Дневники Роуз Хеллвуд. Зима.

25.12.2020. Мои мозги совсем сломались. А живу я одними воспоминаниями. Пожалуй, стоит начать с того, что я была такой, какой являюсь сейчас, не всегда. Какой? Унылой, одинокой, безликой... Сейчас я никто, но это совершенно нормально. Так вот, раньше все было немного иначе. Я довольно молода, но успела получить немного тех радостей жизни, которые заслуживает каждый человек. Однако теперь это уже не важно. Я же вижу свое моральное разложение. Сейчас зима, это я вижу из окон, но дату пришлось узнавать, ибо вспомнить я не в состоянии. Одно из тех светлых воспоминаний, что у меня остались, переносит меня в какую-то чересчур далекую зиму. По крайней мере, по ощущениям. Возможно, из-за того, что теперь кажется, будто время остановилось и идет невероятно долго. Та зима была невероятно снежной и холодной, но это не мешало выходить и гулять до ночи, пока не понимаешь, что полностью замерз и хочешь горячего чаю или какао. Украшения были не так современны и изысканны, но пропитаны каким-то особенным чувством: ожиданием чуда. Последнее время ничего подобного уже не происходило, но тогда, вне всяких сомнений, я верила в чудеса и ждала их. Гирлянды, еще старые, но такие близкие сердцу, проносились мимо нас, кучки ребят, снующих туда-сюда, обстреливающих друг друга снежками... Тогда я впервые увидела Эллисон. Она уже тогда обладала незаурядной внешностью и прелестной, вселяющей в сердце надежду улыбкой. Она была старше меня, а для детей даже один год имеет значение! У нас с Эллисон 2 года разница, и она пользовалась авторитетом в нашей компании. Как так случилось, что мы в дальнейшем подружились? Не помню, но в тот день этот жалкий сопляк Эндрюс попал мне снежком прямо в глаз. Господи, как же я ревела! Мне казалось, что случилось самое ужасное, что я только могла себе вообразить, было ужасно больно, и я не понимала, почему, но мне хотелось плакать все сильнее и сильнее. Тогда Эллисон подошла ко мне и сказала: "Мальчишки не должны видеть твои слезы, особенно, если ты плачешь из-за них. Пойдем, утрем им нос!" Как же ты права, Эллисон. До сих пор права. Голова пухнет от такого яркого воспоминания и его визуализации. Наверняка это вредно для меня, и скоро я не буду одна в комнате, потому что рука потянулась к телефону. Я позвонила ей и стала просто рыдать. Эллисон Мур - единственная, кто у меня остался, и я каждый раз зарекаю себя не звонить ей, и каждый раз сдаюсь. Господи, отберите у меня телефон! 26.12.2020. В голове сами по себе крутятся песни Radiohead, и я ничего не могу с этим поделать. Они словно проходят через мои вены в самое сердце, и оно начинает сжиматься все быстрее, все сладостнее эти звуки. Это нормально, что они воспроизводятся в моей голове? Где-то посреди песни начинаю слышать звук велосипедного звонка, и тишина вокруг заставляет закрыть глаза, а звук становится все громче и громче. Я вижу дорогу, асфальт нагрелся солнцем настолько, что можно ходить по нему босиком. Так чисто, так много зелени вокруг: тяжелыми ветками свисает пышно цветущая сирень, а я все нюхаю ее, нюхаю, нюхаю... голова кружится от этого прекрасного запаха. Еще немного - и я смогу летать, так много во мне радости. - Ну, пожалуйста, - прошу я кого-то. - Николя, посмотри, сколько здесь всего прекрасного. Так случилось, что я никогда в своей жизни не выбиралась из собственного города, но к нам часто приезжали иностранцы, и в моей собственной коллекции много знакомых разных национальностей. Николя - француз и по совместительству моя первая любовь. Тогда я действительно думала, что это любовь, Николя просто вскружил мне голову, разговоры с ним уносили меня далеко-далеко, я воображала себе такой Романтичный Париж, Сену, я верила, что он заберет меня с собой... Боже, мне было всего четырнадцать, а я уже слыла глупой барышней. Что поделать? Юношество - такой период. - Нет, нет, я не могу, Роза, - он всегда называл меня иначе и иногда произносил слова немного неправильно. Но мне всегда нравилось и это. Он был не таким, как все. Это всегда притягивает. - Она посчитает, что я хочу ее обидеть. Я недоверчиво покосилась на парня, будто он говорил несусветную чушь. Разумеется, я не хотела, чтобы кто-то думал о нем что-то плохое, но он был уверен в обратном. Всегда. - Послушай. Просто расскажи ей правду, она точно даст тебе остаться здесь на время, - я почему-то была уверена, что мои слова - это истина. Возможно, так думают все подростки. - Роза, прекрати. Я не буду выклянчивать у твоей матери разрешение. Если она так сказала - это ее твердое решение, и точка. Глупо, мы поступим очень глупо... Это воспоминание нашей последней встречи. Я размазано слышу в голове свои крики, даже не понимаю, о чем они. Вижу удивленные карие глаза своего возлюбленного, вижу смачную пощечину, которую я ему за что-то влепила. О, бедный Николя, за что я тебя так? Прости, прости меня, пожалуйста! Я была так глупа, так глупа, как никогда раньше или позже. Я была отвратительным подростком. И я почему-то верила, что моя мать желает мне зла. Нет, ты был во всем прав, ты должен был уехать тогда, я бы стала твоим бременем, я бы утащила тебя на дно. Посмотри, каково мое состояние сейчас? Недодепрессия, смешанная с психическими припадками. Я замечаю, что мои записи стали пропадать. Например, нет предыдущих трех месяцев. Нет тех начальных записей, когда я только начала чувствовать, что что-то не так...