чтобы он не чувствовал моей боли. Единственное, за что я прошу прощения, так это за свою трусость и бездействие…       Слезы вот-вот норовили стыдливо покатиться из глаз. — Я так виновата перед тобой… — Сокрушенно прошептала я.       Взглянуть в глаза или хотя бы развернуться не было сил. Но выбор был сделан за меня: — Я вспомнил. Теперь я знаю все. Ты ни в чем не виновата. Я никогда не смогу злиться на тебя за то, что ты сделала. Ты спасла мне жизнь, и я перед тобой в неоплатном долгу. Не смей даже думать о том, что я тебя возненавижу. Поняла? — Прошептал Мейсон, сжимая меня в стальных объятиях. Его эмоции обрушились на меня в полную мощь. Там было что угодно, кроме злости и презрения. Я безвольно обмякла в его руках, уткнулась носом в грудь и всхлипнула. Дампир бережно встряхнул меня, дожидаясь ответа. Я смогла только кивнуть — на большее сил не хватало.       Внезапно сзади подошел кто-то еще и тоже обнял. Это была Роза. — Спасибо… — Почти неслышно проговорила она.       Несколько минут мы так и стояли, обнявшись. — Элис, я понимаю, не самый подходящий момент, но ты не могла бы рассказать, что делала заколка моей матери в том доме? — Тихо спросил Кристина.       Ох, я совсем забыла про это… Сейчас будет еще больнее. — Конечно. — Сказала я, аккуратно высвобождаясь из обнимавших меня рук. Я уже было собиралась развернуться обратно к окну, но тут: — Говори, пожалуйста, смотря мне в глаза. — Попросил морой. В груди больно кольнуло. — Думаешь, я буду лгать? — Крис не ответил, а я вздохнула. — Я рассказывала вам, что Майкл и Изабель Люрвис — приемные родители. В настоящей семье у меня был брат. У него в крови такая же сила, как и у меня, как у наших родителей. Он не подозревает обо мне… — А… — Майкл искал его. Моего брата. Я не знаю, зачем. Возможно, чтобы… приручить, возможно, чтобы увеличить свою силу. Во всяком случае, он ему нужен. — Почему мы тогда его не ищем? Скажи нам его имя. Он будет в безопасности. — Вставила Роза.       Я горько усмехнулась. — Его не надо искать… С самого начало он был здесь… Его имя…