Великий комбинатор

“О, звезда моего сердца, меня невыразимо печалит невозможность найти тебя. Ты скрылся от меня, как бриг, затерявшийся в тумане. В наше время развития техники и технологий я никак не могу связаться с тобой даже для простого разговора. Иногда мне кажется, что наша встреча была какой-то искусной мистификацией, но следы на моем теле, как и в моем сердце, говорят, что все это мне не приснилось. Как же непривычно мне сидеть и смиренно ждать весточки от своего Лотоса. Хотел бы я, чтобы все было иначе. Порадуй же своего господина, скажи, когда я смогу насладиться твоим бесценным обществом”. Люциус мечтательно и вместе с тем довольно улыбнулся, сложив письмо в шкатулку. Сегодня утром сработали чары, наложенные на абонентский ящик. Это значило, что Абдул Хамид, наконец, ответил на его послание. К сожалению, пока приходилось довольствоваться перепиской, личная встреча в ближайшее время была невозможна. Только не в разгар операции по приручению Гарри Поттера. Но слова падишаха грели сердце и душу, питая немалое тщеславие. Люциус с довольным смешком развалился в кресле, представляя, как Абдул Хамид, имеющий полный гарем услужливых и на все готовых наложников, сидит и тоскливо ждет, когда верные слуги отыщут хоть какую-нибудь информацию по неуловимому Лотосу. Конечно, такая фантазия была из области сказок, но осознание того, что он крепко затронул душу гордого и сильного мужчины, с детства привыкшего к поклонению и раболепию окружающих, приятно щекотала нервы и вызывала невольное умиление. Ненадолго задумавшись, Люциус взял перо, пергамент и, прикрыв на мгновение глаза, вывел: “Мой бесценный господин, увы, в настоящее время я не могу последовать зову своего сердца и оказаться рядом с тобой, как бы мне того ни хотелось. Я смиренно прошу тебя немного подождать, ибо дела семьи и принятые обязательства не позволяют мне отлучиться. Но за твое терпение и длительное ожидание обещаю отплатить любым угодным тебе способом. Вскоре мы обязательно встретимся на том острове, который ты в порыве любопытства решил посетить без меня, и, надеюсь, будем там только вдвоем, чтобы твоя доблестная охрана не искусала локти от зависти, глядя на наше с тобой счастье. Всегда твой, Л”. Письмо было запечатано и отложено на край стола с тем, чтобы следующим же утром отнести его на почту, а Люциус еще раз вздохнул и решительно отбросил мысли о падишахе и своем счастье. Нужно было сосредоточиться и тщательно продумать план дальнейших действий. Ему не терпелось поскорее свести сына и Поттера, но он прекрасно понимал, что для положительного результата в затеянной им интриге нельзя оступаться. Вот только желанная встреча с Абдул Хамидом манила, как бесценный артефакт - заядлого коллекционера. Эти заигрывания с падишахом давно уже вышли за границы невинного флирта и искусной игры, и Люциус опасался увязнуть в болоте чувств, при этом прекрасно понимая, что уже сейчас не сможет безболезненно оборвать связь, которая неожиданно стала жизненно необходимой. Подойдя к окну, Люциус с печальной улыбкой проследил, как белоснежный павлин тоскливо ходит по вольеру, даже не пытаясь раскрыть свой хвост: сегодня эльфы пожаловались на неожиданную болезнь павлиньих самочек, которых вынуждены были отдать для осмотра целителю. Все оказалось не так страшно, - поставщик корма продал лежалое зерно - но крылатые леди на некоторое время нуждались в уходе и изоляции. И все равно, любимчика - белого павлина - было очень жалко. Сейчас Люциус чувствовал себя так же, как и этот несчастный птах, лишенный объекта своей страсти. Тряхнув головой, он скривил губы в ехидной ухмылке. - Дожили! Уже сам себя с павлином сравниваю! От размышлений о судьбе птиц его отвлекли звуки, доносящиеся из расположенной неподалеку от кабинета алебастровой гостиной. Там отмечали победу сборной Англии в четвертьфинале чемпионата мира по квиддичу Гарри и Драко. Судя по голосам, отчетливо слышным даже сквозь стены и плотно прикрытую дверь, вечеринка достигла апогея. Он довольно усмехнулся и решительно направился проведать мальчишек. Операция по приручению Гарри Поттера медленно, но верно, продвигалась к своей цели. После того памятного разговора, когда сын извинился перед Поттером, их отношения перешли из разряда “давние недруги” в разряд “почти приятели”. Судя по всему, скандал с Уизли лишил Гарри почти всех друзей, среди которых основную массу оставляли отпрыски рыжего семейства. Насколько Люциус мог судить, в подругах “героя” осталась только грязнокровка, которая в силу своей постоянной занятости - она обучалась магическому праву - не могла уделять общению должного внимания. И, благодаря Люциусу, Драко очень своевременно занял освободившуюся нишу. На руку сыграл еще и тот факт, что Поттер оказался вовсе не злопамятен, и безо всяких условий простил Драко его прошлые прегрешения. Одно расстраивало Люциуса: Гарри, выросший в маггловском мире, крайне негативно и с невероятным смущением воспринимал все шутки и серьезные высказывания об отношениях между мужчинами. Как перебороть его комплексы и закостенелые взгляды, пока не было даже мысли. Тут следовало действовать крайне осторожно и осмотрительно, чтобы не оттолкнуть мальчишку раньше времени, пока он накрепко не привыкнет к обществу Драко. Люциус практически неслышно зашел в гостиную, где сидели мальчишки, постаравшись остаться незамеченным. Окинув взглядом сложившуюся диспозицию, он остался доволен сыном: тот не терял времени даром, ненавязчиво приучая Поттера к своему обществу, близкому соседству и совершенно пока невинным прикосновениям. О да, наследник весьма искусно вел извечную игру охотника и понравившейся ему дичи. Вот Драко рассказал какой-то анекдот, заставив Поттера звонко рассмеяться, обессиленно откинув голову на спинку дивана, вот хлопнул его по колену и, как бы невзначай, оперся о него, вот склонился и, словно по секрету, что-то тихо-тихо проговорил, вызвав румянец на щеках героя и вновь звонкий смех. Мальчишки не были слишком пьяны, но все же сливочного пива они “уговорили” уже немало, и с каждой минутой Гарри вел себя все раскованнее и раскованнее. Люциус немного потоптался в тени дверного проема и решил не нарушать образовавшуюся идиллию и не мешать Драко налаживать контакт. Но если сын и вкладывал в свои прикосновения, взгляды и шутки какой-то подтекст, то Поттер явно этого не замечал. И вот тут срочно нужно было что-то делать. Люциус вернулся в свой кабинет и уселся за стол, глубоко задумавшись. Сомнения закрались ему в душу: а что если Поттер относится к той редкой породе людей, которые абсолютно гетеросексуальны? Таких, увы, не соблазнить ни чувствами, ни экспериментами, ни жарким запретным сексом. Другой вопрос, что отличить упертого гетеро от закомплексованного би с зашоренным запретами сознанием очень сложно. Но все-таки можно. Нюанс в том, что последний так или иначе будет проявлять скрытый интерес к нестандартным, по его мнению, отношениям. И Люциус от всей души надеялся, что Поттер поступит именно так. К тому же некоторую надежду давало абсолютное безразличие к бывшей невесте и нежелание искать новую. Да и со школьных лет Драко удалось припомнить среди девушек Поттера только Чжоу Чанг. Следовательно, особого интереса к женской половине населения тот не испытывал, а проявить симпатию к мужской ему вполне могло не позволять воспитание. Пожалуй, единственным выходом для того, чтобы узнать, есть ли у Драко хоть минимальный шанс, было невзначай открыть перед Поттером ориентацию сына. И Люциус, кажется, знал, как это сделать. Придя к определенным выводам и решениям, он прислушался к звукам, доносящимся из гостиной, но в доме было удивительно тихо. Поднявшись, он решил вновь проведать мальчишек и мягкой, неслышной поступью, которой обучился еще в гареме у Абдул Хамида, направился в гостиную. Картина, открывшаяся его взгляду, могла бы умилить, если бы Люциус умел умиляться. Налакавшись пива и, видимо, для верности заполировав все это коньяком, Драко и Гарри спали на диване чуть ли не в обнимку. Голова одного была откинута на спинку, а второй удобно устроился на его плече, обняв поперек груди. В комнате стоял удушливый запах алкоголя, а виновники сего безобразия преспокойно похрапывали, не реагируя ни на что. С легкой ухмылкой покачав головой, Люциус вызвал домовиков и приказал убрать учиненный в гостиной бедлам, а мальчишек разнести по спальням: Драко - в свою, а Поттера - в гостевую. Как бы ни зудело желание сгрузить их в одну постель, для этого было еще слишком рано, так можно было спугнуть еще не прирученного мальчишку. К тому же состояние одежды обоих оставляло желать лучшего: без мантий и камзолов, в полурастегнутых рубашках, выбившихся из-за пояса брюк. Вряд ли Поттер обрадовался бы с утра, обнаружив себя в таком виде в одной кровати с парнем, а потому с рискованными шагами следовало слегка повременить. Проводив взглядом процессию домовиков, Люциус, довольный результатами сегодняшнего вечера, тоже отправился к себе, предчувствуя знатное развлечение с утра. За завтраком он с легкой усмешкой наблюдал за слегка позеленевшими лицами вчерашних алкоголиков и за девичьим румянцем Поттера, которому явно было крайне неловко перед хозяевами поместья. Нарцисса, как всегда очень тактичная и понимающая, быстро перекусила и ушла якобы по делам, с укоризной взглянув на мужа. Стоило за ней закрыться дверям столовой, как Люциус с ехидной ухмылкой спросил: - Ну что, господа хорошие, может все-таки антипохмельного? Гарри, несмотря на довольно бледный вид и испарину на лбу, умудрился покраснеть еще ярче, а Драко лишь громко простонал и кивнул. - Вот скажите мне, молодые люди, - мягко упрекнул их Люциус, после того, как эльф по его распоряжению принес склянки с зельем, - кто в здравом уме смешивает прекрасный выдержанный коньяк со сливочным пивом? Мало того, что вы попусту перевели благородный напиток, так еще и расплачиваетесь сегодня жутким похмельем. - Отец… - Нет, Гарри, - не дав сыну оправдаться, продолжал он, - к вам я не имею никаких претензий. Кажется, мы с вами уже выяснили, что вы не любитель алкоголя и не стремитесь перейти в эту категорию. А вот Драко… - он выразительно глянул на сына, заставив того тоже покрыться румянцем. - Как ты мог так поступить со своим гостем и моим винным погребом? Я не удивлюсь, если и тот и другой обидятся на тебя. Гарри откажется бывать у нас в гостях, а погреб закроет свои двери для столь неблагодарного посетителя. - Драко не виноват! - решительно вскинулся Поттер. - Мы просто немного увлеклись, обсуждая вчерашний матч. Люциус, вы не представляете, как это было замечательно! Наши совершенно неожиданно вырвались вперед и удерживали преимущество в течение всей игры. А ведь многие не верили, что они смогут показать себя таким блестящим образом. - Ах, Гарри, я вполне понимаю ваше состояние эйфории. Мне и самому приятно, что впервые за много лет Англии удалось добиться таких блестящих результатов. Но ведь вы, в отличие от моего сына, понятия не имели, к каким последствиям приведут столь невоздержанные и смешанные возлияния. А вот он знал. - Отец! - смущенно проговорил Драко, вполне натурально краснея. - Извини, я как-то не подумал… - Перед гостем извиняйся, - хмыкнул Люциус и, заметив решительный взгляд Поттера, готового уже броситься на защиту приятеля, продолжил: - Нет-нет, Гарри, я не собираюсь наказывать сына или ругать его. Он уже давно вышел из того возраста, когда уместно это делать. Но ему не стоит забывать, что, напиваясь в приятной для себя компании, он вполне может утратить самоконтроль и сделать нечто, способное разрушить вашу дружбу и иметь весьма негативные последствия. - Заметив расширившиеся от удивления глаза Драко и недоуменный взгляд Поттера, Люциус спокойно допил остывающий чай и, пожелав парням приятного дня, вышел из гостиной. У входа он слегка притормозил, не сразу прикрыв дверь, и услышал чуть приглушенный голос Гарри: - Что он этим хотел сказать? - Не обращай внимания. - Прозвучало это невесело. - Может, боялся, что мы подеремся, напившись. Тихонько хмыкнув, Люциус отправился к себе в кабинет, прекрасно зная, что, проводив Поттера, Драко сразу же прибежит за разъяснениями. И он не обманулся. Не прошло и получаса, как в кабинет негромко постучали. - Может, объяснишь, что это такое было за завтраком? - Нечего мне тут вставать в позу! Лучше сядь и послушай, - усмехнулся Люциус. - Пора постепенно открывать перед Гарри твою ориентацию. Не перебивай меня! Это необходимо, чтобы убедиться, что твоего драгоценного Поттера тоже хоть немного, но интересуют мужчины. Без этого ничего путного у тебя с ним не получится. И если он, на наше счастье, хотя бы бисексуален, то не перестанет с тобой общаться. А вот если он чистый натурал, то я тебе не завидую - таких невозможно перевоспитать и влюбить в себя. - Драко серьезно задумался, а Люциус тем временем продолжал: - Ты пригласил его поиграть в квиддич, раз он такой ярый поклонник? - Нет... Как-то не додумался. - Ох, сын, где твоя смекалка и хватка? Ты только подумай, какой это прекрасный повод для сближения. К тому же вы с ним были отчаянными соперниками еще в школе, а дух соперничества порождает азарт, желание выиграть. В дружеской атмосфере это очень сильно сближает, особенно если ты подыграешь ему. Представь, как он будет выглядеть на метле, разгоряченный длительным полетом, с капельками пота, стекающими в вырез расстегнутой рубашки, с горящими от восторга глазами… Конфетка, а не парень. - Отец! - в голосе Драко послышалось отчетливое рычание. - Ага, зацепило! Да не нужен мне твой Поттер! Просто решил немного подразнить тебя и, признаться, весьма доволен результатом. А сейчас, если у тебя больше нет претензий и вопросов, мне нужно немного поработать. - С этими словами Люциус пододвинул к себе стопку деловой корреспонденции и углубился в изучение счетов. Драко, пребывая в задумчивости, тихо покинул его кабинет. В ближайшую субботу Поттер прислал записку с извинениями: в связи со срочным расследованием на работе он не смог составить компанию Драко, вогнав того в полное уныние. Но Люциус, быстро выяснив все по своим каналам, успокоил сына, что это была не отговорка и в Аврорате действительно проходит какая-то крупномасштабная операция. К тому же Гарри без всяких возражений согласился перенести запланированные полеты и игру на следующие выходные. Драко, как ни странно, перед приходом Поттера заметно нервничал, словно ждал того на первое свидание, вызывая своим поведением ехидную усмешку Люциуса и недоуменные взгляды матери. В парке Малфой-мэнора для квиддича была выделена большая площадка с несколькими скамьями для зрителей и небольшой беседкой на краю импровизированного поля для проведения пикников. Только вот погода, выпавшая на выходные, никак не располагала к проведению времени на открытом воздухе. Небо было затянуто тяжелыми серыми тучами, сыплющими противную мелкую морось. Порывы ветра, редкие, но достаточно сильные, пригибали к земле ветви деревьев и сносили с курса птиц, не говоря уже о летунах покрупнее. Но все это не помешало мальчишкам войти в азарт и прогоняться на метлах друг за другом и за золотистым снитчем не менее получаса. Счастливые, довольные, но при этом мокрые насквозь и с красными от холода носами, они ввалились в Малфой-мэнор, азартно обсуждая исполненные трюки и споря о том, кто же из них выиграл в этой беспорядочной гонке наперегонки с ветром и маленьким мячиком. Нарцисса, увидев в каком плачевном состоянии, оставляя за собой лужи воды и комья грязи, пришли парни, только всплеснула руками, а Люциус непререкаемым тоном немедленно отправил их в парную греться и переодеваться в сухое. Еще со времен своих мытарств по странам Азии он просто влюбился в турецкие бани и позже, обосновавшись в Малфой-мэноре в качестве хозяина, заказал себе нечто подобное. Нарцисса не особо любила пар, но время от времени и она не брезговала понежиться на теплых плитах, Люциус же частенько посещал это крыло дома, расслабляясь и вспоминая умелые руки гаремных банщиков. И сейчас он не собирался отправлять мальчишек по своим комнатам принимать теплую ванну, а решил провести их сразу в бани, которые, только посмотрев на погоду, приказал домовикам подготовить. Сам он отправился следом, не собираясь мешать или смущать Поттера, но желая все объяснить и немного понаблюдать за ситуацией. Однако сын на этот раз проявил редкостное упрямство и не позволил отцу переступить даже порог. Люциус ехидно усмехнулся и, поиграв бровями, тихо посоветовал Драко придержать коней, а то Поттер сбежит от него, как пугливый жеребенок, и ушел, довольно подпевая себе под нос. Сын явно ревновал, и с каждым разом эта ревность проявлялась все отчетливее. Теперь оставалось лишь добиться того, чтобы и у Поттера возникли какие-то ответные чувства, способные порождать такие же бурные эмоции. Чуть позже вечером донельзя довольный Драко полулежал на диванчике в кабинете Люциуса и, попивая теплый ароматный чай, с придыханием делился с отцом впечатлениями о прошедшем дне. - А как он летает! Ты не представляешь! Выполняет такие кульбиты, что дух захватывает! Я бы никогда не рискнул на такое, а он… Помнишь финт Вронского, которым так любят рисковать ловцы на чемпионате мира? А помнишь, сколько травм и неудачных попыток было совершено при его исполнении на международных соревнованиях? А Гарри… он выполняет его на раз-два, с таким хладнокровием и азартом, как будто это и не земля вовсе приближается к его шее с огромной скоростью! У него такая посадка на метле, словно он родился на ней… Ты не представляешь! - Это я уже слышал, - усмехнулся Люциус, довольно потягиваясь в кресле перед камином. - Что? - Ты весь вечер повторяешь эту фразу, бесконечно восхищаясь Поттером. Лучше скажи, вы хоть нормально отогрелись? Малфои не станут причиной болезни национального героя? - В банях? Да-а-а… - томно протянул Драко, и глаза его вновь загорелись, а щеки окрасились ярким румянцем. - Гарри поначалу было неловко, видимо, он нечасто попадал в такие ситуации… - Ты хочешь сказать - голым в одном помещении с другими голыми парнями? - Отец! Хотя да, я не понимаю… Он прожил шесть лет в Хогвартсе в одной спальне с несколькими мальчишками, постоянно играл в квиддич, после которого без душа ну никак нельзя, и при этом смущался как девственник в первую ночь, раздеваясь передо мной. - Хм… - Люциус задумчиво постучал пальцем по подбородку. - Это может означать, что он где-то в глубине души заинтересовался тобой. А может и ничего не означать. Пока рано судить. - Отец, не убивай во мне надежду! - паясничая, Драко приложил руку к сердцу. - Оставь эти трюки для слабонервных девиц. И кстати, запомни, Гарри на них тоже не поведется. Скажи, если отбросить его смущение, ему хоть понравилось в банях? - Если отбросить смущение, которое, кстати, не проходило очень долго, хоть он и пытался мужественно его не показывать, то да, понравилось. - Ты, может, ему и массаж сделал? - поиграв бровями, усмехнулся Люциус, с удовольствием замечая, что сына вновь бросило в краску. На удивление тот краснел не намного реже стеснительного и, кажется, совершенно неопытного в амурных делах Поттера. - Кхм, ну… плечи размял, - смущено потупился сын. - Но какая у него кожа! Вроде бы худой, невысокий, но мышцы прекрасно развиты, ощущать их под руками одно удовольствие. А фигура! А задни… - Драко, мне, как отцу, наверное, все же не пристало выслушивать восторги в адрес некоторых особенностей анатомического строения твоего гипотетического супруга. Ты же меня даже на порог бань не пустил, а теперь в деталях расписываешь своего ненаглядного Поттера. - Прости! - Драко сел на диване, отводя глаза. - Я немного забылся. - Ничего, бывает. К тому же я не против откровенных разговоров, тем более, прекрасно знаю, что поговорить о своем увлечении тебе больше не с кем. Но все же о голом Поттере я слышать не хочу, - и, видя богатую гамму чувств от смущения до благодарности на лице сына, со смешком добавил: - чтобы в следующий раз ты не приревновал меня к нему еще сильнее. - Отец! - вновь вскинулся Драко, забывая про свое смущение, чем вызвал у отца новый приступ смеха. Ненадолго в кабинете установилась абсолютная тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине. Спустя какое-то время, Люциус задумчиво посмотрел на сына. - А не начать ли нам постепенно приучать общество к тому, что знаменитый народный герой вовсе не чурается общества Малфоев? Это и нам пойдет на пользу, и для народа не будет таким уж шоком, если информация о ваших хм… дружеских отношениях когда-то всплывет в прессе. - Что ты хочешь предложить? - с интересом взглянул на него Драко. - Ну, скажем, небольшой… хотя почему небольшой? Можно вполне себе большой благотворительный прием… - По поводу? - Допустим, в помощь семьям жертв минувшей войны. Гарри не сможет проигнорировать такое мероприятие. Думаю, и высокопоставленные чиновники тоже не обойдут мэнор стороной. Им же вечно нужно укреплять свои позиции. Несколько журналистов, обязательно парочку грязнокровок, чтобы продемонстрировать демократические настроения, и непременно подругу Поттера, эту Грейнджер. - Люциус резво вскочил с кресла и пересел за рабочий стол, быстро прикидывая и просчитывая в уме возможные затраты и направления, в которых предстоит работать, и этот процесс настолько захватил его, что он не заметил ухода сына. После долгих дебатов с супругой дата приема была назначена через три недели: за меньшее время Нарцисса категорически отказалась организовать достойный вечер для высоких и не очень гостей. Люциус же занялся остальными вопросами, не переставая по возможности следить за развитием отношений между сыном и Поттером. Ему казалось, что они никак не сдвинутся с мертвой точки. Гарри по-прежнему относился к Драко как к хорошему приятелю, совершенно не реагируя на легкий, почти незаметный флирт с его стороны. Но бросаемые то тут, то там намеки на некую тайну все же не пропадали без толку, потому что Люциус все чаще стал замечать задумчивые взгляды Поттера. Но, видимо, будучи от природы ненавязчивым, тот не лез с расспросами, что донельзя огорчало. В конечном итоге, поскольку скандал после расставания с Джинни уже давно затих, оставалось рассчитывать только на предстоящее мероприятие. Люциус считал, что почву для предстоящих боевых действий он подготовил отличную. Непродолжительная беседа с Ритой Скиттер должна была принести свои плоды. Да и вообще, он, достаточно изучив характер Поттера, понимал, что навязчивое внимание вызовет раздражение, которое потом без помех можно будет развеять при помощи Драко и достойного по своему содержанию винного погреба Малфой-мэнора. Но, на правах хозяина, Люциус планировал держаться поближе к народному герою, дабы не упустить ситуацию и вовремя оказать поддержку. Только вот все пошло несколько иначе. Начало приема, как всегда в таких случаях, оказалось чопорным и чинным. Гости прибывали в мэнор, с восторгом приветствуя Гарри, которого Люциус уговорил прийти заранее, чтобы приглашенные не глазели на него всей толпой, когда он появится в дверях. Так что Поттер встречал прибывающих вместе с хозяевами, вызывая невольное недоумение почти у каждого. Впрочем, после первого шока оно быстро проходило и не перерастало в бурный ажиотаж. Кингсли, уже давно и успешно занимающий пост министра Магии, был несказанно удивлен такому повороту событий, но, почти мгновенно сориентировавшись, выразил свою радость по поводу присутствия Гарри на мероприятии. Подружка Поттера прибыла с изрядным опозданием и выглядела вполне мило для растрепанной девчонки, которую Люциус помнил еще по Хогвартсу. Кажется, она была неплохо воспитана и производила исключительно благоприятное впечатление, в отличие от тех же Уизли. В это семейство приглашение ушло лишь Рональду, который, впрочем, его абсолютно невежливо проигнорировал. Чему никто не огорчился. Вечер шел своим чередом без особых эксцессов и недоразумений. Вино лилось рекой, парочки кружились в танцах, гости беседовали друг с другом, наслаждаясь изысканными закусками, а Кингсли умело обрабатывал приглашенных на предмет щедрых пожертвований. Первый чек на внушительную сумму - от семьи Малфой, естественно - он положил в специальную папку под бурные аплодисменты собравшихся. Поттер вел себя безупречно, но Люциус видел, что его начинает тяготить присутствие на мероприятии. Драко всячески старался развлекать и поддерживать приятеля, уделяя ему практически все свое внимание и ни на шаг не выпуская из поля зрения. Пришлось даже смириться с почти постоянным присутствием рядом Грейнджер, но ту часто приглашали на танец различные кавалеры, не давая ей скучать. Один танец она даже станцевала с Поттером, который был поразительно неловок и, кажется, даже пару раз наступил ей на ногу. Люциус искренне поразился тому, что непревзойденный ловец, с нечеловеческой сноровкой вытворяющий в воздухе всевозможные трюки, становится таким увальнем в танцах, и решил обязательно научить его достойно танцевать. В конце концов, будущий член семьи должен быть безупречен и уметь производить впечатление. Но это были пока только планы, на пути к которым еще предстояло многое сделать. Тщательно следивший за Поттером Люциус вдруг уловил у того на лице отчетливое недовольство и раздражение. Оглядев толпу, он заметил вездесущую Риту Скиттер, и именно ее появление вызвало открытую неприязнь у Гарри. Чувствуя, что события набирают обороты, и видя, что гости, уже изрядно захмелевшие и раскрепостившиеся, прекрасно развлекают сами себя, Люциус приблизился к сыну, который что-то увлеченно рассказывал другу, вызывая веселое фырканье. Увы, он не смог полностью отвлечь Поттера, и тот продолжал напряженно вглядываться в толпу, видимо отыскивая взглядом ненавистную журналистку. А когда она, словно из-под земли, появилась прямо перед ним, все равно не смог скрыть удивления и настороженности. Было заметно, как Гарри непроизвольно сделал шаг назад, но застывшие рядом Драко и Грейнджер не позволили ему сбежать. К удивлению всех присутствующих Рита начала с извинений. - Мистер Поттер, позвольте попросить у вас прощения. Насколько мне известно, именно после моих статей вы расстались со своей невестой. Но я не могла скрывать от читателей правду, да и вы, на мой взгляд, заслуживаете гораздо лучшего отношения от близкого человека. - Мисс Скиттер, - сквозь зубы ответил Гарри, сжав кулаки и раздувая ноздри, - неужели вы не понимаете, что мне неприятно видеть вас, после всего, что вы учинили? - Ох, простите великодушно! - Люциус видел, что Рита явно переигрывает, но пока не вмешивался. - Я ни в коем случае не хотела навредить вам. Вы же и сами знаете, что все фотографии, напечатанные в том цикле, были подлинными. Я никогда не оперирую непроверенными данными. - Только любите их приукрашивать фантазиями и домыслами! - отчеканил Поттер. Драко ободряюще сжал ему локоть, но Скиттер заметила и это. - Хм… - многозначительно хмыкнула она, переводя взгляд с героя на стоящих рядом Малфоев. Люциус не на шутку разволновался. В этот раз он не заказывал статей, лишь в общих чертах обрисовал прием и намекнул на приятельские отношения между Поттером и своей семьей. Сейчас, судя по задумчивому, многозначительному взгляду, от Риты можно было ожидать всякой гадости. - Мистер Малфой, - тем временем обратилась она к Люциусу, заставив его еще сильнее насторожиться, - расскажите нашим читателям, как вам пришла в голову идея организовать этот великолепный прием и помочь семьям жертв войны? Вы ведь, насколько я знаю, уже достаточно помогли при восстановлении Хогвартса и прочих общественных зданий. Люциус вздохнул чуть свободнее, тщательно контролируя мимику, и, вежливо улыбаясь, принялся рассказывать о гражданском долге. Тут он был в своей стихии и не опасался подводных камней со стороны Скиттер. Та довольно кивала, хищно щурилась и, задав еще несколько общих вопросов касаемо списка гостей, прекрасного меню и убранства, переключилась на Драко. - Теперь позвольте побеспокоить вас, - елейно улыбнулась она, заставив Люциуса тревожно напрячься. - Я заметила, что вы почти весь вечер провели в обществе нашего народного героя, мистера Поттера. Я понимаю, что он ваш гость, но и другим приглашенным явно хочется пообщаться с ним и выказать свое уважение. - Мисс Скиттер, я же не удерживаю мистера Поттера силой, - нервно усмехнулся Драко. - И не запрещаю другим приближаться к нам. Более того, мистер Поттер на правах почетного гостя волен делать, что ему вздумается: танцевать, есть, пить, развлекаться, впрочем, как и другие приглашенные. - То есть вы хотите сказать, что мистер Поттер сам не хочет покидать ваше приятное общество ради других гостей? - Я такого не говорил! - сразу же осадил ее Драко, но журналистка напролом двигалась к своей цели, не обращая внимания на то, что с ее мнением кто-то не согласен. - А вам не кажется, что я и сам могу ответить на подобные вопросы? Почему вы с этим обращаетесь к Драко? - встрял недовольный Поттер. По торжествующему блеску глаз Риты Люциус понял, что, назвав Драко по имени, Гарри совершил огромную ошибку. - Я ни в коем случае не хочу вас расстраивать, - хищно усмехнулась Скиттер, - но с вами мне удается побеседовать гораздо чаще, чем с мистером Драко Малфоем, а мне интересен его взгляд на сложившуюся ситуацию. Но я вижу, что уже надоела вам своим обществом, поэтому хотела бы задать последний вопрос, который, несомненно, очень заинтересует наших читателей. - Она вновь повернулась к Драко. - Мистер Малфой, я знаю из абсолютно достоверных источников, что во время учебы в школе ваши отношения с мистером Поттером были далеки от дружеских. Многие даже считали вас заядлыми недругами. Так чем вы объясните нашим читателям, что когда-то ярые враги вполне мирно общаются на протяжении всего вечера? Ваши отношения можно назвать приятельскими или тут скрыто нечто большее? Люциус, услышав вопрос, крепко сжал трость и с трудом сохранил на лице вежливо-безразличное выражение, опасаясь, что мальчишки натворят дел, оказавшись назавтра в центре очередного газетного скандала. Он с тревогой взглянул на Драко. Тот стоял порозовевший не то от смущения, не то от гнева и не мог найти слов, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба. Поттер беспокоил еще сильнее: был бледен, явно с трудом сдерживал гнев, крепко сжимая в руке волшебную палочку, и очевидно боролся с желанием немедленно проклясть вездесущую журналистку. Грейнджер нервно схватила друга за локоть, с недовольством и какой-то мстительностью рассматривая как ни в чем ни бывало ожидающую ответа Скиттер. Понимая, что еще секунда, и произойдет взрыв, а кто-то из этой троицы обязательно ляпнет что-то неисправимое, Люциус решил взять дело в свои руки. Он не успел совсем чуть-чуть...