Условный рефлекс

Было уже за полночь. Низкие чёрные тучи плотным саваном затянули небо. Ни луны, ни звезд, не было. Яркая вспышка длинным зигзагом на миг прорезала мглу, за ней еще одна. Даше казалось, что она чувствует, как электризуется и вибрирует воздух. Наконец-то она добралась до своего конечного пункта назначения. Поднявшись на нужный этаж, она остановилась напротив одной из квартир, вздохнув, позвонила в дверь и стала ожидать, надеясь застать хозяина квартиры. Дверь открылась, и на пороге возник Максим. Не задавая лишних вопросов, только увидев её, он с радостным возгласом сгрёб её в охапку и покружил. Счастливо улыбаясь и смеясь, Даша позволила себе расслабится и почувствовать себя счастливой. Наконец-то она была с Максом, со своим парнем, который любил её. Она понимала, что своим присутствием подвергает его опасности, но к Вике идти было ещё более рискованно. К тому же, его отец работает на Вадима, и была уверенность — Макс не пострадает от её самовольности. Когда они прошли в гостиную и присели на диван, Даша озвучила свою придуманную по дороге историю: — Я после смерти мамы дома находится не могу. Всё о ней напоминает... — И выдержав небольшую паузу, спросила: — Пустишь пожить? Парень засиял от счастья, как новогодняя ёлка. — Конечно! Дашк, я... — Он почесал затылок и робко признался: — Сам хотел тебе предложить, только не знал как... Больше не говоря ничего, он обнял её и поцеловал. В Даше царила уверенность, что Уваров слишком занят и даже не сразу обнаружит пропажу. Рано или поздно он обязательно найдёт её, и безнаказанной её выходка не останется, но сейчас у неё было немного времени ощутить былое счастье и свободу. После того, как она выбралась из золотой клетки, окружённой охраной, на душе стало легче. Она, наконец-то, порвала с Уваровым. Вот только не сказала, что не желает его видеть. Но уже на следующий день поняла, что проиграла. Проиграла битву с самой собой...

***

Уваров уже в сотый раз мерил шагами свой кабинет, разговаривая по телефону с главой охраны. Он рвал и метал, в глазах полыхал огонь ярости. — Мне плевать! Она сбежала, не взяв с собой мобильный. Найдите мне её! От напряжения и злости на лбу проступила набухшая вена. Сбросив звонок, мужчина чертыхнулся и едва сдержался, чтобы не швырнуть телефон об стену. Он решил дать своим людям ещё немного времени и лишь затем приступить к делу самому. Подойдя к окну, он задумчиво окинул взглядом двор и закурил. Даша ушла из особняка, но легче ей, как она надеялась, не стало. С каждым часом, проведённым дома у Макса одна, она ощущала одиночество души всё сильнее. Парень почти с самого утра отправился на работу, оставив её одну. У неё не было даже возможности выйти из дома, страх, что люди Уварова поймают её посреди улицы и насильно вернут ему, был слишком силён. Даша сидела на диване и едва успела дочитать до конца страницы, как вдруг раздался дверной звонок. У Макса есть ключ, сказала она себе и не пошла открывать, однако он не вошел, а позвонил ещё раз. Девушка вздрогнула, понимая, что это пришли за ней. Отложив книгу, она вышла в коридор, осторожно подкралась к двери и, привстав на носочки, заглянула в глазок. Уваров. Один. Нервно выдохнув, Даша медленно развернулась, прижалась спиной к двери, зажмурилась и затаила дыхание. Мысленно она просила, чтобы он поскорее ушёл. Его личное появление здесь не на шутку испугало её — не подослал своих людей, а наведался сам. Выходит, он специально выждал момент, когда Макса не будет дома, знал, что она никуда не выйдет. — Лучше открой, — тихо пригрозил он. Даша поколебалась и поняла, что иного выхода нет, и всё же впустила его. Он сделал шаг к ней, заставив отступить назад уже на два шага, и бросил: — Надо поговорить. — Нет, не надо, — как можно смелее возразила она, — Не о чем говорить. Я ушла, ты во мне не нуждаешься. Что тут ещё обсуждать? На миг лицо Уварова исказилось от злости и ярости, ему стоило усилий, чтобы не вспылить и промолчать. — Пришёл опять насильно увезти меня к себе? — слегка в насмешливой форме спросила Даша, скрестив руки на груди. — Нет. Просто за тобой. — Он был невероятно умён и прекрасно понимал, что вернуть её обратно силой не сможет, поэтому пошёл другим путём. — Я хочу вернуть тебя. — Это не возможно, — ответила Даша, — Я не собираюсь сидеть в твоей золотой клетке и бегать на задания с пистолетом в руке. — Я готов обсудить условия. С губ девушки невольно слетел смешок. Он умеет идти на компромисс? Затем она отвела взгляд в сторону и всерьёз задумалась. Несколько мгновений спустя, она заговорила: — Ты говорил, что хорошо знаешь меня... Но так и не понял: я не потерплю такой жестокости и холодности по отношению к себе. Такова твоя суть... — Она покачала головой и, не дождавшись от него ответа, добавила: — Если ты продолжишь молчать... — Что ты хочешь знать? — перебил её Вадим. — Всю правду. Уваров усмехнулся. Иного ответа от любопытной девчонки он и не ожидал. Ему понятна её жажда узнать правду об отце, тем более, что тот оказался бывшим сотрудником Ингрид, но в планы не входило раскрывать ей засекреченные карты. — Меньше знаешь, крепче спишь, — наконец ответил он и, немного подумав, как бы невзначай добавил: — Ну или всё знаешь и крепко спишь в гробу. Даша сразу поняла его скрытую угрозу, но сдаваться совсем не собиралась. — Пожалуйста, отпусти меня. Она изо всех сил пыталась сохранить маску безразличия, пока в душе разгорался костёр. Её бедное сердце обливалось кровью и ядовитыми слезами. Здравый смысл всё ещё не сдавался и отчаянно пытался вернуть жизнь в привычное и правильное русло, но постоянно что-то шло не так. Неожиданно Вадим преодолел расстояние между ними, прижал её к стене всем телом и одними губами горячо прошептал: — Не могу. Нервно сглотнув, Даша сделала глубокий вдох и постаралась успокоить своё тело, так странно отреагировавшее на его непозволительную близость. — Уходи. Сейчас должен Макс вернутся, — пролепетала она дрожащим от нервов и напряжения голосом. От одной только мысли, что будет, если Макс застанет её с Уваровым у себя дома, становилось жутко. В конце концов она не выдержала: оттолкнув его, отошла на безопасное расстояние и после паузы яростно выкрикнула: Уходи!. В этот момент в глазах мужчины промелькнуло что-то опасное, и ей показалось, что своим криком она подписала себе приговор. Однако ничего не произошло. Может, он решил забыть её выходку, может, решил отомстить позже, но Даша сейчас об этом не думала, растворяясь в волне облегчения. Уваров направился к выходу, у неё получилось... Но какая-то часть её шептала, что она выгоняет его вовсе не потому, что действительно хочет, чтобы он ушёл... Несколько секунд спустя хлопнула дверь, а девушка обессиленно опустилась вниз по стене, схватившись за голову. Вскоре домой вернулся Макс. И не с пустыми руками. Он решил устроить романтический вечер в честь долгожданной встречи, а вдобавок к этому появился ещё один повод — она сейчас жила у него. Они наслаждались обществом друг друга. В голове девушки был такой туман, что всякие разговоры теряли смысл не успев начаться. Границы уже давно были стёрты, в сознании мелькали какие-то нелепые мысли и в тоже время, донельзя развязные действия кружили ей голову похлеще любого алкоголя. Даша была безумно счастлива провести с парнем время и сама не заметила, как вечер превратился в ночь, а поцелуи и объятия приобрели новый характер. Нежные касания, кокетливая улыбка, озорной взгляд с искорками страсти, его руки скользящие по изгибам её тела и её губы почти касающиеся его. В последний раз проведя губами по шее и остановив руку, которая так бесстыдно скользила по её бёдрам, Макс начал пробираться по направлению к спальне. Даша, одурманенная любовью и опьянённая вином, покорно следовала с ним. Спустя мгновения они полулежали на кровати. Его рука скользнула на её талию и притянула ещё ближе к себе. Каждой клеточкой, она чувствовала его тело. Его губы начали ласкать её шею спускаясь то ниже, то опять поднимаясь, в то время, как руки блуждали под тонкой тканью футболки... Он что-то шептал, нежно покусывая мочку уха, а она так и таяла в его руках. Это была та нежность, которая царила в её представлениях о таких моментах. Лёгкие касания, взгляд полный желания, губы в миллиметре друг от друга. Игра продолжалась до тех пор, пока Даша не почувствовала его горячее дыхание на своём лице. Его губы тянулись к её, а её словно током шибануло... Горячее дыхание. Не обжигающее и вызывающее дрожь во всём теле, а горячее... Всё не так. Всё совсем не так! — Нет, — тихо, но уверено сказала она. — Даш, с тобой всё хорошо? — заботливо спросил Макс, поправив спадающую прядь её волос. — Н-нет, то есть да, — пролепетала она, заикаясь. — Просто... Не сейчас. Она жутко испугалась, что будет, когда Макс узнает правду. Не зная, что нашло на неё в тот момент, но именно тогда Даша полностью осознала всю реальность, не смотря на приличное количество выпитого. Перед глазами появилась чёткая картина происходящего, а в сознании всё прояснилось... Не раздумывая больше ни секунды, она вскочила со своего места и понеслась прочь от этих ощущений. В голову так и ломилась одна мысль за другой, одно воспоминание за другим и лишь один вопрос не давал ей покоя: почему она не может признаться Максу? Нет, сейчас она не могла провести ночь с ним. Просто не могла... Такое впечатление, что мозги просто отключились, а тело находилось где-то в прострации, в другом мире.

***

В утро среды Даша и Максим сидели на кухне за завтраком. Взглянув в омут горячего кофе, которое пила, невольно вспомнила глаза Вадима. Перед глазами сразу же встали его глаза, шоколадно-черные, как смоль, и удивительно манящие, как агаты. В них можно утопать без сожаления, страха и с каждым новым разом удивляться, как, падая в бездну, пустоту, можно по-детски радоваться. Теперь она до мельчайших подробностей видела перед собой его образ. Руки, плечи, тело — мужественные, сильные, крепкие. Осанка гордая, прямая, движения медленные и мягкие, голос бархатный и необычный. И ужасный характер и злая сущность. Но это нисколько не мешало ему иметь целый табор влюбленных в него девиц. Его острый, пытливый ум не оставлял равнодушным никого, рядом с ним всегда были женщины. Женский пол в его присутствии просто таял, и она не была исключением. Она скучала по этому ни с чем несравнимому аромату, который хотелось вдыхать и вдыхать, по сильным рукам с выступающими венами, объятия которых уносили куда-то высоко, по этим холодным, порой каменным чертам лица, любоваться которыми девушка могла всю ночь напролет, наблюдая, как он спит. Наверное, она скучала по Вадиму. Именно по этому Вадиму, каким он был на самом деле, а не каким его хотели видеть или каким он себя демонстрировал каждый день. Она не понимала почему, но думала о нём. Она просто часами сидела с открытой на одной странице книгой, представляя себе их разговор. Их последний разговор. С того дня, когда она сказала ему, что не желает его видеть, он больше ни разу не пришёл. И даже честно не звонил. Хотя, возможно, не только она была причиной его поведения... Но это было не важно. Она видела его во сне. Каждую ночь. Он был другим в её снах: нежным, ласковым, обнимал её, шептал ей что-то страстно, целовал… И они были вместе. Каждую ночь. Но только во сне… А утром всё начиналось заново. Скучное и бесполезное времяпровождения в пустой квартире Максима, вечер в его компании... И снова сон. Сон, которого она боялась. И которого ждала с нетерпением. Этот сон стал для неё более реальным, чем сама жизнь… Дни тянулись бесконечно долго, сливаясь в одно сплошное серое марево, без чётких очертаний, без ярких красок, без воспоминаний. Такое же серое, как небо за окнами. Уже почти две недели вокруг Даши царило затишье. Уваров больше не приходил, не появлялись и его люди (или она их просто не заметила), а Макс всего лишь два раза намекнул ей на новый уровень отношений и смирился с временным отказом. Спали они в разных комнатах, иногда парень приходил к ней и тихо устраивался рядом. Она понимала, что эти действия являются желанием к близости, но ничего с собой поделать не могла: открыть правду ему было слишком трудно. Что если он узнает, что это с ней сделал Уваров? Тогда начнутся разборки, обвинения в изнасиловании, которого на самом деле и не было... От одной только мысли о том, какие последствия может повлечь за собой её признание становилось дурно. Поэтому девушка решила просто переждать, надеясь на улучшение ситуации. Тем не менее она не расслаблялась, думала, что затишье перед бурей и была на чеку. Однако именно в этот день всё изменилось. Потому что, проснувшись, она почувствовала, что не может спокойно дышать. Что тело хочет вновь ощутить сильные руки и горячие поцелуи, внизу живота завязался тугой узел. Потому что первым, о ком она подумала, был… Целый день она раздумывала о сложившейся ситуации, пытаясь понять себя, и в итоге выдержала не долго: опомнившись только перед приходом Макса, Даша лихорадочно собрала в рюкзак все свои вещи и поспешила уйти, пока парень ещё не вернулся, чтобы избежать лишних объяснений. Закрыв дверь и закинув ключи в почтовый ящик, она выскочила на улицу и жадно вдохнула холодный сырой воздух, порывом ветра ударивший в лицо. Вокруг на удивление не было ни души, заходящее солнце освещало асфальт, покрытый дождевой водой. Лёгкий ветерок начал ласкать её тело, лицо, развевая пышные волосы и легкое летнее платье. Воздух после дождя был мягкий и свежий, вдохнув как можно больше кислорода в лёгкие, она отправилась в путь. Меньше часа спустя она уже находилась в доме Уварова и сейчас вихрем ворвалась к нему в кабинет, но лишь почувствовав на себе проникновенный взгляд его глаз, очень пожалела о своей горячке. В ходе своих размышлений она пришла к выводу, что просто снова хочет Уварова — своего первого мужчину, тело жаждет именно его, поэтому у неё не было желания к Максу. Что делать с этим и как побороть она не знала, поэтому пока решила пустить ситуацию на самотёк. Её внезапное возвращение вызвало у охранника немой вопрос, однако задавать его он не стал. Уваров был удивлён, увидев её, но это удивление оказалось умело наигранным. Не говоря ни слова, он встал, медленно обошёл стол и, облокотившись на него, замер. Даша не отрывала от него взгляда, он был красив: бездонные карие глаза, взъерошенные каштановые волосы, высокие скулы... Она уже ощущала наэлектризованность воздуха. Но она знала лишь одно: он смотрит так внимательно, что она не в силах под его взглядом сделать ни шагу. Даша слышала своё прерывистое дыхание, но не пошевелилась, просто больше была не в силах отвернуться или уйти. Она не знала, кто сделал первый шаг. Может, она невольно поплелась к нему или, может, просто ждала, но, когда они оказались рядом, не касаясь друг друга. Он словно сказал: «Я ждал тебя», затем резко притянул её к себе и впился в губы жадным поцелуем. Не раздумывая, девушка сразу поддалась ему, ответила на поцелуй и обвила его шею руками. Даже несмотря на то, что у неё было какое–то неправильное чувство, она знала, что это было частью влечения, частью уловки. Вадим сделал несколько шагов и впечатал её в стеллаж. От сильного удара девушка чуть вскрикнула, а стеллаж угрожающе пошатнулся. Не церемонясь, мужчина поднял подол её платья и быстро стянул трусики. Даша попутно сняла с него футболку и отбросила в сторону и лишь в миг разрыва поцелуя осознала, что с одним предметом одежды уже рассталась. Возобновив страстный поцелуй, он закинул её ногу себе на бедро и стал жадно целовать шею. Поняв требование, девушка расстегнула ремень на его джинсах. Сквозь единственный слой ткани она почувствовала, насколько он хочет её, от этого возбуждение выросло в геометрической прогрессии. У неё было лишь пара секунд на передышку, после чего Вадим резко вошёл в неё, заставив вскрикнуть от боли и наслаждения. И сразу стал врываться в неё грубыми неистовыми толчками, с каждым ударяя её о стеллаж. Новая поза, без мягкой кровати, для неё оказалась довольно неудобной: спина начала ныть от ударов о жесткую мебель, внутри зажгло, Вадим врывался очень грубо, инстинктивно хотелось расставить ноги шире. Он прижался своими губами к её шее, и каждый нерв искрился и танцевал под её кожей. Поцелуи, которые он прокладывал от уха до ключицы, были опытными и целеустремленными, вызывали эйфорию. Даша даже не переживала о том, что кто-то может их побеспокоить или услышать, и не сдерживала рвущиеся из груди стоны. Глубокие поцелуи становились короткими от нехватки дыхания и вскоре стали секундными. В то время как каждый толчок становился более ритмичным, отправляя искры самой замечательной и невероятной боли сквозь каждый нерв в её теле, стук об стеллаж вместе со стонами стал проникать в сознание. Вскоре в неё излилась горячая лава, ей хотелось тоже взорваться, но она пока не могла. — Сейчас, — прошептал он, подхватывая её вторую ногу. Даша прикусила губу, понимая, что продолжение следует. Взяв её на руки, мужчина развернулся и усадил её на стол. Его пальцы запутались в её волосах, и затем он притянул её к своему телу, обжигая горячим дыханием. — Ты знаешь, что секс это как спорт? — задал риторический вопрос. — Если долго не тренироваться мышцы возвращаются... Оставив за собой не недосказанность, он расслабился, и затем медленными, размеренными движениями опустил её тело на только что опустошённый стол. Даша ахнула, и его язык скользнул в её приоткрытые губы, он нежно сталкивался с её, как будто искал ответ. Вадим отстранился, оставив её задыхаться и жаждать снова почувствовать этот вкус. Неповторимый вкус мяты и сигарет. Девушка невольно засмотрелась: его торс являл собой сочетание внушительных генов и многих лет ежедневных тренировок, создавших совершенство, стоящее перед ней. Она пробежалась пальцами по некоторым из его рельефных мускулов и кубиков на животе, и хотела подняться за очередной порцией удовольствия, но сильная рука опустила её обратно. Теперь девушка начала понимать, чего он хочет. Вадим хищно усмехнулся, провёл руками по её бёдрам и шире развёл её ноги. Даша зажмурилась и замычала в ту секунду, как он вошел в неё, с губ сорвался сладкий стон, и затем Уваров наполнил её всей своей длиной. По телу от приятной тяжести проходили теплые пульсирующие волны. Даша потянулась через голую грудь Вадима, чтобы выключить назойливый звук, исходящий от телефона. Это движение отдалось болезненными ощущениями, и почувствовала припухлость у себя между ног после нескольких часов занятия горячим сексом этой ночью. Выключив мобильный, она оставила поцелуй на его груди и невольно замурчала от полного удовлетворения. Ещё никто не заставлял её чувствовать себя так хорошо из-за того, что было неправильным. Она закрыла глаза, улыбаясь промелькнувшим в голове воспоминаниям, и позволила себе провалиться в царство Морфея. Утренние лучи солнца пробивались сквозь тюль, освещая просторную комнату. В воздухе летали маленькие пылинки, словно причудливо танцуя. Когда Даша, сладко потянувшись и зевнув, наконец, открыла глаза, спальня уже была залита солнечным светом и за окном вовсю голосили представители пернатой братии. Девушка некоторое время просто бездумно лежала, наслаждаясь утреней негой и слушая доносящуюся с улицы тихую симфонию звуков. Но, по мере того, как её сознание просыпалось, в голову начали просачиваться разнообразные мысли, первой из которых была о... Внезапно острая боль в теле заставила её резко распахнуть глаза и мысленно застонать от унижения: она вспомнила все подробности прошедшей ночи, яркие картинки их сплетенных тел пронеслись перед глазами, осознание того, что она натворила, обрушилось на многострадальную голову. Теперь только одна единственная мысль судорожно билась в голове, заслоняя все остальные: как ей дальше жить с таким грузом на душе? Будет ли он делать вид, что ничего не произошло или теперь ей уготована роль сначала его любовницы, а потом и десерта? Тем временем Вадим навис над ней и прильнул к её губам требовательным поцелуем. Когда он разорвал поцелуй, Даша нахмурилась: — А как же "доброе утро"? — Уже почти полдень, — проинформировал он её насмешливо. — И я чертовски голоден уже больше четырёх часов. — Какой ужас! — Даша подскочила, резко садясь на кровати. — Нужно было разбудить. Или завтракать без меня. Ещё никогда она не спала так долго, но зато впервые за много месяцев, с самого окончания школы, она не видела ни единого сна. — Будь уверена, в следующий раз так и поступлю, — фыркнул Уваров. — Но заказывать праздничный завтрак в честь прощания с твоей девственностью и есть его в одиночестве — как-то глупо, не находишь? Мы ведь так и не отпраздновали это событие. Смущённо опустив взгляд, она принялась рассматривать кристально белый пододеяльник. Со своей невинностью она попрощалась не вчера, но после случившегося между ними вчера вечером и ночью смело можно было согласиться со словами Вадима. — Наверное, — протянула она, чувствуя, как по щекам расползается краска. — А может, просто позавтракаем? Не празднично? Она ничуть не жалела о произошедшем, просто... Просто говорить об этом было стыдно. Даже теперь. Даже с Уваровым, пусть он вчера и трогал её в самых интимных, сокровенных местах. — Как бы ты его не назвала, менее праздничным он от этого не станет, — усмехнулся он и принялся одеваться, а девушка устало откинулась на подушки. Уваров решил устроить тренировку и привёл Дашу в один из подвалов дома, где она ещё никогда не была. Внутри было темно, освещались лишь стойка для стреляющих и дальняя стена, на которой висели мишени в виде силуэтов людей. Помещение было оборудовано для учебной стрельбы из настоящего табельного оружия. Даша знала, что пистолет мог быть в её руках бесполезным куском металла или наоборот чрезмерно опасным и смертоносным орудием. "Что ж, ещё одна непосильная — задача научиться стрелять и самообороняться" — подумала она. Они надели специальные наушники и встали на одной дорожке напротив мишени. Вадим руководил процессом, показывая, как правильно стоять при стрельбе и держать оружие, чтобы оно не причинило травму. Наконец, он дал добро на выстрел. Девушка нажала на курок, раздался выстрел. Промах. Она не была удивлена, потому что никогда толком не стреляла, но было немного обидно, что не попала. — Позволь. Вадим забрал у неё оружие, резко вскинул руку и, почти не целясь, попал в центр несчастного манекена. Даша не была особо удивлена. Он мог попасть в любую цель на площадке под любым углом, даже не приближаясь к мишеням. Она часто думала, скольких людей он убил благодаря своей меткости, но никогда не спрашивала. Сомневалась, что он мог подстрелить кого-то случайно, если уже он взял тебя на прицел, то попадёт. Он ни разу не промахнулся. Тем не менее, желая доказать, что хоть немного умеет, она попросила пистолет для ещё одной попытки. — Ну уж нет, мисс Терминатор, достаточно и того, что ты водишь как Шумахер, — ухмыльнулся Уваров. Он вложил ей в руки пистолет, подошёл вплотную сзади, придерживая её руки, обжигая шею горячим прерывистым дыханием, словно невзначай касаясь губами мочки уха. Настроив её напряжённое тело, он накрыл её указательный палец своим и нажал на курок. Выстрел попал в сердце импровизированной цели. Вадим продолжил урок, вжимаясь в тело и показывая всю силу своего желания…

***

Стояла спокойная, умеренная погода, по небу пролетали редкие облака. На звонки Макса Даша сначала не отвечала, потом, не выдержав, просто выключила телефон. По телефону поговорить с ним она не могла, а к встрече была не готова. Что она ему скажет? Какую причину назовёт? Всей душой она скучала по нему, но преграда была слишком сильная и властная... С Вадимом она старалась вести себя отстранённо, не позволять ему сексуальных вольностей по отношению к себе, а разговор завести так и не смогла. Ей пришлось установить границы их тесных взаимоотношений. Над каждым прикосновением приходилось задумываться, они должны были быть платоническими. Если же нет, то хотя бы мимолетными и безответными постфактум. По крайней мере, таковыми были установленные ей негласные правила. Стоя на кухне с чашкой кофе в руках, Даша задумчиво смотрела в чёрный омут напитка. Её спокойствие разрушила внезапно появившаяся гостья. Кира по-хозяйски прошла в гостиную, села на диван и, вальяжным жестом руки, приказала: — Девочка, принеси мне кофе. Без сахара. Даша молча возмутилась, демонстративно проигнорировала её "просьбу" и отвернулась, поэтому и не увидела, как Вадим спустился, радушно встретил гостью коротким, но страстным поцелуем и присел рядом. — Ты что, глухая? — не выдержала женщина и уже громче потребовала: — Кофе мне принеси. Даша сжала тонкую ручку кофейной чашки, чувствуя, что с каждой секундой внутри неё растёт раздражение и гнев на эту самозванку. Ей стоило неимоверных усилий воли не наброситься на неё и не расцарапать Вадиму лицо за равнодушие. Взяв себя в руки, она медленно развернулась и очаровательно улыбнулась. — Знаете, Кира... — начала она и, наиграно запнувшись, спросила: — Простите, как вас по отчеству? — Зачем тебе? — скептически приподняв бровь, спросила Кира. — Ну что вы, меня учили к взрослым женщинам по имени отчеству обращаться. Вадим беззвучно рассмеялся, надеясь, что его спутница этого не заметит, а Даша скрестила руки на груди, с удовольствием наблюдая, как исказилось лицо Киры, и жестко произнесла: — Я вам не служанка! — Даш, готовый остался, — вступил в дискуссию Уваров и мягко, опасаясь потока эмоций с её стороны, попросил: — Налей чашечку. Девушка недовольно сжала губы и сделала глубокий вдох, не желая закатить ему скандал в присутствии незнакомки. Прислуживать этой наглой пассии Уварова не было никакого желания, но вдруг в её голове что-то щёлкнуло, а губы тронула коварная усмешка. Развернувшись, она послушно налила в чистую чашку кофе, поставила на блюдце и принесла гостье. Кира скривилась: — Он холодный. — Да? — недоверчиво вскинула брови Даша. И тут она поддалась какому-то внутреннему порыву и беспечно опрокинула чашку кофе на Киру. Та возмущённо воскликнула и подскочила с дивана, её пронзительный возглас больше от испуга: кофе уже был не особенно горячим, а вот на подоле светлой юбки красовалось едкое тёмное пятно. — Ой, — наиграно произнесла Даша и с ехидной улыбкой добавила: — Прошу прощения. — Идиотка! Ты что наделала? — закричала Кира. Её зелёные глаза метали молнии. — Кира, дорогая, — спокойным успокаивающим тоном проговорил Вадим, — Успокойся. Этот инцидент не стоит твоих нервов. — Она меня кипятком облила! — ответила она, понизив голос. Даша закатила глаза: "А говорила, холодный"... Кира заставила себя немного успокоится, сделала шаг к Вадиму и сладко проворковала: — Перенесём нашу встречу на вечер. Даша с наигранной галантностью отступила в сторону, чтобы дать ей пройти, но та не упустила шанс по пути задеть её своим плечом. Даша стерпела, проводив её недовольным взглядом, а как только Кира скрылась за дверью, Вадим подскочил с места, схватил её за локоть и, угрожающе склонившись, прошипел: — Ты что творишь? От неожиданности Даша замерла. Она не ожидала, что он станет защищать эту высокомерную курицу. Тем не менее, успокоившись, она как можно более невозмутимо ответила: — Всего-лишь достойно ответила на её поведение. — Она замдиректора одной крупной кампании, — продолжил шипеть Вадим, — Я не могу себе позволить её потерять. — Вот как... — протянула Даша и, хищно сузив глаза, грубо ответила: — Ну так беги за ней! Уваров устало вздохнул. — Твою мать, Старкова, это работа. Ты была со мной на одном из приёмов и знаешь, как приходится вести себя людям ради своей выгоды и достижения целей. Вадим едва успел взять себя в руки, чтобы не усмехнуться своим двусмысленным словам. Он прекрасно видел и чувствовал, что она ревнует. Это ему льстило: такая непреклонная и стойкая... Но если хочет получать от него близость и содержание, должна будет смириться с тем, что он не моногамен и имеет и будет иметь множество любовниц. Вадим посмотрел на бесцельно бродившую по двору Дашу из окна своего кабинета усмехнулся. Ему на самом деле доставляла немалое удовольствие эта игра с огнём, эти отношения с Дашей, а ещё больше — её бесплодные попытки уйти, скрыться, сопротивляться этой страсти. Он старался внушить себе, что это всего лишь игра. Что он сказал тогда, в комнате, о том, что хочет быть с ней, только для того, чтобы эта игра стала ещё более азартной. И не хотел думать о том, что каждый брошенный на девушку взгляд заставляет сердце ускорить ритм, что по телу пробегает тепло каждый раз, когда она прикасается к нему; что в душе что-то немилосердно зудит и ноет, когда он видит её с друзьями или вспоминает про её парнишку. Звонок телефона заставил его отвлечься, за много лет работы он привык всегда быть наготове. Однако этот звонок был не от одного из ассистентов, предупреждающих о возможном кризисе, это была его любовница, прекрасная Кира. Они договорились о встрече. Вероятно, пора расстаться с ней. Кира ему уже немного наскучила, особенно её тщеславие и жадность, но ради работы ему приходилось продолжать с ней спать. К тому же, его совершенно не возбуждала и не радовала перспектива искать новую любовницу, ведь со старыми он чаще всего ещё и расправлялся напоследок, а пока ещё одного трупа, даже такого прекрасного, ему не было нужно. Надвигалась ночь. Даша села на подоконник, притянула колени к груди и устремила взгляд в даль. Ожидание становилось невыносимым. Время не шло, а ползло, как будто у него были свинцовые ноги, а Даша чувствовала себя, как человек, которого бешеный вихрь мчит на край чёрной бездны. Она знала, что её там ждёт, она это ясно видела и, содрогаясь, зажимала холодными пальцами виски. Но тщетно. Мозг питался своими запасами и работал усиленно, фантазия, изощренная страхом, корчилась и металась, как живое существо от сильной боли, плясала подобно уродливой марионетке на подмостках, скалила зубы из-под меняющейся маски. Ревность тёмным обжигающим потоком поднялась из глубины души и в одно мгновение затопила не только остатки здравого смысла, но и все прочие чувства, что ещё секунду назад переполняли её. Её просто сжигало изнутри! Она не ожидала, что станет ревновать Уварова. Она закрыла глаза, пытаясь на чём-нибудь сосредоточиться, но в голове только с бешеной скоростью замелькали картинки его вероятного горячего свидания с Кирой или с ещё какой-нибудь девкой. Даша совершенно запуталась не только в своих чувствах, но теперь и в странном поведении Уварова. То он бьётся о стену её безразличия, делая всё возможное, чтобы соблазнить, то вот так кидает и уходит на свидание с другой, когда ему наконец удалось разрушить сопротивление. Да, где-то в глубине души она знала, что всё это неправильно. Знала, что нужно договориться с Уваровым о своей свободе, но не могла ничего сказать об этом, загипнотизированная этим взглядом и умелыми действиями рук. Более того, впервые за все время со дня встречи с Вадимом, ей действительно хотелось послать всё к черту и узнать, что её ожидает за всеми этими запретами и самообманом. Её чёртова «стена» рушилась с каждым вздохом, обволакивающим облаком его соблазнительного аромата сигаретного дыма и мяты. Этот мужчина когда-нибудь станет её погибелью. Видимо, она так и задремала, сидя на подоконнике, потому что её разбудил шум открывающихся ворот. Вадим вернулся домой. Даша не знала сколько сейчас времени. Почему-то она была одновременно зла и рада его возвращению. Она спустилась вниз и увидела Вадима в гостиной. Он был одет в идеально сидящий на нём чёрный пиджак — Уваров был действительно привлекательным мужчиной, но очень жестоким. Он стоял у камина, одной рукой опираясь о стену, а другую держа в кармане, не сводил взгляда с пляшущих языков пламени. Даша заворожено смотрела на его широкую спину, обтянутую пиджаком, а затем медленно перевела взгляд на его взлохмаченные волосы с заметным бронзовым оттенком. — Где ты так долго был? — наконец строго спросила она. — А кто тебе сказал, что я должен перед тобой отчитываться? — напряжённо бросил Уваров, разворачиваясь. Он приблизился к ней, резко схватил за горло и впечатал в стену. Он сжал свою ладонь, несильно, но ощутимо в её состоянии, заставив инстинктивно обхватить его запястье. Она пыталась оторвать его обжигающе-горячие пальцы с шеи, но не преуспела. Он давил на горло, наверняка уже оставив синяки. Склонившись прямо к её лицу, он угрожающе прошипел ей в губы: — Никогда не предъявляй мне претензии, не заставляй меня это делать. Отпустив её, он протяжно выдохнул. Даша в шоке уставилась на него, не понимая причину его грубости. Внутри уже закипела ненависть, и девушка, даже не подумав, выпалила: — Это был всего лишь вопрос. Если он привёл тебя в бешенство, то ты просто псих! Чтобы схватить её за руку и дернуть на себя, ему понадобилось меньше секунды. На этот раз Даша отчетливо почувствовала, как её грудь стукнулась о твёрдые ребра и сплющилась, удобно на них устраиваясь. Слёзы всё-таки брызнули, и было непонятно, чего в них больше — злости или унижения. — Это был последний раз, когда я спускаю тебе твои выходки, — отчеканил он. — И твоя забота постараться, чтобы не было ещё одного, иначе клянусь, я отвечу тебе тем же. — Отпусти меня, — процедила она, за показной надменностью пытаясь скрыть охватившее её смятение. Уваров так высоко задрал ее руку, что сейчас она фактически висела на нём. — Только и можешь, что на слабых отыгрываться! Ну, ударь! — Резко дернув руку, она освободилась от захвата и отступила на безопасное расстояние. Надо было заканчивать этот разговор. — Бить? — Уваров насмешливо выгнул бровь. — Тебя - нет. Но вряд ли тебе понравится то, что я сделаю, если ты ещё раз так себя поведёшь, — прошипел он и вдруг быстро провел свободной рукой по её телу — от бедра, по животу и выше, пока не сжал в ладони отчего-то занывшую грудь. — Ещё раз, и твоим друзьям останется всего пара дней жизни. А моя рука окажется у тебя под юбкой и, не спрашивая твоего разрешения, сделает всё, что захочет. От охватившей её паники свело живот. Он лапал её! Как девку! Как товар! И кто? Уваров... Захлебнувшись воздухом, Даша дернулась, пытаясь освободиться, но уперлась лопатками в стену. Она занесла руку, чтобы ударом стереть с его лица ухмылку, но нанести удар не смогла. Уваров, прекрасно всё видевший, глумливо улыбнулся и положил вторую руку ей на бедро, сминая в пальцах ткань. Даша с трудом остановилась, поняв, чего добьётся таким способом. На её удивление Вадим остыл так же быстро, как и вспыхнул. Его взгляд потеплел и подобрел, а черты лица разгладились. — Пойми, я не святой и не принц из сказок. Ты ничего не изменишь, девочка моя, смирись. Ненависть вновь начала пробуждаться в ней, и девушка слабо улыбнулась, понимая, что вполне способна бороться с нахлынувшими эмоциями. Уваров удивленно вскинул брови, когда её сводящие с ума притягательные губы растянулись в улыбке. Ему хотелось немедленно впиться в них, лишь бы не видеть этой непонятной ему улыбки. Она вздрогнула, но не опустила взгляд. Она была убеждена, что ни в коем случае нельзя показывать ему свою слабость, также она была уверена, что он не убьет её, каких бы ему этого не стоило усилий. — Можешь не стараться, я всё вижу. Ты боишься. — Даша застыла, слушая его чарующий голос. Всё в нём привлекало её – внешность, голос, даже его запах, который сладким облаком окутывал её. — Я не нужна тебе, отпусти, — слабо прошептала она, пытаясь убедить его, хотя понимала жалкость своих попыток. — Тшш, — Уваров подошёл к ней вплотную и прижал свой указательный палец к её губам. Она ощущала, как он ласково холодными прикосновениями ласкает её губы и ненавидела себя за то, что ей это нравилось. Его рука скользнула с лица на её плечо. Всё внутри него горело огнём, но он сам был удивлён тем, что ещё не убил её за все выходки и самовольное поведение. Он взял её за подбородок, прильнул к её губам требовательным, но нежным поцелуем, затем отпустил и направился наверх. Кинув на него полный ненависти взгляд, Даша отвернулась и направилась к себе. Нужно будет как-то справляться с этой проблемой — влечением к Уварову. Тогда всё наладится. Злая и невыспавшаяся, она заставила себя принять холодный душ, чтобы хоть немного взбодриться. Всю ночь она провела на грани между сном и дремой, то в грубом захвате Уварова, то в его объятиях, смешав реальность с дурным вымыслом, порожденным грязными словами. Но даже вода и мыло не смогли уничтожить ощущение, что он всё ещё мнёт её грудь. Это злило куда больше недосыпа. Неужели она уподобится легкодоступной девушке, по полночи смакующей каждый поцелуй или объятие. А теперь она сама всё вспоминает и вспоминает тёплую ладонь, со знанием дела сжимающую грудь. Не как Макс, суетливо и оттого грубо. А... Даша с удовольствием представила, как с силой отталкивает от себя Уварова и с размаха ударяет его по лицу. Ну почему, почему она не сделала это вчера? Неужели он правда выполнил бы свою отвратительную угрозу? Задрал бы юбку, сунул бы руку между ног, грубо и вместе с тем аккуратно сжимая нежную плоть — так же, как до этого сжимал грудь. Сильно, крепко, но всё же не причиняя боли. Или вновь заражает её друзей смертельным вирусом... От последней мысли по телу пробежала дрожь. Даша накинула халат, завязала пояс и направилась искать Уварова. Сегодня она собиралась встретиться с Максом и объясниться, а для отъезда ей нужно было его разрешение. Не найдя Вадима ни в кабинете, ни в лаборатории, она спустилась вниз и застыла у подножия лестницы. Два абсолютно незнакомых человека стояли на кухне и хищным взглядом рассматривали её. У невысокого блондина в коричневой кожаной куртке взгляд был едким, вульгарным. У высокого брюнета в чёрном костюме – изучающим, пронзающим. — Серый, ты только посмотри, как нас встречают. Красавица в халатике, — произнес блондин с хвостиком. — Я же тебе говорил, что она всё ещё здесь. — Вижу, Саня, — ответил второй. — Видимо, приглянулась Уварову. — Или он просто не хочет со мной делиться, — оскалился тот, который Александр и поманил её: — Крошка, иди сюда. — Что?! — возмущённо воскликнула Даша. Даже Уваров так никогда не обращался к ней. — Вы вообще, кто такие? Как вас впустили? — Аккуратно, кошечка с коготками, — засмеялся громила-брюнет. — Кис-кис-кис, — веселился блондин, — Я не буду гладить против шерсти. Обещаю. Несмотря на внешнюю браваду, душа ушла в пятки. Даша сделала попытку добежать до лестницы, но услышала: — Она убегает. Лови. Брюнет перегородил ей дорогу и расставил руки как вратарь, отражающий серию пенальти. Даша обернулась: с другой стороны улыбался блондин. — Мы не будем тебя обижать, — слащаво пропел парень с хвостиком. — Просто посмотрим. Он схватил её за подбородок и покрутил лицо влево-вправо сильными пальцами, рассматривая, будто она лошадь на выставке. — Вадим забавляется с тобой? Я бы тоже не отказался. Даша с усилием отвернулась, всем своим видом демонстрируя отвращение. Внезапно мужчина резко дернул пояс халата, который тут же распахнулся, выставляя напоказ откровенное красное белье. Александр присвистнул, а девушка сжала края шелковой одежды руками. — Что там? — полюбопытствовал Сергей. Блондин ловко сделал ещё один выпад вперед. Даша попыталась пресечь его касание, и халат снова на несколько секунд распахнулся. Мужчины громко засмеялись. Их это откровенно забавляло. — Давай ещё раз, — произнес громила. — Она такая забавная и стеснительная. — Скорее дерзкая и гордая. Мне нравятся такие. — А потом обратился к другу: — Уваров увёл девчонку у меня из-под носа. Ведь почти согласился отдать её на нашей игре. Надо бы её заполучить... Мысль, что она сейчас могла достаться мерзкому блондину с хвостиком или громиле, а не очаровательному Уварову, привела в ужас. — Крошка, покажи нам что-нибудь ещё. Входная дверь резко открылась, и в дом ворвался Вадим. От порыва эмоций Даша была готова броситься ему на шею, если бы ей не преграждали дорогу. В шоколадно-карих глазах пылала ярость, и Даша невольно вспомнила тёмную комнату и бандитов-бизнесменов, от которых Уваров её спас. Он вновь напоминал опасного демона. — О, привет! — дружёлюбно произнёс блондин. — Мы немного полюбовались твоей игрушкой. — Какого хрена ты к ней прикасаешься? — с вызовом бросил спаситель, сверля его недобрым взглядом. — Мы её и пальцем не тронули. — Громила поднял обе руки вверх в сдающемся жесте. — Только немного посмотрели. Не кипятись. По лицу Вадима прошлась гримаса откровенной ненависти. — Отошли от неё. Оба. И не пяльтесь, а то видеть перестанете. — Ты чего? — удивился Александр. — Я просто хотел узнать, может она тебе надоела раньше срока. Девчонка в полном порядке. Спроси у неё сам. Вадим посмотрел ей в глаза, молча задавая вопрос, и подошёл ближе. Его друзья расступились. Она несмело кивнула, кутаясь в полы короткого халата. Он брезгливо посмотрел на её внешний вид, а затем произнёс: — Чтоб через секунду тебя здесь не было. Внезапно Вадим огрел её таким взглядом, что она вздрогнула. Слёзы тут же выступили на глазах, но яростный взгляд Уварова заставил стерпеть обиду. Даша послушно ретировалась на второй этаж, упала на свою кровать и истерически задышала. Вадим вошёл в комнату, когда она более менее успокоилась и размерено покачивалась вперёд-назад. И она бы обязательно сказала ему очередное спасибо, если бы он не накричал. — Какого хрена это было? — со злостью выплюнул мужчина. — Откуда я знаю?! Это твои знакомые. — Я говорю не о них. Я говорю о тебе. Чем ты думала, когда спускалась в таком виде? — Он дернул её за руку и заставил встать. Пояс остался в холле, поэтому Даша снова начала суетливо одергивать халат, пытаясь скрыть от глаз спасителя откровенный комплект белья. — Для них это как красная тряпка для быка. — Я не знала, что у нас гости. И вообще, я не виновата, что у тебя такие друзья, которые при виде девушки в халате, кидаются на неё, как похотливые неандертальцы. И я не виновата, что ты назначил им встречу, а сам… — Она запнулась, потому что испугалась того, что вертелось на языке. Её увлечение Вадимом вышло из-под контроля. — Что сам? Она не выдержала обжигающего взгляда и отвернулась. Казалось, кровь вот-вот закипит от эмоций, которых было слишком много. Она позволила себе пожелать того, кого желать нельзя, но что же делать, если похититель оказался самым сексуальным мужчиной из всех, которых ей довелось встречать. Как быть, если он то и дело спасал её, и даже тогда, когда похитил. — Ты хотела спровоцировать меня? — бархатный голос прозвучал ласковей. Даша запаниковала. Щеки вспыхнули как по команде. — Нет. — В горле пересохло от волнения. — Я не… Сильные руки обхватили за талию. Горячее дыхание обожгло губы. — Теперь ты хочешь, чтобы я коснулся тебя? — томно произнес он. Вадим развёл её руки в стороны. Шёлк выскользнул из пальцев. Спаситель легко поддел ткань, и халат бесшумно осел на пол. Даша задрожала, но не от холода, а от напряжения, которое образовалось между ними. Грудь вздымалась от неравномерных вздохов. Вадим провел пальцем по её румяной щеке, по приоткрытым губам. Каждое его касание стучало в висках. Она не хотела, чтобы спаситель повторял вопрос. Боялась сказать «нет», поддавшись разуму, хотя тысячу раз про себя подумала «да». Во ней бушевало две стихии, которым она не могла противостоять. Одна из них не позволяла оттолкнуть кареглазого красавца, а вторая не позволяла озвучить согласие. Но внезапно внутренние противоречия заткнулись. — Прекрати. Мне надоело — глухо произнесла она, оттолкнув его, прокашлялась и уверено добавила: — Я хотела, чтобы ты отпустил меня к Максу. Недовольно фыркнув, Вадим небрежно отказал, окинул её взглядом и ушёл. Девушка подняла с пола шёлковый халат, накинула его на себя и упала на кровать выплеснуть все свои эмоции. От отчаяния она позволила себе заплакать.

***

Даша стояла на кухне и задумчиво покачивала стакан в руке, создавая водоворот. После вчерашнего она не обмолвилась и словом с Уваровым, полностью игнорировала его, демонстрируя протест. Пока она не приведёт свои мысли в порядок и не придумает способ разрешить все свои проблемы. Вадим должен был скоро вернуться с очередной деловой встречи, а Кира заявилась к нему как к себе домой. Даша задыхалась от возмущения и недовольства, но сделать ничего не могла. Да кто она такая? И почему Уваров — сильный, властный, не доверяющий никому, видящий людей насквозь, — так доверяет этой женщине, настолько, что спокойно позволяет ходить по его дому без присмотра охраны. Ей просто не верилось, что он не видит в ней коварства. Ведь её даже охрана не остановила и, что более странно, оставила без присмотра в доме хозяина. — Выглядишь как привидение, не пугай людей, приведи себя в порядок, что ли. — Встав рядом с Дашей, с упрёком проговорила она. Девушка же, не обращая внимания на неё, продолжала пить воду. — Не понимаю, как Вадим живет с тобой, он, наверное, спятил... — фыркнула она. — Я думаю, что ему нужна была уборщица, вот он и... — Ты можешь оставить меня в покое?! — раздраженно прервала она её монолог. Хоть и на самом деле её глаза были красными, взгляд уставшим и немного даже болезненным, а волосы не расчёсаны с утра, но ей действительно надоело выслушивать её словесный поток желчи, поэтому уже просто не смогла стерпеть. — Как смело с твоей стороны попросить меня об этом, — повернувшись к Даше, саркастично заметила Кира. В эту минуту звон её телефона отвлек нас от беседы, и та, посмотрев на дисплей, с улыбкой ответила на звонок: — Добрый день. Не желая больше находиться с ней в одном помещении, Даша отставила стакан с недопитой водой на стол и ушла. В ходе разговора Кира выглянула в окно, прошлась по гостиной и убедилась, что никого нет и никто ничего не услышит. В этот момент Даша решила всё-таки навестить охрану, расспросить их про эту гостью и ради собственного спокойствия попросить их приглядеть за ней. Только подойдя к лестнице, девушка услышала фрагменты разговора Киры и застыла, спрятавшись за углом. — Ничего. Документы уже у меня, и совсем скоро мы всё получим. — И после паузы добавила: — Да, мне жаль. Вадим такой замечательный любовник... Спокойно. Всё под контролем. Плакать на его могиле не буду. Даша была уверена, что на её лице сейчас играет всё та же зловещая ухмылка. Сердце ушло в пятки, ледяные мурашки страха покрыли тело, заставляя сильнее вжаться в стену. Она не до конца понимала сути разговора и что именно задумала Кира, но сразу поняла, что это какой-то чёрный план и не просто коварные козни. В их мире, жестоком и лицемерном, враги настоящие, а конкуренты готовы на всё ради достижения целей. И рабство, пытки и убийства вполне нормальные явления. Убийства. Девушка в ужасе закрыла рот рукой, стояла как каменное изваяние, боясь даже пошевелиться и сделать вдох. Больше ничего существенного от Киры она не услышала. Страх постепенно исчез, но чувство опасности осталось. Нужно было срочно рассказать всё Вадиму.