Спирит

Найти духа оказалось не так-то и сложно – тот застрял на одном из деревьев, излюбленном месте мальчишек Нэверленда. Во-первых, оно было огромным, и на его толстых ветках удобно было лежать, скакать и даже бегать по ним. А во-вторых, в этом дереве было дупло, и в нем могло поместиться как минимум двое. Пэн доверил это дело ему. Очень важное, видимо. Хотелось бы Феликсу знать, что тот задумал и зачем ему этот непутевый мальчишка. С ним же будут одни проблемы! Но Феликс отнесся к духу слишком несерьезно – за что заслуженно и получил, причем даже меньше, чем нужно. Дух представлял ценность. Феликс же просто кривлялся, что и не понравилось Питеру. Парень мог скрыть все свои чувства, умел отлично притворяться, а его выходка была простым ребячеством. Теперь нужно исправляться, иначе Пэн перестанет верить в него. - Это место очень популярно, - сказал Феликс и мальчик вздрогнул – отвлекшись, он не услышал шаги и не почувствовал присутствие чужака. – Ты бы не успел скрыться, появись здесь наши мальчики. Они бы точно тебя заметили. - Они не увидят меня никогда, - мальчик лежал на одной из ветвей, прижавшись к ней животом, и с интересом поглядывал на заговорившего с ним парня. - Это еще почему? - Не смогут. Уточнять он не спешил, ну а Феликс и не настаивал, подойдя ближе. Высоко дух решил не подниматься, хотя вряд ли у него была боязнь высоты. Так что теперь Феликс стоял прямо под ним, и их лица разделяло лишь несколько дюймов. - Откуда у тебя такие шрамы? – дух внимательно разглядывал борозды на коже. Его же лицо было чистым и гладким… как у младенца. – У Питера их не было. Феликс припомнил, что Пэн не представлялся, но все это время дух все равно знал его имя. - Пэн владеет магией, - находиться вот так близко к какому-то незнакомцу было для парня непривычным, но он заставил себя не шевелиться и смотреть в эти небесные глаза – похлеще, чем у Питера. Зелень и небесная синь – такие разные, и такие яркие. – Он – главный на острове. А я – боец. Здесь есть дикие звери, знаешь ли… и иногда пираты. – То, что некоторые шрамы он получил от сражений с пропащими, он уточнять не стал. Дух опустил одну руку и провел по шраму кончиками пальцев. Феликс все еще не шевелился, хотя ему очень хотелось отпрянуть. Трогать его мог только Питер, и никто другой. - Но почему он не залечил их тебе? Феликс вспомнил, как Пэн проводит языком по свежей ране и что-то шепчет на ухо… А потом в руке возникает нож, и он добавляет новую. Пэну всегда нравилось уродовать его лицо. Но обычно от его порезов-укусов ничего не оставалось. - Они ему нравятся, – озвучил Феликс мысль. - Если хочешь, я могу тебе их залечить. - Нет! – Феликс сказал это слишком громко и поспешно. Глаза духа недоуменно расширились – и, кажется, парень его немножко напугал. – Он считает, они делают меня красивее, - Феликс улыбнулся, но улыбка казалась жалкой. К черту, правдоподобно играть нет сил. Потом уже, когда Феликс будет уходить от духа, он получит несильный наигранный удар в ухо от внезапно появившегося Пэна, сетующего, что Феликс выставляет его в невыгодном свете. Конечно же, он подслушивал. - Давай дружить, - внезапно проговорил дух, с детской непосредственностью меняя тему. – А то кроме тебя и Питера меня никто видеть не может. - Ну давай, - легко согласился Феликс – только это ему и было нужно. Дух поднялся и позвал нового друга присоединиться к нему. Феликс на его месте предпочел бы самую высокую ветку, но выбирать не приходилось и он, без труда забравшись на дерево, вполоборота сел рядом с мальчиком, чтобы видеть лицо своего собеседника. Феликс хотел выпытать у духа все, что тот знает. Но проблема состояла именно в том, что тот понятия не имел, зачем он здесь, и где он вообще находится. Парень все еще относился к нему слегка настороженно, но на духа мальчик не тянул, на врага тоже. «Боец» потянулся к волосам мальчика и попытался вытащить из них листья, но они прилипли намертво, будто являясь непосредственной и неотделимой частью головы. - Листья – это как Питер, - попытался объяснить дух. – А перья – как ты. Мальчик говорил простым, детским языком, и Феликс подумал – а не специально ли? Он так и замер с ладонью в волосах духа, а потом растерянно растрепал их, как если бы рядом с ним сидел любой другой простой мальчишка. - Ты знал обо мне? – звучало глупо, но по-другому вопрос сформировать не получалось. Феликс потянул к своему перу, которое тоже очень нравилось Пэну. - Ты всегда рядом с Питером. Я В Другом Обличии привык к тебе. - И ты совсем ничего не помнишь? – Феликс пытался нащупать хоть какую-нибудь зацепку. Но натыкался лишь на искреннюю улыбку и непонимающий взгляд. - Чтобы появиться в этом мире снова, надо быть чистым, - неопределенно ответил Дух. Он и сам не понимал, кто – или что – он такое. - Но ведь с тобой же были знания. Обо мне, о Пэне. - Они появились после. Мне их дал остров, - Дух говорил серьезно, совсем как взрослый. – Ну ладно, это неинтересно. Расскажи мне что-нибудь. Удивительно, что Дух так долго смог находиться без движения. Наверное, его очаровали глаза Феликса, но стоило ему только отвлечься, и мальчик уже летал вокруг дерева, цепляя руками листья и иногда Феликса, сбрасывая на него не только листики с веточками, но и различных насекомых. Это было так… по-новому. Обычно Феликс с Питером сидели в молчании, думая каждый о своем, а сейчас ему нужно было что-то говорить… Знать бы еще, что – Феликс никогда рассказчиком не был. Парень с радостью бы проигнорировал просьбу Духа, но он чувствовал чужой требовательный взгляд на своем затылке, и это говорило о том, что Пэн здесь, рядом, и ждет от него каких-либо действий. - Что ты хочешь услышать? - Расскажи мне о мальчиках! – Дух на мгновение завис перед Феликсом, размышляя. - Расскажи о том, как Питер храбро их спас от злых разбойников, которые захватили их в плен и хотели продать в рабство! Или как Питер отразил атаку капитана пиратского корабля, который хотел убить его друзей! Дух ждал придуманные истории… Которые прекрасно сочинял сам и без чьей-либо помощи. У Феликса не настолько хорошо было развито воображение, чтобы говорить о разбойниках и о пиратах. Это представляло немалую проблему. И почему Пэну самому не поговорить с этим мальчишкой? Тогда всего этого удалось бы избежать… - Ну же, Феликс, ты чего такой скучный! Ну ладно, не хочешь о Питере, расскажи о себе. Это застало парня врасплох. Куда сильнее, чем можно было ожидать. Он тут же завертел головой, пытаясь увидеть Духа – но он где-то спрятался, наблюдая за его реакцией из своего укрытия. - Питер ведь тебя тоже спас, да? – звук послышался откуда-то справа. Феликс протянул руку – и прикоснулся к Духу, который снова сидел рядом. Невидимость, значит? Феликс отвернулся от него, подполз к основанию дерева и прижался к стволу спиной. Ему нужно было чувствовать привычную опору. Почему этот мальчик с такой легкостью им манипулировал? Это все чары, которые Дух использовал, не стесняясь, наверняка они! - У тебя плащ порвался, - зачем-то сказал Феликс. Дух махнул рукой, и догадки парня подтвердились – прореха в ткани тут же исчезла, хотя грязь осталась. Если мальчику на нее не указать, он, наверное, ее и не заметит. Только появился, а уже вовсю использует магию. Которой почти что нет. А точнее, скоро не будет. Для обычного времени скоро – это века, но здесь все течет одновременно очень медленно и очень быстро. – Я расскажу тебе об одном мальчике. Этот мальчик – не обязательно я, - заметил Феликс. – А второй мальчик – не обязательно Питер. Но он появится в самом конце. И Дух принялся слушать – единственную историю, которую Феликс мог рассказать; историю, которую он когда-то давно придумал себе сам. Еще на что-то надеясь. Еще умея мечтать. Прошло столько времени, что Феликс почти поверил в нее. Она предназначалась лишь для одного слушателя. И им был не дух.