Выбери своё место

В себя я пришёл буквально через пару секунд. Магия регенерации в моем теле работала исправно. Да только демонстрировать свое состояние не стал. Те, кто словил меня, спрыгнули с козырька ближайшего строения. И тут же начали шарить по одежде. – Ничего, – зло пнул под рёбра один из мужчин. – Чистенький. Откормленный, – тоже пнул второй участник. – А обувку можно и забрать, – отозвался третий голос. – Разве что обувь. Остальное барахло никуда не годится. Я же картинно застонал и открыл глаза. – Ты откуда такой непуганый? – радостно заулыбался один из мужчин, демонстрируя половину комплекта зубов. – Из деревни Соки, – решил я сразу косить под деревенского. – А в город чего поперся? – Дядя сказал, что так можно без чипа попасть. Я хотел в кадеты податься. – В кадеты он захотел! – заржали мужчины хором. – Что, оставим себе игрушку или на сборный пункт потащим? – озадачился один из «охотников». – Поиграем, а потом в центр. – Не пойдет. Там проверят. Нам же еще накостыляют, – ответил тот из мужчин, что был постарше. – Тогда себе. – Он не больной, без увечий. Сразу видно, что ухоженный, – начал внимательно разглядывать меня со всех сторон щербатый. – Не меньше сотни капель можем получить. А если себе оставим, наши бабы заревнуют. Теперь озадачились подсчетами и остальные мужики. Похоже, торг был выгодным. Так что мне связали руки и потащили куда-то. Правда, через пару кварталов обувь мне вернули. Идти по дороге я уже не мог. Раны на ногах не успевали заживать. А тут по пути чего только не валялось. И осколки стекла, и просто крошево из камней. Похоже, повстанцы в городе порезвились изрядно. Три раза нас останавливал патруль. Сканировали какие-то медальоны у «охотников» и пропускали дальше. Ближе к центру города разрушенных зданий почти не осталось. Только разбитые витрины магазинов и сгоревшие остовы каров демонстрировали, что тут тоже было «весело». Но сам сборный пункт был за двойным кольцом оцепления. Местная военная техника преграждала проход. Нас тщательно обыскали и только потом пропустили. Мужики за мою тушку получили плату. Я этот момент не рассмотрел подробно. Кажется, это своего рода перекачка энергии из одного мавритта в другой. Охотники остались довольны и даже про мои ботинки не вспомнили. Впрочем, долго щеголять мне в обувке не пришлось. Двое сопровождающих вояк сняли с меня не только веревки, но и всю одежду, и в голом виде повели по ступеням вниз. Потом были два перехода и, наконец, комната дезинфекции. Здоровая бабища в форме повертела меня, брызнула из шланга, еще раз оглядела со всех сторон и, шлепнув по заднице, отправила в соседнее помещение. Я только мысленно хмыкнул, когда местный парикмахер обрил мою головушку налысо. Ну, прямо, как на родной Земле: не то в армию, не то на зону. Но впечатление схожее. «Стильная» стрижка, казенная одежда и… нары? Двухэтажные кровати в помещении примерно на сто человек вызывали подобные ассоциации. Но спальня была заполнена наполовину. В смысле, таких подростков было всего десятка четыре. Все сидели тихо, агрессии или любопытства не проявляли. А через какое-то время я понял, почему. Любое неповиновение или выражение эмоций наказывалось молниеносно. В камеру препроводили очередного подростка. Тот кинулся обратно к дверям. Его стражники и шибанули специальным оружием. Видел я такие в замке. Напоминает электрошокер. Только сама рукоятка длиннее. На себе не пробовал. Но, судя по тому, как взвыл мальчишка, это больно. Впрочем, впрок тот урок парню не пошёл. Через какое-то время он начал истерить и кидаться на дверь. Стражники вернулись. Еще раз «прижгли» бедолагу своим шокером. А потом полубессознательную тушку доволокли до ближайшей кровати и бросили на нижнем ярусе. Розовая пена изо рта мальчишки охранников никак не взволновала. Зато они внимательно оглядели всех, кто был рядом. Через две койки от нового постояльца мальчишка отер с губ уже подсохшую пену и согнулся ниже, боясь даже повернуть голову. Я же изначально забрался на второй ярус и тоже постарался не отсвечивать. – Еще раз повторяю, – подал голос охранник. – В туалет и питание только по сигналу. В остальное время бродить по комнате запрещено. Кажется, если приспичит, то только под себя. Хотя сигналы на посещение туалета звучали часто. Я половину пропустил. Толпиться вместе со всеми в узком коридоре не хотелось. Питание тоже не оценил. Какие-либо вопросы поостерёгся задавать. Но уже с утра нас куда-то повели. Потом было долгое ожидание в коридоре. Три двери впускали и выпускали подростков в течение нескольких часов. Нас водили в туалет и кормили. Но моя очередь посещения кабинета настала уже после пятого сигнала и той закуски, что, по идее, была обедом. – Центумвир третьей степени Асс Антонин, – скороговоркой представился мужчина. Я поднял глаза и замер. Какой-то первобытный страх сковал меня от головы до пяток. Мощный, крупный мужчина, даже сидя в кресле, был выше меня. Холод стальных глаз не обещал ничего хорошего. А его форма черного цвета вообще ассоциировалась у меня не то с эсэсовцами, не то с комитетчиками времен сталинских репрессий. – Имя, род, предыдущее место жительства, возраст, – продолжил допрос служащий. Ну, точно НКВД! Насчет имени я еще в спальне уже все придумал. Потому бодро отрапортовал: – Адель Флави. Деревня Соки. Четырнадцать лет. Флави было распространенное имя рода на землях герцога. Так что я не опасался разоблачения. Центумвир тут же стал заносить информацию на минимакк. Я же пока размышлял, что это за должность такая? Кажется, центумвирами называют местных судей. Но отчего-то боятся их еще больше, чем ищеек. Между прочим, я с этим «общественным мнением» был полностью согласен. Даже не зная должности этого громилы, уже хотелось сбегать в туалет «по-маленькому». Что-то в облике судьи было такое, что заставляло трепетать. Впрочем, свою историю про то, что хотел попасть в город без чипа, я проблеял. Даже слезу пустил. Мне ее особо и выжимать не пришлось. Поджилки сами дрожали. Так что тряс нижней губой вполне натурально. Меня в этих подземельях никакая магия не спасет. Подойдут со спины, стукнут по темечку, как те охотники, пока я буду воевать с теми, кто нападет спереди. Да и в укрытии вечно сидеть не смогу. Продукты я свои уже наполовину израсходовал. И когда смогу пополнить запас, просто не представлял. – Какие навыки имеешь? – спросил судья. – А? – подавился я воздухом. – По хозяйству могу, – выжал из себя хоть что-то приемлемое. Мужчина скривился и снова начал вбивать данные. – Я грамотный, – припомнил один из своих навыков. Судья только скептически скривил губы. – Хотел в кадетский военный корпус попасть, – неожиданно выдал я свою «мечту». И вот тут, кажется, впервые удивил центумвира. – В наемники? Кивнул головой. – Там тренировки треть суток, усиленные занятия по развитию возможностей мозга, общеобразовательные предметы, военное дело и информатика. И даже при таком режиме попадают в военную академию меньше половины из курса. – Мне подходит, – поспешил заверить я судью. И, кажется, чем-то его развеселил. - Тебя, деревенщину низкородную, в элитный корпус? – уже откровенно смеялся надо мной судья. – Нет, мальчик мой, для тебя могу специально подобрать только школу «Имперских адептов». Из них, правда, только четверть проходит по баллам в академию, но зато из остальных прекрасные стражники получаются. Злые и тренированные, – мужчина еще раз оглядел меня. – Ну что, согласен? Или оформлять обычный приют? – Согласен, – заверил я судью. Тот еще раз усмехнулся и снова занялся внесением данных в минимакк. Потом отсканировал сетчатку. И вколол микрочип. – Лично прослежу за твоими успехами, – оскалился судья. – Позабавил. И уже после этого мне было разрешено удалиться.