Условный рефлекс

И её мысли оказались верными, всего через мгновение ситуация изменилась. Роберт внезапно достал пистолет и направил его прямо на Вадима. Вздрогнув, Даша нервно сглотнула, а живот тут же скрутило от волнения и страха. — Вот так встреча! — Роберт удивленно выгнул губы. У него был глубокий, звучный баритон, и говорил он так спокойно и мягко, словно они встретились во время званного ужина. Вадим моментально ощетинился и толкнул Дашу за спину, положив руку на пистолет. — Не ожидал встретить здесь тебя. — Не ожидал встретить меня в офисе моей компании? — сделав акцент на принадлежности, ответил Вадим. — Жаль. Я надеялся избежать такой ситуации, — театрально вздохнув, произнёс тот. Даша чувствовала, как всё тело потряхивает от перенапряжения. Руки предательски дрожали, она была готова взорваться от ожидания. Она боялась того, что может произойти, боялась этих незнакомых людей. Хотелось кричать, звать на помощь, но охраны поблизости не было: свет был вырублен специально, соответственно находившаяся в здании охрана была нейтрализована. Роберт всё продумал. "Значит, он вернулся сюда не просто так..." — подумала Даша и невольно произнесла это, но Вадим всё же расслышал. В одночасье всё поменялось, и все замерли, словно действие поставили на паузу. Что-то было не так. — Крыса, — холодно бросил Вадим, быстро достал пистолет и направил на предателя, намереваясь его пристрелить. Охранники вдруг резко вскинули руки с оружием. Испугавшись, Даша подскочила на месте. Их было немного, но выглядели они устрашающе, так как обладали весьма внушительными формами. Они походили на телохранителей Вадима, но их лица были злыми и совсем недоброжелательными. Выстрелов не последовало. Девушка попыталась понять, зачем Роберт нужен Вадиму живым. Её пальцы, инстинктивно сцепившиеся в замок в тот момент, когда они решили, что сейчас их убьют, болели. Повисла пауза. Охранники выглядели так, словно были готовы убить, если им будет дан такой приказ. — Стоп-стоп-стоп! — воскликнул Роберт, выступая вперёд с поднятыми руками, и подпрыгнувшее напряжение медленно опустилось вместе с пистолетами. Вадим машинально взглянул на его вскинутые руки. — Давайте все не будем горячиться, — миролюбиво предложил он. Даша прижималась боком к боку Вадима и тяжело дышала. Ситуация выглядела слишком острой. — Пойми, если понадобится, мы убьём тебя и твою... Девчонку, но я получу папку обратно, — внушительно проговорил Роберт. — Хотя, мне бы ужасно не хотелось этого делать. Поэтому, будет лучше, если ты сам отдашь мне её и дашь мне и моим людям уйти. Ситуация накалялась. Паника подобралась к Даше вплотную. Она пыталась сообразить, что делать, если всё окончательно выйдет из-под контроля. Они находятся на отшибе, здесь темно, пусто и совершенно нет людей. Их окружают люди с оружием. Перебирая мысли в голове, Даша отчаянно пыталась найти выход, чтобы сбежать. Что происходит, черт возьми!? Всё, что она видела, это Роберта с обезумевшим взглядом, охранников пистолетами в руке и напряжённого Вадима, который с силой сжимал кулаки, охрану с оружием, нацеленным на обоих. Что, если они убьют его, что тогда? Они заберут папку? Или они убьют её тоже? А что будет с ней без Вадима? — эти вопросы ворохом закружили в её голове. Ей казалось, что её мозг работал на пределе своих возможностей, глаза в панике бегали по тёмному коридору в поисках выхода. Вдруг Вадим медленным жестом завёл её себе за спину, затем что-то прохладное и железное коснулось её правой руки. Мысли вихрем пронеслись в голове. Пистолет! У неё теперь есть оружие. Даша не умела им пользоваться, но думала, что если сейчас они начнут стрелять, то у неё будет хоть какая-то защита, главное было понять, как эта штука работает. Мужчины продолжали пытать друг друга взглядом, а потом ни с того ни с сего Роберт сделал шаг назад. Когда она крепко сжала пистолет в руке, Вадим, наконец, произнёс: — Мой ответ нет. Роберту этот ответ совсем не понравился, на его лице появилась маска ненависти и раздражения. Вадим замер на месте, когда телохранители Роберта по его жесту вновь наставили на него и на девушку свои пистолеты. Даша робко посмотрела на наставника, ожидая плана действий, но мужчина был неподвижен как статуя и излучал уверенность и власть. На несколько секунд воцарилась оглушающая тишина. У них был всего один шанс выбраться из комнаты живыми — атаковать первыми. Поэтому Вадим подпустил предателя как можно ближе к ним, затем сделал молниеносно-быстрый выпад, оттолкнул его, подлетел к ближайшим охранникам и вырубил их. Вздрогнув, Даша не медля бросилась первого попавшегося бандита, который явно не ожидал нападения с её стороны, и с размаху ударила его дулом пистолета по шее. Ей словно управляли со стороны, давая команды для действия, она не понимала, что делает. Вадим ударил Роберта по лицу с такой силой, что тот отлетел и с глухим ударился о стену, затем, воспользовавшись паникой, схватил напарницу за руку и дал дёру. — Куда?! Стоять! — проревел мужчина. Как только он крикнул это, послышался громкий хлопок и тут же послышался свист летевших в них пуль. Полулежащий Роберт понял, что ему уже не попасть и чертыхнулся. Двое тех, кто пострадал меньше всех, бросились в погоню, остальные стонали или лежали без чувств. Но Вадим, зная это здание намного лучше, с лёгкостью миновал коридор вместе с напарницей и свернул налево. В конце коридора их ожидала преграда — железная дверь. Пока Вадим набирал код, их почти нагнал один из людей Роберта, и стоило им приблизится к лестнице, тот напал на Дашу. Встрепенувшись, девушка облокотилась о стену и толкнула его ногой. Он ударился об ограду, окаймлявшую всю лестничную площадку, перевалился через неё в пустоту и с противным хрустом приземлился где-то внизу. Поняв, что натворила, Даша прикрыла рот рукой и осторожно посмотрел вниз. Но Вадим дёрнул её за собой, устремляясь подальше от коридора, вниз по лестнице. Бандиты сбегались к ней и их топот эхом отдавался повсюду. Главную дверь наверняка уже сторожили люди Роберта, и единственный путь на свободу лежал через лестницу вниз, в склад, через склад — к чёрному выходу. Оттуда они уже могли выбраться на улицу и их бы ни за что не нашли. Они вбежали в гигантский склад, где воздух был холодным, как лёд, и тут же к ним из темноты двинулась парочка бандитов. Вадим выстрелил и попал прямо в лоб одного. Завязалась драка. Самый крупный из нападавших начал наступать на Дашу. Испугавшись стрелять, она швырнула в него стопку попавшихся под руку бумаг. Листочки разлетелись во все стороны, отражаясь в стекольной глади многочисленных шкафов. Это не остановило громилу. Тогда девушка схватила стеклянную колбу с неизвестным содержимым, и плеснула ему в лицо. В тот же миг мужчина заорал так, будто с него заживо стали сдирать кожу, заметался и в слепую рванул прочь. Пока Даша отходила от шока, что искалечила человека, Уваров быстро расправился с очередным нападавшим — толкнул его в шкаф. Сам шкаф угрожающе покачнулся, заставив всех противников на секунду остановиться, а затем вдруг с громким скрипом накренился и начал падать. Даша и Вадим укрылись в безопасном углу, но не рассчитали позицию — ближайший к ним шкаф тоже качнулся, и его падение могло отрезать им путь к отступлению. — Уходим! — заорал Вадим и принялся выбираться на свободу, перелезая через завалы и то и дело оглядываясь. Девушка кое-как выбралась следом за ним и едва успела отбежать вперёд. Шкафы с грохотом обрушились на бандитов. Наступила тишина. Даша обернулась и облегчённо выдохнула, глядя как медленно оседающая пыль укрывает тела. Мир как будто замедлился. Время загустело и стало вязким, тяжёлым... Из транса её вывел Вадим, и они поспешили уйти. Даша видела каждое движение словно в замедленном действии и понимала, что им осталось ещё пара метров до того момента, как они окажутся на свободе. Но вдруг перед ними возник Роберт собственной персоной. Наставив пистолет на Уварова, он проговорил: — Не получилось по-хорошему, значит будет по-плохому. Отдай папку. — Нет. Даша нервно сглотнула. Неужели он готов умереть из-за каких-то бумажек? — Стой, — вдруг резко произнёс Вадим и спокойно попросил: — Девчонку отпусти. — Если это твоё последнее желание... — протянул Роберт и, переведя взгляд на Дашу, резко кивнул к выходу. Растерявшись, девушка сначала помедлила, но неторопливо проследовала к выходу, вспомнив, что Вадим никогда ничего просто так не делает. У него был план. Оказавшись за спиной Роберта, она в упор смотрела на Вадима в ожидании его действий, но мужчина бездействовал и даже не посмотрел на неё. Осознав, чем всё это может обернуться, Даша отвела взглядом пространство вокруг в поисках предмета спасения. Роберт положил палец на курок и усмехнулся. — Надо будет Ему рассказать. Сам великий и ужасный Уваров, безоружный, у меня на мушке! Нервно оглядевшись по сторонам ещё раз, Даша, не долго думая, схватила лежащую рядом с графиком отчёта ручку, замахнулась и ударила Роберта в спину. Мужчина хотел отделаться от неё, но тут же получил второй удар рядом. Даша нанесла ещё один удар. Она была а состоянии аффекта и уже не соображала, что делает, и не могла контролировать себя. Наверное, она так и продолжила бы истязать мужчину, если бы Вадим её не остановил: — Хватит-хватит. Не надо. Шшш. Взяв её за плечи, он оттащил её к выходу. Выронив окровавленную ручку, Даша застыла, глядя на Роберта, на спине которого три дырки стремительно наливались кровью, почти незаметной на чёрном фоне пиджака. Оставив девушку у порога, Вадим медленно подошёл к предателю и, презрено глядя на него сверху вниз, словно на падаль, произнёс: — Я всегда вооружён. Он развернулся и направился к выходу, оставив раненого предателя. Когда они уже ехали домой, Вадим перевёл взгляд на напарницу. Даже в полумраке он смог увидеть, что она была бледной, как мел. Она сидела, облокотившись головой о стекло, смотрела кукольным взглядом куда-то в темноту. Он не был удивлён её состоянию, знал, что для неё даже сама мысль о нападении с оружием на человека была не допустима. А теперь... Дом встретил их неприветливым, порывистым ветром. Тут было холоднее, чем в городе, с неба то и дело срывалась какая-то морось, а по траве стелился туман. Вадим вынул из кармана джинсов ключи и поднялся по ступенькам на крыльцо. В окрестностях разливалась очень нехорошая тишина, из-за которой у Даши возникло крайне неприятное чувство, будто за ним кто-то наблюдает. Она даже оглянулась через плечо, прежде чем войти в дом. Уваров молчал. Даша не знала почему, но это обоюдное молчание съедало её. Она пыталась навести порядок в голове, придти в себя… Но это было так сложно, а рядом с ней стоял он. Она чувствовала, что он сверлит её взглядом, отчего становилось не по себе и, наконец, невольно разбила эту оглушающую тишину и сделала шумный выдох, стараясь избавиться от осадка, оставшегося в памяти. Она не помнила, как дошла до комнаты, упала на кровать и провалилась в глубокий сон. Для неё начиналась совсем другая дорога. На которой не осталось места для света прошлой жизни...

***

Серое туманное утро наступало слишком медленно. Постепенно светлел горизонт, потом могучие сосны и лишь затем разноцветные цветы на зелёных клумбах. Даша открыла глаза. Она знала, насколько здесь бывает красиво в солнечные дни. В первый же день пребывания в этом доме, она вспомнила, как думала, что будет жить в подвале какого-нибудь старого особняка вампирского типа, окружённого высоким кованым забором, а вокруг серые голые деревья, словно мертвецы... Пол скрипнул, разрушая утреннюю тишину. Даша почему-то шла медленно, но потом отвела это занятие. К чёрту всё. Ни секунды ни медля у двери, она осторожно раскрыла её, выходя на крыльцо. Здесь было тепло, но в тоже время прохладно. Среди ветвей расплескивались птичьи голоса, воздух наполняло благоухание влажной листвы и лесных трав, грибов и сырой древесины, как всегда бывает после летнего дождя. Даша тут же наткнулась на высокую фигуру, замершую сидя на ступени. Дверь закрылась, издав негромкий, но хорошо слышный хлопок. Вадим даже не обернулся. Он бездумно вертел в руках зажигалку, глядя куда то в пространство. Дым сигареты опьянял воздух и ослаблял аромат полевых цветов, тонкие витиеватые узоры дыма от его сигары витали в воздухе. Немного помедлив, Даша опустилась рядом, поджала ноги к груди, обняла руками и, опустив подбородок на колени, устремила мрачный взгляд куда-о в пустоту. Затем схватилась за голову, словно мигрень волной окатила её, и сжала сильнее виски, пытаясь отключиться от всего. Отстраниться от реальности, как делала это последнее время. Но сознание отчаянно сопротивлялось. Голова начала болеть, а память быстро показала ей того полумёртвого человека, которого ей так не хотелось вспоминать... Вадим выдохнул сигаретный дым и перевёл взгляд на неё. Медленно, даже лениво. Его глаза начинают осмотр нежданного посетителя с ног и заканчивают макушкой. Затем он отвернулся и вдруг нарушил молчание: — Тебе понравилось? — Ты о чём? — подняв голову и посмотрев на него, после недолгой паузы спросила девушка. Вадим усмехнулся, откидывая голову на выдохе дыма. — Ты знаешь о чём. Даша чувствовала ледяной привкус никотина на губах и ощутила некое влечение к наркотику. — Спрашиваешь убийца ли я? — спросила она. — Только честно, если не боишься, — произнёс он, сжимая в зубах сигарету - отчего его голос исказился, прозвучал немного иначе - и защёлкал зажигалкой. Её губы сжаты, лоб нахмурен... Уваров молча ждал ответа на вопрос, а она смотрела отрешённым взглядом в никуда. Паузу разорвал звук открывающейся калитки, и на территорию дома вошли двое охранников, державшие на поводках сторожевых доберманов. Калитка закрылась сразу же за ними. — Да. Мне понравилось, — наконец, задумчиво ответила Даша, — И меня это очень пугает. Легкая дрожь змейкой пробежала по телу. Вроде было не холодно, даже наоборот, очень тепло, но ей казалось, что она стоит посреди огромной снежной пустыни где-то в Антарктиде. Мысли постепенно овладели ей, она легонько потрясла головой, сбрасывая, избавляясь от них. Отгоняя от себя подальше. Она не хочет думать об этом. Пока. Наверное, ей просто страшно принять такую правду о себе. Ей понравилось... И тут её будто током ударило: — Ты знал, — округлившимися глазами глядя на Вадима, произнесла она. — Ты знал, что я сделаю это. Знал, что я придумаю что-что, чтобы спасти... — Её голос дрогнул и оборвался. Уваров не показывал реакции на её догадку. Да, он знал. После недолгой паузы он усмехнулся. — Раз ты пораньше проснулась, собирайся, — произнёс и, затянувшись сигаретой, выпустил дым почти в неё. Потушив окурок о ступень, он встал и направился в дом. Выдохнув, Даша проводила его взглядом и недовольно нахмурилась. Опять задание. Вскоре чёрная машина остановилась напротив первой городской психиатрической больницы. Два сотрудника полиции смотрели на лежащее на асфальте тело молодой женщины. Рядом валялся букет цветов. Вадим подошёл чуть ближе и, увидев жертву, застыл на месте с непонятным выражением лица. — Кто она? — Ответа не последовало. — Кто она, раз ты так забеспокоился? Вадим так резко развернулся, что девушка отступила полшага назад. Он разозлился, что она так легко смогла прочесть его. Может, это была его вина... Но по его реакции девушка поняла, что невольно попала в цель. — Сотрудница наша, — бросил он на удивление спокойным голосом. Она уже открыла рот, чтобы задать соответствующий вопрос, но Уваров и не собирался продолжать диалог. Он огляделся, затем, что-то заприметив, быстро пересёк дорогу и подошёл к небольшому цветочному магазину, где торговал щупловатый мужичок. Немного помедлив, Даша направилась следом за ним. — Скажите, вы тут каждый день торгуете? — спросил Вадим. — Да. С восьми утра до десяти вечера! — горячо проговорил тот, подчеркнув свою усталость из-за работы. — Сегодня утром кто у вас цветы покупал? — Так всего два покупателя было: двое мужчин. Один лет шестидесяти, второй моложе. — Как он выглядел? — сразу спросил Вадим и, заметив непонимающий взгляд собеседника, уточнил: — Тот, который моложе. — Как выглядел... — задумчиво повторил торговец, устремив взгляд в даль, и пожал плечами: — Лицо такое... Миловидное. С лёгкой щетиной... Я плохо его разглядел, он в капюшоне был. А что случилось-то? Это из-за того... — спросил он, покосившись на место преступления. Вадим не ответил. Устремив задумчивый взгляд на цветы, он достал из вазы алую розу и протянул напарнице. Не сумев сдержать улыбки от сего "милого" жеста, Даша взяла в руки цветок, поднесла его к губам и вдохнула любимый аромат. Но быстро опомнилась и вновь посерьёзнела. — Спасибо, но не стоит. — С этими словами она поставила цветок обратно в вазу. Вадим неторопливо направился дальше по тротуару — Почему ты решил, что он что-то знает? — непонимающе спросила Даша. — Видела её тело? А цветы? — спросил Вадим и рассказал, будто видел сам: — Утро. Она возвращалась после ночной смены. Её встретил мужчина, подарил цветы... Однако он не собирался встречаться с ней и не планировал свидания. Он хотел убить. Даша округлила глаза, удивлённая его выводами. — Плохо работаешь! — бросил он грубый упрёк. — Где по-твоему убийца станет покупать цветы для жертвы? — предугадав следующий вопрос, с нотой раздражения спросил он и сам же ответил: — В самой ближайшей дешёвой лавке. А именно у того господина. Напарница озадаченно склонила голову на бок — как ему это удаётся? — И поспешила следом за ним в машину. Как только они тронулись с места, в кармане девушки зазвонил мобильник. Достав его из кармана, она посмотрела на экран и напряглась. Макс. Она сжала в руке телефон, не решаясь ответить. Вадим не хотел давать ей разрешение на разговор, но видимо рингтон его достал. — Ответь уже, — бросил он раздражённо. Мгновение помедлив, она ответила на звонок. — Ты не представляешь, как я рад тебя слышать! — сразу воскликнул парень. — Я тоже, — отвечала Даша, а на её лице засияла улыбка. — Ты сегодня свободна? — спросил он. — Сегодня? — ошарашенно переспросила девушка. С ответом она помедлила. Просто не знала, что сказать, ведь всё её время было в полном распоряжении Уварова. Она осторожно посмотрела на мужчину. Бросив на неё короткий взгляд, он согласно кивнул. Словно громом поражённая от разрешения, Даша ответила парню согласием. Когда она закончила разговор, Вадим задал всего один вопрос: — Когда? — В четыре. Вадим нахмурился и согласно кивнул, но не скрывал, что её предстоящим свиданием остался недоволен. Вскоре они прибыли в главный офис Ингрид и прошли в самый отдалённый отдел, где за мощными охранными системами располагался главный архив Ингрид. Место, где хранятся самые важные документы, мемуары, записи времен Великой Отечественной Войны и многое другое. Читать их запрещено абсолютно всем. Как Даша выяснила позже, на должность секретарей туда брали только избранных, чтобы они ни в коем случае не смогли прочитать хранившиеся там документы. Но зато историю должны были знать отменно, чтобы без труда ориентироваться в многочисленных стеллажах с папками и книгами. Этот архив — непреступная крепость, доступ в которую есть лишь у избранных, но вскоре девушка поняла, что к основным секциям можно попасть без труда. Почти как в библиотеку. Нередко к ним приходили студенты с разрешениями от наставников и подолгу копались в полках. Но, в сущности, они ничего не нарушали, ведь запретными были лишь несколько залов, справиться с защитой которых в одиночку не под силу. Неожиданно Даше в голову пришла безумная мысль: а что, если в этом архиве есть что-то об её отце? Но она была уверена, что узнала бы совсем немного и никак не смогла бы добраться до главного. Глава архива настаивал провести беседу в коридоре, отойдя от своего рабочего помещения, но оставив дверь приоткрытой. Даша внимательно слушала и не вмешивалась в их разговор, но неожиданно ей захотелось попробовать поискать в архиве хоть какую-то информацию о последних днях работы отца в Ингрид. Оставив Вадима, она незаметно отошла от них, пытаясь взглянуть на архив вблизи. Медленно двигаясь к открытой двери, девушка сделала два шага в сторону, после чего её попытки были пресечены здоровенным охранником по имени Вова, сотрудником службы безопасности, который сопровождал их по зданию после прохода в закрытый отдел. Она отшатнулась, испуганная грузным мужчиной, преградившим дорогу и зловеще нависшим над ней. Его глаза блуждали по всему её телу, а сам он стоял слишком близко. Девушка отошла к стене и разочаровано выдохнула. Тем временем Вадим закончил разговор и направился к выходу из архивного корпуса. — Помнишь, ты додумалась, что Роберт вернулся в офис после окончания рабочего дня не просто так? — напомнил он и рассказал: — Так вот. Он, видимо, возвращался не для того, чтобы забрать из своего кабинета спрятанную папку. Было что-то ещё. Я уже отправил своих людей на поиски. — А он... — Даша замялась, сглотнула ком в горле и спросила: — Жив? — Жив, — успокоил её Уваров и хищно улыбнулся, — Но это не на долго. Над ним уже работают мои люди. С губ девушки слетел выдох облегчения, а по телу разлилось умиротворение. Она его не убила. Она не убийца. — Нет зацепок, нет знаков, нет свидетелей... И полиция не может ничего сделать... Как так? — недоумевала Даша. — Ничего лишнего. Он постарался, — устремив задумчивый взгляд вперёд, проговорил Вадим и вздохнул. — Если так пойдет и дальше, то мы без сотрудников останемся. За такой короткий промежуток времени уже три жертвы. — У тебя план есть? — полюбопытствовала девушка. Пока он говорил, её начал бить озноб. — Идеально чистых преступлений не бывает. Зацепок было достаточно. Даша нахмурилась, Вадим коварно усмехнулся. Он был самоуверен и полон решимости остановить это и избавится от главного врага. Пройдя половину здания, они пришли в корпус, где располагалась вся рабочая сила и, собственно, центр Ингрид — лаборатории. Сначала они прошли мимо множества белых дверей, которые тонули и терялись в белых стенах, затем миновали систему безопасности в виде большой двери сейфа и попали в новый коридор. Уваров остановился около одной из металлических дверей, повернулся к Даше и как-то мягко сказал: — Скоро вернусь. Он вдруг приобнял её за талию, отчего девушка вздрогнула и опешила, подвёл к стене и молча приказал стоять здесь, а сам вошёл внутрь и закрыл за собой дверь. На лице девушки невольно проступила странная улыбка, а мысли невольно улетели далеко от дела. — Что, тоже хочешь его завалить на стол и отыметь? — услышала она женский голос, повернулась и увидела молодую женщину в белом халате. — Что простите? — прочистила она горло, а заодно и голову, которая не хотела воспринимать заявление в нецензурной форме. — Ой, да ладно тебе! Тут каждая хочет его. Начиная от уборщицы, которой, между прочим, пятьдесят семь лет, и заканчивая секретарём сама знаешь кого. Ах, да, ещё некоторые вновь не прочь затянуть его в постель. Даша фыркнула и демонстративно закатила глаза, показывая, что эта тема ей крайне не интересна. Но мысленно она нехотя признала, что её начальник действительно чертовски божественен и пользуется популярностью у женской половины разных возрастов. — Я смотрю, ты его новенькая, — продолжала неизвестная. Даша выразительно изогнула бровь. — Ладно, захочешь поболтать, опытом поделиться... Заходи, поболтаем. Двести десятый кабинет. С этими словами она улыбнулась и стрельнула глазками, затем медленно развернулась и ушла, вышагивая так, как будто на плече у неё висело шикарное норковое манто. А Даша усмехнулась, беззвучно рассмеялась и покачала головой. Вскоре они уже шли вдоль огромного здания по дорожке в сторону ворот гаража, где была припаркована машина. — Я знаю, кто следующая жертва, — произнёс Вадим. Даша уже открыла рот, чтобы задать вопрос, но Уваров её опередил. — Он убивает наших лучших женщин с последнего принятого нами курса. Жертвы закончили с отличием подготовку к работе у нас. У них в группе было всего ничего девушек. Остались Оля Савина и Таня Матвеева. — И как нам узнать, кто из них следующая? — поинтересовалась Даша. — Мы это уже знаем. Первая жертва родилась в январе, вторая - в апреле... следующая Таня. Он убивает по месяцу рождения, — сделал вывод Вадим. — А вдруг, это совпадение? — скептически спросила девушка. — Сегодня вечером мы будем готовы, — проигнорировав её вопрос, произнёс он и задумчиво добавил: — Надо было бы вас поменять, да вы не похожи... Мысленно возмутившись, Даша протяжно выдохнула, а Уваров в этот день твёрдо решил удивлять свою напарницу каждым поворотом разговора. — Признайся, я тебе нравлюсь, — с самодовольной улыбкой вдруг сказал он. Если он хотел её поразить, то добился своей цели. — Что?! — невольно воскликнула Даша. Потом взяла себя в руки. — Пффф, — пренебрежительном протянула она, закатив глаза, и резко ответила: — Нет. — Нравлюсь, — заключил он и сообщил: — Сильно колешься. Избавляйся. Фыркнув, девушка села в машину. Если она что-то и вынесла из их совместной жизни вот уже на протяжении этого времени, так это то, что уйти от неудобного разговора невозможно. Он коротко посмотрел на неё и усмехнулся. Раздражённо выдохнув, Даша высказала накипевшее недовольство: — Мне такие, как ты, не нравятся. Понял? — Врёшь, — равнодушно бросил Вадим, заводя машину. — Что? Бесишься? — с вызовом спросила Даша и театрально всплеснула руками. — Ну конечно, ты же привык, что девушки сами к тебе в кровать прыгают. А тут конфуз такой. Ну надо же! — Угомонись! — не выдержав, рявкнул Уваров. Его взгляд ещё несколько мгновений впивался в неё. — А то лишишься свидания со своим ненаглядным. Не решившись рискнуть предстоящим свиданием с Максом, Даша демонстративно выдохнула и замолчала. С ним лучше было не шутить. Вадим отвёз напарницу на встречу с Морозовым младшим, а сам отправился в следующий пункт назначения. Уютное кафе. Вокруг витают ароматы крепкого кофе, ванили, шоколада и цветов. Даша и Максим сидели друг напротив друга, продолжая болтать обо всём на свете. За всё это время в их разговоре ни разу не возникла неловкая пауза, ведь они не виделись уже долго. Макс сжимал её руки в своих горячих ладонях, и от этого тепла, исходящего от него, по телу Даши волнами проходила приятная сладкая дрожь. Почти каждую минуту она ловила себя на мысли, что ей его очень не хватало. Она жутко скучала по нему, о чём писала в каждом своём сообщении. Как же ей хотелось, чтобы они проводили больше времени вместе, но понимала, что из золотой клетки каждый день подолгу Уваров не выпустил бы. Она сама согласилась на такую сделку. И потекли долгие, мучительные дни разлуки. В то время как её подруги спешили на свидания к своим парням, Даша спешила на задания с Уваровым. И вот сейчас она наконец была с Максом. Парень держал её за руку так, будто боялся, что она тут же упорхнёт. Так они сидели у окна кафе и разговаривали. А из машины напротив за ними кто-то наблюдал... Спустя некоторое время у Даши в кармане зазвонил телефон. Она тут же достала его из кармана и ответила на звонок. Звонил Вадим. — Закончила? — вместо приветствия спросил он. — Я сейчас заеду. Через какое-то время Даша уже сидела в его машине. Куда они ехали, Вадим, как обычно, не сказал. Оказалось — в ОВД. Машина заехала на территорию главного городского отделения полиции и остановилась среди служебных машин возле входа. Вадим приглушил двигатель и уже приготовился выходить из машины, а Даша замерла. Ей в голову вдруг пришла странная, но реальная мысль. — Убийства девушек, тот убийца, Роберт... они связаны, верно? — спросила она Вадима. — Именно, — уверенно подтвердил её догадку он и с напряжением проговорил: — И это всё дело рук одного человека, который против Ингрид. Между ними повисла пауза. Неожиданно в памяти девушки промелькнул кадр из случившегося в клубе, момент, когда Вадим поймал виновника и вел с ним дружескую беседу. — А зовут его как? — Ты-Меня-Не-Остановишь. — Коварно улыбнувшись, он поднял взгляд. — Сказал, будут спрашивать, так и скажи. — Он нервно засмеялся. — Вот такое имя. — Ты-Меня-Не-Остановишь... — невольно эхом повторила девушка. Услышав имя главного врага, Вадим мгновенно изменился в лице. Внутри всё стало закипать от ненависти и гнева, а зверь зашипел. Сжав руки в кулаки, мужчина медленно выдохнул и уже через несколько секунд был абсолютно спокоен. Они вышли из машины и направились прямо в здание. На великое удивление Даши они беспрепятственно прошли через пост охраны. В холле их сразу же встретил Алексей, будто специально поджидавший тайного начальника, и повёл к себе в кабинет. Уваров по-хозяйски прошёл, уселся за рабочее место Лёши и, удобно расположившись в кресле, окинул взглядом письменный стол, а Даша остановилась у двери и облокотилась о стену. Опешивший от действий начальства, Лёша начал рассказ: — Буквально час назад в парке чуть не убили Таню Матвееву. Пытались задушить. Слава Богу мы оказались неподалёку и вовремя прибыли. Но он от нас сбежал, — сообщил он. "Как всегда" тихо прокомментировал последнюю фразу Вадим. Нахмурившись, он перевёл взгляд на доску, на которой был размещён фоторобот убийцы — мужчины, которого описывал им продавец цветов, и фотографии жертв. Алексей невзначай посмотрел на Дашу и задержал на ней взгляд. Заметив это, девушка посмотрела ему в глаза без доли эмоций. Юный следователь продолжил докладывать. — Два трупа. Обе жертвы были отравлены, одной яд был подмешан в коктейль, а вот как яд попал в организм ко второй жертве сейчас выясняют. Самое странное, что яд нам не знаком. — Почему тогда третью он задушить решил? — подала голос Даша. — Уже втягиваешься, — похвалил Вадим и пояснил: — У него нет принципа. Ему всё равно как. Главное убить. Отравить проще. Раз он рискнул придушить третью жертву после второй, причём у нас под носом, значит время ускоряется. — Сотрудники предупреждены, мы на чеку, будем надеяться, что у него ничего не получится, — проговорил Алексей, начиная задумчиво прохаживаться по кабинету. И после паузы спросил: — Даже не хочешь узнать есть ли новости по его поимке? — Не хочу, — равнодушно ответил Уваров, — Знаю, что ничего. Опустив взгляд, Лёша разочарованно выдохнул от мысли, что не смог ни чем удивить начальника и принёс только новую проблему. Из реплик Вадима Даша поняла, что он совсем не высокого мнения о работе местной полиции и в том числе и молодого парня. Уваров встал, дал знак напарнице следовать за собой, по-английски вышел из кабинета и направился в сторону выхода. Суетливо попрощавшись с Алексеем, Даша поспешила за ним. Уже на крыльце Уваров сообщил, что работать с полицией они не станут. — Ты что, это так оставляешь?! — удивилась Даша. — Так надо, — бросил в ответ Уваров. — У Лёхи под контролем будет. — Но почему? — Пусть Он думает, что мы далеко, — объяснил он, — Ищем убийцу, а Он сам в безопасности. — Он же продолжит сотрудников убивать! — воскликнула девушка. — Надеюсь, — кивнул Вадим. — Что?! Даша была возмущена и даже немного напугана. Ей было трудно понять, как можно разрешить убийце дальше безнаказанно убивать. — Он итак продолжит, — ответил Вадим, садясь в машину. — Сейчас спугнём, и всё. Нельзя, чтобы он затаился. Теперь она знала, что он хороший психолог, но то, что он мог предугадать следующие действия, для неё было необъяснимо. Поздним вечером он как всегда притворился поклонником и сейчас был с новой жертвой у неё в квартире. Он отымел её и, пока она принимала душ, оделся и приготовил орудие убийства — шприц с неизвестной жидкостью. А когда она вышла из ванной, он неслышно подкрался сзади и вонзил ей в шею шприц. Женщина не ожидала нападения и не успела ничего предпринять, лишь тихо ахнула, затем осела вниз и упала замертво посреди коридора. Убийца мысленно порадовался своей хорошей работе с возможностью совмещать приятное с полезным. Даша несла дежурство там, где поручил ей Уваров — у подъезда дома. Внезапно дверь открылась, и убийца выбежал на улицу. Девушка решительно вскинула пистолет: — Стоять! Тот на миг замер, затем, в упор глядя на Дашу, сделал шаг вперёд. Даша чуть отступила. Убийца понял, что выиграл. — Стреляй! — сказал он, делая ещё шаг. И с каким-то сожалением в голосе заключил: — Не сможешь... Повернувшись, он быстро скрылся в темноте, а девушка разочаровано выдохнула. Спустя несколько мгновений из ниоткуда показался Уваров. — Я не смогла выстрелить,— призналась Даша и виновато опустила взгляд, — Извини... — Это ты не мне говори, а тем, кого он ещё убьёт, — жестко ответил Вадим. — Рано или поздно он... — Он затаится теперь, — покачал головой Уваров. — Если не дурак. Он знает, что не только полиция его ищет. Он боится нас. — Я его видела и смогу узнать! — горячо проговорила девушка. — И что? А если он в другой город рванёт или вообще его ОН грохнет, как ненужного солдатика? — резко спросил он и недовольно выдохнул. — Чёрт... Уваров на несколько секунд задумался, потом посмотрел на напарницу и строго сказал: — Жалость — плохая штука. В кино и в книжках может и нет, но в жизни... Здесь у тебя вариантов нет. Или его жизнь, или твоя. — Такое больше не повторится, — пообещала Даша, хотя в глубине души понимала, что сдержать его будет очень трудно. — Жить захочешь - убьёшь, — сказал Уваров, усмехнувшись. — Пойдём. Вскоре они оказались на лестничной клетке, где жила жертва. На этаже были четыре квартиры квартиры. Даша сразу обратила внимание на открытую дверь одной из квартир. Вадим направился туда, напарница шла следом, не комментируя его действий. — Как же ты так... — пробубнил Уваров, глядя на лежащее в коридоре тело жертвы. — Все сотрудники были предупреждены об опасности... — протянула Даша. — Следов взлома нет, следов борьбы тоже... Потеряв интерес к трупу, Уваров ушёл в комнату и напарницу позвал с собой. Он прошёлся по комнате и огляделся, отмечая каждую деталь. Его взгляд остановился на комоде, расположенном почти возле входа в комнату: все флакончики и предметы косметики были повалены или сброшены на пол. — Везунчик наш убийца, — усмехнулся он, — И дело сделал и удовольствие получил. Даша непонимающе нахмурилась и выжидающе на него уставилась, ожидая продолжения. — Они трахались. Даже до кровати не дошли, — пояснил Вадим. Задумался и после недолгой паузы вдруг спросил: — Скажи, ты бы перепихнулась с едва знакомым тебе человеком? — Нет конечно! — ответила обескураженная вопросом Даша и, поняв, к чему был этот вопрос, сделала вывод: — Она его знала. Поэтому и не думала опасаться... По взгляду наставника она поняла, что попала в цель. И вдруг почувствовала напряжение. Чем дальше заходило дело, тем беспокойнее становилось на душе... На следующее утро по наводке Алексея, допросившего чудом выжившую жертву, они наведались к убийце домой. Разумеется, дверь оказалась заперта, тогда Даша нашла слесаря. Ведь ключа от двери квартиры у них не было, отмычек тоже — зато у неё была наготове нехитрая легенда о "потерянном ключе". Слесарь с готовностью принял на веру жалостную историю юной красавицы, щедро сдобренную финансовой смазкой, и легко отпер "неоткрываемый" замок. Когда слесарь ушёл, Вадим быстро спустился со следующего этажа и, наконец, они переступили порог квартиры. Держа руку на рукояти пистолета, Уваров прошёл первым, проверил всё ли чисто и, расслабившись, кивнул напарнице. — Хорошо придумала, молодец, — похвалил он её. Несмотря на то, что сказал он это нехотя и не совсем искренне, Даша осталась довольна похвалой. Уваров двинулся по коридору, Даша — за ним. Он толкнул первую дверь. Даша удивлённо рассматривала помещение. Здесь царил хаос. Они увидели раскладушку, расшатанный столик, стул, старый телевизор. Ободранные обои, потрескавшийся потолок, газеты на окнах и на полу. — Такое ощущение, что ремонт тут не делали с самой постройки дома, — протянула Даша, оглядываясь. — А зачем ему ремонт? Перекантоватся есть где, и всё, — ответил Вадим. — Что можешь сказать? — Мы что-то ищем? — Ответ не верный. Девушка окинула взглядом комнату, затем посмотрела на стоящую на табуретке лапшу быстрого приготовления, вокруг которой кружили мошки, и поморщилась. Ненадолго задумалась и стала медленно озвучивать: — Его здесь со вчерашнего дня не было. Вадим медленно кивнул, молча требуя ещё фактов. Даша продолжила: — Живёт один. Календаря нет нигде... Безработный. Таких одиночек легче заманить и подчинить себе. — А ты на лету схватываешь, — отметил Вадим, медленно обходя комнату. — Удобно он устроился. Район то, что надо... Он порылся в единственном предмете мебели — старом ветхом комоде — и обнаружил конверт. Письмо отсутствовало, а конверт был без имени и адреса отправителя. Задумавшись, Уваров набрал Алексею. Выяснить удалось следующее: Павел Новиков остался сиротой в возрасте тринадцати лет, вырос в детдоме. Никаких друзей и знакомых у него не было. — Ему некуда идти, — подытожила Даша. — Соответственно, нам негде его искать. Сюда он вряд ли вернётся... Уваров как-то невесело рассмеялся: — Всегда есть куда идти... — И куда же он ушёл? Мужчина не ответил. Подойдя к окну, он облокотился на подоконник, посмотрел вниз, затем вверх, на небо, где среди облаков прорисовывался контур солнца, и отметил: — Второй этаж. — И что? — непонимающе спросила Даша. — А то, — ответил Вадим, — Уйти незаметно можно аж двумя способами. Неожиданно он ухватился за раму, взошёл на подоконник и посмотрел вниз. Даша вздрогнула, с холодком по спине представляя, что может случиться, если он всё-таки спрыгнет, пусть даже со второго этажа, и пострадает. — Ты что творишь? — воскликнула она и, забеспокоившись, бросилась к нему. Поняв, что слова на него не действуют, она взяла его за талию и заставила спуститься вниз. Однако Вадим был настроен решительно и всё же вернулся к окну. Его интересовали два пути незаметного выхода из квартиры — пожарная лестница в метре от окна и газон внизу. Осмотревшись, он вопреки ожиданиям напарницы никуда не полез, а опустился обратно. Даша положила ладони ему на поясницу и, надавив, мягко направила его к выходу, желая отвести его подальше от окна. Её прикосновение будто обожгло. Он молниеносно развернулся, перехватил её руки и яростно прошипел: — Не смей! Никогда больше так не делай. Его взгляд был ледяным. Не настолько сильным, чтобы напугать её, но достаточным, чтобы свело живот, и пульс молоточком застучал в венах. Он смотрел на неё, полностью выбитый из колеи, с ещё не выровнявшимся дыханием. Карие глаза распахнуты. В глазах – вопрос "какого чёрта?!". Правда, постепенно вопрос тонет в злобе. Даша отступила на шаг назад. Она восприняла это как ответ на нарушение границы и даже не стала спрашивать о причине его безумной реакции. Уваров успокоился так же быстро, как и вспыхнул. — У нас мало времени. Поехали. Они опять ехали молча. Сколько Даша ни пыталась узнать, куда Уваров держит путь, или разговорить его, у неё не получалось. Он оставался задумчив и молчалив. Вскоре они прибыли почти на окраину города и остановились возле старого здания, на котором табличка гласила: Детский дом номер 5. Слева был застывший парк. Вокруг довольно тихо и безлюдно. — Здесь детдом, где он вырос, — будто предугадав её вопрос, проговорил Вадим и, стоило в голове девушки появиться новому вопросу, он ответил и на него: — Жизнь у него была непростая. Когда было совсем худо - выходил в парк. Это привычка, от которой он не сможет отказаться, даже если очень захочет. Как наркотик. Даша застыла от удивления. Её глаза расширились, дыхание на миг прервалось, она выглядела ошеломленной. Неприметный парк — отличное место. Что может быть лучше? Ни ушей, ни лишних глаз. Уваров заглушил мотор и вышел из машины. Даша поспешила следом. Они пересекли вход в парк и остановились возле ближайшей лавочки. А неподалёку от них, возле пруда, на скамейке сидел Павел Новиков. Сложив руки в карманы чёрной толстовки, он болезненным взглядом смотрел в пустоту, пряча лицо под капюшоном. Ракурс позволил им его видеть. — Это он! — тихо воскликнула Даша. — Спокойно. — Вадим устремил хищный взгляд на убийцу и произнёс: — Я сам его возьму. Даша выдохнула. По телу разлилось облегчение от осознания того, что она осталась в стороне, в безопасности. — Сиди здесь, — приказал Уваров и уверено двинулся к цели. Послушно сев на скамейку, она стала осторожно наблюдать за действиями Уварова и ожидать конца. Пройдя по главной аллее, Вадим свернул направо и незаметно оказался почти за спиной убийцы. Всё произошло мгновенно: Даша не успела заметить, как Павел был схвачен. Однако проворный убийца нашёл способ освободиться из железной хватки Уварова. Вынырнув из толстовки, он оказался на свободе. Но и не думал сбегать. Между ними завязалась драка. Даша невольно поднялась и напряглась. Нервы скручивало в узлы. В ходе схватки мужчины вышли на газон к большому валуну. Павел с рыком рванул вперёд, пытаясь повалить нападавшего и заодно подставил его под удар. Неожиданно Вадим прекратил противостояние и стал медленно оседать на землю. Его тело пронзила из ниоткуда взявшаяся слабина. Он мысленно заставлял себя подняться и закончить дело. Но не мог. Не чувствовал ног… Не слышал звуков… Только боль, дикая, выворачивающая наизнанку… В глазах потемнело. Наверное, со стороны он выглядел как рыба, выброшенная из воды на берег, шокированная сменой обстановки, безмолвная, с бешено вытаращенными глазами. Он только что не бился судорожно в агонии от недостатка кислорода. Грудь сдавило, и в горле застрял тугой комок. Подоспевшая Даша не поверила своим глазам. Убийца избивал его. Уварова, который на её глазах запросто валил крепких мужиков! Она испугалась за него, но напасть на убийцу не рискнула. — Эй, эй! — предостерегающе крикнула она, кидаясь к ним. В это время Вадим упал на землю и даже не предпринимал попыток встать, а убийца рванул прочь к дороге. Думать было некогда, Даша рванула к машине и прыгнула на водительское сидение. От шока хотелось потерять сознание, но ухмыляющаяся рожа убегающего убийцы не дала ей расслабиться. Она резко нажала на педаль газа и поехала прямо в направлении убийцы. Нагнала его именно в момент, когда тот перебегал дорогу. Словно одержимая, она решительно ехала прямо на потрясённого Павла, который не успел убежать. Послышался тяжелый удар и хруст ломающихся костей, когда машина сбила его с ног. Остановившись, Даша затаила дыхание, сжимая руль мертвенно-бледными руками. Затем убрала ноги с педалей, отчего автомобиль немного дернулся. Выйдя из оцепенения, она выскочила из машины и бросилась к Вадиму. С помощью опоры он медленно поднялся, на несколько секунд замер и, пошатываясь, двинулся прочь. Даша догнала его, пошла рядом. — Что с тобой? Больно? Может, врача? — завалила его вопросами она, будучи не уверенной, что получит какой-то ответ. На её вопросы он ничего не ответил и не собирался отвечать. Еле переставляя непослушные ноги, он дошёл до ближайшей скамейки и сел, затем достал из кармана мобильный и позвонил. — Лёх, приезжай к детдому, где вырос наш убийца. Срочно. И захвати пару своих. Сбросив звонок, он через силу поднялся. Даша видела, как трудно и мучительно ему даётся каждое движение, и хотела хоть что-то сделать, хоть как-то помочь. Но Уваров сделал ей знак рукой – не вмешивайся! Он старался держаться прямо, но, естественно, сейчас это было не лучшей идеей. Некоторое время он стоял, тупо глядя перед собой, затем устремился к машине. Несмотря на сковавшую боль, он не давал ей отразиться на лице. На всякий случай Даша шла довольно близко и периодически поглядывала на него. Ей казалось, что мужчину бил озноб. Руки у него дрожали. Весь он был напряжён. Когда они сели в машину, он открыл бардачок и достал оттуда безымянную упаковку с таблетками и бутылку воды. Не скрываясь, вытряхнул на ладонь две таблетки и кинул в рот. Проглотил, запил водой и напряжённо выдохнул. — Что ты пьёшь? — спросила девушка. — Минералку, — ответил Вадим. — Я имела в виду таблетки, — настаивала Даша. Он не ответил. Завел мотор, и они поехали. Даша не могла не заметить, что её руководитель выглядит, словно пьяный – так, будто он вот-вот заснёт за рулём. Он заметил её беспокойный недоверчивый взгляд, но промолчал. Дома она с трудом довела его до гостиной и хотела усадить на диван, но он упрямо направился наверх. В итоге они пришли в домашнюю лабораторию. Мужчина положил на стол небольшой чемоданчик, открыл его и вытащил ампулу и шприц. На ампуле мелким шрифтом было написано название, но Даше не было видно. — Что ты делаешь? — испугано спросила она, наблюдая за его действиями. Ловко отломав верхушку ампулы, он набрал всё содержимое в шприц, после этого выдавил воздух и ввёл иглу в вену левой руки. Стоя в дверях, Даша расслышала болезненное шипение, сорвавшееся с его губ. Вадим начал очень медленно вводить лекарство и из последних сил старался расслабиться. Ему было больно. У Даши захватило дыхание. Она не знала, что с ним и что он делает, и не могла ничем помочь. Прошло ещё тридцать секунд и весь препарат введён. Отложив пустой шприц, Уваров согнул левую руку в локте, опустил голову и шумно выдохнул. — Вадим? — робко позвала его Даша. Вразумительного ответа не последовало. Он лишь пробормотал что-то вроде: «угу» или «уйди», она не могла расслышать точно. Она стояла позади у самой двери, не в силах оторвать взгляд от Вадима, хотя смотреть на него ей было больно. Несколько секунд спустя он медленно поднялся и, едва переставляя ноги, направился к выходу. Даша сделала шаг ему навстречу, чтобы помочь, но мужчина резко отмахнулся от неё. — Что с тобой? Давай я врача вызову? Или хотя бы в Ингрид тебя отвезу... — Иди спать, — бросил Уваров. — Завтра для тебя дело есть. — Вадим... — Иди отсюда, — негромко прошипел он, видимо, не в силах кричать. Немного помедлив, девушка повиновалась. Стоило ей отойти, Уваров тут же сполз на пол и остался там: разбитый, подавленный и невменяемый. Его рассеянный отсутствующий взгляд был направлен в пол. Наступила ночь. Стояла ошеломляющая тишина. Ветер затих ещё вечером. Темнота опустилась на крыши домов и занавешенные окна квартир. Птицы уже давно спали, убаюканные ветром. Тихо. Небо заволокли редкие тучи, которые ночью совсем не бывает видно. В комнате было темно. Уже двадцать минут Даша ворочалась в постели — хотела уснуть, но не могла. Щемящее душу чувство беспокойства за неизвестное состояние Вадима не давало ей покоя. Не выдержав, она выпуталась из кокона одеяла и направилась к нему. Заглянула в его спальню. Пусто. Даша только сейчас заметила, что большая кровать без особых изяществ в сдержанном мужском стиле занимала почти всю комнату. Далее она спустилась на первый этаж и заглянула на кухню. Вадима тут тоже не оказалось. В конце концов она нашла хозяина дома в кабинете. В темноте, нарушаемой светом настольной лампы, он сидел в кресле неподвижно, мягко откинувшись на спинку. Даша, шаг за шагом, робко прошла вперёд и остановилась напротив мужчины. Вид у него был уставший, болезненный и подавленный... Она встретилась с ним взглядом, её глаза расширились, а сердце будто запнулось. — Я тут подумала... У тебя обо мне целая папка информации, а я о тебе совсем ничего не знаю... — с осторожностью проговорила она, — Ты рассказывать ничего не хочешь... Это нечестно, ты так не считаешь?  — Ты же не строишь иллюзий о том, что я примерный мальчик? — спросил Вадим и серьёзно произнёс: — Перед тобой бывший наркоман. — Что?! — ошарашенно переспросила Даша. — Каждый день по целой дозе, — произнёс он. — Таким образом я глушил боль в сломанном позвоночнике. Его слова прозвучали словно выстрел. Как будто в миг всё переменилось. Её задела горечь в голосе, перемешанная с болью. Её задел его потерянный вид. И боль, кольнувшая вместе с нежданным признанием, уже кажется такой непереносимой. Вадим протяжно выдохнул и, медленно, через силу подавшись вперёд, после паузы начал рассказ: — Раньше я был профессиональным спортсменом, подавал большие надежды... А потом попал в аварию, — он запнулся и нехотя, скрывая боль в голосе, словно каждое слово давалось ему с трудом, выдавил: — С тех пор спина моё единственное слабое место... Внезапно всё потемнело, и яркий свет ударил в лицо с левой стороны. Переворот, переворот. Всё было черным, повсюду раздавался назойливый шум. Внезапно он начал погружаться в светлый мир, который так хорошо знает теперь. Давление. Только во всё тело. Тяжесть была огромная. Он медленно открыл глаза и посмотрел сквозь чуть приоткрытые веки. Больничная палата в Ингрид походила, скорее, на домашнюю спальню, чем на больничный бокс. Но ему было всё равно. Когда Колчин зашёл в палату, Вадим уже справился с эмоциями и твердо намеревался узнать всё о проблемах, возникших с организмом, и каковы последствия аварии. На его красивом лице были царапины и ссадины, к левой руке была протянута капельница. Вид у него был крайне разбитый. — Только не шевелись. Тебе пока вредно. — Колчин присел около его койки и спросил: — Как самочувствие? — Вроде жив, вижу, слышу, говорю. И даже могу думать и хочу знать... — Он сглотнул. — Вы должны рассказать мне всё. Только прошу, не углубляйтесь в термины. Моя голова сейчас не особо работает. — Ему даже удалось криво улыбнуться. Колчин тоже выдавил из себя улыбку, мягко похлопал его по плечу и открыл медицинскую карту, которую принес с собой. Он пролистал несколько страниц, читая выписки, и, немного улыбнувшись, внимательно посмотрел на него: — Давай сначала хорошие новости. — Уваров открыл рот, чтобы возразить, но он продолжил: — По порядку. С рукой будет всё в порядке. Обычный перелом. — Хорошо, — буркнул он и перевёл взгляд на ноги. — Что с ногами? — Перелом диафиза бедренной кости. — Вадим поморщился. Владлен Петрович заметил это и повторил уже более развёрнуто: — Открытый перелом с осколками, но основные артерии не были задеты, операция проведена вовремя и чисто. Всё срастается быстро, рентген и компьютерная томография патологий не обнаружили, через две, три недели можно было бы начать нагружаться... — Значит, придётся пока поваляться в кровати. — Вадим со смешком устремил взгляд в потолок. — Отлично. Колчин уже не улыбался, взгляд его глаз был серьёзен, и это несколько насторожило Вадима. Прокрутив в голове его последнюю фразу, он зацепился за три слова: — Вы сказали «можно было бы»? Что это значит? — с напряжением спросил он. Волнение заставило его приподняться, опираясь на локти, но сделать это у него не получилось. Он не смог даже пошевельнуться. Колчин внимательно посмотрел на него, ожидая какой-то реакции. Он молчал, но для Вадима всё стало понятно и без слов: он ничего не почувствовал! Он попытался хотя бы чуть передвинуть ногу, но НЕ СМОГ! Вот теперь он был в шоке, какого не испытывал ещё никогда в жизни. Он крепко зажмурил глаза. В голове мысли, одна страшнее другой, метались со скоростью света, в ушах звенело, а сердце в груди билось, как сумасшедшее. Услышав рядом шелест халата Колчина и почувствовав его холодные пальцы на своём запястье, он открыл глаза и прохрипел: — Что это значит? — Постарайся не двигаться вообще. У тебя сильный ушиб нижнего отдела спинного мозга и перелом седьмого и пятого позвонков. — Колчин говорил тоном профессора медицины, но голос его несколько раз предательски дрогнул. — Первые дни клиническая картина обусловлена спинальным шоком. Сейчас мы наблюдаем синдром нарушения проводимости, отёк и набухание. Нарушена моторная, сенсорная и рефлекторная функция спинного мозга ниже уровня травмы. Определить глубину неврологического дефицита в шоке тяжело, тем более в острый и ранний периоды. Только по истечении четырех-пяти недель, когда исчезнет явление спинального шока, уменьшится отёк, мы сможем выявить истинный характер и объем повреждений. И это может быть частичное или полное нарушение неврологических функций ниже уровня поражения... Как следствие, может развиться парез нижних конечностей... Колчин закончил всю эту тарабарщину, но у Вадима в голове застряло одно единственное слово: "парез". — Состояние слабости тех или иных групп мышц, связанное с отключением их от нервной системы. — Вадим всё так же болезненно продолжал смотреть на него, и он, тяжело вздохнув, закончил: — Проще говоря... Паралич... Сделав паузу, Вадим тяжело вздохнул, с трудом подался вперёд и поднёс сложенные в замок руки к губам. После чего последовало тихое заключение: — После такой аварии я должен был или умереть, или навсегда остаться прикованным к инвалидной коляске. Препараты Ингрид не только восстановили меня, но и вернули к прежней жизни. Правда, не всё было как прежде... Карьера спортсмена была сломана. Об этом первое время твердили заголовки газет: "Вадим Уваров больше не вернётся в большой спорт"... В состоянии оцепенения Даша и с болью смотрела на своего мучителя, который сейчас выглядел как промокший под дождём кот... Взгляд подавленный. И лицо тёмное. От сжигавшего его горя. Только сейчас она увидела, что он тоже страдает. Так же как и она. Только сейчас она увидела, что под каменной бронёй равнодушия и силы есть частичка чувств. Настоящих чувств. Сердце в груди болезненно защемило, видя его такого печального, уставшего, разбитого, но чертовски красивого. Даша села рядом. — Не надо, — резко ответил Вадим и злобно отчеканил: — Не смей. Жалость это худшее, что можно испытывать к человеку. Даша открыла рот, чтобы возразить, сказать, что это не жалость, но не нашла слов. Не смогла. Она не понимала, что именно за чувство, но схожее с жалостью, она сейчас чувствовала к нему. Что-то необъяснимое щемило ей душу. Боль за него внутри была настолько сильной, настолько ослепляющей, что туманила рассудок. Ей так хотелось взять его руки, обнять его, прижать к себе, погладить... Но она не решилась. Так и не решилась. В итоге Даша, донельзя расстроенная случившимся, ушла к себе и легла спать. Но заснуть никак не могла вплоть до предрассветного часа, пока мысли о Вадиме и о сбитом ею Павле не уступили усталости.